Люди во все времена стремились уничтожать себе подобных. И придумали множество эффективных способов это сделать. Наряду со старыми добрыми «аргументами» – кинжалами, мечами, пистолетами – в ход частенько шел яд. История знает эпохи – например, средневековье – когда пузырек с отравой был вполне обычным предметом, а регулярное потребление смертоносных зелий на душу населения било все рекорды. А уж в дохристианские, не отягощенные моралью времена яд являлся одним из самых распространенных инструментов политической борьбы. И в целом это логично – природа сама, практически в готовом виде, подарила человеку это смертельное оружие. Да еще и предоставила богатейший выбор оного.

 

Король ядов и яд королей

 

Одно из самых древних смертных зелий – мышьяк. Легенда гласит, что в Европу его привез не кто-нибудь, а великий полководец Александр Македонский. Привез из Сирии. Тогда отрава именовалась «сандарак», и о ней ходила масса легенд. Римский император Калигула, к примеру, приказывал доставлять его в колоссальном количестве, предполагая, что мышьяк можно… превратить в золото.

 

Калигула вообще «прославился» своим интересом к разного рода зельям. Император сам баловался их изготовлением. Причем подходил к вопросу очень творчески. В процессе «исследований» он постоянно составлял коктейли из ядов и испытывал их действие на рабах. А иногда изобретал и более изысканные способы. Своим друзьям-патрициям он время от времени посылал отравленные лакомства. А затем с удовольствием узнавал о гибели сладкоежки.

Новое зелье Калигула вносил в особый список, сочиняя для каждого оригинальное название. Существует предание, что у него даже был специальный ларь, где хранились плоды «праведных трудов» и записи «рецептов».

Однажды правитель придумал адскую смесь, но не знал, как она подействует, да и название сочинить никак не мог. Помог случай. Как-то во время гладиаторских боев победил могучий гладиатор Голубь. Сам он при этом получил лишь легкое ранение, не представлявшее никакой опасности для жизни и позволявшее продолжать сражаться. Но Калигула решил иначе – он опробовал на могучем организме Голубя действие изобретенного им яда. Подойдя к гладиатору, он посыпал рану ядовитым порошком. Бедняга вскоре умер, а адская смесь получила нежное название «голубиная».

Рассказывали, что Клавдий, взойдя на престол после Калигулы, обнаружил пресловутый «сейфик» с ядами и выбросил его в море. Еще долго после этого рыбаки боялись ловить рыбу в окрестных водах…

 

Латинское название минерала «аурипигмент» (сырье мышьяка) происходит от слова «аурум» (золото). Многие поколения алхимиков действительно пытались синтезировать из мышьяка этот драгоценный металл.

 

Яд супружеской верности

Вообще, «улаживать» семейные конфликты с помощью яда было в порядке вещей. Есть предание, что в средние века пользовалось популярностью снадобье с романтическим названием «яд супружеской верности». Особенностью его был «график применения». Так, за завтраком жена могла попотчевать благоверного этим снадобьем, а вечером, во время ужина, столь же незаметно подсунуть мужу противоядие. Логика была проста: пойдет «налево» – яд сделает свое дело, вернется домой – будет жить и ни о чем даже не заподозрит…

 

Но вернемся к мышьяку. Его смертоносными свойствами пользовались все кому не лень. В Древней Руси им, например, вполне безобидно травили мышей и крыс. Отсюда, собственно, и название. Естественно, грызунами обычно не ограничивались…

Дело в том, что окись мышьяка как нельзя лучше подходит для преступлений: при растворении в воде и обычных жидкостях она не дает ни цвета, ни запаха, а смертельная доза составляет всего 60 мг. Симптомы же отравления вполне могут сойти за холеру, а при некоторой ловкости в дозировке создать иллюзию еще нескольких болезней. При древнем уровне криминалистики, понятное дело, этого было вполне достаточно.

