«Credo» алмазного короля

 

– Я давно Вас не видела, мистер Родс, что Вы сделали за это время?

– Присоединил еще две провинции к владениям Вашего Величества.

– Как жаль, что мои министры не похожи на Вас!

Они умеют    только терять мои провинции…

Из разговора  Сесила Дж. Родса с королевой Викторией

 

            26 марта 1902 года в небольшом городке Мойценберге скончался Сесил Джон Родс – один из величайших бизнесменов и политиков своего времени. Такие люди не умирают просто так. Они покидают этот мир, произнеся какую-то громкую фразу – и она передается из поколения в поколение. Родс великой фразы не произнес. Его последними словами была обращенная к сиделке просьба: «Переверните меня». Поэтому великое изречение придумали за него. Усилиями журналистов в истории остался афоризм: «Как мало сделано, и сколько нужно еще сделать».

            Что ж, в этих словах и вправду отразилась вся жизнь Сесила Джона Родса, превратившегося из пятого сына безвестного викария в одного из влиятельнейших людей планеты, создавшего ни много ни мало собственное государство и мечтавшего о глобальной англосаксонской империи…

 

Дотянуться до звезд

«Мир почти весь поделен, а то, что от него осталось, сейчас делится, завоевывается и колонизуется. Как жаль, что мы не можем добраться до звезд, сияющих над нами в ночном небе! Я бы аннексировал планеты, если б смог; я часто думаю об этом. Мне грустно видеть их такими ясными и вместе с тем такими далекими», – говорил Родс.

 

«Совершить или умереть!»

            В 13 лет многие подростки придумывают себе громкие девизы. И юный Сесил не отличался от сверстников. Его девиз был «Совершить или умереть» – громко, можно сказать, пафосно. Если не учитывать одну особенность. У мальчика, появившегося на свет 5 июля 1853 года, обнаружили неизлечимую болезнь сердца. Маленький Родс с детства усвоил то, что другие понимают уже в зрелом возрасте, – каждый день может стать последним. Поэтому со свойственным юности максимализмом Сесил стремился как можно громче заявить о себе – в школе он считался лучшим учеником и рано увлекся богословием и правом. Этому способствовало то, что его отец был викарием в графстве Хертфордшир. Юноша мечтал о поступлении в Оксфорд и о карьере юриста или священника. Но осуществить эти планы было непросто.

            Хотя Родсы не бедствовали, доходов викария хронически не хватало на то, чтобы поставить на ноги немаленькую семью. У Сесила было десять сестер и братьев (еще двое умерли в детстве). Для Сесила Джона Родса – самого младшего из пятерых сыновей – традиционная для младшего дорога в армию была закрыта из-за болезни, а на Оксфорд просто не было средств. Положение спасла состоятельная тетушка будущего мультимиллионера, «субсидировав» Родсу 2000 фунтов на обучение. Казалось бы, молодому человеку оставалось только отправиться в Оксфорд. Однако слово взяли врачи – у юноши в довесок к больному сердцу обнаружился еще и туберкулез. Лечить эту болезнь тогда не умели. Спасти Родса от быстрой смерти мог только скорейший отъезд из Туманного Альбиона. Деньги, полученные на учебу, пришлось потратить на переезд в теплые края.

 

Кулинарные предпочтения

Известие о том, что он болен смертельной болезнью, Родс принял стоически: одной больше – одной меньше. А к необходимости переезда отнесся даже с некоторым юмором. «Я покидаю Англию потому, что больше не могу есть эту холодную баранину», – пошутил он.  В 1870 году Сесил отбыл в Южную Африку, взяв с собой лишь несколько смен одежды и томик Марка Аврелия.

 

            Выбор Сесила пал на Южную Африку. Там, в колонии Наталь, уже жил его старший брат Герберт. Он владел небольшой хлопковой плантацией, однако основной доход ему приносил старый, проверенный еще в Северной Америке «бизнес белого человека» – продажа туземцам спиртного, безделушек и кое-какого оружия по баснословной цене.

