Говорят, что однажды перед судом английского короля Эдуарда III (1312 – 1377 годы) предстали обманутый арендодатель Доу и хитростью выживший настоящего хозяина с его земли арендатор Роу. Впрочем, эта история не была письменно зафиксирована и может быть выдумкой. Зато доподлинно известно, что уже в документе 1659 года для обозначения анонимного истца использован псевдоним «Джон Доу», а для ответчика – «Ричард Роу». Сто лет спустя это стало популярной практикой в Англии, а затем распространилось по ее колониям.

Если какое-то имя собственное используют в языке для обозначения неизвестного места или личности, это в науке называется экземплификант. Такие слова есть почти в каждом языке – например, Вася Пупкин в разговорном русском. Но Джон Доу, пожалуй, самое распространенное.

В какой-то момент термин стал использоваться полицией в США для обозначения неопознанных тел. Если тело принадлежало женщине, ее называли Джейн Доу. Если в процессе фигурировало несколько неопознанных человек, их именовали Джеймс Доу, Джуди Доу и так далее.

Однако одна неопознанная девушка вошла в историю как Принцесса Доу.

 

Крошечный городок Блэрстаун с населением около 5 тыс. человек едва ли широко известен не то что в мире, но даже в собственной стране. Прогремел он на весь мир дважды. В 1979 году режиссер Шон С. Каннингем снимал в штате Нью-Джерси молодежный фильм ужасов, для которого требовались виды тихого маленького уютного городка, и Блэрстаун вполне справился с этой ответственной миссией. Впоследствии «Пятница, 13-е» стала культовой картиной, получила 11 продолжений и по сей день приносит деньги. А в тот момент бюджета отчаянно не хватало и приходилось выкручиваться. Например, в качестве местных полицейских в эпизодах пришлось попросить сняться настоящих городских представителей закона, в том числе детектива Эрика Кранца.

Второй раз в федеральные новости Блэрстаун попал благодаря истории, которая началась в 1982 году, и после нее детектив Кранц едва ли согласился бы сниматься в фильме ужасов.

Утром 16 июля 1982 года Джордж Кайс, работник кладбища Седр Ридж, отправился на осмотр земли, прилегающей к нему с востока. Нужно было проверить, можно ли здесь обустроить участок для новых захоронений. Неровная местность, ручей, овраг угрожали в перспективе подмывами и обрушением грунта, но кладбище остро нуждалось в расширении.

Кайс шел вдоль границы участка, прикидывая, где можно еще разместить новые могилы, когда его внимание привлек неприятный запах. В непростой и печальной работе с усопшими случается всякое, и сам факт запаха разложения возле кладбища неудивителен. Но свежих захоронений поблизости не было. Кайс отправился на поиски источника зловония и вскоре обнаружил лежащее на спине тело женщины с разбитой до полной неузнаваемости головой. Кайс кинулся вызывать полицию.

Протоколируя находку, полицейские вряд ли подозревали, что скупые строки останутся единственным достоверным описанием покойной, а личность ее так и не будет установлена. На теле незнакомки была красная блузка с коротким рукавом, желтым кантом по плечам и черно-синим кантом вдоль вырезов горловины. Нижняя часть тела была обнажена и прикрыта длинной запашной юбкой в сельском стиле красно-бело-синей расцветки с печатным узором в виде стилизованных павлинов. Нижнее белье и обувь отсутствовали. На шее жертвы обнаружилась золотая цепочка с крестиком 14-каратного золота (аналог 585-й пробы).

Девушка принадлежала к белой расе, возраст ориентировочно 14 – 18 лет, рост – 158 см, вес – 50 кг, волосы каштановые. Из особых примет анатомы обратили внимание, что ее левое ухо было проколото в двух местах, а правое – в одном. Кроме того, только на ногтях правой руки был лак. Хирургических шрамов, уникальных родимых пятен или татуировок на теле жертвы не нашли.

Экспертиза тела дала немногое. Установить точное время смерти не удалось. Из-за повышенных температуры и влажности их определили расплывчато – от нескольких дней до трех недель. Полуобнаженное тело, юбка поверх ног наводили на подозрение об изнасиловании, но подтвердить или опровергнуть это не вышло. Было ясно только, что она не была беременна и никогда не рожала.

Эксперты установили, что смерть наступила в результате многочисленных ударов по голове тупым предметом. Повреждения нашлись и на руках – возможно, это погибшая пыталась защищаться.

