Говоря о том, почему Вторая мировая война называется именно мировой, историки обычно вспоминают русских, американцев, англичан, китайцев, французов. Но почему-то частенько забывают о других народах, в ней участвовавших. А ведь в этот крупнейший конфликт были втянуты более 60 государств и 80% населения планеты! В числе тех, кто поспособствовал победе над нацизмом, были не только великие, но и малые народы, вклад которых, впрочем, был не так уж мал.

 

Восточные противники Гитлера

Мало кто помнит, что когда-то на территории бывшего Урянхайского края Российской империи существовало независимое государство, провозглашенное в 1921 году. Оно называлось Народная Республика Танну-Тува, а позже – Тувинская Народная Республика, или просто ТНР. Правда, независимость этой державы признавали лишь две страны – СССР и Монгольская Народная Республика, вместе с которыми Танну-Тува и составляла полный список социалистических стран в межвоенный период. Между прочим, Тувинская народная республика заявила о поддержке СССР в войне с Германией самой первой – она это сделала в полдень 22 июня 1941 года. И словами соседи не ограничились: Москве был передан весь золотой запас республики на сумму в 35 млн. рублей. Вроде и немного, но на эти деньги можно было построить пару сотен танков и произвести гораздо больше стрелкового оружия. Надо ли говорить, что иногда исход сражения за какой-нибудь небольшой городок решали всего два-три танка, а не 100 или 200?

Кроме того, Красная армия получила от Тувы 50 тыс. лошадей и примерно столько же пар лыж, что повысило мобильность войск – орудия и припасы даже в 1945 году часто перевозились на конной тяге. А еще тувинцы передали друзьям 70 тыс. тонн овечьей шерсти, 15 тыс. пар валенок и 12 тыс. полушубков. Те, кто думают, что это ни на что не влияло, пусть посмотрят на фотографии немецких солдат во время суровой русской зимы. Кутающиеся в платки и тоненькие шинели «истинные арийцы» тоже не отказались бы от одежды потеплее. Да и других товаров Тува поставляла немало – от саней до мяса, причем поставки постепенно росли. А на собранные гражданами страны деньги покупались танки и самолеты для Советского Союза.

Впрочем, этим в республике не ограничились: весной 1943 года в Красной армии появились и добровольцы из ТНР, число которых, по некоторым данным, доросло до 8 тыс. – почти 10% населения страны! Некоторые из них служили в кавалерии – и своими атаками им удавалось деморализовать немцев. На допросе один из немецких офицеров вспоминал: «На нас скакали полчища варваров, от которых не было спасения». Правда, в августе 1944-го СССР лишился этого союзника: Малый хурал (высший орган власти ТНР) принял решение войти в состав РСФСР. Частью России Тува остается и сегодня, причем министром обороны РФ с ноября 2012 года является тувинец Сергей Шойгу, так что традиции военного сотрудничества двух народов продолжаются.

Сразу после нападения Германии о поддержке Советского Союза заявила и Монгольская Народная Республика (МНР). Практически сразу после нападения нацистов в МНР был создан специальный фонд, через который граждане сами помогали народам СССР. Только этот фонд отправил 9 эшелонов подарков бойцам Красной армии и труженикам тыла, причем последний эшелон состоял из 127 вагонов! А помощь на государственном уровне была еще больше – одних лошадей МНР прислала полмиллиона. Конечно, поначалу они шокировали красноармейцев своим небольшим ростом. При взгляде на неказистую монгольскую лошадку казалось, что она скончается от первого чиха (точно так же думали в XIII веке и русские князья, впервые встретив монголов). Но скоро выяснилось, что эти низкорослые кони выносливы и неприхотливы. Корм они частенько находили даже под снегом, почти не уставали во время маршей и, как писал участник войны Иван Кушнир, «всегда были готовы вступить в бой». Генерал Плиев в мемуарах был еще категоричнее: «Неприхотливая монгольская лошадка рядом с советским танком дошла до Берлина!» Кстати, к концу войны каждая пятая лошадь Красной армии была родом из Монголии.