            Путешествие едва не отправило юношу на тот свет. Однако то ли сухой африканский климат сделал свое дело, то ли заветы Марка Аврелия – но, сойдя на берег в порту Дурбан, Сесил немедленно нанял повозку и отправился на ферму к брату. Целый год они вместе выращивали хлопок и торговали с туземцами, однако в 1871 году и их накрыла незримая волна, прокатившаяся по всему миру. Имя ей – «алмазная лихорадка».

 

«Король камней»

В 1866 году дети одного из фермеров с плато Кимберли, играя на берегу реки Оранжевой, подобрали и принесли домой белые камешки. Каково же было потрясение родителей, когда один из них оказался алмазом весом в 21 карат (4,2 грамма). Через три года примерно в том же месте крупный алмаз нашел пастух. Этого оказалось достаточно, чтобы со всех концов мира в Кимберли устремились охваченные жаждой наживы «джентльмены» с наставлением по горному делу в кармане сюртука и револьвером в саквояже. Уже в первые годы лихорадки множество добытых камней «обвалило» рынок. Цены на «короля камней» упали в несколько раз, но на берега Оранжевой продолжали прибывать все новые и новые старатели.

 

            Братьев Родс подхватил поток двигающихся в Кимберли авантюристов. Здесь, в старательском городке, где только самые богатые жили в хижинах из жести от распрямленных консервных банок, где при игре в карты алмазы ставились на кон горстями, где можно было легко разбогатеть и еще легче получить пулю в лоб, Сесил Родс продемонстрировал недюжинную удачливость и деловую хватку. Застолбленная братьями земля оказалась достаточно богатой. Вскоре они выбились в «элиту» Кимберли. У них было несколько участков и довольно неплохой доход. Однако Герберт Родс недолго наслаждался богатством. Однажды он заснул в своей палатке с книгой в руках. От упавшего светильника начался пожар. Когда огонь добрался до бочонка рома, стоявшего под гамаком Герберта, тот взорвался.

            Похоронив брата, Сесил еще активнее занялся делами. К 1873 году он имел со своих участков стабильный доход 200 фунтов в неделю. Учитывая, что с тех пор британский фунт «похудел» в несколько раз, сумма в переводе на современные деньги выходит немаленькая. И все благодаря тому, что Родс занялся невиданным среди старателей делом – планированием.

 

«Чистая филантропия очень хороша, но филантропия плюс пять процентов годовых – еще лучше»

            Так сказал однажды Родс. Расчетливость, бескомпромиссность и бульдожья деловая хватка снискали ему уважение среди старателей, хотя Сесил и не умел метко стрелять, скакать верхом или сворачивать челюсти ударом кулака.

            В том же 1873 году, оставив вместо себя управляющего, Родс вернулся в Англию и поступил в вожделенный Оксфорд. 20-летний студент, ворочающий сотнями тысяч фунтов, оказался одним из самых богатых учеников университета. Однако обучение в оксфордском колледже Ориэл – растянулось для Сесила на долгие восемь лет. По нескольку раз в году ему приходилось брать академический отпуск и возвращаться к своим алмазным копям, требовавшим все большего внимания.

            Родс быстро понял, что у обычных старателей нет будущего, а копание в земле – лотерея. Все заработанные деньги он вкладывал в паровые машины и оборудование, способное работать на глубине, ставя тем самым добычу на новую, промышленную основу. Попутно Родс приобретал холодильные установки и продавал рабочим лед, а также покупал окрестные фермы. Когда грянул экономический кризис, он начал за бесценок скупать участки других старателей. Пожалуй, самой удачной сделкой стала покупка земли братьев Йоханеса и Дитриха Де Бееров (если по-английски и во множественном числе – «Де Бирс»). Угодья, купленные за 50 фунтов, они с удовольствием уступили за 6000. И прогадали. Именно эта земля стала основой алмазного королевства Родса. В 1880-м Сесил создал компанию «De Beers Diamond Mining», доход которой в том же году составил 50 000 фунтов.

