Люди всегда любили играть. Волнение и азарт, накал страстей и желание одолеть соперника – эти чувства в равной степени знакомы как нашим современникам, так и тем, кто жил сотни и даже тысячи лет назад. А потому нет ничего удивительного в том, что многие игры появились едва ли не вместе с человечеством, а после росли также вместе с ним.

Наши предки верили, что игры подарили людям боги, решившие поделиться с ними своей мудростью. И даже если воспринимать это утверждение исключительно как проявление мифосознания древнего человека, то отрицать факт, что большинство игр представляют собой модель окружающего мира и важный способ общения, крайне сложно.

 

«Игра в зерна»

К сожалению, никто из археологов не может с полной уверенностью отдать пальму первенства какой-то одной игре, однако традиционно наиболее древней принято считать манкалу. И не в последнюю очередь потому, что самостоятельной игры с подобным названием просто не существует! Манкала – это целое семейство настольных игр для двух человек, издревле распространенное по всему миру. Но особую популярность они получили на территории Африки, Средней Азии, в некоторых областях Юго-Восточной Азии и Центральной Америки, где также были известны под названием «игры в зерна».

По самым скромным подсчетам, первые игры из семейства манкала появились не менее 5 тыс. лет назад, хотя некоторые историки уверены, что случилось это еще на 2 тысячелетия раньше. Камни с выбитыми рядами лунок, выступающие полем для манкалы, были найдены в храмах Мемфиса, Фив и Луксора в Египте, в городе Алеппо в Сирии, вдоль караванных путей в пустыне Калахари. Подобная «доска» нашлась даже в пирамиде Хеопса, что опять же неудивительно – манкала нередко использовалась в погребальных ритуалах. Люди считали, что таким образом они могут развлечь дух умершего, пока его тело не похоронено. По этой же причине было принято после заката выставлять доски для манкалы на улицу – чтобы духи тоже могли сыграть.

Одной из самых известных игр из семейства манкала является, пожалуй, калах, названный как раз по имени упомянутой выше пустыни Калахари. Однако не меньшее распространение получили овари, омвесо, бао, тогух коргоол, тогыз кумалак, паллантуджи, олинда келия, габата и другие региональные версии. Каждая из них имеет свои особенности, но основные принципы очень схожи – цель игры сводится к тому, чтобы занять лунку, которая дает право отобрать «фишки» соперника, чтобы в итоге скопить их у себя как можно больше. В общем-то, игры манкала изначально основаны на перекладывании семян или камешков. Об этом говорит даже само название, происходящее, скорее всего, от арабского слова naqala («перемещение»).

Причина такого широкого распространения манкалы проста: для этой игры не требовалось особого инвентаря – достаточно было лишь выкопать в земле нужное количество лунок и достать горсть любых зерен. А потому манкала пользовалась особой популярностью у кочевых народов, которые не только с удовольствием предавались ей на каждом привале, но и обучали ее несложным правилам всех желающих. При этом, с одной стороны, действия играющих в манкалу неискушенному и непосвященному наблюдателю могут показаться чем-то таинственным и непонятным; с другой – практически любую игру из этого семейства можно освоить за 5 – 10 минут. Что характерно, манкала одинаково интересна и начинающим, и профи. И тут важно помнить, что при всей простоте правил ее принципы основаны на точном подсчете. Любопытно, что в этой древнейшей игре нет места элементу везения – здесь все зависит исключительно от внимания и интеллекта. И это отличает манкалу от большинства других игр древности.

Все игры из этого семейства окружает неисчислимое количество мифов и преданий. Масаи верили в то, что манкала появилась вместе с первым человеком. В Гане ее использовали как часть подготовки воинов, а также в качестве одного из испытаний для выбора нового короля. К слову, один из здешних правителей так сильно любил игру, что завещал после смерти изваять себя с доской для овари на коленях и еще одной на голове как символами власти и ума. У некоторых народов до сих пор существуют «женская» и «мужская» версии манкалы. А в Буркина-Фасо проходят регулярные турниры между городами. Однако мало кто может сравниться в мастерстве с жителями Танзании. Местный вариант игры носит название бао и отличается достаточно сложными правилами. Отношение здешних профессионалов к изучению тактики и стратегии игры, пожалуй, можно сравнить с усердием европейских шахматистов, готовящихся к мировым чемпионатам.

