Март 1953 года стал серьезным испытанием для страны. 5 марта умер И.В. Сталин. Это обернулось множеством потрясений и привело к кардинальным изменениям как в большой политике, так и в жизни простых людей. И первым из событий, так или иначе коснувшихся каждого советского гражданина, стала амнистия.

Просчеты при ее подготовке и проведении поставили страну на грань криминального беспредела, а вторая амнистия в 1955 году и вовсе отняла у людей надежду и веру в справедливость. Начало оттепели или холодный расчет? Ошибки или хорошо спланированные акции?

 

Холодный март пятьдесят третьего

Смерть вождя повергла в шок не только СССР, но и весь мир. Со всех концов света поступали телеграммы-соболезнования, страна погрузилась в траур. Тысячи скорбящих со всего Союза ехали в Москву, чтобы проводить в последний путь «отца всех народов». Люди, искренне верившие Сталину, не могли представить без него будущее государства, да и свое тоже. Во время похорон Л.П. Берия произнес с трибуны мавзолея траурную речь. Все, кто его слушал, видели в нем преемника Сталина.

 

 

Из воспоминания свидетеля событий: «Урок неожиданно закончился. Всех построили на линейку. Директор школы тихо сказал, что умер Сталин. Все плакали, я тоже. Было страшно. Почему-то казалось, что скоро начнется война. Надеялась, что страной будет руководить Берия, ведь он «грузин», как и Сталин».

 

 

А ближайшим соратникам уже не было дела до умершего вождя. Они решали судьбу государства, да и свою тоже. 6 марта организовали срочное совместное заседание Президиума центрального комитета Компартии Советского Союза, Совета Министров и Президиума Верховного Совета СССР. Власть к тому времени была уже поделена, должности распределены – требовалось лишь соблюсти формальности. Ключевым человеком в стране считался глава правительства. Берия, понимая, что его не пропустят на это место, предложил назначить Председателем Совета Министров СССР Георгия Маленкова, чья кандидатура устраивала всех. При этом на должность первого заместителя председателя Совета Министров назначали самого Берию, возглавившего МВД СССР, объединившее два ведомства – само МВД и Министерство государственной безопасности – и по сути ставшее копией ранее всемогущего НКВД.

Заместителями председателя СМ СССР выдвинули Н.А. Булганина, В.М. Молотова и Л.М. Кагановича. Председателем Президиума Верховного Совета СССР предложили избрать К.Е. Ворошилова, а Н.С. Хрущеву было поручено сосредоточиться на работе секретариата ЦК КПСС. Все важнейшие решения предлагалось принимать коллегиально. Впрочем, С.М. Буденный сказал по этому поводу: «Я верю в правильность коллегиально принятых решений, но не верю ни одному из тех, кто принимает эти решения».

Теперь реальная власть в стране сосредотачивалась в руках трех человек – Хрущева, Маленкова и Берии. Такое положение не устраивало ни одного из них, и продолжаться долго не могло. Каждый претендовал на безграничную личную власть, какой обладал Сталин. Новые руководители осознавали необходимость перемен как во внутренней, так и во внешней политике государства, иначе им по-прежнему пришлось бы оставаться в тени мертвого вождя.

Назавтра после похорон генералиссимуса, 10 марта 1953 года, на заседании Президиума ЦК КПСС Маленков внес предложение о прекращении пропаганды «выдающихся заслуг Сталина». Лаврентий Берия пошел еще дальше и первым выступил с критикой культа личности вождя. Возглавляя, а затем и курируя работу всесильного НКВД-МВД, он обладал полной информацией о происходивших процессах, лучше остальных лидеров представлял все болевые точки страны. Зная о масштабах репрессий, он предложил возложить ответственность за них лично на Сталина. С идеей согласились все руководители – никто из них не хотел признавать свое участие в тех событиях.

Руководители министерств, союзных республик, областей, крупных предприятий, уставшие от ожидания возможного ареста, надеялись получить от новых властей гарантии безопасности. Берия лучше других знал и об этих настроениях. Сразу после назначения главой МВД СССР запретил «применение к арестованным каких-либо мер принуждения и физического воздействия», инициировал пересмотры некоторых политических дел. Но этого было мало.

Понимал эти настроения и Хрущев, нуждавшийся в поддержке членов ЦК КПСС. Планируемая для него должность была выборной, и судьба ее решалась только на пленуме ЦК КПСС. Удивительно, но Хрущев, официально не являвшийся лидером партии, почти полгода руководил и ею, и государством, и лишь 13 сентября 1953 года на пленуме Центрального Комитета был избран Первым секретарем ЦК КПСС.

