Юровичи. Это название знакомо, пожалуй, каждому белорусу. Именно здесь была найдена самая древняя в нашей стране стоянка человека, возраст которой – примерно 25 тыс. лет.

      А в X веке на том самом месте, где древние охотники загоняли мамонтов, вырос город. И отнюдь не рядовой. По занимаемой площади он был сопоставим разве что с Полоцком того времени и почти в два раза превосходил тогдашний Менск. В начале XI столетия загадочное городище было уничтожено и навсегда кануло в Лету – ни в одном из письменных источников оно не упоминается.

      Наконец, в Юровичах некогда действовал иезуитский монастырь, который славился уникальной чудотворной иконой Матери Божьей Юровичской. Ей поклонялись как православные, так и католики. Но в XIX столетии святыня таинственным образом исчезла.

      Еще один любопытный факт: холм, на котором расположены Юровичи, уникален. Пожалуй, он такой единственный на всю Беларусь. Если взобраться на самую вершину в солнечную погоду, можно увидеть город Мозырь, расположенный в двадцати километрах.

      Одним словом, этой крохотной деревеньке есть, чем удивить. И, конечно же, немало здесь загадок и тайн. Давайте же взглянем на Юровичи пристальнее.

     

 

 Как загоняли мамонтов

      Недавно ученые пришли к выводу: люди не жили на Юровичской стоянке времен палеолита постоянно – она была чем-то вроде охотничьего лагеря. Здесь загоняли и разделывали добычу. Как предполагают исследователи, наши предки поднимали мамонтов, шерстистых носорогов и других животных с водопоя, гнали на высокий мыс и сбрасывали на камни. Об этом говорит множество найденных останков.

      Интересно, что не всякая кость мамонта обладает большой ценностью для науки. Ведь много тысяч лет назад эти животные в Беларуси были очень распространены. Поэтому в большинстве случаев находки никак не связаны с деятельностью человека: далеко не каждое животное становилось добычей охотников. Только в Юровичах и еще на одной древней стоянке у деревни Бердыш (Чечерский район) обнаруженные кости говорят о том, что уже 25 тыс. лет назад люди занимались охотой.

      Впервые исследователи обратили внимание на Юровичи в 1929 году. Как это часто бывает, большое открытие сделали случайно. Местный житель, прогуливаясь, нашел странную кость. Она была такая огромная, что, казалось, не могла принадлежать ни одному из известных животных. Находка заинтересовала местного учителя Юлиана Попеля, а уж от него о ней узнали и ученые. Оказалось, что это голень мамонта. Начались раскопки, и вскоре в руках археологов была довольно внушительная коллекция останков древних гигантов. Помимо них обнаружились кости первобытного быка, дикой лошади и песца.

      Урожайными на открытия стали 70-е годы, когда вокруг деревни исследователи нашли еще несколько древних поселений эпохи неолита и селище банцеровской культуры (VI–VIII века н.э.).

      Но одна из наиболее ценных находок была сделана не так давно – сохранившийся целиком череп мамонта с бивнями. Раньше ученым удавалось извлечь из земных недр разве что отдельные кости и бивни.

     Юровичи – бывший Туров?

      Одна из самых будоражащих воображение загадок Юровичей – город X–XI веков, который исчез при загадочных обстоятельствах.

      – Это городище я копаю с 2004 года. Здесь был очень крупный город. Населяли его люди разных национальностей. Подобное большое городище с полиэтническим населением имели, пожалуй, только древние Полоцк и Туров! Вы представляете, какой это масштаб?! – рассказывает Олег Иов, кандидат исторических наук и старший научный сотрудник отдела археологии средневекового периода Института истории Национальной академии наук.

      Столь крупный город наверняка имел сильное политическое влияние. Но вот незадача: Юровичи не упоминаются ни в одной из летописей! Впрочем, в литературе можно встретить предположение, что найденные руины – это легендарный город Межимостье или крепость Видоличи. Но они не вписываются во временные рамки, ведь первый был разрушен в XII веке, а вторая – в XIII, когда городище в Юровичах уже прекратило свое существование.

