РАЛЬФ НЕЙДЕР: «УОЛЛ-СТРИТ НЕ ОСТАВЛЯЕТ ВАШИНГТОНУ ШАНСА»
Апрель 2009
Вернуться к номеру >>

Автор: Автор интервью - Виктор Олевич
Раздел: Политика
Теги: политика, экономика, кризис, персоналии, США



На вопросы журнала «Планета» отвечает

ТОТ САМЫЙ НЕЙДЕР

 

Тот самый Нейдер, который наказал демократов за лицемерие и в 2000 году преградил Альберту Гору путь в Белый дом.

Тот самый Нейдер, который практически в одиночку призвал к ответу богатейшую корпорацию «General Motors».

Тот самый Нейдер, печальные предсказания которого по поводу будущего Америки продолжают сбываться…

 

– Ряд американских и международных экономистов прогнозируют крах доллара в ближайшие несколько лет. Как Вы оцениваете такую возможность?

 

Ральф Нейдер: Если будет сильная инфляция, то такое развитие событий станет очень вероятным. Основной вопрос – способны ли США контролировать уровень инфляции, не поднимая процентную ставку настолько высоко, что она замедлит экономическое возрождение. Уверен, что Федеральный Резерв и Министерство финансов США об этом сейчас очень волнуются.

 

– Какие меры должны быть приняты американ-ским руководством для стабилизации экономической ситуации?

Р.Н.: Необходимо спуститься с небес на землю, приземлить экономику, сделать ее более общинной. Иными словами, надо тратить меньше государственных денег и ресурсов на Уолл-стрит и больше – на работников и на малые бизнесы, чтобы повысить их потребительские способности. Уолл-стрит в первую очередь занята спекуляциями. Спекуляциями с ценными бумагами, которые не имеют никакого отношения к реальной экономике – это ставки на ставки на ставки. Деятели Уолл-стрит – капиталисты казино, играющие в азартные игры. При этом американское правительство пытается спасти их, в том числе гарантируя ценность финансовых инструментов «CityGroup» и «AIG». Это не связано с производством предметов первой необходимости или потребностью в их производстве. Это не ведет ни к подъему производства, ни к росту сектора обслуживания, ни к удовлетворению финансовых потребностей населения в сфере недвижимости.

 

– Многие поклонники видят в президенте США Бараке Обаме своеобразного спасителя. Существует ли на самом деле разница между политикой Обамы и его предшественника? В чем Обама и Буш-младший похожи?

 

Р.Н.: Общее у Буша и Обамы то, что они оба в долгу у Уолл-стрит, которая контролирует триллионы долларов в пенсионных планах рабочих и служащих, взаимных фондах и других накопительных фондах. Никогда нельзя было разрешать им использовать эти ресурсы в спекулятивных целях или для игры на них. Уолл-стрит играет на чужих деньгах, но не на своих. Будь то Буш или Обама, они оба утверждают, что страна находится в заложниках у Уолл-стрит, потому что она контролирует столько триллионов долларов, многие из которых уже пропали во время коллапса за последние шесть месяцев. Например, деньги из пенсионных и взаимных фондов. Так что в этом смысле Буш и Обама оба реагируют на власть Уолл-стрит над Вашингтоном. Однако в этом нет никакой необходимости, потому что кроме как в Вашингтоне Уолл-стрит искать спасения просто негде. Вашингтон может не оставить Уолл-стрит выбора, но происходит наоборот – Уолл-стрит не оставляет Вашингтону выбора. Мы не имеем политических лидеров, готовых поставить интересы простых людей на первое место и заставить Уолл-стрит приспосабливаться, вместо того чтобы заставлять людей страдать ради удовлетворения их интересов и нескончаемого потока планов по его спасению. Взгляните на «AIG» и «CityGroup». Еще, еще, еще! Единственное, что они ежедневно производят, – это долги.

 

– Нынешний экономический кризис сравнивают с Великой депрессией, а Барака Обаму – с Рузвельтом. Насколько оправданны подобные сравнения?