Поставлялись в СССР из МНР и другие товары, в том числе почти 5 млн. голов мелкого рогатого скота и сотни тысяч голов крупного, полмиллиона тонн мяса, полушубки, шерсть, кожсырье… Но была и прямая военная помощь: в январе 1942-го начался сбор денег на создание танковой колонны, вошедшей в состав 112-й краснознаменной танковой бригады «Революционная Монголия». А примерно через год 53 танка передали Красной армии – вручал их лидер страны маршал Хорлогийн Чойбалсан, лично оплативший одну «тридцатьчетверку». МНР снабжала эту колонну до самого конца войны, так что «монгольские танки» поучаствовали в битве на Курской дуге и сражениях на территории Восточной Украины. В октябре 1943-го за совершенные бойцами подвиги подразделение переименовали в 44-ю гвардейскую краснознаменную танковую бригаду, после чего она сражалась на территории Польши. В 1946 году бригаду превратили в 44-й гвардейский танковый полк, позже получивший имя Сухэ-Батора – одного из создателей МНР. Полк этот существует и сейчас – он базируется во Владимире и занимается обучением российских танкистов.

Успешный опыт с бригадой подвиг монголов на новый эксперимент: в 1943 году они «проспонсировали» еще и самолеты. Так появилась 2-я истребительная эскадрилья «Монгольский арат» (по-русски «Монгольская народная»), входившая во 2-й гвардейский авиаполк. В ее составе были 12 самолетов Ла-5, а первым командиром стал гвардии капитан Николай Пушкин. В новом подразделении служило немало асов и помимо Пушкина – можно вспомнить такие фамилии, как Зенькович (второй командир эскадрильи), Майоров, Рябцев… Умелые летчики «Монгольского арата» порой заставляли врагов попадать в неловкие ситуации. Например, в феврале 1944-го звено гвардии старшего лейтенанта Тараненко встретило группу неприятельских бомбардировщиков под прикрытием истребителей. Но советские летчики сначала отогнали истребители, а потом заставили бомбардировщики сбросить свой смертоносный груз на… немецкую колонну! К слову, в столице Монголии и сейчас стоит памятник в честь пилотов эскадрильи, да и сама она все еще существует. Сегодня «Монгольский арат» является второй штурмовой эскадрильей 120-го отдельного смешанного авиационного полка РФ.

А вот сами монгольские части в войне с немцами не участвовали – они стояли на японской границе на случай нападения «самураев». Зато в августе 1945-го кавалерийские дивизии МНР вместе с красноармейцами атаковали позиции Квантунской армии и помогли разгромить ее. Что вместе с поддержкой СССР наконец-то заставило Китай признать независимость Монголии, отделившейся от него десятилетиями раньше.

 

Хранители секретов

Одни народы помогали победе производимой продукцией, а другие – необычными талантами. Еще в Первую мировую перед армиями мира остро встали вопросы шифрования, а одной из причин катастрофы российской армии в Восточной Пруссии в 1914 году была передача сообщений открытым текстом. В общем, воюющим державам быстро стало ясно: приказы нужно как-то кодировать. Вот только то, что шифруют одни люди, могут разгадать другие – и в армиях появились подразделения, которые перехватывали и дешифровали вражеские сообщения. Началась настоящая «гонка шифровальных вооружений». Один из самых необычных способов обмануть противника нашли американцы, вступившие в Первую мировую только в 1917 году. Выход был обнаружен случайно: однажды полковник Брук услышал, как между собой переговаривается пара солдат. Услышал, ни слова не понял и закричал: «Что, черт побери, происходит?» Ответ оказался прост – между собой на родном языке болтали парни из небольшого индейского племени чокто. И тогда офицеру пришла в голову отличная мысль: сделать индейцев радистами. Ведь у немцев в армии вряд ли бы нашлись знатоки их языка. Эксперимент увенчался успехом – солдаты кайзера не смогли расшифровать сообщения американцев, что позволило тем успешно атаковать. Взятый позже пленный заявил: «Мы были обескуражены и не могли понять, как расшифровывать ваши сообщения». Идея стала распространяться, и скоро в армии США работала уже пара десятков радистов-чокто, но война подошла к концу, и о них подзабыли.

Однако в 1941-м Америка вступила во Вторую мировую. В штабах вновь задумались о способах шифрования, но сначала обратились к солдатам баскского происхождения. В конце концов, баскский язык – один из сложнейших на планете, и в США начали готовить басков-радистов. Однако всплыли две проблемы. Во-первых, и в Азии, и в Европе жило достаточно басков, которых могли привлечь к расшифровке враги. А во-вторых, солдат, хорошо говоривших на этом редком языке, в американской армии было немного.