Криминалисты тщательно осмотрели место обнаружения тела, зафиксировали найденные следы. Орудия убийства на пустыре возле кладбища не нашли, как и следов крови или иных улик, которые позволили бы признать пустырь возле кладбища местом преступления. Отсутствие следов, обуви, вещей скорее свидетельствовало, что тело сюда просто выкинули.

Лейтенант полиции Эрик Кранц приступил к расследованию. На первых порах он был весьма оптимистичен и верил в скорое раскрытие дела. Первоочередной задачей стала идентификация погибшей.

У следствия были дактилоскопическая и стоматологическая карты погибшей, но не ее портрет. Поначалу казалось, что это не станет большим препятствием: с погибшей сняли посмертную маску и вылепили приблизительный макет лица – на его основе и изготовили вероятные портреты. Впрочем, результаты получались очень разными. Забегая вперед, отметим, что в начале нашего десятилетия были сделаны новые портреты и фото с помощью современного программного обеспечения, и они тоже отличаются от первоначальных. В общем, следствие больше уповало на то, что возможные свидетели скорее вспомнят одежду девушки, нежели ее лицо.

На первых порах погибшую пытались опознать как местную проститутку. Вроде бы в пользу этого говорило отсутствие нижнего белья. Однако ни официально, ни «без протокола» сутенеры и проститутки не опознавали жертву. Кроме того, методично проверяли все школы, колледжи, заправки, магазины, мотели. Безрезультатно.

Город некоторое время прожил в страхе, ожидая новых жертв, но их не последовало. Двери стали тщательно запирать, детям запретили играть без присмотра на улице. Эрик Кранц получил много звонков от родителей пропавших детей сначала из Нью-Джерси, а затем со всей страны. Их голоса дрожали. Они все предполагали, что это их дочь, и все хотели, чтобы это была не она.

Из всех обрывочных, вероятностных и ошибочных свидетельств по делу более-менее убедительным было одно. Анна-Мария Латимер опознала погибшую по опубликованному фото ее юбки. Она уверяла, что 13 июля, за два дня до обнаружения тела, она видела девушку в такой юбке в магазине на 94-м шоссе прямо напротив кладбища Седр Ридж. С ней была 6-летняя дочь, которая спросила «О, мама, мама, это орел на ее юбке?» И она ответила: «Нет, это павлин». Юбку Анна-Мария запомнила неплохо, а вот лицо девушки ее, похоже, не заинтересовало. Латимер даже допросили с применением гипноза в надежде, что ее подсознание помнит что-то еще. Эрик Кранц уверял, что обыскал весь магазин в поисках любых следов, перерыл склады, мусорные баки, но не обнаружил ничего, что указало бы следствию верный путь.

Шла рутинная работа. Поиск очевидцев, видевших жертву, возможного места преступления и орудия убийства, проверка данных о пропавших без вести для опознания погибшей. Но все это, увы, не давало результата, как и скудные улики с места обнаружения тела.

Девушка босая, полуодетая, в странной, явно не модной юбке, ногти накрашены только на одной руке, денег и вещей нет. Быть может, она бежала откуда-то непосредственно перед гибелью? Ей пришлось кинуться прочь, даже не обувшись? А ее крестик – украшение или значимый для нее символ? Одежда позволяла предположить, что девушка принадлежала когда-то к какой-то общине – религиозной, эзотерической или неформальной, вроде коммуны хиппи. Безжалостно разбитое лицо, скорее всего, могло означать, что убийца умышленно пытался затруднить опознание. Вероятно, поэтому при жертве не было и вещей. Приходили ли следствию в голову такие мысли или нет, но результата все не было.

11 января 1983 года тело неизвестной проделало обратный путь от морга до кладбища Седр Ридж и упокоилось под раскидистым кленом в сотне метров от места, где ее нашли. В последний путь ее провожали около полусотни местных жителей. На могиле было установлено надгробие с надписью «Принцесса Доу. Пропала из дома. Погибла среди незнакомцев. Не забыта. Родилась – ? Была найдена 16 июля 1982 года».

Имя незнакомке дал лейтенант Кранц из сентиментальных соображений. «Я очень не хотел, чтобы она была забыта, – признавался он, – чтобы она стала очередной Джейн Доу. У этой девушки была своя жизнь, она была чьей-то дочерью, сестрой или женой. Она была для кого-то принцессой, и я хотел дать ей немного личности». И порыв лейтенанта вошел в историю.