 

Ворошиловская амнистия

 

Амнистия (с греческого – «забвение, прощение») – мера, применяемая по решению органа государственной власти к лицам, совершившим преступления, сущность которой заключается в полном или частичном освобождении от наказания, замене наказания на более мягкое или в прекращении уголовного преследования. Применение амнистии обычно обосновывается соображениями гуманизма и, как правило, приурочено к национальным праздникам, юбилеям, знаковым событиям.

 

Климент Ворошилов к идее амнистии никакого отношения не имел. Тем не менее в народе ее связали с именем маршала. Дело в том, что Ворошилов как Председатель Президиума Верховного Совета СССР подписал подготовленный документ. Но все по порядку. 26 марта Берия направил в Президиум ЦК КПСС и Совет Министров СССР докладную записку. Приведем некоторые выдержки:

«№ЛБ-25 26 марта 1953 года.

Совершенно секретно.

т. Маленкову Г.М.

В настоящее время в исправительно-трудовых лагерях, тюрьмах и колониях содержится 2 526 402 человека заключенных, из них осужденных на срок до 5 лет – 590 000, от 5 до 10 лет – 1 216 000, от 10 до 20 лет – 573 000 и свыше 20 лет – 188 000 человек. Из общего числа заключенных количество особо опасных государственных преступников (шпионы, диверсанты, террористы, троцкисты, эсеры, националисты и др.), содержащихся в особых лагерях МВД СССР, составляет всего 221 435 человек.

В лагерях имеется 30 000 человек, осужденных на срок от 5 до 10 лет за должностные, хозяйственные и воинские преступления, в числе которых – председатели и бригадиры колхозов, инженеры, руководители предприятий.

Среди заключенных отбывают наказание 438 788 женщин, из них 6286 беременных и 35 505 женщин, имеющих при себе детей в возрасте до 2 лет. Многие женщины имеют детей в возрасте до 10 лет, оставшихся на воспитании у родственников или в детских домах».

Известно, что заключение в лагерь, связанное с отрывом на продолжительное время от семьи, от привычных бытовых условий и занятий, ставит осужденных, их родственников и близких людей в очень тяжелое положение, часто разрушает семью, крайне отрицательно сказывается на всей их последующей жизни.

Проектом указа предусматривается освободить из мест заключения около одного миллиона человек, осужденных на срок до 5 лет, осужденных независимо от срока наказания за должностные, хозяйственные, некоторые воинские преступления, а также женщин, имеющих детей до 10 лет и беременных, несовершеннолетних в возрасте до 18 лет, пожилых мужчин и женщин, а также страдающих тяжелым неизлечимым недугом.

Предлагается сократить наполовину наказание осужденным к лишению свободы на срок свыше 5 лет.

Предлагается не распространять амнистию на осужденных на срок свыше 5 лет и привлеченных к ответственности за контрреволюционные преступления, бандитизм, крупные хищения социалистической собственности и умышленное убийство».

Решение принималось с настораживающей поспешностью. Уже 27 марта состоялось заседание Президиума ЦК КПСС, на котором проект был одобрен. В тот же день Председатель Президиума Верховного Совета СССР К.Е. Ворошилов подписал Указ об амнистии, а 28-го о ней сообщили все средства массовой информации.

Не вникая в подробности Указа, люди отнеслись к новости с надеждой. У многих в колониях были родственники или друзья, которые, по их мнению, были осуждены незаконно. «Наконец разобрались», – единодушно решили люди, беззаветно верившие и в руководителей страны, и в партию.

Согласно Указу об амнистии, из мест заключения освобождались:

– лица, осужденные на срок до 5 лет;

– осужденные за должностные, хозяйственные и некоторые воинские преступления;

– беременные и женщины, имеющие детей до 10 лет;

– несовершеннолетние до 18 лет;

– мужчины старше 55 лет и женщины старше 50 лет;

– неизлечимо больные.

Кроме того, на свободу выходили осужденные за уголовные преступления на более длительные сроки, отбывшие половину наказания. А со всех ранее судимых данной категории и освобождаемых по амнистии снимались судимость и поражение в избирательных правах.

Всего подлежало освобождению 1 203 421 человек. Еще в отношении 401 120 человек следственные дела прекращались.