Но нашелся другой народ, готовый помочь родине, – индейцы-навахо. По легенде, в начале 1942 года военные пришли к вождю племени и спросили, не хочет ли он помочь стране. И вождь якобы ответил: «Нет больших патриотов Америки, чем коренные американцы». Было это или нет – но уже в мае 1942-го на армейские базы прибыли первые 30 шифровальщиков-навахо. Позже счет пошел на сотни, но на Западном фронте их использовали с опаской. В руководстве нацистской Германии хватало тех, кто воевал в Первую мировую и мог слышать про чокто. К тому же в Берлине тогда увлекались вестернами и книгами об индейцах, и это тоже могло навести на верные мысли. Зато на Тихом океане навахо развернулись вовсю (видимо, своим друзьям-японцам про чокто «истинные арийцы» не рассказывали).

Хотя все эти опасения явно были излишними: в то время не существовало ни полноценной грамматики, ни нормального учебника языка навахо, да и особенности произношения мешали европейцам быстро выучить его. Так что индейские сообщения вряд ли бы поняли со стороны. Вот только из неразвитости языка вытекала другая проблема: в нем просто не нашлось многих военных понятий. Отсутствовало даже слово «радист». К счастью, американцы уже сталкивались с этим в Первую мировую и применили «метод чокто». Шифровальщики просто изобретали новые слова, используя уже существующие. «Радист» стал «говорящим с ветром», «подводная лодка» – «железной рыбой», а «эсминец» – «акулой». Если в теории кто-то и знал несколько слов из языка навахо, сообщение про «акулу, гоняющуюся за железной рыбой» вполне могло поставить его в тупик.

Заслуги индейцев в войне не раз отмечали их командиры, например, майор Говард Коннор писал: «Если бы не навахо, мы не выиграли бы битву при Иводзиме в 45-м». Кстати, последний из радистов-навахо, что разрабатывали новые слова и были первопроходцами в армии, умер совсем недавно – в июне 2014-го. Хотя были на американской службе и другие индейцы, работавшие по этой специальности, например, команчи, месквоки и семинолы. Подхватили идею и в Канаде, где радистами стали индейцы-кри. Этот метод применялся и позже: египтяне в арабо-израильских войнах использовали знатоков нубийского языка, а британцы в конце прошлого века – валлийцев. Помнят про навахо и в наши дни – в 2002 году режиссер Джон Ву даже снял про них фильм «Говорящие с ветром». А с 1982 года в США существует специальный праздник – Национальный день радистов навахо.

 

Мы будем сражаться с вами по законам прерий!

Однако если вы думаете, что коренные народы Америки могли быть только шифровальщиками, то ошибаетесь. Те же навахо служили и в морской пехоте, причем демонстрировали невиданную храбрость. Десятки тысяч других коренных американцев сражались в Северной Африке, Европе и на Тихом океане. Многие из них получали награды, а одним из самых заметных героев стал Джо Медисин Кроу – последний (по крайней мере, пока) военный вождь племени кроу.

В семействе Джо традиции были одной из основ – его отец еще в 22 года стал военным вождем и не раз показывал сыну хороший пример. Индеец получил прекрасное образование и стал первым магистром из племени кроу. В 1941 году США вступили в войну, и Джо решил помочь своей стране, пойдя работать в доки. А в 1943-м записался в действующую армию – в разведку 103-й пехотной дивизии. К тому моменту Джо еще не был военным вождем племени, но очень хотел им стать и наотрез отказался идти в бой без положенных регалий. Начальству пришлось смириться с пылом 29-летнего индейца: ему разрешили наносить перед сражениями на тело боевую раскраску и прятать под шлемом головной убор из раскрашенных орлиных перьев.

