Практически у каждого человека есть какое-то дело, которому он с удовольствием посвящает свободное время. Кто-то мастерит занятные вещицы, кто-то коллекционирует определенные предметы. Но мало кто, кроме узкого круга посвященных в тайны конкретного хобби, задумывается о том, что у таких увлечений зачастую находятся корни, уходящие в глубины истории. И то, что сейчас рассматривают просто как невинное занятие для горстки чудаков, когда-то несло в себе глубокий смысл.

 

Ладьи мертвых и благодарность за счастливое плавание

     Судомоделизм почти также древен, как и само человечество. Первые примитивные модели деревянных лодочек ученые обнаружили на стоянках первобытных людей. Правда, служили они, скорее всего, детскими игрушками и были сделаны довольно грубо.

     Но вот другая находка – при раскопках Ура в южной Месопотамии в 1929 году из древнего захоронения извлекли серебряное судно с четырьмя сидениями для гребцов и веслами, на которых с ювелирной точностью мастер выполнил даже лопасти. Длина ладьи составила 65 см. Позже специалисты определили и время ее изготовления – IV тысячелетие до н.э. Серебряная лодка попала в гробницу не случайно: по верованиям народов Двуречья, она должна была облегчить мертвому переход от земного существования к загробному.

     Вообще, в древности моделям кораблей нередко придавали сакральное и даже мистическое значение. Египтяне, жившие несколько тысяч лет назад, считали, что умерший на пути к потусторонней жизни должен преодолеть мифическую реку Абиалус. Поэтому родственники усопшего оставляли в гробнице миниатюрные суда. По мнению некоторых историков, изготавливали их специалисты-ремесленники по определенным канонам.

     Многие из египетских моделей, найденных в Долине Царей, были снабжены алтарем усопшего и «обслуживающим персоналом» – многочисленными деревянными фигурками людей. Это так называемые корабли мертвых или вотивные суда (суда-пожертвования). Роскошные серебряные или золотые ладьи, изящно украшенные, с множеством деталей, были неотъемлемой частью в захоронениях правителей и знати. Сегодня Национальный музей в Каире может похвастать огромнейшей коллекцией моделей I–XXX династий. По ним легко прослеживаются особенности развития египетского судостроения в течение трех тысячелетий! Модели, найденные в гробнице Тутанхамона, получили наибольшую известность. Они поражают блеском, грациозностью и неповторимым декором.

     Из эпохи классической Греции до нас дошел терракотовый корабль, имитирующий судно VI века до н.э. Сейчас он хранится в Британском музее. В какой-то степени моделью корабля можно считать и постамент знаменитой Ники Самофракийской – ведь он имеет форму носа греческой галеры.

     О римском судостроении сохранилось совсем не много сведений. И потому на вес золота ценятся все найденные «настольные корабли» и росписи на тему мореплавания. Среди них – стенная роспись в Помпеях, барельефы из Порто и на колонне Трояна. В руки ученых попали и уникальные римские суда, обнаруженные на озере Неми, но все они погибли во время Второй мировой войны. Позже, по фотографиям, римские галеры воссоздали в масштабе 1:3, и «новоделы» стали одними из крупнейших корабельных моделей в мире.

     Поразительный факт: развитию судомоделизма сильно поспособствовали… христианские храмы. Внутреннее убранство многих католических соборов во всем мире до сих пор украшают копии каравелл и галеонов. Их делали и дарили церкви моряки – таким способом они благодарили Бога за счастливое возвращение из дальних и опасных странствий. Один из старейших «церковных» кораблей времен открытия Америки – модель испанского судна 1450 года. Сейчас раритет хранится в музее принца Генриха в Роттердаме.

     

     Даже мастеров, делавших церковную утварь, вдохновляли корабли. Начиная с IX века курительница для сжигания ладана повторяет форму ладьи. По-итальянски его название звучит как naveta, а по-немецки weihrauch schiffchen (буквально «кораблик для ладана»).