Как и любая заморская диковина, мышьяк некоторое время оставался игрушкой знати и коронованных особ. Так сказать, оружие королей и королев.

Это великолепно продемонстрировала еще в первом веке до нашей эры мать персидского царя Артаксеркса I Парисатида. Она ужасно ревновала сына к жене Статире. Невестка платила свекрови взаимностью. В итоге каждая боялась быть отравленной – и, чтобы обезопасить себя, женщины ели не только одни и те же кушанья, но и… из общей посуды! Любая попытка отравления, в теории, убила бы и жертву и преступника. Однако свекровь оказалась коварнее – она все же нашла способ извести родственницу.

Как-то раз женщинам подали жаркое. Парисатида отрезала свою порцию и приступила к трапезе. Статира, видя, что свекровь жива и здорова, тоже спокойно поела – и через несколько часов скончалась. Казалось бы, совпадение. Но любимая жена Артаксеркса I действительно была отравлена – и очень хитроумным способом. Перед тем, как резать мясо, Парисатида смазала сторону ножа, обращенную к невестке, сильным ядом.

 

В I веке нашей эры в Древнем Риме существовали не просто разнообразные методы отравлений, а целые школы отравителей. Чтобы не утратить секреты «мастерства», профессионалы набирали учеников и подготавливали себе достойную смену. В конце концов сформировалась разветвленная сеть профессиональных изготовителей ядов. Счет их жертвам шел на тысячи.

 

Папская «милость»

Италия – истинная наследница Великого Рима – сохранила многие традиции некогда могучей империи. И среди прочих – пристрастие к ядам. Итальянские отравители прославились на весь свет.

XVI век. На папском престоле Александр VI Борджиа. Летописцы, не жалея красок, описывают упадок нравов при этом понтифике. С ними спорить трудно. Александр VI не только не скрывал от общественности многочисленных внебрачных детей, но даже выставлял свой грех напоказ. Римляне в те времена говорили, что он может на полном основании называться «отцом» Рима.

В заговорах, убийствах и отравлениях, по свидетельству современников, вместе с Александром VI принимают участие его сын Чезаре и дочь Лукреция. А в центре всей этой кутерьмы оказывается опять-таки мышьяк, но в виде коктейля «кантарелла» – в смеси с солями меди и фосфора. Рецепт губительного зелья Чезаре якобы получил от матушки, Ваноццы Кантанеи, известной римской аристократки. Этот состав одного за другим отправляет на тот свет неугодного барона, богатого служителя церкви, неловкого убийцу, слишком разговорчивую куртизанку, излишне шутливого камердинера, чересчур преданную возлюбленную…

Способы отравления семейство Борджиа изобретало весьма изощренные. Говорят, у Лукреции был ключ от покоев с собранием произведений искусства. Его рукоятка заканчивалась небольшим острием, натертым ядом. Гость, приглашенный посетить галерею, слегка оцарапывал себе руку. Этого было достаточно, чтобы воды Тибра унесли в море очередной труп.

Чезаре не уступал сестре ни в чем. В его перстне хранился яд – в нужный момент отравитель высыпал его в бокал с вином. Другие перстни снабжались шипами с тыльной стороны ладони – чтобы яд попадал под кожу жертвы при рукопожатии. Знаменитые кольца Борджиа сохранились до наших дней. На одном из них выгравирована дата – 1503 год, надпись «Чезаре Борджиа» и девиз на старо-французском языке «Выполняй свой долг, что бы ни случилось».

Впрочем, в конце концов преступная семейка поплатилась за свои грехи. Легенда утверждает, что Александр VI и Чезаре, пытаясь отправить к праотцам парочку чем-то не угодивших им кардиналов, перепутали кубки. В итоге понтифик скончался, а Чезаре (разбавивший вино водой, а потому пострадавший меньше) сумел выжить, хотя здоровье все-таки подорвал.