 

Долгожданная свобода

Поспешность в подготовке амнистии не позволила просчитать все ее последствия. Ряд факторов оказался не учтен. Большинство колоний того времени оказались сосредоточены в нескольких регионах страны. А их руководители старались досрочно выполнить показатели и отчитаться перед руководством. Между тем сроки проведения амнистии были весьма жесткими – до 1 июня 1953 года. Так начиналось массовое освобождение осужденных за уголовные преступления.

Расхожее мнение, что все освобожденные были осуждены за незначительные преступления, не соответствует действительности. Конечно, многие отбывали наказания за мелкие проступки и мечтали вернуться к нормальной жизни. Но и многие матерые преступники попадали под действие амнистии. И этому несколько причин. Во-первых, в те годы наказание за имущественные преступления, если это касалось имущества граждан, а не государственного или общественного, было не столь значительным. Во-вторых, «особые методы ведения следствия», которыми славились силовые ведомства того периода, применялись только к обвиняемым в совершении контрреволюционных преступлений, измене, шпионаже и т. д., а на уголовников не распространялись. Многие отъявленные преступники осуждались за незначительные прегрешения, более серьезные не доказывалось. До сих пор в их среде бытует неписаное правило: что докажешь, то возьму. В-третьих, освобождались осужденные на срок свыше 5 лет и отбывшие половину наказания, в том числе совершившие тяжкие преступления.

Чтобы уложиться в намеченные сроки, на свободу ежедневно отпускали десятки тысяч человек. Со снятой судимостью многие стремились и, главное, имели право уехать в Москву, Ленинград и другие крупные города страны. Но выехать все одновременно не могли – билетов не хватало, а дополнительные поезда не выделяли. На вокзалах скопилось множество людей, страдавших от отсутствия еды и места для ночлега. А местные власти ничего не предпринимали, ожидая, что все разрешится само. Бывшие заключенные начали совершать кражи, отбирать вещи и продукты у местного населения. Криминогенная ситуация постепенно выходила из-под контроля.

С каждым днем количество освобожденных росло. Воры в законе и авторитеты, чьи указания безоговорочно исполнялись в преступной среде, быстро восстановили свое влияние и на свободе. В городах начался уголовный террор – процветали убийства и насилие. Грабили магазины, столовые, дома. Милиция была не в силах навести порядок. Некоторые города, например, Улан-Удэ или Магадан, полностью перешли под власть бывших заключенных, а официальные руководители спешно их покинули. Власти призывали людей не выходить на улицы, забаррикадировать двери и окна. Но это не спасало. Для наведения порядка во многие города были введены регулярные войска, которым разрешалось применять оружие. Только так удалось восстановить порядок.

Есть много версий, объясняющих непродуманность этой амнистии. Многие историки утверждают, что Берия, прекрасно понимая все последствия, рассчитывал, что из-за беспорядков в стране введут чрезвычайное положение, а МВД получит безграничные полномочия. В такой ситуации внутренние войска можно передислоцировать, в том числе в Москву. А конечным результатом станет смена власти. И в этом есть смысл: в руках Берии сосредоточилась столь мощная власть, опирающаяся на силу МВД, что он становился опасным для остальных руководителей страны.

26 июня 1953 года Берия был арестован.

 

Последствия спешки

Ехать в деревню и работать в колхозе за трудодни никто из амнистированных не хотел. И матерые уголовники, и те, кто планировал начать честно работать, стремились в крупные города. Страна оказалась не готова к такой людской волне. Освобожденных не хотели брать на работу, жить им тоже было негде. Обстоятельства вынудили многих вернуться к криминальным занятиям. Уровень преступности стремительно нарастал, а граждане и власти винили во всем милицию. Престиж милиционера резко упал.

Власти попытались исправить положение: 2 июля 1953 года вышел Указ «О неприменении амнистии к лицам, осужденным за разбой, ворам-рецидивистам и злостным хулиганам». В нем определялся порядок возвращения амнистированных обратно в лагеря, если они не работали и вели паразитический образ жизни. 27 августа 1953-го Совету Министров СССР пришлось принять постановление «О мерах по усилению охраны общественного порядка и борьбы с уголовной преступностью», где кроме правовых мер прописывалось требование к руководителям союзных республик и областей до 10 сентября 1953 года трудоустроить всех амнистированных.

Но государство проигрывало криминалу. Количество зарегистрированных преступлений в 1953 году по сравнению с 1952-м выросло более чем в 2 раза. Но, главное, амнистия изменила миропонимание многих людей. Идеология строителя коммунизма столкнулась со своей противоположностью: идеологией людей, живущих «по понятиям». В моду входили блатной шансон и жаргон, и молодежь приняла эту моду.