Правда, для достижения желанного звания нужно было выполнить четыре непростых условия, но Джо справился. Первые два (забрать у врага оружие и победить в рукопашном бою) он выполнил при встрече с молодым немцем: выбил винтовку и обезвредил противника. Еще два условия (возглавить отряд в бою и украсть вражескую лошадь) он тоже выполнил за один раз – во главе отделения солдат прокрался к немецкому лагерю и угнал не одного, а сразу 50 коней, не забыв передать врагам привет традиционной боевой песнью кроу. Других претендентов на звание военного вождя у племени не нашлось, и Джо торжественно «короновали». Скончался этот герой только в 2016 году (в возрасте 102 лет!), и пока ни одному другому кроу не удалось выполнить все 4 условия. Впрочем, несколько человек из 12-тысячного племени и сейчас служат в армии США в горячих точках, так что шансы повторить подвиг Джо у них все-таки есть.

 

Колониальные подкрепления

Великая война действительно коснулась всего мира – в ней участвовали люди даже из самых отдаленных уголков земного шара. В их числе были и народы, жившие в колониях Великобритании и Франции. Пожалуй, самыми колоритными могли бы стать французские части, но поначалу у них было немного поводов отличиться. Если в Первой мировой именно Франция вынесла на себе основную тяжесть боев на Западном фронте, во Второй все обстояло иначе. Хотя формально в войну французы вступили в сентябре 1939-го, реальные боевые действия на их территории начались в мае 1940-го и закончились полным провалом для союзников через полтора месяца. Поэтому и колониальные части попросту не успели проявить свои лучшие качества в начале войны.

Впрочем, кое-какие шансы у них были, и особенно запомнились немцам зуавы – берберское племя из Северной Африки. Эти бесстрашные бойцы были всегда готовы выполнить практически любой приказ, хотя их храбрость иногда превращалась в недостаток. Именно так случилось в 1940 году, когда часть зуавских полков попала под удар отборных частей германской армии и была почти полностью уничтожена огнем артиллерии, танков и авиации. Тем не менее, на службе оставалось немало зуавов, и после высадки союзников в Северной Африке часть из них освобождала Алжир и Тунис. Позже их перебросили во Францию, а в 1945-м зуавов увидели и в Германии. Бесстрашных головорезов в ярких фесках и синих поясах боялись даже опытные противники, ведь североафриканцам ничего не стоило устроить резню среди тех, кто не сдастся в плен. Но самое интересное, что несколько батальонов зуавов набирались вовсе не из уроженцев Черного континента. В них служили перебежчики из вермахта, до войны жившие во французских Эльзасе и Лотарингии, аннексированных Германией. И они к нацистам относились ничуть не лучше своих берберских сослуживцев, а порой даже хуже.

Были в составе подразделений «Сражающейся Франции» и негры, и азиаты, но еще больший вклад в войну внесли жители колоний и зависимых территорий Великобритании. И как тут не вспомнить гуркхов – добровольцев из Непала. В XIX веке это маленькое горное государство так отчаянно сопротивлялось английским колонизаторам, что те оставили ему формальную независимость, но взамен попросили храбрых воинов послужить в британской армии. Те согласились: только в Первую мировую за англичан воевали более 100 тыс. гуркхов, запомнившихся врагам своими необычными ножами кукри. Прошли они вместе с англичанами и Вторую мировую, впервые отличившись во время эвакуации из Дюнкерка, прикрывая своих. Потрясающую храбрость гуркхов, их выносливость и агрессивность отмечали и немцы. Например, в Италии, в кровавой битве у Монте-Кассино гуркхи снова доказали, что совершенно не боятся смерти – не зря же их относили к воинственным народам. К слову, эти храбрецы состоят на службе в британской армии и сейчас, и конкурс в их части огромный. Но и доверия к ним со стороны Лондона не меньше: именно представители этого народа фактически охраняли принца Гарри во время его службы в Афганистане.