      – Над этой загадкой я думал денно и нощно, – продолжает Олег Вильгельмович, – пока однажды меня не озарило! Дело в том, что наши далекие предки предпочитали называть свои города по «имени» ближайших рек. Я стал просматривать различные документы и вдруг на старой карте, которая была сделана до мелиорации, нашел вблизи этого городища речку Турья.

      Эта потрясающая находка заставила ученого пристальнее взглянуть на… Туров, который находится почти в 130 км от Юровичей. И здесь обнаружился еще один «кусочек пазла»: Туров упоминается в знаменитой «Повести временных лет» под 980 годом, а самые ранние археологические находки, сделанные здесь, датируются только серединой XI века. То есть из истории города выпадает значительный промежуток времени. К тому же никакой реки, в названии которой фигурировал бы «тур», вблизи современного Турова не было и нет…

      – Тогда я подумал: а не могло ли так случиться, что древний Туров по какой-то причине был уничтожен, а затем основан новой город с тем же названием? – говорит Олег Иов.

      В руки ученого попала ложечка, найденная при раскопках на Юровичском городище. Совсем неприметная на первый взгляд, она стала важным доказательством гипотезы, что у Турова мог быть более древний тезка.

      Дело в том, что в начале XI века, как говорят летописи, Туров был вотчиной князя Святополка Окаянного – одного из самых неоднозначных персонажей в истории Беларуси. Киевский князь Владимир убил своего брата Ярополка, а его жену, гречанку по происхождению, сделал своей наложницей. При этом летописцы усердно подмечают, что княгиня была «не праздна» (т.е. беременна). Мальчика, рожденного гречанкой, назвали Святополком, и формально он был признан сыном Владимира, но на самом деле в нем текла совсем другая кровь…

      Неудивительно, что, повзрослев, юноша решил отомстить за смерть отца и пошел войной на Киев. Разгорелась война между Туровским и Киевским княжествами. Тогда же Святополк, обвиненный в убийстве своих сводных братьев Бориса и Глеба, получил прозвище Окаянный. Военный успех в княжеской распре сопутствовал то одной, то другой стороне, но в конце концов мятежный князь был разбит. По мнению Олега Иова, в это время Туров мог разделить судьбу своего правителя – город разграбили и уничтожили. Затем киевские владетели, не церемонясь, отдали завоеванные земли Черниговским князьям – своим союзникам.

      При чем же здесь ложечка из Юровичей? На ней обнаружилась эмблема Рюриковичей (хоть и несколько видоизмененный вариант), а именно к этому роду и принадлежал Святополк.

      – Гербом Рюриковичей был трезубец, а у Святополка и у его отца Ярополка – двузубец. Вот именно двузубец мы и видим на ложечке из Юровичей, – объясняет Олег Вильгельмович. 

      Впрочем, с окончательными выводами ученый осторожничает. Ведь раскопки еще продолжаются и пока преподносят ученым куда больше вопросов, чем ответов.

 

Музей древностей

      Юровичская стоянка первобытного человека в ближайшее время превратится в музей под открытым небом. Это будет единственный в Беларуси археологический музей такого типа.

      На холме, где жили древние люди, оборудуют смотровую площадку, там же разместится экспозиция. Откроется также мастерская первобытного художника и еще одна, по обработке кремня. Гостей будут встречать три скульптуры, иллюстрирующие быт наших предков: мужчина-охотник, женщина, очищающая шкуру, и ребенок, поддерживающий огонь.

     Церковище есть, а церкви нет

      Юровичское городище имеет очень интересную форму. На высоком холме некогда располагался детинец, вокруг лежал окольный город. А рядом был другой холм, тоже укрепленный. Современные жители называют его странным и явно старинным словом – Церковище.

      – Это Церковище – совершенно уникальное место, – говорит Олег Иов. – Туда и сейчас взобраться можно только по спирали. Это значит, обороняться там было легко – достаточно поставить стену, не нужно даже рвов и валов.

      Первые же находки, сделанные на холме, немало озадачили ученых. Во-первых, они датировались не X веком, как все городище, а более ранним временем. Это означало, что люди заселили Церковище значительно раньше, чем его окрестности. Во-вторых, исследователи обнаружили целую косторезную мастерскую, относящуюся ко времени раннего Средневековья.