 

Алмазные сети «Де Бирс»

К 1902 году «Де Бирс» контролировала 95% мирового производства алмазов. А в 1933 году строительство мировой алмазной монополии закончил Эрнест Оппенгеймер, создавший «Central Selling Organisation», которую журналисты порою называют Синдикатом. Эта организация полностью взяла под свой контроль процесс обработки и продажи бриллиантов.

            Десять раз в год Синдикат проводит в Лондоне своеобразные торги: крупным покупателям – сайтхолдерам – предлагаются коробочки с необработанными камнями и заранее определенной ценой. Клиент либо покупает «свою» коробочку, либо уходит с пустыми руками. Кроме того, сайтхолдерам запрещено перепродавать необработанные камни, что позволяет «Де Бирс» контролировать мировые запасы алмазов и играть на темпах их добычи.

 

«Символ веры»

            Так назвал Сесил Родс написанную им в 1877 году книгу. Этот философско-политический трактат стал настоящим духовным «завещанием» 25-летнего «алмазного короля». Он восхищал многих англичан, а Редьярд Киплинг, прочитав его, навсегда записал Родса в число великих людей.

            И неудивительно! В «Символе веры» Сесил четким, не допускающим двойного толкования языком сформулировал свою «идею фикс» – создание мировой империи во главе с Великобританией. Он считал себя последователем Бенджамина Дизраэли, сказавшего в свое время, что основа могущества Британии – безостановочная колониальная экспансия. Сесил пошел еще дальше, заявив, что для этого необходимо сформировать «закрытый клуб» – этакое тайное правительство из богатейших предпринимателей, которые бросят все свои сбережения на достижение великой цели.

            Естественно, главными в новой мировой империи должны были стать англичане. Родс вообще считал белую расу генетически идеальной, а британцев – самыми передовыми ее представителями. «Я утверждаю, что мы – лучшая нация в мире, и чем большую часть мира мы заселим, тем лучше будет для человечества».  Вслед за лордом Розбери Сесил повторял, что Британская империя является «величайшим мировым агентством добра, которое когда-либо видел свет». Мнение других народов его – впрочем, как и большинство англичан – не интересовало. Жители Туманного Альбиона готовы были принести цивилизацию куда угодно. «Распространение британского владычества во всем мире, колонизация британцами всех тех стран, где условия существования благоприятствуют их энергии, труду и предприимчивости», – вот что, по большому счету, было целью «просвещенных мореплавателей».

 

Властелины мира

Автор «Символа веры» считал, что дело создания новой империи должна взять на себя некая сверхэлита – транснациональная организация крупнейших промышленников, финансистов и банкиров.

            «Почему бы нам, – писал Родс, – не основать тайное общество с одной целью – поставить весь цивилизованный мир под британское управление и воссоединиться с США, объединив всех англосаксов в единой империи. Давайте создадим своеобразное общество, подобие церкви, для расширения Британской империи».

            На средства, в том числе от продажи алмазов, Родс предлагал купить, аннексировать или завоевать все страны «дикого мира», создав великое государство, «над которым никогда не заходит солнце».

 

            Конечно, Родс ни словом не обмолвился о том, что главной целью британской колониальной экспансии было выкачивание ресурсов из подконтрольных территорий. Но ведь его друг и единомышленник Киплинг тоже ни слова не сказал об этом в своем знаменитом стихотворении «Бремя белых». Финальным аккордом образования «Всемирной империи», по мнению Родса, стало бы создание всеобщего парламента, способного «осуществить лучшие чаяния человечества». Однако перед этим британский «Юнион Джек» должен был взвиться над Ближним Востоком, Южной Америкой, островами Тихого океана, Малайским архипелагом, береговыми линиями Китая и Японии… Потом надлежало «вернуть» в состав Британской империи США. А «первым камнем» в создании всемирного государства должна была стать Африка.