Эрик Кранц постарался добиться для дела резонанса по стране. В июне на телеканале HBO вышел документальный фильм о расследовании и похоронах с просьбой сообщить любую информацию о деле. Предполагаемый портрет, воссозданный полицейским художником, некоторое время печатали на картонных молочных упаковках, опять же с просьбой сообщить информацию. Кроме того по стране разлетелось 20 тыс. листовок с тем же изображением.

Была, впрочем, в результате резонанса и некоторая путаница. В новостях блэрстаунское дело иногда путали с другим убийством в Нью-Джерси, совершенным примерно в то же время – его жертву тоже идентифицировали не сразу, так как тело было обезглавлено. Впрочем, ту жертву все же опознали. Но и сегодня еще можно прочитать, что Принцесса была обезглавлена.

Федеральное бюро расследований в те годы озаботилось составлением единой компьютерной базы данных по неопознанным лицам. Данные принцессы были внесены в базу 30 июня 1983 года под номером один.

В конце 1983 года у полицейских появилась новая версия. Перебирая данные исчезнувших в стране девушек, они зацепились за некую Даяну Дженис Дай. Она исчезла в июле 1979 года в Сан-Хосе, штат Калифорния. После развода родителей девушка жила с матерью и, скорее всего, сбежала из дома после ссоры с ней. Тогда ей было всего 13. Больше двух лет о ней не было вестей, но в декабре 1981 года в супермаркете в 50 милях от ее дома на нее наткнулась одноклассница. Их разговор был коротким. Даяна сказала, что домой она не вернется, но останется в Калифорнии. С того дня никто из прежних знакомых ее не видел.

Некоторые полицейские Блэрстауна даже успели сообщить прессе, что уверены в опознании Принцессы Доу как Даяны Дай. Впрочем, родители девушки отказывались верить в эту версию, да и детектив Кранц считал ее вздором. Не согласились с предположением и детективы из Калифорнии, расследовавшие исчезновение Даяны. К слову, от Сан-Хосе до Блэрстауна около 3 тыс. миль (то есть 4800 км) – это расстояние преодолел бы не каждый подросток.

Отрабатывалась версия серийного убийцы, но она тоже не нашла подтверждения. В окрестностях убийство неизвестной было единственным преступлением подобного толка. Хотя отдельные исследователи предполагали причастность к гибели Принцессы таких серийников, как Джоэл Рифкан и Генри Ли Лукас, эти версии не подтвердились. В литературе, посвященной делу, упоминались и иные имена, но никаких доказательств не приводилось – одни предположения.

В 1985 году Эрик Кранц ушел из полиции, уехал прочь из Блэрстауна и больше никогда не служил в правоохранительных органах. Некоторое время он был исполнительным директором фонда «Найти и защитить детей» – некоммерческого агентства, которое помогло родителям найти сбежавших детей. Затем работал в государственном департаменте охраны окружающей среды, но после автоаварии стал инвалидом.

В 1997 году детективы из Блэрстауна выезжали в Оушен-Сити в Мэриленде, где 6 человек дали показания о пропавшей в 80-х годах горничной их отеля. Они допускали, рассматривая фото одежды и портрет, что Принцесса была их беглянкой.

В 1999 году дело Принцессы было передано лейтенанту Стивену Спирсу. Одним из его первых действий стала эксгумация тела для взятия образцов ДНК. Он рассчитывал получить данные, которые позволят сравнить материалы по базе данных пропавших людей и таким образом опознать неизвестную. Образцы бедренной кости неизвестной отправили в исследовательский центр ДНК в Балтиморе, а тело снова захоронили в той же могиле. Кстати, изъятые из могилы образцы в 2003 году сравнили с образцами взятыми у матери Даяны Дженис Дай. Экспертиза раз и навсегда подтвердила: Принцесса и Даяна – разные люди.

В том же году перед Спирсом забрезжила надежда сдвинуть дело с мертвой точки. В тот год на другом конце страны, в солнечной Калифорнии, была арестована за мошенничество женщина по имени Донна Кинло. В числе прочего она представилась чужим именем – одной из проституток, работавших на ее мужа – Элайна. В ходе расследования мошенничества детективы нашли настоящую Элайну, и она дала любопытнейшие показания. По ее словам, Артур с помощью Донны в 1984 году убил девушку-подростка по имени Линда, которая отказалась работать на него и еще одну женщину.