 

Р.Н.: Я думаю, мы находимся на ранней стадии депрессии. На самом деле Рузвельт не тратил столько денег, и экономика вновь покатилась вниз в конце 30-х годов, когда он пообещал сбалансировать государственный бюджет. Это спасло экономику, но спасло ценой многих сломанных жизней. Но он хотя бы тратил деньги на реальную экономику, на создание рабочих мест, на общественные работы. Обама кое-что из этого тоже делает, но вы заметите, что из 800 млрд. долларов, выделенных на стимулирование экономики, многие уйдут на уменьшение налогов, и неизвестно еще, скажется ли это на уровне по-требления в обществе. По расчетам, люди потратят не более 50% этих денег. Остальное будет использовано на покрытие долгов или на сбережения. Хорошо, что Обама начал говорить о поддержании государственной инфраструктуры и об использовании солнечной энергии и о других актуальных вопросах, но ему все равно приходится делать вливания в уолл-стритовские казино, что не есть хорошо. Нет оснований полагать, что этим будет что-либо достигнуто, кроме психологического эффекта на Уолл-стрит. А этого недостаточно! Необходимо реформировать Уолл-стрит, которая ныне является полем для криминальной деятельности. Надо забрать пенсионные фонды, взаимные фонды и другие ресурсы из рук биржевиков, потому что они играют с ними, как в казино. Уолл-стрит играет с чужими деньгами, игнорирует свои попечительские обязательства и обогащает боссов финансовых компаний. Делается это даже наперекор интересам их собственных компаний, тех же «CityGroup», «Bank of America», «Bear Stearns», «AIG» и «Lehman Brothers». Ради собственного обогащения они завышали цену акций своих компаний, занимались финансовыми операциями с чрезмерной степенью риска и манипулировали долгами в своих расчетах таким образом, чтобы их опционы росли в цене, а их бонусы увеличивались в размере. В процессе этого они разрушали либо наносили серьезный вред своим компаниям, прежде чем спуститься с тонущего корабля на «золотом парашюте». Вот насколько все плохо. Они даже не заботились о своих компаниях, не то что о чужих пенсионных сбережениях и взаимных фондах.

 

– Банковская отрасль – одна из наиболее пострадавших в ходе нынешнего кризиса. Какие реформы нужны в этой сфере?

 

Р.Н.: В Америке уделяется недостаточно внимания стабильным банковским структурам. Прежде всего я говорю о небольших районных банках и кредитных союзах. В США 85 млн. человек состоят в кредитных союзах. В стране их насчитывается около 8 тыс. и они на самом деле являются потребительскими кооперативами, которыми владеют сами вкладчики. Их общие активы немного недотягивают до триллиона долларов. Сравним с «CityGroup», активы которой 8 месяцев назад составляли 1,1 трлн. долларов. Сегодня активы кредитных союзов стабильны, а «CityGroup» обанкротилась. В этом разница между кооперативной банковской моделью (кредитными союзами) и моделью коммерческих инвестиционных банков, как хорошо проиллюстрировали события с «CityGroup». Поразительно, как мало внимания уделяется кредитным союзам, причинам стабильности этой модели и почему ни один кредитный союз еще не обанкротился. Единственное пятно на кредитных союзах – это то, что оптовые кредитные союзы, которые призваны обеспечивать ликвидность и не являются потребительскими кооперативами, делали инвестиции наподобие «CityGroup» и «AIG». Так что они получат некоторую помощь от федерального правительства, но только потому, что они отошли от первоначальной модели потребительской кооперации и попытались стать более похожими на коммерческие банки. Таких оптовых кредитных союзов всего 28. А 8000 розничных кредитных союзов твердо стоят на ногах и дают ссуды на покупку автомобилей, домов, для семейных нужд и на обеспечение деятельности малого бизнеса.

 

 

– Способен ли Интернет изменить политический мир? В какой мере интернет-революция за-тронула социополитическую сферу?