            «Мы, люди практичные, – заключал Родс, – должны завершить то, что пытались сделать Александр и Наполеон». Поэтому в средствах создатели будущей «мировой империи», в когорту которых Родс собирался войти и сам, ограничиваться не намеревались. Мечась между Оксфордом и Кимберли, Сесил не только занимался учебой и бизнесом, но и активно собирал «политический капитал». Принятый при дворе, он заручился поддержкой правительства королевы Виктории и начал щедро финансировать скупку, а если было необходимо – и вооруженный захват пограничных с Капской колонией территорий. И вот уже студент и предприниматель присоединяет к владениям Британской короны несколько протекторатов, крупнейшим из которых стал Бечуанленд (нынешняя Ботсвана). В ответ Ее Величество назначает Сесила Родса премьер-министром Капской колонии, возводит его в рыцарское звание, наделяет титулом Лорда и вводит в состав Тайного совета короны. А между тем, сэру и лорду в ту пору было около 30 лет!

            Родс мечтал поставить под контроль британской короны Центральную Африку, а потом и весь огромный континент, и ввести режим самоуправления «с равными правами для всех цивилизованных людей». Под «цивилизованными», конечно, подразумевались белые, и в первую очередь «элита элит» – англичане. Однако в середине 80-х годов Родсу пришлось на некоторое время приостановить реализацию своего «Символа веры» – у него внезапно появился конкурент.

 

«Боливар не вынесет двоих»

            Умные мысли приходят в думающие головы одновременно. Родс начал скупать участки, переводить добычу на промышленную основу. Но и его конкурент занялся тем же – и преуспел. Имя его – Барни Барнато – тоже стало легендой. Барни начинал в лондонских трущобах клоуном и уличным акробатом. Заразившись «алмазной лихорадкой», он отправился в Южную Африку и прибыл в Кимберли примерно в одно время с братьями Родс. Как и Сесил, бывший клоун довольно быстро разбогател. И даже обошел сына викария в негласном соревновании «чей кошелек толще». Родс предположил, что под алмазоносной «синей землей» находится еще более богатая «желтая земля», и за бесценок скупал участки, которые их хозяева считали уже «пустыми». Барни Барнато пришел к тому же выводу и поступил точно так же. Сесил понял, что бесконтрольное насыщение рынка алмазами приведет к их обесцениванию и разорению хозяев «алмазных полей» – и Барни тоже понял это. Оба сообразили, что для строжайшего контролирования добычи алмазов необходимо установить монополию на прииски Кимберли. Партнерам и конкурентам здесь не было места. Как писал О’Генри, «Боливар не вынесет двоих». Бывший клоун и премьер-министр Капской колонии одновременно приступили к захвату бриллиантового пирога. И Барни Барнато, не разменивавшийся, в отличие от Родса, на всякие «мелочи» типа учебы в Оксфорде или создания «панбританской» Империи, обошел конкурента.

Дело Родса, казалось, было проиграно – но он разыграл свою политическую карту. Принятый в верхах британского общества, Сесил сумел заключить договор с Ротшильдами и, получив крупный кредит, начал войну с Барнато. Бездонным закромам ротшильдовских банков Барни не смог противопоставить ничего. Родс скупил все лучшие месторождения и припер конкурента к стенке. Тому оставалось либо уступить напору «флегматичного хлюпика» (атлетически сложенный Барнато всегда с пренебрежением смотрел на болезненного Сесила), либо попытаться договориться.

            Как ни странно, Родс не стал добивать почти поверженного противника, а предпочел объединить с ним бизнес. «Де Бирс» прибавила к своему названию слово «консолидейтед», а возглавили ее Сесил Родс и Барни Барнато. Вернее, «рулить» в Кимберли остался Барнато, так как Родс тут же вернулся в Лондон.

