Мир переживает «тихую газовую революцию». Эксперты спорят о глобальной перекройке рынка углеводородов. Нефтегазовые компании подсчитывают будущие прибыли и убытки. Перевернет ли сланцевый газ мировую энергетику с ног на голову?

Начало истории

     О сланцевом газе впервые громко заговорили два года назад – в 2010-м. Тогда была опубликована очередная порция ежегодной статистики о состоянии газовой отрасли США. Вывод был сенсационным: Штаты вышли на первое место по объемам производства «голубого топлива». А прежний непререкаемый лидер – Россия – оказался лишь вторым. Причина называлась простая – выросшая в разы добыча со сланцевых месторождений, разработка которых ранее считалась нерентабельной.

В следующем году американский рынок пережил настоящий «сланцевый бум». Инвестиции в разработку новых месторождений выросли в десятки раз. Причем в процесс включились самые что ни на есть гранды нефтегазовой отрасли.

В январе 2010 года «Total» приобрела американские «сланцевые» активы «Chesapeake Energy» за 2,25 млрд. долларов. В мае ее примеру последовала «Royal Dutch Shell» – покупка независимого газодобытчика «East Resources» обошлась ей в 4,7 млрд. долларов. Но все рекорды побила «ExxonMobil», выложившая за производителя сланцевого газа «XTO Energy» 41 млрд. долларов – гигантскую сумму даже для такой огромной корпорации.

Локальная газовая революция стала реальностью. Растут инвестиции – растет добыча. К 2015 году эксперты ожидают, что сланцы будут обеспечивать США более 100 млрд. кубометров «голубого топлива». При этом администрация Белого дома прозрачно намекает, что в ближайшие годы США могут превратиться из импортера в экспортера (!) природного газа. И газовая индустрия подстраивается под эти перспективы.

 

 

Добычу газа в сланцевых пластах в США начали почти 200 лет назад. В 1821 году Уильям Харт, американский «отец природного газа», пробурил первую скважину во Фредонии, штат Нью-Йорк. Четыре года спустя из нее впервые извлекли природный газ. Потом о новом источнике забыли на полтора столетия. Лишь в 70-х годах прошлого века к нему вернулись уже с точки зрения промышленной разработки. В течение 20 лет частные компании и федеральное правительство выделяли средства на научно-технические разработки. Но долгое время, несмотря на очевидный прогресс в технологии добычи, коммерческая ценность «газовых» сланцев оставалась сомнительной. Действительно масштабная разработка этих залежей началась лишь в 2002 году, когда компания «Devon Energy» начала бурение «горизонтальных» скважин на месторождении Barnett Shale. В ходе эксперимента в сланцевые пласты под большим давлением нагнетали воду в смеси с песком и химическими реагентами – проводили так называемый фрекинг. Газа при этом оказалось так много, что сразу стало возможным говорить о масштабном производстве.

     

     

Не так давно стало известно, что корпорация «ConocoPhillips» подумывает отказаться от мегапроекта по строительству совместно с «British Petroleum» традиционного газопровода с Аляски стоимостью более 30 млрд. долларов. Об этом в интервью «Financial Times» заявил ее глава – Джим Малва. Акционеры опасаются, что дорогущая труба просто-напросто не окупится. Зато владельцы терминалов для приема сжиженного газа, наоборот, готовятся к расширению своего бизнеса. Только вместо оборудования для выгрузки «голубого топлива», они планируют новые мощности с учетом необходимости его вывоза из страны.

Заодно выяснилось, что помимо газа из сланцев можно извлекать и нефть. Однако скважины приходится бурить более глубокие. Зато в итоге становятся доступны для разработки просто огромные залежи «черного золота». Например, экспериментальные работы на месторождении Бакен показали, что вместо прогнозировавшихся ранее 150 млн. баррелей нефти из него можно будет извлечь 11 млрд. баррелей!!! Будет ли такой же успешной разработка других месторождений – покажет время. Но в 2011 году в развитие этого направления сырьевые компании вложили более 25 млрд. долларов. В целом было пробурено около 5000 новых шахт.

Технологические успехи фактически обрушили внутренний газовый рынок. В 2011 году в США объемы извлечения природного газа увеличились на 10%, а цена на него упала почти на треть – на 32%. От этого даже начались проблемы у атомной энергетики, которая вдруг оказалась не такой уж рентабельной по сравнению с энергетикой газовой.

Зато экономисты рассчитывают, что в течение ближайших нескольких лет активные разработки сланцев позволят создать около 900 тыс. рабочих мест, а заодно снизить себестоимость национальной нефтедобычи до 5–7 долларов за тонну (при 20 долларах в Тюмени).