Говоря о манкале, нельзя забывать о главном: она была создана не только для приятного времяпрепровождения. Во всех играх этого семейства запечатлелась память человечества о переходе от охоты и собирательства к земледелию. Главное правило манкалы – движение по кругу – символизирует цикличность пор года, смену земледельческих сезонов. Раскладывание семян или камешков – одновременно посев и сбор урожая. Пустые лунки воплощают недород и голод. Одновременно с этим игра закладывает и определенные социальные нормы. Например, правила манкалы предполагают, что хорошим игроком может стать только тот, кто умеет все правильно просчитать, продумать и… готов делиться. То есть соперник не может голодать. Более того: если он теряет все семена, то необходимо дать ему часть своих, чтобы игры продолжалась. Еще один принцип – кто лучше сеет, тот больше соберет. Каждый ход может полностью изменить ситуацию на поле, потому игра и оказывается такой захватывающей. Манкала великолепно тренирует внимание, счетные навыки, мелкую моторику и аналитическое мышление. Так что нет ничего удивительного в том, что за эти несколько тысяч лет игра не только не устарела, но и обрела огромное количество вариаций и разновидностей, а также получила популярность у педагогов и воспитателей, которые используют игры из семейства манкалы для развития детей. Ну, а тем, кто захочет освоить калах, овари или бао, рекомендуем обратить внимание на игровые наборы из Ганы – местные резчики создают шедевры изумительной красоты.

 

«Шахматы Вавилона»

Быть может, игры из семейства манкала и появились раньше других, однако считать их в полной мере настольными все же нельзя. Правда, именно тот факт, что все необходимое для игры могло быть быстро организовано из подручных средств, сыграл важную роль в их популяризации и распространении по всему земному шару. Чуть иначе обстояло дело с играми, требовавшими определенного инвентаря, наприме доски и фишек, произведенного заранее. И самая загадочная из них родилась в древнем шумерском городе-государстве Ур. В наши дни она была воссоздана огромное количество раз в самых различных вариациях, стала предметом изучения для именитых профессоров истории и археологии и… до сих пор создала больше вопросов, чем дала ответов. И это притом что четыре первых доски для «Шахмат Вавилона» были обнаружены британским ученым-археологом сэром Леонардом Вулли еще в 1927 году.

Случилось это во время его раскопок царских катакомб в Месопотамии. Первые находки ожидали сэра Вулли в Уре, древнейшем городе южного Междуречья, в могилах Ранней династии шумерских владык, датированных 2600 – 2500 годом до н.э. Все найденные доски, несмотря на свой почтенный возраст, оказались в очень хорошем состоянии, а три из них даже были укомплектованы всем необходимым для игры – кроме игрового поля они содержали по 7 плоских фишек и по 3 кости-тетраэдра для каждого игрока. И не хватало лишь одного – правил этой древней и удивительной игры, которую практически сразу же многие исследователи окрестили «Шахматами Вавилона», «Игрой из города Ур» или «Царской игрой из города Ур». Доски, к слову, были изготовлены из разных материалов и отличались по своей ценности и оформлению, что только подчеркивало: этой игре удалось покорить всех – от детей до седовласых мудрецов, от простолюдинов до царей.

Каждая игровая доска – в царском комплекте она была украшена пластинками перламутра, красного известняка и лазурита – имела 20 квадратов и состояла из двух неравных блоков, соединенных между собой «мостиком». При этом археологи не сомневаются в том, что сложная разметка полей несет не только орнаментальную, но и смысловую нагрузку, а потому не исключают, что в зависимости от оформления доски могли меняться и правила игры.

Несмотря на то, что позже, во время раскопок на месте древних городов Ближнего Востока, было найдено немало досок для «Игры из города Ур», наибольший интерес у исследователей вызывает как раз царский вариант, найденный сэром Вулли и хранящийся ныне в Британском музее в Лондоне. Именно ее обычно копируют или берут за основу компании, производящие современные комплекты. Стоит отметить, что в момент выхода в массовую продажу самого первого из них историками не были восстановлены не только правила этой игры, но даже ее название. Что удивительно, сделать это не удалось и до наших дней.

Несколько лет все существующие варианты правил представляли собой не более чем гипотезы, выдвинутые различными исследователями. Это, правда, ничуть не мешало производителям игр использовать эти гипотезы для своих нужд. Археологи учли тот факт, что игра появилась в эпоху великих царств и завоеваний, а потому должна была отражать эти реалии. Тем более что еще ранее были найдены глиняные таблички, говорившие о некой игре, использовавшейся одновременно и для инициации молодых воинов, и для предсказания, будет ли военный поход удачным. Так что в итоге было решено, что два поля доски символизируют собой свою и чужую территорию, узкий участок является мостом через реку, а суть игры сводится к военному походу на второй берег, где необходимо было захватить сокровища, уничтожить фишки противника и, описав петлю, вернуться домой.