            Вскоре компания получила от английского правительства эксклюзивные права на добычу алмазов в Южной Африке. Но партнерство Сесила Джона Родса и Барни Барнато довольно быстро закончилось – причем весьма печально для последнего. Барнато отправился из Южной Африки в Англию с подарком для Ее Величества – корзиной алмазов. Однако не доплыл. Свидетели рассказывали, что в один прекрасный день Барни Барнато выбежал из своей каюты на палубу и с разбегу бросился за борт. Упав в море, он камнем пошел ко дну. Барни никогда не страдал умственными расстройствами – но назвать нормальным человека, ни с того ни с сего прыгающего с корабля, сложно. Кроме того, бывший акробат был отличным пловцом. В общем, дело замяли. Боливар действительно не вынес двоих. После гибели – или убийства – Барни Барнато под контролем Сесила Джона Родса оказалось более 90% мировой добычи бриллиантов. Он спас свою собственную алмазную империю и смог вернутся к строительству мировой британской.

 

Бриллианты навсегда?

Удивительно, но бриллианты далеко не всегда являлись «лучшими друзьями девушек». До 70-х годов XIX века основным «подарочным» камнем был благородный оникс. Колечко с ониксом надевали на палец невесте, колье – на шею возлюбленной. Естественно, те, кто побогаче. Но – вот ведь такое совпадение – именно тогда, когда «Де Бирс» «вставала на ноги», по Европе поползли слухи – якобы оникс приносит несчастье и притягивает болезни. Об этом толковало «сарафанное радио», в газетах печатались интервью со специалистами всех мастей – от врачей до оккультистов. Они в один голос твердили: благородный оникс – плохой камень. Чтобы слухам поверили, необходим был лишь маленький толчок. И вот – как по заказу – король Испании Альфонс XII подарил своей невесте роскошный ониксовый гарнитур. Через шесть месяцев после свадьбы та умерла. А спустя семь лет на страну обрушилась эпидемия холеры. Слухи, гуляющие по Европе, тут же «уточнились» – оникс «притягивает» холеру. Украшения с этим камнем продавали за бесценок, но их все равно никто не хотел покупать. Драгоценности просто выбрасывали в реки и колодцы. За несколько месяцев камень полностью исчез с рынка. И его место заняли южноафриканские бриллианты компании «Де Бирс». Что это было – простое совпадение или продуманная пиар-кампания – неизвестно до сих пор.

 

Магическая цифра

Норму ежегодной добычи алмазов Родс определил в 80-х годах XIX века в 4 млн. карат (около 800 кг). Надо сказать, до установления монополии «Де Бирс» в Кимберли  добывалось около 2 тонн камней в год. «Магическую цифру» Родс рассчитал просто – ежегодно в мире играется около 4 млн. свадеб и «среднестатистический» жених дарит своей невесте колечко с однокаратным бриллиантом ценою в один фунт. Такую «прикидку на пальцах» сложно назвать скрупулезным анализом рынка, но Родсу снова повезло. 4 млн. фунтов стерлингов оказались очень удобной «планкой». В хорошие годы продажи слегка превышали эту цифру, в плохие – были ниже, но тоже ненамного. Постоянное сдерживание добычи привело к установлению стабильных цен на камни. «Если бы остались всего лишь четыре покупателя, то надо было бы продать столько алмазов, чтобы их хватило только на двоих», – шутил Родс, объясняя свою политику.

 

«Бремя белого человека»

            В середине 80-х годов XIX века Сесил Родс прослышал о том, что в Мандебеленде (юго-запад Зимбабве) есть золото. И немедленно решил, что для Британской короны это приобретение жизненно необходимо. После долгих переговоров, сопровождавшихся ценными подарками вождю амандебеле Лобелунге, Родс уговорил-таки в 1888 году африканского царька заключить с ним договор. По этому соглашению британцам позволялось управлять экономикой Мандебеленда. Без единого выстрела к владениям Ее Величества была присоединена огромная территория.