Полиция Калифорнии надавила на Донну, и та под страхом обвинения в двух убийствах стала давать показания против мужа. В частности, она рассказала, что однажды в 1982 году он привез к ним юную девушку. Несколько суток он безуспешно пытался привлечь ее к проституции, а затем увез. Вернувшись, он якобы сказал, что избавился он несговорчивой девушки. Позже во время семейных ссор муж неоднократно угрожал Донне «убью тебя, как ту …, что жила у нас», из чего Донна сделала вывод, что Артур убил ее. Донна назвала место и время: Нью-Джерси, лето 1982 года. В те годы они много путешествовали по стране с трейлером.

Полиция Калифорнии сделала запрос в Нью-Джерси, и лейтенант Спирс вылетел на допрос задержанного Кинло. Однако результаты командировки оказались разочаровывающими. Как позже рассказывал сам Спирс, Артур Кинло признался ему в убийстве, однако лейтенант полагал, что это не более чем самооговор. Артур сказал, что убил одну девушку в Нью-Джерси на кладбище на глазах у жены (Донна рассказывала иное). У полиции не было ничего, кроме слов самих Кинло, ни единой материальной улики. Единственное вещественное доказательство, которое появилось в деле благодаря Артуру, оказалось весьма ненадежно. Полицейский художник со слов Донны Кинло нарисовал портрет предполагаемой жертвы ее мужа. И он имеет некоторое сходство с портретом, изображающим предполагаемую внешность Принцессы Доу. Очевидно, что такое доказательство стоит немного.

Кроме того, Кинло не смог ответить на вопрос, как звали убитую, которая несколько дней прожила у него в 1982 году. Не вспомнила имя и Донна. Полиция Калифорнии достоверно установила некоторые перемещения супругов Кинло в тот период. Зафиксированные точки маршрута почти не оставляли возможности для посещения Блэрстауна.

Артур Кинло отправился за решетку в Калифорнии отбывать за два убийства два пожизненных заключения, но в Нью-Джерси обвинения ему так и не предъявили. Спирс вернулся восвояси. Донна Кинло получила срок за соучастие в убийстве и в 2003 году вышла на свободу.

15 июля 2007 года на поминальной службе в связи с 25-летием со дня обнаружения Принцессы присутствовало около 100 человек. «Они пришли оплакать ту, кого не знали», – писали газеты.

Приехал и Эрик Кранц. Он сказал несколько слов над могилой Принцессы. «Это дело все еще преследует меня. Много лет я пытался узнать, кем она была, но так и не узнал», – рассказывал он. В тот день он вспоминал не только неизвестную, но и собственную дочь, Мишель. Именно ее Эрик, любящий отец, звал принцессой и в честь нее дал псевдоним незнакомке.

Не в последнюю очередь из-за одержимости работой Эрик был вынужден развестись с женой и стал реже видеть дочь. А в 35 лет Мишель умерла от рака, и Эрик признался, что мало общался с дочерью, в том числе и потому, что очень хотел раскрыть дело Принцессы.

В тот год слова Кранца напечатали в нескольких газетах.

Впервые Эрик признался: он верит, что видел убийцу и говорил с ним. Кранц подозревал человека, который неоднократно приходил на могилу Принцессы. Он не был местным уроженцем, а до своего переезда в Блэрстаун был судим за нападение на члена семьи и оказывал полиции сопротивление. Брат этого человека говорил детективу, что он жесток и способен на такое преступление.

Лейтенант надеялся получить ордер на обыск автомобиля подозреваемого, который, по его мнению, мог использоваться для перевозки тела Принцессы. Тогда он, возможно, нашел бы улики. Но тот продал автомобиль прежде, чем детектив сумел добиться ордера. И детектив сосредоточился на опознании погибшей, как того требовал прокурор. Спустя годы в словах Кранца звучит боль: «Я был единственным человеком, кто знал о том парне, но мне не дали возможности это проверить».

Теперь бывший подозреваемый Кранца переехал из Блэрстауна в неизвестном направлении.