Еще одним необычным народом, подвластным в прошлом английской короне, были сикхи. Эти жители полуострова Индостан исповедуют свою уникальную религию, своеобразную смесь ислама и индуизма. В армии их легко узнавали по обязательному для сикха головному убору – дастару (аналогу тюрбана). Правда, большая часть сикхов в годы Второй мировой служила в Азии, защищая Индию от японцев, наступая в Бирме и Малайзии. Но некоторое количество попало в Северную Африку, где сикхи громили итальянцев и доблестно держали оборону от немцев в крепости Тобрук. Враги не раз отмечали храбрость этого народа и его ответственное отношение к военному имуществу. Японцы как-то упомянули, что на Борнео окруженный отряд сикхов дрался до последнего патрона, а потом пошел в рукопашную и вырвался из котла, не бросив ни одной винтовки. Отдавали дань уважения сикхам и немцы, считая их одними из лучших солдат на английской службе. Да и британцы постоянно упоминали о храбрости сикхов и других жителей Индостана. Дошло до того, что правительство потребовало от прессы писать в сводках «англо-индийские дивизии», а не «индийские дивизии»! А то у граждан создавалось впечатление, что пока джентльмены на фронте попивают чаек и читают газеты, всякие там сикхи и прочие маратхи проявляют чудеса храбрости.

Еще одним экзотическим подразделением на службе у Лондона стали отряды королевских африканских стрелков. Чернокожие солдаты освобождали Эфиопию от итальянцев, сражались с французскими коллаборационистами на Мадагаскаре и дрались с японцами в Бирме. Это было многонациональное подразделение – в полку служили будущие граждане нынешних Ганы, Нигерии, Уганды и других стран. Однако служба в рядах африканских стрелков считалась почетной и престижной даже после обретения этими государствами независимости. Не зря же будущий угандийский диктатор Иди Амин упоминал в интервью, что был солдатом этого полка во Вторую мировую. Хотя к осени 1945-го, когда война закончилась, ему было всего 17 лет, а в британскую армию Иди на самом деле попал только через год, да и то в роли помощника повара.

 

Искупившие ошибку

Еще один малый народ, засветившийся на войне, живет в самом центре Европы. Это мы о словаках, земли которых после Первой мировой входили в Чехословакию. В то время некоторые словаки всерьез надеялись добиться независимости от чехов – и добились, вот только результат их не устроил. Новорожденной стране пришлось отдать Венгрии часть земель, населенных венгерским меньшинством, а потом во всем подчиняться Германии, надеясь, что та защитит словаков от Будапешта. Поэтому «новые элиты» Словакии всячески выражали преданность Берлину – дошло до того, что Словакия отправила сражаться на восток свои войска с танками и артиллерией. Однако солдаты воевали против Красной армии неохотно, не понимая, зачем им какой-то там Крым или Сталинград. В 1943 году дезертирство в частях достигло угрожающих масштабов, и словаков сначала отправили бороться с партизанами, а затем перевели на строительство укреплений в тылу. Так у нацистов оставалась надежда, что их сомнительные союзники не перебегут к красным при первом удобном случае.

Но это не помогло – в «чудо-оружие» в Словакии никто не верил, да и фронт подступал к границам молодого государства. Местный диктатор Тисо ввел военное положение, но он явно опоздал: гарнизоны и полицейские части стали переходить на сторону партизан. В конце лета 1944-го немцам пришлось ввести в Словакию 40-тысячный контингент войск и полиции, но даже в этих условиях повстанцы заняли две трети страны. И все-таки силы были неравны. Хотя Советский Союз перебросил восставшим на помощь чехословацкую парашютно-десантную бригаду, на что-то посерьезнее рассчитывать не приходилось. Нацисты плотно перекрыли горные перевалы, а Красная армия была не готова штурмовать их без подготовки, понимая, что это приведет к огромным потерям и вряд ли увенчается успехам.

И все-таки повстанцы сражались отчаянно, да и поддержка народа помогала – в какой-то момент численность восставших приближалась к 80 тыс., а на вооружении у них появились танки, самоходная артиллерия и даже самолеты. Но и немцы нарастили оккупационный контингент до 83 тысяч, среди которых было немало опытных солдат, что оставляло повстанцам мало шансов. Бои шли серьезные, но восставшие постепенно отступали, хотя их столица, Банска-Бистрица, пала лишь 27 октября – через два месяца после начала выступлений. В ноябре в плен попало большинство руководителей восстания, но многие партизанские отряды все равно отказались складывать оружие. Так маленький полуторамиллионный народ доказал свое мужество и храбрость.

 

Да, на фронтах Второй мировой действительно сражался весь мир. Свой вклад в победу внесли и большие нации, и маленькие народы, проживавшие «у черта на куличках». И каждый из них достоин того, чтобы о нем помнили и сказали ему спасибо за все, что было сделано семь с лишним десятилетий назад.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.