Была надежда, что чуть больше света на этот вопрос могла бы пролить находка археолога Ирвинга Финкеля, однако найденная им глиняная табличка с правилами игры была почти на 1000 лет младше найденных сэром Леонардом Вулли досок. Так что многое не совпадало. Быть может, за столь долгий период правила «Шахмат Вавилона» могли претерпеть серьезные изменения (так, в тексте описывается не 7, а 5 фишек, причем каждая из них имеет свое название); быть может, Финкель открыл правила совсем другой игры (к сожалению, в тексте ни разу не упоминается какое-либо название). Но как бы то ни было, находка не смогла дать ответ даже на самый главный вопрос: на какой клетке игра начинается и на какой заканчивается. Так что споры о правилах одной из самых древних игр человечества ведутся до сих пор, но при этом они не только не уменьшают, но даже увеличивают количество людей, играющих в «Шахматы Вавилона».

Значительный вклад в систематизацию правил «Царской игры из города Ур» внес Роберт Белл, автор «Энциклопедии настольных игр народов мира». Его исследование было взято за основу Ирвингом Финкелем, который взялся написать краткую инструкцию специально для магазина при Британском музее, в котором продавалась игра. Отдельного внимания также заслуживает труд «История настольных игр, кроме шахматных» Гарольда Мюррея, а вместе с ним и работы Дж. Мастерса и Дэвида Парлетта, чьи правила, по мнению многих, делают игру по-настоящему логичной и изящной.

 

В этом и том мирах

Одним из главных конкурентов «Царской игры из города Ур» в вопросе первенства является египетский сенет. Считается, что как светское развлечение он был известен еще в додинастический период (то есть за 3500 лет до н.э.), а после и вовсе перешел в сферу сакрального и начал ассоциироваться с путешествием в потусторонний мир. Сенет упоминается в древнеегипетской «Книге мертвых», а также в других религиозных текстах и мифах Нового Царства. Так, египтяне полагали, что после смерти душа человека отправляется в путешествие по миру мертвых, во время которого все земные дела ее обладателя получают оценку. И если они будут признаны богоугодными, то душа сольется с владыкой солнца Ра и обретет бессмертие. Если внимательно рассмотреть фрески из гробницы Нефертари, первой супруги Рамсеса II, можно увидеть, что на одной из них царица играет в сенет с невидимыми потусторонними силами. При этом различные этапы игры отражают путешествие души, а победа символизирует ее полное единение с богом Ра.

Здесь, пожалуй, стоит вспомнить о том, что для древних египтян смерть не была тождественна концу жизни. Скорее она считалась одним из ее этапов – таким же, как детство, юность или старость. При этом человек понимал, что в загробном мире его будут ждать магические испытания, однако не только не отчаивался, но даже не собирался ждать смерти, чтобы их пройти. По мнению древних людей, они играли в сенет не просто под покровительством богом – они играли с самими богами. Бросая палочки и передвигая фишки по доске, человек уже обеспечивал себе безопасное прохождение ловушек и лабиринтов загробного мира. А божественное вмешательство игроки видели в элементе случайности, который всегда присутствует в сенете. В общем, для древних египтян это была не столько игра, сколько духовная практика. Страстной любовью к сенету отличались фараоны Аменхотеп III и Рамсес III. Да и в гробнице Тутанхамона были обнаружены несколько безупречно сохранившихся комплектов. Один из них, черный с золотом, на подставке в виде львиных лап, принято считать непревзойденным образцом позднего египетского искусства.

Появление сенета напрямую связано с богами. Согласно преданию, эту игру изобрел древнеегипетский бог знаний Тевт, чтобы выиграть несколько лишних дней для богини Нут у божества луны Хонсу. Случилось это после того, как Ра узнал, что богиня неба Нут по ночам сожительствует с богом земли Гебом, разгневался и наложил на Нут проклятье, из-за которого она не могла родить ребенка ни в один из 360 дней года. И тогда Геб пришел к Тевту, а тот отправился к Хонсу и научил его играть. На кон была поставлена 1/72 часть света каждого из 360 дней лунного года – и в итоге Тевту удалось выиграть для Нут 5 суток, которые он поместил в конце года. Власть Ра на эти дни не распространялась. Так в солнечном году стало 365 дней, а в лунном – всего 355. А человечество получило не только 5 лишних дней в календаре, но и увлекательную новую игру.