      – Вообще-то, мы искали культовые сооружения: ведь само название «Церковище» предполагает, что там была церковь. Но вместо храма наткнулись на множество изделий из кости и остатков косторезного производства. Я впервые встретил объект, где костей больше, чем керамики. Среди изделий – четыре проколки, две роговых муфточки для рукояти какого-то орудия (ножа или серпа), рог зубра с распилкой (видно, что с ним работали), рог благородного оленя, тоже с распилкой. Пока мы раскопали только часть этого сооружения. И постараемся в этом году закончить с ним работу, – поясняет археолог.

      Ученые, впрочем, не оставляют надежды найти на Церковище и остатки храма. Ведь такой огромный город, основанный как раз на заре распространения православия, просто не мог обходиться без церкви. Тем более что Святополк Окаянный был женат на дочери Болеслава Храброго, польского короля, которая, прибыв в земли мужа, привезла с собой епископа.

      С окольным городом Церковище, предположительно, соединялось деревянным мостом, который был перекинут через глубокий овраг. Но это еще не все. На холме археологи обнаружили колодец. Точно такой же, как и на детинце. И этот факт подтверждает догадку о том, что, запершись на Церковище, воины могли подолгу выдерживать (и выдерживали, скорее всего) осады.

       – Я долго сомневался, что это колодец, – говорит Олег Иов. – Ведь обычно их делали возле рек. Но здесь протекала та самая Турья, которую спрямили во время мелиорации. Смущал еще и тот факт, что Церковище – это холм высотой в 30 м. Прокопать его насквозь, чтобы добраться до воды, – дело непростое. Но потом я почитал литературу и нашел информацию о таких колодцах в Украине. Были технологии именно этого времени. И строили колодцы аж до 50 м глубиной.

      Выходит, на древнем городище в Юровичах было два детинца: тот, где жил князь, и Церковище. Но зачем? Ответ на этот вопрос, возможно, когда-нибудь еще отыщется.

 

Интересно, что в самих Юровичах бытует легенда о нападении… Тамерлана. Якобы великий воитель, подойдя под стены замка, предложил его обитателям сдаться, но те не согласились. Тогда Тамерлан поставил в своем лагере белый шатер. Это означало, что если горожане откроют ворота прямо сейчас, никто не пострадает, более того, все смогут уйти и даже забрать с собой имущество. Но ворота остались запертыми.

      На другой день осажденные увидели в лагере Тамерлана синий шатер. Это означало, что жители города еще смогут спасти свои жизни. Но имущество придется отдать. Но и на сей раз ворота не открылись.

      На третий день Тамерлан велел поставить красный шатер. Это означало, что никто из горожан не останется в живых. Так оно и случилось: крепость была взята, а все жители перебиты.

      По мнению Олега Иова, в легенде нашли отражения реальные события. Тамерлана здесь, конечно, не было. А вот монголы приходить могли, как, впрочем, и крымские татары. И те, и другие обычно совершали короткие грабительские набеги – брали все ценное, пленных и скот, а затем исчезали так же стремительно, как и появлялись.

     Домов нет, а улицы есть

      Древние основатели города мудро продумали оборонительную систему. И в ней немалая роль отводилась преградам, созданным самой матушкой-природой.

      – Вы понимаете, холмы здесь такие, что и сейчас взобраться на них может только смельчак: достаточно поскользнуться – и костей не соберешь. За прошедшее время рельеф мало изменился. Так что все просто: с той стороны, где был холм, строили просто стену – и все, этого было достаточно. Там, где склон оказывался пологим, рыли ров и насыпали вал, а затем строили стену. Схема, в общем, классическая: окольный город – это первое укрепление, которое включает в себя второе – детинец. А в нашем случае было еще Церковище, – поясняет Олег Иов.

      Ученым посчастливилось найти следы жилищ. На детинце археологи обнаружили землянку, а в ней – настоящую печь, которой уже тысяча лет. Помимо нее исследователи собрали на этом месте множество обломков керамики и несколько ножей с костяными ручками.

      Впрочем, землянка в Юровичах оказалась лишь одна. Следы остальных построек (их отыскалось пока пять), говорят о том, люди здесь жили в деревянных срубах, которые плотно жались друг к другу. Оно и понятно: пространство внутри города было ограничено валом – хочешь или нет, а уплотняться придется.