 

Прощение или вторая попытка. Предательская амнистия

В амнистии 1953 года многие увидели ослабление репрессивной системы. После освобождения множества осужденных за уголовные преступления ситуация в колониях изменилась. В заключении оставались люди, прошедшие войну, воевавшие как за одну, так и за другую сторону. Почувствовав кризис системы, они стали отказываться выходить на работу. Особенно активизировались бывшие «власовцы», «лесные братья», участники иных формирований, служивших немцам. 14 мая 1953-го они организовали забастовку, в которой участвовали 14 тыс. заключенных из лагерей Норильска. Они требовали пересмотра дел, освобождения и реабилитации, смены лагерного руководства. В том же году аналогичные акции произошли в лагерях Воркуты, Караганды, Инты и Колымы. Властям с трудом удавалось сдерживать эти бунты, не допускать их распространения на другие колонии.

Судьбой бывших предателей неожиданно заинтересовались руководители западных стран. 18 – 23 июня 1955 года в Женеве прошла конференция государств, входивших в антигитлеровскую коалицию. Никаких совместных решений на ней принято не было, но по возвращении советской делегации в СССР срочно приступили к подготовке новой амнистии.

17 сентября 1955-го вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об амнистии советских граждан, сотрудничавших с оккупантами в период Великой Отечественной войны в 1941 – 1945 годах». В народе ее прозвали «полицайская» и «бандеровская». В газетах указ полностью не публиковался, но слухи об амнистии «предателей» быстро распространялись, вызывая возмущение. В людях еще жила боль от потерь той войны. Не понимали происходящего и бывшие советские военнопленные.

 

 

Из воспоминаний бывшего военнопленного: «Когда узнали, что выпускают «власовцев», мы плакали от обиды. Если раньше где-то глубоко теплилась надежда, что в нашей невиновности разберутся, то сейчас терялась вера в справедливость. Если бы в плену мы пошли на сотрудничество с немцами, нас бы тоже отпустили домой».

 

 

На этот раз освобождали осужденных за службу в немецкой армии, полиции и специальных немецких формированиях, а также осужденных на срок до 10 лет за пособничество врагу во время войны. Сроки свыше 10 лет сокращались наполовину. Со всех снималась судимость и поражение в правах. Освобождались от уголовной ответственности и бывшие советские граждане, находившиеся за границей, которые в период Великой Отечественной войны сдались в плен или служили в немецкой армии, полиции и специальных формированиях, а также вовлеченные в антисоветские организации в послевоенный период.

Горький опыт 53-го не прошел даром – государство приняло участие в судьбе этих людей: возвращенцам предоставили жилье, работу, вернули конфискованное имущество.

Кроме того, амнистия распространялась и на бывших советских граждан и военнопленных, которые в период войны совершили тяжкие преступления против Советского государства, а после войны не вернулись на родину и остались жить за границей. При их возвращении наказание, назначенное судом, не могло превышать 5 лет ссылки.

Собственных данных о количестве людей, вернувшихся тогда в СССР, нет, но западные источники утверждают, что уже в первый год после амнистии приехали около 50 тыс. человек, преимущественно уроженцев Западной Украины и Прибалтики. Приблизительно такое же количество возвратилось и в последующие годы.

В последнее время многие историки спецслужб высказывали мнение, что таким способом западным странам удалось восстановить агентурную сеть в Советском Союзе.

 

Аденауэровская амнистия

 

В ходе Великой Отечественной войны советскими войсками было взято в плен 3 777 300 солдат и офицеров противника, из них: немцев -2 389 500, австрийцев – 156 800, венгров – 513 800, румын – 201 800, итальянцев – 48 900, других национальности – 466 500 человек.

 

К середине 50-х годов в Германию и страны, являвшиеся ее союзниками во время Второй мировой войны, были возвращены почти все военнопленные.

В сентябре 1955 года Советский Союз признал Федеративную Республику Германию. Для установления дипломатических отношений в страну прибыла делегация ФРГ во главе с канцлером Конрадом Аденауэром. В ходе переговоров немецкая сторона обратилась с просьбой вернуть на родину 38 тыс. немецких военнопленных. Изначально Хрущев заявил, что у нас их больше не осталось. Но после долгих дискуссий ему пришлось уступить.