Первые находки игровых наборов для сенета относятся к началу ХХ века, однако вначале археологи приняли найденные фигурки за вариант древних шахмат или шашек. Самый древний полный комплект, датированный приблизительно 2686 годом до н.э., был обнаружен в гробнице Хеси-ре. Где-то в этот период фишки сенета сменили свою форму и вместо «башенок» и «лепешек» стали «конусами» и «катушками», а сами наборы приняли каноническую форму удлиненного продолговатого ящика. Доска для сенета, по сути, представляла одну длинную дорожку, разделенную на клетки (выглядело это как 3 столбца по 10 клеток), каждая из которых символизировала один из «домов», в котором происходило то или иное сакральное действо или таинство. Например, «возрождение» позволяло вновь ввести в игру фишки, которые гибли в главных «домах» последнего ряда. «Омоложение», если встречалось на пути, вынуждало игрока закончить свой ход именно на этой клетке, даже если выброшено достаточно очков, чтобы пройти дальше, так как означало превращение усопшего в мумию, омоложение и в конечном итоге – подготовку к вечной жизни. Но самым важным, пожалуй, был «Дом Восходящего Солнца». Как только игроку удавалось пройти его всеми своими фишками (в более древних вариантах игры их было 7, в новых – 5), он успешно завершал игру и ритуально возрождался вместе с богом солнца Ра. А значит, еще при жизни получал его благословение и уверение в том, что после смерти сможет выдержать все испытания загробного мира.

Точные правила сенета, как и «Игры из города Ур», до нас не дошли. Роднит их то, что они предназначены для двух соперников, каждый из которых имеет свой набор фишек, а ходы определяет бросок игральных костей. Среди ученых даже существовали гипотезы, согласно которым шумерская игра была основой для возникновения сенета, но они не нашли подтверждения. Сегодня наиболее популярны два варианта реконструкции правил сенета: первый создан Кендаллом, второй – Беллом. Правда, сказать, что хотя бы один из них верен на 100%, нельзя. Увы, археологам не удалось найти ни одного папирусного свитка, где были бы подробно описаны правила сенета. Отдельные элементы были восстановлены на основании арабской игры таб, в которую любят играть бедуины в Судане и которая своими корнями восходит именно к сенету.

Сенет – невероятно красивая игра, причем не только позиционная, но и стратегическая. Основные приемы сводятся к рубке и запиранию фишек противника, а также в умелом использовании специфических свойств «домов». Несмотря на то, что в сенете важная роль отводится случайности и удаче, умелые игроки могут провести по доске все фишки и при этом не дать сопернику вывести с поля ни одной своей.

Сейчас сенет популярен и в качестве развивающей игры для детей, и в качестве стильного делового подарка, и просто как способ увлекательно провести часок-другой в кругу друзей. Кстати, новый виток интереса к древнеегипетской игре наступил после выхода на телеэкраны сериала «Остаться в живых», в одном из сезонов которого сенет выступил в роли сюжетообразующего элемента.

 

 

Сенет нередко сравнивают с «Шахматами Вавилона», однако противников гипотезы об их родстве существует не меньше, чем сторонников. При этом, если говорить о схожести сенета с какой-либо игрой, то никак нельзя обойти стороной мехен, корни которого теряются во тьме додинастических времен. Эту игру еще называют «змеиной», и причина этого проста: доска для мехена представляет собой круг, на котором в виде спирали прорисована игровая дорожка, заканчивающаяся в центре головой змеи. Первые подобные доски были найдены еще в гробницах III династии (2868 – 2613 года до н.э.), а один из самых лучших наборов, в который входило 6 фишек-львов и мраморные шарики, найден в гробнице фараона Хесу.

Правда, как и в случае с сенетом или «Игрой из города Ур», точные правила мехена утрачены. Ученые склоняются к мнению, что мехен символизировал различные аспекты жизни древних египтян – в игре удивительным образом объединились солнечный и лунный календари, мир живых и мир мертвых, система для расчета благоприятных дней и многое другое. По сути, мехен был чем-то средним между игрой, гадательной практикой, религиозным ритуалом и астрологическим прогнозом. А главное отличие мехена от сенета заключалось в том, что в него одновременно могли играть до 6 человек. К каждой доске прилагался набор из 6 фигурок-путников и 6 фигурок-львов. Количество ходов определялось броском костей, похожих на палочки, используемые в сенете; вход и выход фишек в игру регулировался сложной накопительной системой выпавших единиц. Свое движение фишки начинали от хвоста змеи к ее голове, а после возвращались обратно. Достигший финиша игрок получал фишку-льва – та могла съедать простые фишки. Побеждал игрок, чья фишка-лев съела большее количество фишек-путников.