     Новая эра судомоделизма

     Эпоха Великих географических открытий наполнила работу мастеров, создающих модели кораблей, новым смыслом. Стремительное развитие получила наука, с каждым днем совершенствовалась техника, и этот процесс, разумеется, не мог не затронуть судостроение. Отныне принцип «семь раз отмерь» соблюдался неукоснительно: все старались делать исключительно по чертежам, с предварительными расчетами.

     В 1600–1655 годах при доках и верфях возникли специальные мастерские, где строили модели. К тому времени они утратили всяческий сакральный подтекст, зато начали использоваться для проведения экспериментов. Точная модель наглядно демонстрировала, как новое судно поведет себя на воде, помогая вычислять идеальные пропорции корабля, прежде чем он будет создан в натуральную величину.

     Начиная с XVII века в моделях стали видеть еще и художественную ценность. Коллекционирование «настольных кораблей» вошло в моду среди знати, а сами копии парусников, сделанные в это время, могли похвастать таким изяществом и роскошью, что по цене порой превосходили жемчуга и бриллианты. Мини-суда, построенные три века назад, сейчас наиболее бережно хранят в музеях и частных собраниях.

     К дорогим раритетам относится и знаменитая серия маленьких моделей, выполненная военнопленными. Дело в том, что во время морской войны между Францией и Англией англичане в Дартмуре, Дорчестере и Норман Кроссе основали три крупных лагеря для захваченных в плен солдат и офицеров. Узникам оставили право и возможность трудиться. Среди них были искусные мастера-ювелиры, резчики по кости, скульпторы, краснодеревщики, часовщики, которые, имея под рукой простые и грубые инструменты, совсем немного материала и огромный запас терпения, делали миниатюрные модели судов, длиной не более 19 см. Все снасти изготавливали из… собственных волос или нитей одежды. Затем кораблики закрепляли на украшенной подставке и закрывали стеклянными колпаками. На современных аукционах приобрести одну из этих моделей практически невозможно – все они находятся в частных коллекциях.

     История судомоделизма пишется и сейчас. Давно подмечено, что все копии кораблей, и старинные, и современные, имеют свою судьбу и, если хотите, душу. В 1935 году один американец создал тендер – одномачтовый корабль с косыми парусами – длиной около 80 см. Маленькому кораблю было уготовано большое плавание: его спустили на воду на побережье Атлантического океана в штате Виржиния. На борту своего детища моделист поместил стеклянную колбу с обращением к человеку, в чьи руки, возможно, попадет судно. В письме излагалась просьба сообщить о судьбе модели за вознаграждение в 50 долларов. Удивлению мастера не было границ, когда спустя два года к нему пришло известие о кораблике! Его, со следами долгого плавания, на рейде Гавра (Франция) выловил рыбак. Трудно поверить, но за 24 месяца тендер прошел не менее 7 000 км!

     Судомоделизм XXI века – это дорогое и очень престижное увлечение. Для кого-то оно стало даже бизнесом, на котором можно неплохо заработать. Ведь спрос, как известно, рождает предложение: есть коллекционеры, готовые платить за полуметровый кораблик баснословные суммы, а есть настоящие мастера, воссоздающие с поразительным реализмом линкоры и фрегаты, и, соответственно, эти суммы зарабатывающие.

     Хотя все же в большинстве своем моделисты – неисправимые романтики, которые днем ходят на работу, а по вечерам, вооружившись инструментами, назначение которых поймет не всякий и не вдруг, тиранят домашних запахами клея, клубами пыли, щедро летящей во время шлифовки с боков маленького суденышка, гудением, жужжанием, скрипом, хрустом и прочими малоприятными вещами… Как говорится, красота требует жертв!

     Какие бывают модели?

     Этот вопрос одновременно и простой, и сложный. За долгую историю судомоделизма, конечно, разработана стройная классификация. Только ею все не ограничивается. И вообще, моделизм – это искусство, построенное на сплошных нюансах.

     Если все же говорить о классах, то обычно их выделяют семь: копии парусных и гребных судов; корабли, оригинал которых снабжен механическим двигателем; модели сооружений и элементов кораблей, а также их разрезы; миниатюрные модели-копии кораблей и судов в масштабе 1:250 и более; кораблики в бутылках; модели из пластмассы; суда из картона.