Кроме того, Кранц считает ключевой ошибкой, что в первые месяцы над делом он работал в одиночку. Нужно было перелопатить сотни отчетов о пропавших без вести людях, просмотреть множество дел, объездить заправки, магазины, обзвонить сотни людей и принять звонки. Кранц рассказывает, что просил создать группу, но на первом этапе этого не сделали. «Я не удивлюсь, если я видел материалы по ней, – признает Кранц. – Среди прочих бумаг и фотографий она могла пройти через мои руки, а я ее не узнал».

Еще через 5 лет на поминальной службе по случаю 30-летия со дня страшной находки снова было около сотни людей. В этот год на пенсию выходил детектив Спирс. И он обещал, что, как и Эрик Кранц, с которым он поддерживает дружеские отношения, никогда не откажется от дела Принцессы Доу.

Напоследок перед прощанием он объявил о небольших новостях в расследовании. Во-первых, был составлен новый предполагаемый портрет жертвы с помощью современных компьютерных программ. Во-вторых, есть вероятность, что следствие располагает небольшим следом, оставленным кем-то, с кем погибшая контактировала. Технологии непрерывно развиваются, пояснил он, и однажды может наступить день, когда этот миниатюрный след куда-то приведет. Наконец, нашлось трое свидетелей, заявивших, что одежда вроде юбки и блузки Принцессы продавалась в 80-х в магазинчике на Лонг-Айленде, Нью-Йорк. Магазин, однако, более не существует.

Подытоживая работу, Спирс заявил, что никогда не был так оптимистичен, как теперь, и повторил, что не забросит участие в деле. И действительно, по сей день он продолжает по мере сил в частном порядке участвовать в расследовании. Бывший следователь сосредоточился на том, чтобы добиться сравнения изъятых им образцов со всеми известными базами данных, и считает, что теперь только наука сможет сдвинуть дело Принцессы с мертвой точки.

Он следит за новыми технологиями, используемыми в криминалистике, и обращает внимание исследователей на полузабытое уголовное дело в крошечном Блэрстауне. Так, по его инициативе образцы волос неизвестной были переданы для исследования химического состава остатков воды, сохранившихся в них. Эта технология позволяет, исследуя микроскопические частички, сохранившиеся в волосах, с некоторой вероятностью определить местность, в которой проживала потерпевшая, поскольку химический состав влаги вокруг нас зависит от климата местности, в которой мы живем.

Результат исследования был таков: минеральные вещества в остатках воды свидетельствуют, что незадолго до своей гибели она провела около 10 месяцев на юго-западе США (Калифорния, Аризона, Нью-Мексико); впрочем, эти данные подходят с меньшей вероятностью также отдельным участкам на востоке страны – Коннектикут, Вирджиния. Два последних месяца перед смертью она жила на северо-востоке США.

Спирс также сообщил прессе, что совершенно точно подтверждено: Принцесса вела кочевой образ жизни. Кроме того, значительную часть жизни она, вероятно, провела на Лонг-Айленде (штат Нью-Йорк).

Детектив Джастин Бойс продолжает расследование Кранца и Спирса. В развитие предыдущей экспертизы он отправил зуб Принцессы в лабораторию университета Южной Флориды. Зуб исследовался на предмет установления степени концентрации свинца, углерода и стронция. По словам Стивена Спирса, «был подтвержден предыдущий вывод и сделан еще один шажок вперед. По мнению экспертов, высока вероятность, что Принцесса происходит из Аризоны. Кроме всего, теперь можно на все 100 процентов быть уверенным, что она – уроженка США». Не ахти какое продвижение, конечно, но Спирс не теряет оптимизма и верит в науку.

Однако дело остается открытым: в Нью-Джерси нет срока давности для привлечения за убийство. Расследование гибели Принцессы Доу позволило раскрыть 27 случаев исчезновения людей и 3 убийства. По делу никто и никогда не был задержан или арестован. И все же надежда остается. Может, не случайно внимание Спирса приковано к Лонг-Айленду? Тем более что он не так уж далеко от Блэрстауна – 115 миль, то есть 185 км, да и Элайна, свидетельница по делу супругов Кинло, была оттуда. Может, это больше чем простое совпадение.

 

Подобных преступлений на Земле, увы, совершено немало. Не один десяток принцесс исчезли из дома и нашли смерть среди чужих людей. Но пройти мимо этой трогательной истории погибшей девушки и неравнодушных не сдавшихся сыщиков было очень тяжело. Будем верить, что наука поможет опознать всех безымянных разыскиваемых принцесс.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.