Вслед за Борджиа ужасную славу приобрела и другая итальянская семья. Екатерина Медичи, супруга французского короля Генриха II и мать трех французских монархов, привезла во Францию итальянские традиции. Она была умна и ненасытна во власти, а яд стал ее любимым оружием. К услугам королевы всегда был некий флорентиец Бианки, парфюмер и галантерейщик. Правда, его духов и перчаток боялись, как чумы. Однажды мать Генриха IV, Жанна д’Альбре, не послушалась советов и надела модные итальянские перчатки. В тот же день женщина отдала богу душу.

Екатерине приписывают две неудачные попытки отравить вождя французских протестантов адмирала Колиньи. Но поскольку яд дал промах, пришлось попросту зарезать строптивого вояку во время Варфоломеевской ночи.

Впрочем, некоторые историки в перечисленных фактах сомневаются, а старушку Екатерину Медичи пытаются полностью оправдать. Пока верят им слабо.

 

Смертоносные аксессуары

Способов «угостить» ядом придумали бесчисленное множество. Кроме ключей и колец от Борджиа и перчаток от Медичи, были и другие оригинальные приспособления.

Один турецкий султан, например, был отравлен с помощью… дивана. Дело в том, что, играя в шахматы, правитель ставил босую ногу на мягкий валик. Вероятно, такой своеобразный массаж ступни помогал султану размышлять над ходом. Враги заметили эту привычку и смазали диванчик сильнодействующим ядом.

Древнегреческие мифы повествуют, что одежда, пропитанная ядом, стала причиной смерти Геракла и аргонавта Ясона. Так расправились с ними жены.

Большого мастерства в практике отравлений достигли жрецы древнего Египта, весьма сведущие в медицине. На перину жертве они подсыпали щепотку очень мелкого, невидимого невооруженным глазом порошка. Спасти беднягу, поспавшего в такой «уютной» постели, было уже невозможно. Порошок, попадая в кровь через поры или мелкие ссадины на коже, вызывал заражение. Жрецы же объясняли такой конец не иначе как «гневом богов». Не гневи, дескать, высшие силы, а то не проснешься утром.

 

Аква тофана 

Наибольшую известность среди современников приобрела Теофания ди Адамо, жившая на рубеже XVII–XVIII веков. Она ловко составляла различные ядовитые смеси. В частности, совместила искусства отравителя и косметолога – придумала многофункциональную пудру. Если дама желала свести счеты, к примеру, с неверным супругом, она направлялась в косметическую лавочку, где в числе прочих средств покупала заодно и это. Растворяла его в воде или в чем-либо ином и… благоверный тихо отправлялся к праотцам.

Среди многочисленных изобретений отравительницы самой популярной была «ядовитая водица». Как и любой изобретатель, Теофания стремилась увековечить свое имя и назвала смертоносный напиток «аква тофана».

Современники обвиняли «изобретательницу» в убийстве нескольких сотен человек, среди которых – герцог Анжуйский и римский папа Климент XIV. Правда, итог бурной деятельности Теофании был печальным – ее казнили.

Так бесславно завершилась жизнь известной отравительницы. Но история ее знаменитого изобретения – «аква тофана» – на этом не заканчивается. Историки считают, что именно с этим ядом связана смерть великого Моцарта. Эту версию высказал сам композитор. Он был уверен – его отравили. Поскольку яд имел не мгновенное, а длительное действие, композитор был глубоко убежден: время его гибели точно рассчитано. На эту мысль его навело странное совпадение. Незадолго до кончины он получил заказ от незнакомца – написать реквием. И, вдохновившись, тут же принялся сочинять. А когда работа подходила к концу, вдруг начал чувствовать себя плохо: появились отеки ног и рук, затем наступила полная неподвижность. Тут у него и закралась мысль, что «Реквием» должен прозвучать на его собственных похоронах. Для этого и был заказан.