 

Р.Н.: На данный момент Интернет превосходен в качестве источника информации и этот источник – бесплатный. Однако он оказался неспособным мотивировать людей на прямые действия кроме рассылки писем через электронную почту. Он не доказал, что способен вывести людей на крупные марши и шествия или приблизить людей к жизни своей общины, своего района. Электронная почта, которая массово поступает американским законодателям от избирателей, теряет в значимости. Сейчас более эффективно послать обычное письмо или позвонить в Конгресс, чтобы быть услышанным, чем слать электронную корреспонденцию. Электронных писем так много, что их уже не воспринимают всерьез. Когда Интернет только зарождался, некоторые предсказывали, что это приведет к созданию по-требительских групп, которые смогут определить наиболее выгодные и качественные предложения при покупке автомобилей и других товаров, а также в сфере банковских услуг. Но этого не произошло. Потом говорили, что Интернет приведет к созданию новых партий, к усилению третьих партий. Не произошло и этого. Утверждали, что Интернет сделает политиков более ответственными, так как люди больше не будут вынуждены полагаться в поисках информации на короткие новостные репортажи основных телестанций (ABC, CBS, NBC). Это тоже не сработало. Более того, 90% сенаторов и конгрессменов даже не размещают сведения о том, как они голосовали по тому или иному законодательному акту, на своих официальных интернет-страничках. При том что это, наверное, главное, что избиратели желают на них видеть. Интернет – виртуальная реальность, и на данный момент он не смог оказать существенный эффект на реальность «реальную» в демократических обществах.

 

 

– Администрация Буша-младшего имела репутацию слишком произраильской в своем подходе к разрешению конфликта на Ближнем Востоке. Считаете ли Вы, что позиция администрации Обамы будет более сбалансированной?

 

Р.Н.: Пока это еще не видно, но трудно представить, что Обама отнесется с таким же почтением к военным мерам израильтян против палестинского народа, как Буш и Чейни. Я говорю так по трем причинам. Во-первых, поведение израильтян в ходе последней кампании в Газе было возмутительным – они убили сотни детей, невинных мужчин и женщин, оставили тысячи покалеченных, разрушили общество. Это заставит администрацию Обамы призадуматься. Во-вторых, новый госсекретарь США Хилари Клинтон начала с того, что сказала о своей озабоченности страданиями палестинских детей в Газе. Израильтянам трудно будет воспротивиться этому. В-третьих, бывший сенатор Джордж Митчелл более влиятелен, чем все посланники, которых Буш отправлял на Ближний Восток. С другой стороны, израильское правительство будет более непримиримым, чем раньше, так как оно будет под контролем правых партий – чего не было при Буше. Так что вопрос в том, кто сильнее – администрация Обамы или контролируемый Израилем американский Конгресс. Сколько бы Израиль ни совершал военных преступлений против палестинцев, сколько бы ни оккупировал, ни устраивал блокады, брал в осаду, разрушал, сколько бы ни нарушал американ-ское законодательство, запрещающее использовать приобретенные в США вооружения в наступательных целях, что бы Израиль ни сделал – 400 из 435 конгрессменов немедленно голосуют за резолюцию в поддержку действий израильтян. В сенате они получают более 90% голосов. Пока израильское правительство контролирует Конгресс США, Белый дом ничего не сможет сделать. Когда премьер-министр Израиля встречается с президентом США, он приходит с американским Конгрессом в своем кармане, и все президенты об этом знают. Чтобы преодолеть это, администрации нужна экстраординарная настойчивость и храбрость, и я не думаю, что Обама способен на это, особенно во время экономического кризиса.

 

 

– Сможет ли администрация Обамы нормализовать отношения с Тегераном?