В общем, Штаты переживают настоящую нефтегазовую эйфорию, которая, конечно, не может не сказаться на других странах мира. Тем более что американский бизнес отнюдь не ограничивает свои инвестиционные аппетиты только территорией родной страны.

 

 

Спецпосланник Госдепартамента США по вопросам энергетики в Евразии Ричард Морнингстар: «США могут стать независимыми от поставок природного газа в связи с открытием месторождений сланцевых газов. Открытие месторождений сланцевых газов позволит высвободить значительный объем сжиженного природного газа для других рынков. В настоящее время многие даже говорят о том, что США могут стать экспортером газа и ставятся задачи переделать терминалы, предназначавшиеся для импорта газа, под экспорт в Европу».

 

 

Последствия

Само по себе освоение новой технологии добычи углеводородного топлива вряд ли произвело бы сенсацию. Отрасль существует уже не первое столетие, и в ней постоянно кто-то где-то что-то совершенствует. Главный вопрос заключается в другом.

Обычно речь шла о повышении производительности или росте извлекаемых запасов на уже существующих месторождениях. То есть богатые нефтью и газом страны становились с развитием технологий чуточку богаче, бедные – оставались при своих. Освоение же сланцевых залежей может кардинально перекроить мировую энергетическую карту.

В мире насчитывается 48 сланцевых бассейнов, расположенных в 38 государствах. Многие из них раньше не могли похвастаться крупными запасами ископаемых энергоносителей и были вынуждены полагаться исключительно на зарубежных поставщиков.

Сегодня крупные залежи сланцевого газа обнаружены, в частности, в Австрии, Великобритании, Венгрии, Германии, Польше, Швеции, Украине, а также в Австралии, Аргентине, Индии, Канаде и Мексике. Огромные запасы сланцев имеются и у Китая. Местный энергетический гигант «PetroChina» предположительно имеет в досягаемости около 45 трлн. кубометров сланцевого газа (больше, чем все доказанные запасы России). Если ему удастся организовать эффективную разработку этого богатства – к 2030 году КНР обеспечит с его помощью до 25% всей газодобычи.

 

     

По оценке МАГАТЭ, мировые запасы природного газа в «альтернативных» месторождениях составляют почти 1000 трлн. куб. м (из них около 50% – сланцевый газ). Для сравнения, максимальная оценка запасов «традиционного» природного газа (по данным «British Petroleum») – всего 213 трлн. куб. м.

 

 

Чем это чревато для традиционных поставщиков – пояснять не надо. Тот же «Газпром», очевидно, мог бы не обращать никакого внимания на любые изменения на американском рынке. Российский монополист сжиженным газом почти не занимается, а потому его поставки в США идут, скорее, по разряду статистической погрешности. Куда надежнее и прибыльнее перекачивать «голубое топливо» соседям с помощью привычных (хоть и недешевых) трубопроводов.

А вот открытие новых месторождений у традиционных потребителей – дело совсем другое. Тут можно разом лишиться огромных рынков сбыта. Да и конкуренция с будущими американскими поставками «Газпром» и его коллег с Ближнего Востока наверняка не радует.

Уже в 2009 году, когда сланцевый газ стал существенным фактором на американском рынке, производители сжиженного газа (СПГ), который раньше приобретал Вашингтон, были вынуждены переориентироваться на других покупателей. В итоге началась очень неприятная для них игра на понижение. Катару, например, пришлось продавать «голубое топливо» Великобритании по 75 долларов за тысячу кубометров. Российская монополия в это же время торговала своим продуктом в Европе по 260–300 долларов. Существенная разница, не правда ли?

Неудивительно поэтому, что в течение 2010–2011 годов «Газпром» вел очень непростые переговоры со своими европейскими партнерами. И в целом ряде случаев шел на существенные уступки, разрешая оплачивать часть газовых поставок по спотовым (биржевым) ценам, т.е. фактически по сверхнизкой цене сжиженного газа. Ясно, что на этом монополия теряла миллиардные прибыли.

По мнению экспертов, подобная ситуация будет сохраняться на протяжении нескольких лет, а может даже десятилетий. Вот, например, мнение Михаила Крутихина, аналитика агентства «RusEnergy», высказанное газете «Коммерсант»: «Сжиженный газ будет диктовать цены на рынке вплоть до 2030 года. Уровень средних цен в Европе на все предстоящие двадцать лет примерно на 50 долларов за тысячу кубоометров будет ниже, чем контрактные цены «Газпрома», а в США – на 75–80 долларов. Выходом из такой ситуации могут стать солидарные действия производителей газа по поддержке цены на стабильном уровне в привязке ее к ценам на СПГ».