Технология изготовления знаменитого яда до сих пор полностью не разгадана. При-знаки отравления «аква тофана» проявлялись постепенно, поэтому невозможно было понять, когда, где и кем отравлен человек. Все выглядело так, будто несчастный заболел, к примеру, брюшным тифом. Ученые считают, что даже сегодня обнаружить «аква тофана» в организме было бы проблемой.

 

Даже смерть не разлучит нас

Яд использовали не только для сведения счетов. С его помощью можно было безболезненно переселиться в лучший мир. Например, в Месопотамии за несколько тысячелетий до нашей эры существовал своеобразный обычай уходить в мир иной, так сказать, всем коллективом. При погребении царя его свита – подданные, воины, слуги – надев лучшие одежды и драгоценности, отправлялась вслед за господином. Прямиком на небеса. К ним могли присоединиться и знатные горожане, желавшие последовать за правителем в загробное царство.

Для церемонии строилась огромная гробница, нечто наподобие подземного дворца. Пышная траурная процессия входила внутрь. Жрецы, руководившие действом, подсказывали людям, из какого чана зачерпывать яд и в какую могилку ложиться в ожидании кончины.

Выпив снадобье и уютно устроившись в ячейках, верные подданные с легким сердцем засыпали вечным сном. Они были уверены: яд не убивает, а помогает переселиться в лучший мир, где они продолжат верно служить своему царю.

 

Отравленные стрелы

Яд служил не только «приправой» к трапезе. С незапамятных времен человек использовал яд для охоты и войны. Первобытные люди смазывали свои стрелы и мечи растительным ядом или ядом змей и насекомых. У разных народов были свои предпочтения: в Африке использовались яды, действующие на сердце, в Америке – парализующие, в Азии и Океании – вызывающие удушье. Одним из самых известных был и остается южноамериканский кураре. Состав этого вещества, правда, неизвестен: каждая индейская семья готовит его особым способом и дорожит рецептом как фамильным достоянием. В зависимости от цели – убить человека, надолго обездвижить или парализовать на пару минут – индейцы точно рассчитывают количество отравы.

А в Южной Африке охотники смазывают ядом не только оружие, но и ограды – все-таки лучше перестраховаться, когда имеешь дело с кем-нибудь вроде носорога. Их фирменный яд называется «комба». Европейцы узнали о нем случайно. Один неудачливый ботаник ухитрился испачкать свою зубную щетку о ядовитый забор. Удивительное везение.

О применении отравленного оружия многое могут рассказать древнегреческие мифы. Одиссей посылал нарочного в Египет за ядом для своих стрел. Геракл опускал оружие в яд священной Лернейской Гидры, чтобы во время очередного подвига рассчитывать не только на мускулы. Парис (похититель Елены Прекрасной и виновник Троянской войны) погиб от отравленной стрелы. Да и вообще, греческие слова «яд» и «лук» имеют общий корень.

Но вот в более поздний период применять отравленное оружие уже считали бесчестным. Даже римляне, травившие родственников и друзей направо и налево, не использовали яд во время боя. Противник должен быть побежден честно! А вот со старым богатым дядюшкой такая щепетильность не нужна…

Другое дело – индейцы. Они не только убивали колонизаторов-европейцев отравленными стрелами, но и создали прообраз современного химического оружия. В костер кидали перец и прочую гадость, а едкий дым направляли на отряды конкистадоров – так что тем становилось уже не до индейского золота.

 

Контрмеры

Как только яды вошли в обиход человечества, тут же начали появляться и противоядия. Правда, помогали они далеко не всегда, но в античных и средневековых медицинских книгах их перечислено довольно много.

Первой из известных истории книг о ядах и антидотах было сочинение поэта и врача Никандра – он рекомендовал при отравлении пить нагретое молоко, теплую воду, мальву или настой из льняного семени, чтобы вызвать рвоту и избежать всасывания яда.

Великие врачи Клавдий Гален и Авиценна утверждали: «чтобы лечить болезни, необходимо пользовать противоположное противоположным». Гален делил яды на охлаждающие, согревающие и вызывающие гниение – и для каждого вида предлагал соответствующее лечение.