     И вот он, первый нюанс: оказывается, есть копии реально существовавших кораблей и просто типовые модели, дающие представление о судах, которые бороздили моря и океаны в определенный исторический период.

     Второй нюанс: бывают модели адмиралтейские. Строятся они не один месяц (а порою и не один год) и воссоздают «исходник» до последнего винтика. Причем имитируется не только внешний вид судна, но и его внутреннее устройство и убранство. А чтобы зритель мог лучше рассмотреть и оценить работу, иногда даже не делают обшивку бортов. Создание адмиралтейской модели у судомоделистов считается «высшим пилотажем». В погоне за точностью мастера порой доходят до парадоксов. Скажем, известны уменьшенные копии крейсера «Аврора», воссоздающие судно в разные периоды его «жизни»: во время участия в Цусимском бою (Русско-японская война) и в ночь штурма Зимнего дворца. И что удивительно, эти две «Авроры» не идентичны!

     Отдельное слово о кораблях в бутылке. Хотя такие поделки появились в глубокой древности, современному моделисту нередко приходится проявлять смекалку и самому разрабатывать новые инструменты и оригинальные решения. Например, можно собирать корабль прямо в сосуде при помощи пинцетов, а можно «на воздухе». В этом случае готовое судно пропихивается сквозь узкое горлышко со сложенной мачтой, а затем при помощи системы нитей все детали распрямляются и становятся на свои места.

     Однако опустить такой корабль в воду – значит, загубить его навеки. И здесь возникает третий нюанс: так называемые «стендовые» суда предназначены исключительно для украшения интерьера. Совсем другое дело – спортивные модели. Эти умеют плавать и вполне успешно участвуют в специальных регатах. Некоторые из них имеют двигатели, другие – нет. Такой корабль требует от моделиста аккуратности, знания истории и немалых технических навыков.

     Существует и ювелирное направление судомоделизма. Немногие знают, что великий Фаберже создавал не только драгоценные яйца, но и восхитительные мини-кораблики, инкрустированные натуральными камнями и драгоценными металлами.

     В общем, искусство создания миниатюрных судов оставляет огромный простор для фантазии, и свои предпочтения есть у каждого мастера. Одни симпатизируют современным (в том числе и военным) кораблям, другим интереснее древние плоты, драккары викингов, безмачтовые гребные галеры. А третьи и вовсе сами изобретают никогда не существовавшие корабли. Хотя, конечно, наиболее привлекательны для современных корабелов парусные суда XVI–XVII веков. Оно и понятно! Ведь парусники поразительно красивы и насквозь пропитаны духом приключений!

     Искусство или поделка?

     Случается, искусно собранный кораблик, на котором даже «Веселый Роджер» развевается, словно от настоящего ветра, вызывает бурю восхищения у непосвященного зрителя. А моделисты презрительно кривятся: мол, полнейшая бутафория и никакого соответствия истории. А вот наоборот почти не бывает – если корабль выполнен с соблюдением всех канонов, нравится он, как правило, и мастерам, и зрителям.

     Для неспециалиста увидеть грань между тонкой работой, которая переживет века, и посредственной детской игрушкой порой довольно сложно. От чего же зависит ценность модели? Во-первых, от времени, затраченного на ее постройку. Суда, которые красуются в морских музеях Лондона, Копенгагена, Парижа, создавались не меньше года каждый.

     Во-вторых, имеет значение размер. Чем больше модель – тем более она детализирована. Так, голландский двухпалубный флейт, уменьшенный в 50 раз, собирается примерно из 6 тыс. деталей. И это далеко не рекордное число! И именно мелкие нюансы – декор, форма отдельных частей, оснастка кораблей, особенно парусников – могут придавать модели неповторимый колорит. Например, во время одной из франко-голландских войн на мачтах голландцев наряду с обычными штандартами вывешивались… метлы. Эти оригинальные «украшения» символизировали, что бравые моряки намереваются вымести своего противника с моря. Миниатюрные метелки болтаются и на мачтах моделей.