 

 

Китай не только инвестирует в развитие собственных месторождений, но и вкладывается в уже существующие разработки в тех же США. Недавно китайская госкомпания «CNOOC» приобрела за 570 млн. долларов у американской «Chesapeake» 33%-ную долю в сланцевых месторождениях газа и нефти на границе штатов Вайоминг и Колорадо. Сейчас на этих проектах добывается до 1000 баррелей нефти и 3 млн. куб. м газа в день. В планах «CNOOC» инвестировать в них еще 697 млн. долларов, доведя, в частности, число буровых установок до 20 к концу 2012 года.

 

 

Если же к этому добавится еще и конкуренция с местными производителями в странах-потребителях – ситуация и вовсе станет критической. Ведь под вопросом окажутся миллиардные инвестиции в разнообразные трубопроводы вроде «Северного потока». При низких ценах окупаться они будут уже не десятилетиями, а столетиями. А то и вовсе останутся пустыми трубами на дне моря.

 

Правда, по прогнозам Международного энергетического агентства, в течение ближайших 10 лет поставщикам «голубого топлива» катастрофических изменений на рынке ожидать не стоит. Пока потенциальные обладатели сланцевых богатств проведут полномасштабную геологоразведку, пока построят шахты, пока наладят поставки – пройдет немало лет. Так что, полагают эксперты, еще и в 2020 году примерно треть постоянно растущих энергетических потребностей Европы будет покрываться за счет российского газа.

С другой стороны, во многих странах к работам уже приступили. Активные исследования ведутся в Польше и Литве. Лицензии на разведку сланцевого газа на Украине еще в 2010-м получили «Shell» и «ExxonMobil». С 2011 года «Chevron» работает с аналогичными проектами в Болгарии и Румынии. Все участники этих проектов надеются уже через 3–7 лет начать собственную добычу. Серьезные средства в разведку готовы вкладывать и государственные бюджеты. Так что 10 лет вполне могут пролететь незаметно.

 

Споры и сомнения

Небывалая инвестиционная активность, кипящая вокруг сланцевых месторождений, заставляет некоторых скептиков усомниться в радужных перспективах новой технологии. Не надо забывать, говорят они, что западная экономика сплошь и рядом строится на «пузырях», за которыми кроме биржевых спекуляций не стоит ровным счетом ничего.

В принципе, вполне может оказаться, что громкая информационная кампания была затеяна только для того, что привлечь дополнительные средства в разработку сланцевых месторождений, которые до недавнего времени эксплуатировались в основном компаниями средней руки. Теперь же в них устремились миллиарды от крупнейших мировых концернов, и прежние хозяева могут спать спокойно.

Сомневаются некоторые эксперты и в реальности озвучиваемых цифр по себестоимости добычи «сланцевых» богатств. Все имеющиеся данные мы черпаем из отчетов компаний-разработчиков. Независимой статистики кот наплакал. А как умеют играть с цифрами штатовские бухгалтеры, когда речь идет о привлечении инвестиций, все прекрасно знают еще со времен аферы «Enron», которую, кстати, тоже поддерживали подбадривающими заявлениями из Белого дома.

Если же реальные затраты составляют, как полагают отдельные специалисты, 212–283 доллара США за тысячу кубометров, то сланцевый газ представляет собой всего лишь адекватную замену традиционному «голубому топливу», но никак не чудесную панацею от всех экономических бед. В этом случае его, скорее всего, ждет судьба «предшественника» – угольного метана. В свое время в добычу этого «альтернативного» газа также вкладывались существенные средства. Но после пары лет бурного роста добычи показатели стали неуклонно снижаться, и в итоге все вернулось на круги своя.

Косвенно опасения скептиков подтвердили и власти США. Вскоре после громкого заявления о «сланцевом прорыве» статистическое ведомство сообщило об отдельных искажениях в полученных данных, после чего скорректировало итоговые объемы добычи в меньшую сторону.

Более умеренные критики придерживаются мнения, что «сланцевый переворот» – это такое своеобразное национальное явление, характерное только для США. Вряд ли, заявляют они, опыт одной страны может быть механически перенесен в другие регионы с тем же успехом. А если это так, то и глобального переворота в энергетике не предвидится. В таком случае «сланцы» ждет судьба биотоплива, основное производство которого сосредоточилось в Америке и теперь потихоньку сокращается.

Определенные основания для такого мнения есть.

Сланцевый газ, как сейчас известно, содержится в месторождениях в общем-то в небольших количествах (0,2–3,2 млрд. куб. м/кв. км). Но если при добыче задействуются залежи большой площади – на выходе результат получается весьма впечатляющим. В США с их большой и не очень плотно заселенной территорией это не проблема. В Европе же – большой вопрос. Только экспериментальная разработка в Польше предполагает охватить площадь в несколько миллионов акров. Для промышленной добычи ее нужно будет увеличить в разы. Так что рано или поздно разработчики уткнутся в обжитые земли.