В средние века противоядия были особенно актуальны. Тогдашние медики очень рекомендовали применять для этих целей универсальное средство – мыло. Вопрос, помогало ли оно от отравлений, до сих пор остается открытым. Кроме того, хорошим противоядием считалась поваренная соль.

Правда, сильные мира сего нашли средство понадежнее. Повар, приготовив еду, должен был сам отведать ее на глазах у господина. Если кулинар оставался жив – можно было трапезничать со спокойной душой.

Францию времен Людовика ХIV охватила небывалая эпидемия отравлений. Король попытался вести жесткие меры – запретил хранение ядовитых веществ аптекарям и врачам, повелел приговаривать к смертной казни за любую попытку подсыпать кому-нибудь яду. В самом дворце были приняты строгие меры безопасности.

Дело не ограничивалось доверенными лицами, пробовавшими пищу с королевского стола. Все столовые приборы, салфетки, даже зубочистки подвергались тщательной проверке. Подозрительные вилки, ложки, ножи протирались кусочками хлеба. Затем его съедал главный распорядитель королевских трапез. Если бедняга оставался жив, значит, королевская семья могла спокойно вкушать пищу.

Со временем не только во Франции, но и в других странах Европы подозрительную пищу стали проверять на домашних животных. Так, кардинал Ришелье всегда перед трапезой угощал своей едой очередного любимого котика.

Кроме того, с ядами и противоядиями связано огромное количество суеверий. Вера в различные талисманы, нейтрализующие отраву, была невероятна сильна. Например, существовали драгоценные камни, якобы менявшие цвет и предупреждавшие о беде, кубки, сделанные из состава, ослабляющего действие яда, специальные крышки для тарелок и чаш – «креденцы» (от латинского слова «доверие»). В каждую такую крышку был будто бы вделан рог мифического животного – единорога. Считалось, что стоит накрыть ею отравленную еду, как рог запотеет. Поэтому во время пира сперва проверяли блюда крышкой, а уж потом испытывали на поваре.

Другим прославленным талисманом был «безоар» (от арабского слова «безодар» – ветер, т.е. вещество, рассеивающее силу яда). Он извлекался из желудка жвачных животных: антилоп, коз, лошадей и др. Появлялся он следующим образом: проглоченные камешки, волосы или другие неперевариваемые предметы в желудке животного обрастали холестерином, холевой кислотой, фосфорнокислыми солями, т.е. превращались в камень, типичный для желчекаменной болезни. Ценился талисман на вес золота, а иногда и дороже. И, как оказалось, не зря: современные ученые доказали, что безоар действительно ослабляет действие мышьяка.

 

Как обнаружить яд?

Со времен Древнего Рима и вплоть до начала XIX века попытки распознать отравление порождали массу предрассудков. Считалось, например, что сердце убитого ядом не горит в огне. 

Начало эпохи судебной токсикологии было положено во Франции и связано с именем Матье Жозефа Бонавентура Орфилы. Именно он обнаружил свойство мышьяка накапливаться в волосах. Благодаря его открытию было доказано, что Наполеона Бонапарта действительно отравили: проведенная в 1961 году экспертиза его волос показала значительное содержание мышьяка. И это несмотря на то, что со дня смерти императора прошло более 120 лет!

 

«Все, Что нас окружает, в какой-то степени Яд»

Авиценна

 

Кроме откровенно токсичных (таких, как аконит, болиголов, дурман и другие «дурные» травы), существует ряд растений, у которых вредны только некоторые части. Ядовиты семена яблока, а также листья и семена вишни, абрикоса, сливы и персика – в них содержится вещество, лежащее в основе стрихнина. Не стоит есть незрелую картошку – в ней может быть соланин (смертельная доза для кроликов оценивается в 0,06–0,12 грамма на килограмм массы тела). А в листовых пластинках щавеля и ревеня содержится ядовитая кислота, которую успешно используют в текстильном и кожевенном деле в качестве протравы для сырья. 