Сакрализация мехена основывалась на тех же принципах, что и сакрализация сенета. Змея олицетворяла собой богиню-защитницу, охранявшую ладью Ра во время его плаванья сквозь ночь. Сама игра символизировала приближение души в загробном мире к богу Ра, одобренное его защитницей. Мехен упоминается во многих древнеегипетских текстах, в том числе и как часть обряда инициации жрецов.

 

 

Быть может, «Царская игра из города Ур» и не была прообразом для сенета, однако ей все же удалось проникнуть в Египет и оказать на него свое влияние. По крайней мере, археологические находки свидетельствуют о том, что во времена XVII династии (около 1783 – 1552 года до н.э.) в Египте стали появляться доски для сенета с короткими полями в 20 квадратов на обороте. В своих трудах известные исследователи игр Роберт Белл и Гарольд Мюррей назвали эту игру «тьяу», однако их коллега Дэвид Парлетт считал, что игра носила название «асэб», что и указывало на ее происхождение извне.

Период появления тьяу или асэба совпадает со временем, когда в Египет с Ближнего Востока вторглись кочевые племена, которые, вероятно, и принесли с собой шумерскую игру. Тем более что на найденных игровых наборах тех лет практически всегда встречаются характерные изображения колесниц. При этом «Царская игра из города Ур» изменилась и упростилась до неузнаваемости. По сути, она превратилась в новую игру, которая быстро набирала популярность. Доски для нее были найдены по всему Египту, в Судане, на Крите, в Индии. Принято считать, что асэб вобрал в себя правила как шумерской, так и египетской игры, однако при этом утратил свою сакральность, став сугубо светским развлечением. Не исключено, что именно это и позволило ему не утратить своей популярности до наших дней.

 

Игра шен, также известная под названием «Собаки и Шакалы», не такая древняя, как «Шахматы Вавилона», сенет или мехен, и не имеет такого сакрального значения, зато она, без сомнения, одна из самых красивых и узнаваемых настольных игр, появившихся в Древнем Египте.

Исконного ее названия мы, к сожалению, не знаем. Сэр Уильям Флиндерс Петри, известный британский археолог, который нашел первую из подобных досок, назвал ее «Игрой в 58 дырочек». «Собаки и Шакалы» она стала именоваться после по причине характерного облика фишек, а название «шен» появилось по аналогии с иероглифом, нарисованным у финиша. Возникла игра приблизительно во времена IX династии (2135 – 1986 года до н.э) и к XII династии приобрела такую популярность, что стала неотъемлемым атрибутом египтян при путешествии в загробный мир. Так что наибольшее число наборов для шена было найдено в гробницах.

Большинство досок имеют прямоугольные, чуть скругленные формы и немного напоминают щит (это породило еще одно название игры – «щитовая»; а так как на доске нередко рисовали пальму, то существовало еще и название «пальмовая»). Фишки напоминают тонкие палочки. Каждая доска имеет две дорожки и множество полей. На некоторых образцах были найдены даже надписи, направляющие движение фишек. Точные правила, к сожалению, не сохранились, однако главной целью в египетском варианте шена было продвижение к финишу и захват оазиса.

Несмотря на то, что наборы для игры в шен были найдены не только на территории Египта, именно эти образцы представляют собой настоящие произведения искусства, выполненные с исключительным вниманием к каждой детали. Характерен и выбор животных для фишек – древние египтяне ничего не делали просто так. Собака и шакал – два священных животных, связанных с культом Анубиса, египетского бога-покровителя умерших. Эти звери, вечные антагонисты, олицетворяли границу двух миров. Собака и шакал – противоположности, но при этом прекрасно скрещиваются и дают потомство. Может, еще и поэтому фишки в шене порой делят на «мужские» и «женские».

 

Игра всегда была неотъемлемой частью жизни человека. Уникальность игры как вида деятельности заключается в том, что главную роль здесь играет не результат, а сам процесс, во время которого происходит воссоздание и усвоение какого-либо опыта, познание мира и общение с другими людьми. А потому нет ничего удивительного в том, что игры, которые увлекали людей несколько тысяч лет назад, утратив свою сакральность, все же не теряют популярности. Они путешествуют вместе с человечеством из эры в эру, из столетия в столетие. Каменные доски и фишки заменяются пластиковыми, но прежним остается азарт и яркость эмоций, которые дарят игры каждому из участников.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.