Сомнительна и экологическая безопасность технологии. Используемая при фрекинге смесь воды, песка и химикатов, по мнению защитников природы, отнюдь не безобидна. Противники этого метода исследования недр утверждают, что фрекинг не только загрязняет грунтовые воды, но может даже… вызывать землетрясения! Великобритания, к примеру, свернула глубинную разработку месторождения в районе города Блэкпул после небольших колебаний почвы весной 2011 года. А во Франции фрекинг и вовсе запретили на законодательном уровне. Хотя, быть может, потому, что особенно обширными запасами сланцев страна не обладает. В США же основные разработки ведутся в пустынных районах, каких в Европе немного.

 

 

Констанин Симонов, директор Фонда национальной энергобезопасности: «Пока все прогнозы строятся на успехах сланцевого газа в одной отдельно взятой стране. Но произойдет ли экспорт революции? Возможно, сланцевый газ останется чисто региональным чудом» (из интервью газете «Известия»).

 

 

Отдельный вопрос – экономика. Ясно, что нет смысла огород городить, если в итоге «чудесный» сланцевый газ окажется дороже собрата, добытого традиционным методом. В Штатах уровень рентабельности достигается при себестоимости разработки в 210–250 долларов за тысячу кубометров, что не очень-то и дешево по европейским меркам. То есть, конечно, в сравнении с газпромовскими 300 долларами цифры выглядят неплохо. Но с тем же катарским СПГ, который в среднем продавался в прошлом году по 170–180 долларов за тысячу «кубов», конкуренции уже не выдерживает. А эмиры, как мы уже говорили выше, при случае готовы ужаться еще больше.

Наконец, доподлинно не ясно, насколько эффективной окажется разработка конкретных месторождений. Накопленный опыт пока можно свести к старой поговорке: раз на раз не приходится. В США, как уже говорилось, получалось сразу достичь небывалой продуктивности. А вот первые эксперименты в Польше на выходе дали пшик. Не сильно заладилось и в Венгрии, где «ExxonMobil», как говорят, «нашла больше воды, чем газа».

Геологи связывают это с огромным разнообразием мест и форм залегания сланцев. Например, в Бразилии их добывают открытым способом, в Чувашии пласты находятся на расстоянии от 10 до 50 м от поверхности, в Ленинградской области и Эстонии – от 80 до 300 м, в Беларуси – от 64 до 517 м, на Украине  – в 2,5 км от поверхности. В США средняя глубина залегания сланцевой руды – от 1,5 до 3 км.

Отсюда и еще один вопрос. Насколько технические новинки, опробованные в Штатах, окажутся применимыми в других регионах? И сколько времени уйдет на их адаптацию под местные условия? Американцы у себя экспериментировали больше 20 лет. Европейцам, по мнению скептиков, потребуется лет 10–15, чтобы повторить успех. И неясно, во сколько он им в итоге обойдется в денежном выражении. Ведь в США под эту индустрию в течение десятилетий создавались и производственные мощности, и инфраструктура. В ЕС же даже бурового оборудования в достаточном количестве пока нет. Единственное, что играет на руку европейцам – готовность американских корпораций активно инвестировать в сланцевые проекты Старого Света.

 

 

Международное энергетическое агентство пока придерживается пессимистичных прогнозов о перспективах добычи сланцевого газа в Европе. Аналитики предполагают, что к 2030 году его будет добываться от 15 до 40 млрд. куб. м в год. В мировом масштабе – не так уж много.

 

 

В общем, говорить о победе «сланцевой революции» пока рановато. Хотя существенные подвижки в мировом энергетическом равновесии уже происходят. Даже если старушке-Европе не удастся в итоге наладить собственное производство, экспорт из-за океана заставит традиционных поставщиков несколько умерить свои ценовые запросы. Тем более что прецедент уже есть. Болгария, которая традиционно покупала «голубое топливо» у России, совсем недавно получила заманчивое предложение от Хиллари Клинтон. Та пообещала, что Вашингтон обеспечит Софию необходимыми объемами энергоносителей по цене ниже той, что готова предложить Москва. В Кремле предложение явно не вызвало бурной радости.

О новых энергетических вызовах, кстати, говорил и Владимир Путин в своем последнем выступлении перед Госдумой в качестве премьера: «Идет новая волна технологических изменений. Меняется конфигурация глобальных рынков. Так, например, США в последние годы активно занимаются развитием технологии добычи сланцевого газа. А это может, конечно, серьезно перекроить структуру рынка углеводородов. Отечественные энергетические компании, безусловно, должны уже сейчас отвечать на этот вызов».