 

Р.Н.: Это более вероятно. Если Израиль не ударит первым по иранским ядерным объектам. В чем на самом деле состоит конфликт с Ираном? С Ираном нет территориальных конфликтов, Иран ни на кого не нападал в последние 250 лет они были нашими союзниками против Талибана в Афганистане. Иран очень напуган, он окружен агрессивными вооруженными силами. Израиль имеет 250 ядерных бомб и боеголовок. Он имеет четвертую по силе в мире армию. Америка окружила Иран с Запада и с Востока. Она включила Иран в «Ось Зла» вместе с Ираком и Северной Кореей, а затем напала на Ирак. Иранцы боятся подобного нападения. Они находятся под постоянным наблюдением военных спутников, в Иран засылаются шпионы, в него входят и выходят группы американского спецназа. И кто-то удивляется, что они напуганы? Единственное, чем, по их мнению, можно обезопасить себя, – развивать свою ядерную программу и придерживаться двусмысленности насчет своих возможностей создать одну-две примитивные ядерные бомбы. По примеру КНДР, ядерная программа которой остановила Буша и заставила его сесть за стол переговоров при содействии китайцев. Таким образом, действия Ирана можно понять. Поддержку Ираном Хезболлы тоже можно понять. Если бы на северной и южной границе США стояли мощные армии наших противников, мы бы делали еще больше, чем Иран, чтобы обеспечить свою безопасность. Так что есть все основания предполагать, что дипломатическое решение в отношениях с Ираном будет найдено, если администрация Обамы не применит агрессивный подход своего предшественника.

 

– Каким вам видится будущее Китая и его экономической системы?

 

Р.Н.: Я изучал Китай в университете, занимался дальневосточными исследованиями. Китайцы когда-то называли свое государство «срединным царством». Они считали, что весь остальной мир вращается вокруг них, что другие уступают им. Много веков назад они были гордой, развитой нацией. А теперь они все больше копируют у себя западные модели экономической деятельности, западные технологии. Вместо того чтобы применять собственные инновации, вместо того чтобы следовать собственным ритмам истории. Сегодня мы наблюдаем в Китае загрязняющие окружающую среду заводы и фабрики, отравленную воду, разрушение системы здравоохранения, нищету в деревне и экономическую систему, базирующуюся на экспорте. Это делает страну очень зависимой от мировых тенденций. Так, только в прошлом году 20 млн. китайцев лишились рабочих мест. Это создает нестабильную ситуацию. Китай превратился из срединного царства в королевство, копирующее все западное. Я думаю, это не в интересах китайского народа. Они должны приложить намного больше усилий для развития своего отечественного потребительского рынка и распределения прибыли от экономического роста в сельские районы, где живут 800 млн. китайцев. Китай сейчас пересматривает свою экономическую стратегию и пытается сделать ее менее зависимой от экспорта. КНР имеет такой торговый дисбаланс с Соединенными Штатами, что Пекин вынужден покупать американские ценные бумаги, становясь одним из основных кредиторов Америки, усиливая при этом свою зависимость от нее.

 

– Почему Вам не удалось завоевать больше голосов избирателей в ходе президентской кампании 2008 года? Собираетесь ли Вы выставлять свою кандидатуру в президенты в 2012 году?

 

Р.Н.: По поводу 2012 года еще слишком рано говорить. В США доминируют две партии. Миллионы детей учат в школе, что существует только два выбора – либо республиканец, либо демократ. Так как обе партии получают деньги от одних и тех же корпораций, между ними куда больше общего, чем тех различий, из-за которых они все еще способны бороться друг с другом. Комиссия по дебатам в США – это корпорация, созданная демократами и республиканцами в 1988 году. Они ее контролируют и решают – кому разрешить участвовать в дебатах с их кандидатами. Они решили, что кроме Росса Перо никто не будет участвовать в дебатах с республиканцами и демократами. Пока основные американские телестанции транслируют для десятков миллионов зрителей дебаты между республиканцами и демократами без участия кандидатов других партий, кандидаты от третьих партий оказываются выключенными из процесса. Если только они не миллиардеры, кандидаты третьих партий не могут получить доступ к десяткам миллионов американцев, даже если они, как я, ведут президентскую кампанию во всех 50 штатах. В Америке одна из наименее демократических систем во всем западном мире. Поэтому я называю ее двухпартийной диктатурой.

 





Спешите подписаться на журнал “Планета”!