     Важен и подбор материалов. Здесь уж у кого на что фантазии хватит! Кто-то собирает модель из старых ящиков от фруктов, а кто-то гонится за ценными породами дерева. Одного мастера вполне удовлетворит носовая фигура, вылепленная из пластика и выкрашенная обычной акриловой краской, а другому подавай настоящую резьбу по дереву, да еще и с позолотой. Исходя из того, какие материалы используются, выделяют несколько школ судомоделизма. Наибольшее распространение получили две – европейская (которая довольствуется «всем, что под руку попадется») и русская. Последней присущ так называемый петербургский или императорский стиль. Главное его отличие в том, что изделие не раскрашивают: для получения полной цветовой гаммы уже при постройке берут дерево различных (зачастую ценных) пород. А это автоматически переводит готовую работу в разряд очень дорогих.

     В итоге цена на модель может колебаться от 300 у.е. за добротно сделанный кораблик, до бесконечности. Копии конкретных галеонов, фрегатов и каравелл, оставивших в истории значимый след, нередко моделистам с мировыми именами заказывают крупные музеи, и тогда речь идет о баснословных гонорарах, исчисляющихся сотнями тысяч долларов. Но особенно дорого ценятся старинные «настольные корабли». Их цена порой даже превышает стоимость реального судна!

     

     На одном из европейских аукционов любящие родители, пожелавшие скрыть свою фамилию, приобрели для чада подарок – модель корабля начала XX века. Уменьшенная копия судна британского флота с мачтами, парусами, полным набором сигнальных и праздничных флажков и с движущимися орудийными башнями обошлась в 32 тыс. долларов и стала самой дорогой детской игрушкой в мире.

     

     

     Не поскупилась на приобретение роскошной модели компания «Сони». Интерьер ее главного офиса украшает парусник, ценой в… 1 млн. долларов. По словам представителей фирмы, корабль создает имидж, символизируя успешность и процветание.

     

     

     Самой же дорогой современной моделью корабля стал воссозданный «Титаник». Он был построен специально для съемок фильма Джеймса Камеруна, до мельчайших деталей воспроизводил своего печально известного «старшего брата» и был при этом всего на треть меньше настоящего «Титаника». Модель, обошедшуюся в миллионы долларов, утопили во время съемок, дабы получить впечатляющие кадры с обломками, уходящими на дно.

     Флот за стеклом

     Коллекционирование моделей во все времена считалось занятием элитарным, достойным знатного и состоятельного человека.

     В Россию мода на мини-суда пришла в годы правления Петра I. В XVIII веке иметь в доме копию корабля (а лучше – несколько) стало престижно. Ведь благодаря петровскому флоту страну, наконец, признали как морскую державу. Это значит, что модель судна стала не только показателем богатства, но и символом высокого положения, приближенности к царю.

     Собственно, Петра с уверенностью и можно назвать первым российским коллекционером и судомоделистом. Он основал «модель-камору», где создавались и хранились адмиралтейские модели. Петр приказывал делать копии не только самых удачных российских фрегатов, но и лучших судов, захваченных у противника. Воспроизводились не только новые корабли, но и те, что давно затонули. И тогда мастерам приходилось изрядно попотеть, поскольку воссоздать их было можно лишь по старинным гравюрам и рисункам.

     Сохранились свидетельства о том, что царь не только не гнушался собственноручно строить большие суда, но и с удовольствием делал их уменьшенные копии. Последние нередко играли роль чертежей – ведь в то время еще далеко не все корабелы были обучены грамоте и могли «читать» графические изображения.

     Искусно сработанные модели хранились в специальных витринах – Петр непременно хотел сберечь их для будущих поколений, «в назидание потомкам». О том, какое огромное значение придавал своей коллекции русский государь, говорит один из указов, согласно которому в случае взятия Петербурга неприятелем мини-суда надлежало незамедлительно сжечь, дабы враг не мог по ним построить свой флот.