            Заметив и оценив рвение подданного, королева Виктория даровала ему хартию – Родсу разрешалось создать Британскую Южно-Африканскую компанию по освоению территорий к северу от реки Лимпопо. Его компания фактически стала государством в государстве. Она могла содержать собственную администрацию, войска, строить города, крепости, железные дороги, добывать полезные ископаемые – и многое-многое другое. Туманный Альбион действовал по уже отработанному сценарию. В свое время для завоевания Индии тоже была создана компания – Ост-Индская. Именно ее войска покорили Индию, а потом компанию быстренько национализировали. В Африке «просвещенные мореплаватели» явно собирались провернуть то же самое.

            Чтобы избежать сложностей, в 1893 году по распоряжению Родса служащие компании устроили несколько провокаций против местного населения. Когда же амандебеле во главе со своим вождем взялись за оружие, Родс обвинил Лобелунгу в нарушении договора и провел «миротворческую акцию». Руководил «умиротворением» Линдер Джеймсон – бывший врач, а с этого момента поверенный Сесила Родса во многих щекотливых делах. Основными «инструментами» «доктора» стали четыре пулемета, закупленные у Хайрема Максима. Мандебеленд был приведен к покорности… но золота в нем не оказалось.

            «Значит, за «желтым дьяволом» надо охотиться севернее», – решили Родс и Джеймсон и в 1885 году при помощи адских машинок мистера Максима принесли цивилизацию соседнему Машоналенду (центр и север современного Зимбабве). Еще через год войска Компании подавили восстание племен шона и ндбеле – наверное, они отказывались принимать цивилизацию из рук блестящих британских джентльменов.

            Присоединенные «алмазным королем» земли стали официально именоваться Родезией. По площади они в несколько раз превосходили саму Англию вместе с Ирландией и Шотландией. Но золота там так и не нашли. Тем не менее, Родс старательно обустраивал свое «государство». На доходы от торговли алмазами строились железные дороги и города, прививался скот, высаживались огромные фруктовые сады и ввозились новые сорта пшеницы. Страна процветала. Переселенцы рекой устремились в Родезию, и акции Южно-Африканской компании стремительно устремились вверх. В середине 90-х годов они продавались по цене в десять раз больше номинала! А что до золота – то его нашли в Трансваале, и компания Родса немедленно начала разработку приисков. Но пока поговорим о железе.

            Когда все железные дороги стараниями Родса оказались связаны в единую магистраль от Кейптауна до недавно открытого водопада Виктория, Сесил предложил новый амбициозный проект – продлить рельсы дальше на север до самого Каира. У газетчиков, уже без иронии говоривших о планах «хозяина Африки», новая магистраль немедленно получила название «Кейптаун-Каир». Параллельно дороге предполагалось провести телеграфную линию.

            Бойкие журналисты восторгались амбициозным планом Сесила Родса. А британские власти были готовы носить на руках «хозяина Африки». Впрочем, как и бизнесмены. Постройка трансафриканской железной дороги не только объединила бы все захваченные земли, но и стала бы великолепным «тылом» для последующих завоеваний – она способствовала бы экономическому развитию колоний и быстрой доставке грузов к морским портам. Однако соперники англичан – прежде всего Франция и Германия – тоже отлично понимали, какие последствия может принести постройка британской трансафриканской дороги, и всячески противились этому. Сесилу даже пришлось лично отправиться в Берлин и просить аудиенции у Вильгельма II, чтобы добиться разрешения провести дорогу через немецкие владения в южной Африке.

            Но, в конце концов, основным препятствием стало не противодействие Французской республики или Германской империи, а англо-бурская война… в развязывании которой Родс сыграл не последнюю роль.