Правда, были времена, когда банальный помидор слыл страшно ядовитым. Суеверие гласило: откушав свежего томата, человек может серьезно пострадать. Даже Джорджа Вашингтона пытались коварно отправить на тот свет, накормив этим лакомством. Но враги потерпели неудачу – бдительный президент вовремя обнаружил «ядовитый» овощ. И, судя по всему, предусмотрительно не съел.

 

Идея приучить свой организм к яду витала в воздухе давно. Но легендарный понтийский царь Митридат воплотил ее в жизнь. Он с младых ногтей стал понемногу принимать «териак» – смесь полусотни различных ядов. Постепенно правитель сформировал у себя стойкий иммунитет к отравляющим веществам. Только вот однажды вышла незадача. Потерпев поражение в крупной битве, царь почувствовал себя опозоренным. И будучи истинным воином, вознамерился с честью уйти из жизни. Самым простым способом был яд. Однако ожидаемого результата, разумеется, не получилось. Пришлось царю прибегнуть к мечу – от него противоядия нет.

 

Новый король ядов

Эпоха мышьяка ушла в небытие. Сейчас используются гораздо более «продвинутые» яды. В основном это цианистый калий и стрихнин. Они действуют мгновенно и бьют без промаха.

Цианид внешне очень напоминает сахар. Если он попадает в организм, кровь теряет способность усваивать кислород и человек погибает. Причем очень быстро – при правильной дозировке смерть наступает через несколько секунд. Зато если «переборщить», жертва вполне может отделаться расстройством желудка.

Цианид широко используется в промышленности, в частности, при изготовлении жидкости для снятия лака, растворов для проявки фотографий, средств для чистки серебра. Он может находиться в самых безобидных и привычных вещах. Цианид существует также в форме паров, может проникнуть в кровь человека с дымом сигареты или выхлопными газами… Но все же не стоит раньше времени шить себе саван. Как правило, в стороне от загрязненных заводов нам ничего не угрожает. Да и противоядие хорошо известно.

Один из самых распространенных и эффективных антидотов против цианида – обычный… сахар. А точнее, глюкоза. Вот почему химикам, работающим с цианидами, рекомендуют держать под языком кусочек сахара или леденец. Кстати, этот антидот всегда присутствует в нашей крови, благодаря чему небольшие концентрации цианидов человек может некоторое время выдерживать.

Всего несколько крупинок цианида почти гарантированно убивают человека. Стрихнина нужно и того меньше. Изучен этот препарат мало, а вот используют его довольно широко: кроме яда он может быть еще и лекарством. Так, одно время его применяли при отравлении барбитуратами. Вот уж действительно – клин клином вышибают.

Кстати, это не единственный пример положительного воздействия ядов на организм. Тут многое зависит от дозы. Поваренную соль вряд ли кто-нибудь назовет отравой. Однако если съесть несколько столовых ложек и запить водой – на-ступит мучительная смерть.

Можно привести и противоположный пример: боевые отравляющие вещества – табун и зарин – врачи используют для лечения болезней глаз.

Некоторые яды животного происхождения незаменимы как лекарства. Например, пчелиный. Его используют для заживления ран и ожогов и повышения иммунитета. А яд змей лечит от радикулита. Эту особенность отравляющих веществ поняли еще в древности. Даже Гиппократ говорил: «Все есть яд, и все есть лекарство».

  

Самая, наверное, известная жертва цианида в отечественной истории – Григорий Распутин. Впрочем, как раз от яда он и не умер. Знай, наворачивал, сладкие пирожные, которые горе-убийцы щедро начинили отравой. И только улыбался в усы. Вот и пришлось сиятельным господам, решившим покончить с «темной страницей» в истории русского самодержавия, браться за пистолеты…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.