     Кстати, Петр I обладал тонким юмором и к тому же имел страсть к аллегориям. Посему в названиях кораблей и в их девизах нередко сквозила ирония, порой шокировавшая иностранцев. Например, морские просторы рассекала… «Бомба» с девизом «Горе тому, кому достанусь». Несла службу во флоте и «Черепаха» («Терпением увидишь делу окончанье»), были корабли «Спящий лев» («Сердце его бдит») и «Шпага» («Покажи мне суть лаврового венца»). Но, пожалуй, всех превзошел фрегат «Три рюмки». Его корму украшал девиз «Держи во всех делах меру» с изображением тех самых рюмок. Подобные перлы чрезвычайно забавляли первого русского императора, и, конечно же, нашли отражение в моделях.

     Петровская коллекция легла в основу собрания миниатюрных кораблей Санкт-Петербургского Военно-морского музея. А на месте той самой «каморы» (перед Адмиралтейством) нынче находится один из красивейших фонтанов города.

     Другая прославленная коллекция была собрана во времена куда более близкие к нам. Приобретением старинных копий парусников, сделанных в США, Англии, Франции и других странах Европы, всю свою жизнь занимался Генри Роджерс (1879–1935). Был он управляющим сетью железных дорог, полковником артиллерии нью-йоркской национальной гвардии, а еще ценителем и знатоком деревянных моделей всевозможных стилей и техник.

     После своей смерти мистер Роджерс завещал коллекцию музею Морской академии Аннаполиса. Сейчас его экспозиция считается одной из лучших в США. Посетители могут любоваться 108 моделями кораблей и лодок, сделанных с 1650 по 1850 годы. Многие из мини-судов хранятся в оригинальных старинных витринах, возраст которых также составляет несколько веков.

     Мировую известность снискала и коллекция, собранная Романом Кригштайном и его сыновьями-близнецами Арнольдом и Генри. Коллекционеры признаются, что изначально хотели сосредоточиться исключительно на мини-судах из кости, относящихся к эпохе наполеоновских войн. В 1974 году была приобретена первая и единственная в собрании такая модель. В том же году семья Кригштайн купила на аукционе старинную копию британского корабля. И именно с нее началась, собственно, коллекция. Сейчас Кригштайны могут похвастать уникальными миниатюрными фрегатами, галеонами и линкорами, равных которым в мире отыщется немного.

     Например, копия 90-пушечного корабля второго ранга Coronation датируется 1685 годом. Корабль-оригинал был крупнейшим из построенных в эпоху Карла II. Есть версия, что первым владельцем модели был сам король. Хотя документально это не подтверждено. Зато доподлинно известно, что настольная версия Coronation в XVII веке украшала залы дворца графа Керберийского, затем была куплена сэром Ричардом Гоу Кентом, а позже оказалась в экспозиции Лондонского музея, где и оставалась до 1924 года. Этот корабль попал в собрание Кригштайнов в хорошем состоянии. Но не все приобретения оказались настолько удачны. Скажем, модель 70-пушечного судна, сделанную примерно 1714 году, пришлось в буквальном смысле слова реанимировать. Многие детали ее декора разболтались, некоторые были безвозвратно утеряны, а корпус покрывал толстый слой краски, нанесенной явно не во время постройки модели. Кропотливая работа реставратора вернула корабль к жизни. Сейчас он – один из самых интересных экспонатов. Его корпус можно разъединить на уровне нижней орудийной палубы и рассмотреть внутреннее устройство судна. Работа выполнена настолько виртуозно, что по ее фотографии сложно понять: видишь ли перед собой уменьшенную во много раз копию или самый настоящий корабль.

     Восхищаясь прекрасными старинными моделями, неизменно жалеешь, что история не сохранила имена тех, кто создал эти маленькие чудеса. Впрочем, представить, какими были удивительные мастера с золотыми руками, жившие столетия назад, довольно легко. Достаточно взглянуть на современных моделистов (да и коллекционеров, пожалуй, тоже). Это представители разных профессий, национальностей, религий и политических убеждений. Большинству из них давно перевалило за 30, и у многих подрастают собственные дети. Но все эти люди кое в чем похожи – в каждом до сих пор живет тот самый мальчуган, который с азартом и восхищением наблюдал, как пенный поток уносит бумажный кораблик в неведомые дали, туда, где пираты и приключения…

     

     

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.