 

«Чудеса прогресса»

«Разве не великолепно сесть в Кейптауне в вагон и помчаться на север, пожирая пространство с невероятной скоростью сорок миль в час, – писали газеты. – Всего через двое суток колеса простучат по стальной арке моста, с которого открывается величественный вид на водопад Виктория. Пройдет еще два дня пути. Пассажирам уже поднадоест любоваться экзотическими пейзажами за окном. И вдруг перед ними откроется бескрайняя водная гладь – озеро Виктория. И некий знаток географии обязательно скажет, что половину пути трансафриканский экспресс уже преодолел.

            Следующие без малого четыре дня поезд будет идти через саванны Кении и Судана. В окна вагонов – если повезет – можно будет увидеть слонов и жирафов. Потом поезд пересечет границу Египта. Промелькнут за окном знаменитые храмы Луксора. Поезд пробегает последнюю сотню миль – и путешественники выходят на вокзале в Каире. Они пересекли огромный континент всего за десять дней!».

 

«Владей собой среди толпы смятенной, тебя клянущей за смятенье всех…»

            Эти строки Киплинг адресовал уже знакомому нам доктору Линдеру Джеймсону в дни суда над ним. Как и многие англичане, поэт считал Джеймсона не преступником, а героем, а суд – предательством. Но как же получилось так, что правая рука Родса оказался на скамье подсудимых?

            Тут надо снова вспомнить золотые прииски Южно-Африканской компании в Трансваале и «Символ веры» лорда Родса.

            Упрямые буры чрезвычайно раздражали Родса. Вместо того чтобы добровольно войти в состав британской Капской колонии – и будущей мировой империи – эти неотесанные потомки голландских колонистов зачем-то цеплялись за независимость двух смешных маленьких государств – Трансвааля и Оранжевой. А каждый сэкономленный фунт государственного бюджета тратили на покупку оружия для неминуемой схватки с «просвещенными мореплавателями». Среди источников, формирующих государственный бюджет Трансвааля, немалую долю составляли налоговые отчисления с золотых приисков Британской Южно-Африканской компании. Сесил Родс не находил себе места – и как англофил, и как бизнесмен. С него брали деньги – и тратили на подготовку к войне с его любимой Англией!

 

Историческая справка

Капская колония была основана в 1652 году нидерландской Ост-Индской компанией. Появившиеся в начале позапрошлого века в Африке англичане потеснили нидерландских колонистов-буров. К моменту приезда Сесила Родса под властью буров оставались лишь два небольших анклава – республика Трансвааль и Оранжевое свободное государство.

 

            Туманный Альбион тоже готовился показать бурам, кто в Африке хозяин. Остальные фигуры мировой политики застыли в тревожном ожидании. В случае войны их симпатии были бы на стороне буров – и не потому, что Европа вдруг воспылала к африканерам любовью. Просто надменная «Владычица морей» стала общим врагом. И каждый меткий выстрел бурского снайпера облегчил бы их собственную борьбу.

            Прекрасно все это понимая, Родс очень хотел «умиротворить» буров без кровопролития, но президент Трансвааля, Пауль Крюгер, не желал слышать о капитуляции. Тем не менее, на трансваальских приисках Компании работали тысячи британцев – настоящая «пятая колонна». Стоило наделить их правами граждан республики Трансвааль, как «всенародное голосование» высказалось за присоединение к Британской Империи. Оставалось убрать несговорчивого Крюгера. По плану Родса сделать это должен был отряд наемников во главе с Линдером Джеймсоном.

            План был из тех, за какие даже люди масштаба Родса не берутся, не посоветовавшись с «шефом». И, как правило, руководство в таких случаях официально «не в курсе» до известия об успехе. Тогда исполнитель получает награды и почести. Если же затея проваливается, все недоуменно разводят руками, а шишки достаются неудачнику.