Военнопленных в СССР действительно уже не было. На территории страны оставались лишь те, кого осудили за военные преступления и казни советских граждан. И далеко не 38 тыс. человек: кто-то к тому времени умер, кто-то не попал в плен, а погиб в бою. В лагерях оставалось 9626 человек. 28 сентября 1955 года был подписан Указ Президиума Верховного Совета СССР «О досрочном освобождении германских граждан, осужденных судебными органами СССР за совершенные ими преступления против народов Советского Союза в период войны», согласно которому подлежали амнистии и репатриации 8877 германских гражданина. Еще 749 осужденных немцев из-за тяжести совершенных ими преступлений Президиум Верховного Совета СССР не счел возможным досрочно освободить. Все они как военные преступники передавались в распоряжение Правительства Германской Демократической Республики и Правительства Федеративной Республики Германии, в зависимости от их местожительства. Вскоре последний немецкий солдат покинул территорию Советского Союза.

 

Последний этап

В ЦК КПСС, Совет Министров и Верховный Совет СССР, Генеральную прокуратуру и Верховный Суд СССР поступали сотни тысяч писем. Писали осужденные по политическим статьям, писали бывшие военнопленные, писали их родственники. Поступали официальные запросы из союзных республик и областей. На всех уровнях понимали историческую несправедливость проведенных и не проведенных амнистий. Споры длились почти год.

История советских военнопленных одна из самых трагических страниц Второй мировой войны. Об условиях их содержания в немецких лагерях, а также о послевоенном периоде жизни написано много статей, книг, сняты художественные фильмы. Но никто точно не знает, сколько их было на самом деле. Немецкое командование приводило цифру в 5 млн. 270 тыс. человек. По данным Министерства обороны РФ, потери пленными составили 4 млн. 559 тыс. человек. Известно количество вернувшихся из плена – 1 836 562 человека (без учета тех, кто перешел служить на сторону врага). По-разному сложилась их судьба. Более 1 млн. человек после проведенных проверок были направлены на фронт или в тыловые части, около 600 тыс. – в рабочие батальоны для восстановления разрушенной войной страны, а 233 400 человек – в лагеря НКВД как скомпрометировавшие себя и не прошедшие проверку. Скорость и тщательность проводимых проверок напрямую была связана с оперативной обстановкой на фронте. В 1943 – 1944 годах освобожденных военнопленных старались быстрее направить в действующую армию, иногда даже без проведения необходимых процедур. В конце войны ситуация изменилась, проверки проводились очень скрупулезно. Особый спрос был с офицеров.

Отношение к бывшим советским военнопленным в послевоенный период сложилось негативное. Власти обвиняли их в поражениях в первые годы войны. Люди, чьи близкие погибли на войне, винили в этом опять же попавших в плен. «Мой муж погиб, а этот жировал на немецких харчах», – можно было услышать повсеместно. Их не брали на работу. Дети стыдились своих отцов. Даже у тех, кто после освобождения продолжил воевать, запись в анкете «был в плену» ставила крест на дальнейшей судьбе. Не винили их только те, кто видел войну своими глазами. После проведенной амнистии «предателей» настроения в обществе изменились – люди не понимали. Назревала необходимость принятия политического решения по побывавшим в плену.

29 июня 1956 года приняли Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «Об устранении последствий грубых нарушений законности в отношении бывших военнопленных и членов их семей». 20 сентября 1956 года выходит Постановление Президиума Верховного Совета СССР «О применении Указа Президиума Верховного Совета СССР от 17 сентября 1955 года «Об амнистии советских граждан, сотрудничавших с оккупантами в период Великой Отечественной войны 1941 – 1945 гг.» к военнослужащим Советской армии и флота, сдавшимся в плен врагу в период Великой Отечественной войны».

Бывшие военнопленные вышли на свободу. Возвращение домой радовало, но у многих оставался горький осадок. Их приравняли к предателям и выпустили по «предательской» амнистии. К тому же вопрос об их трудоустройстве, предоставлении какого-либо жилья и возврате имущества не ставился.

Да, после обращений в органы власти и проверок многие из бывших военнопленных за свой подвиг получили правительственные награды. Но это было много позже.

 

Из аналитической справки МВД СССР:

Численность заключенных содержащихся в исправительно-трудовых лагерях и колониях:

на 1 января 1953 года находилось 2 472 247 человек.

1 января 1954 года – 1 325 003 человека.

1 января 1955 года – 1 075 280 человек.

1 января 1956 года – 781 630 человек (или 31,6% на 01.01.1953 года).

1 января 1957 года – 807 977 человек (или 32,7% на 01.01.1953 года).

 

После проведенных в 1950-е годы амнистий и запуска процесса реабилитации осужденных по политическим статьям страна перешла рубикон. Начинался новый период развития государства.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.