            В случае Родса и доктора Джеймсона сыграл второй сценарий. Буры – все-таки не дикари из джунглей – у них есть и ружья, и револьверы, и пушки, а если поискать, то и пулемет обнаружится. Отряд лихого доктора был разгромлен в декабре 1895 года на самой границе, а Джеймсон попал в плен. Родс попытался откреститься от своего участия в этом деле, да и Джеймсон на суде твердил, что затеял все сам, не посоветовавшись с «патроном». Но уши «алмазного короля» торчали из этого дела на каждом углу. И тогда свое веское слово сказали британские власти. «Безответственный авантюрист» Родс был снят с поста премьер-министра Капской колонии и с должности руководителя Южно-Африканской компании, а Линдер Джеймсон осужден. А через три года грянула англо-бурская война. И британские джентльмены в ней показали себя с «самой лучшей» стороны – концентрационные лагеря, практика захвата заложников, разрывные пули «дум-дум» – для достижения результата были хороши любые средства. «Ведь эти буры сущие дикари, не так ли, сэр?» Всю войну Родс, уже как частное лицо, провел в осажденном бурами Кимберли, руководя обороной города.

 

Теория заговора

Впрочем, некоторые считают, что еще в 1891 году Родс вместе с лордом Бальфуром, Ротшильдом, Милнером и Эшлером создал «Круглый стол». Неформальное объединение крупных предпринимателей официально объявило своей целью содействие продвижению британских интересов во всем мире. Однако на самом деле новоявленные «рыцари Круглого стола» скорее поставили Британскую империю на службу своим интересам. Так что с точки зрения конспирологов первая «мировая закулиса» была создана именно Родсом.

 

«Смерть от сердца… в этом же нет ничего отталкивающего?»

            Этот вопрос задал однажды Родс Линдеру Джеймсону. Война погрузила «алмазного короля» в апатию. Он перестал интересоваться делами «Де Бирс», и компания практически перешла под контроль акционеров. Именно тогда началось возвышение Эрнеста Оппенгеймера. После смерти Родса этот выходец из Германии сумел стать во главе компании. И по сию пору «Де Бирс» руководят представители клана Оппенгеймеров.

            Сесил на глазах терял вкус к жизни. И без того не отличавшийся изысканностью в одежде и манерах, он окончательно прекратил следить за костюмом и языком. Несмотря на запреты докторов, «алмазный король» все чаще прикладывался к бутылке. Что касается взаимоотношений с прекрасным полом, то неприязнь лорда Родса к «этим тварям», как он сам выражался, доходила до женоненавистничества. Ни жены, ни любовницы у него никогда не было. Только авантюристка и сплетница Катерина Радзивилл вертелась вокруг миллионера в последние годы его жизни. Сперва она пыталась соблазнить Сесила, потом стать его доверенным лицом… Зная отношение Родса к женщинам, многие удивлялись, почему он не отсылает от себя известную на всю Европу аферистку и даже помогает ей деньгами. Даже когда Катерина подделала векселя Родса, угодила под суд и уже готовилась провести пару лет в тюрьме, магнат предпочел замять дело.

            С посиневшим от болезни и пьянства лицом, Сесил дни напролет проводил в своем кабинете. Он был разочарован во всем – в жизни, в «Символе веры», в «сверхэлите»… «Собрание людей, посвятивших свою жизнь накоплению денег», – так окрестил он сливки британского общества – не возжелало подняться над своими интересами к интересам мировой британской империи.

            Сесил умер, не дожив трех месяцев до 49 лет, отмеренных ему врачами еще в молодости. Большая часть его капиталов по завещанию была передана на развитие Родезии, однако эта страна пережила своего основателя ненадолго. Уже в начале XX века британцы поделили наследие Родса на две части – Северную и Южную. И обе начали приходить в запустение. «Де Бирс» оказалась на грани краха, и Оппенгеймеру понадобились все его таланты, чтобы вернуть компании былое положение. Переданные же Оксфордскому университету средства на премирование «уроженцев европейских стран, США и британских колоний с лидерскими наклонностями» позволяют конспирологам утверждать, что созданное Родсом «теневое правительство» живет, действует и вербует себе сторонников по сей день…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.