      Кстати, археологи определяют месторасположение жилища по подпечным ямам и по «пятнам концентрации находок». Там, где стоял жилой дом, всегда остается куча всевозможных хозяйственных мелочей: ножей, монеток, ключей, черепков. По таким «пятнам» можно судить о планировке и застройке города. Впрочем, в случае с Юровичами делать это пока рано – слишком маленькая площадь раскопана.

      – В Юровичах работы не на одно поколение археологов, – улыбается Олег Иов. – Городище просто огромно, его площадь 7 гектаров, а мы пока не вскрыли даже одного. Не было найдено даже жилище князя. И эта находка, надеюсь, еще впереди.

      Что же происходило в Юровичах после того, как в XI веке загадочный враг сжег городище?

      – Нельзя говорить о том, что жизнь здесь была уничтожена окончательно, – продолжает Олег Иов. – Люди жили. Но это были уже сельчане. Вот XII–XIII веков я почти не наблюдаю, а XIV–XV века археологически читаются уже неплохо. Во второй половине XVII столетия, с появлением в этих местах чудотворной иконы Матери Божьей Юровичской, у поселка «открылось второе дыхание», начали приезжать паломники. Но население уже не жило на холмах, люди спустились ниже – так было удобнее.

 

Коралловая бусина, крест-складень и скандинавские псалии (элемент конской сбруи) – именно по этим артефактам, найденным в Юровичах, специалисты заключили, что город был отнюдь не рядовым, а его жители имели достаток и поддерживали торговые связи.

      – Бусинка коралловая – это редкая находка у нас. Откуда они здесь в X веке? Я бы не сказал, что в курганах или где-то еще у нас находят россыпи коралловых бус. Эта находка показывает, что был контакт со Средиземноморьем, – поясняет Олег Иов.

      Скандинавские же вещи – псалии с драконом и днище горшка с характерным клеймом – говорят о том, что жили здесь и варяги. Выходцев с севера в то время было немало на наших землях – князья, в жилах которых текла скандинавская кровь (Рюрик был выходцем как раз из варягов), стремились нанимать соотечественников на военную службу.

      Наконец, энколпион (небольшой крестик-складень) – пока единственная находка, связанная, так или иначе, с христианством. Такие крестики состояли из двух створок и были полыми внутри. В них обычно хранили частички святых мощей или освященной просфоры.

      – Одни специалисты считают, что энколпионы получили распространение с XII века, а другие – что появились они уже в XI столетии. И вот, по моим прикидкам, этот артефакт относится именно к XI веку, поскольку XII века на нашем городище мы уже не наблюдаем, – поясняет Олег Иов.

      Каждый из энколпионов уникален, поскольку делали их «несерийно». Такой крест выполнял функцию оберега и очень ценился.

     

 

Глас с небес

      Шел 1673 год. Ранним утром молодой проповедник-иезуит собирался в путь. Он очень торопился, зная, что совет и утешение нужны еще многим и многим страждущим, а здесь, в местечке Юровичи, его миссия окончена. Погрузив нехитрый скарб на телегу, отец Мартин вскочил на нее и сам.

      Тронулись. Поплыли мимо скромные сельские домишки – здесь жили люди, многим из которых Мартин вернул надежду и радость существования. «И это хорошо… Ведь когда идет война, так важно, чтобы оставалась надежда и вера в Бога», – думал священник, покачиваясь в такт лошадиному шагу.

      За околицей кони встали как вкопанные. Отец Мартин дернул поводья, потом слез прямо в грязь и стал тянуть коней под уздцы. Нет, не идут… Проповедник снова и снова понукал непокорных животных.

      Неожиданно с небес раздался голос Божьей Матери, который объявил, что чудотворная икона в обозе Мартина не хочет покидать этих мест, а значит, и миссия его здесь не закончена.

      В страхе и благоговении священник развернул коней, и они бодро понесли его обратно в Юровичи.

      Так, по легенде, чудотворная икона Матери Божьей Юровичской открылась проповеднику Мартину Тыравскому. С этого момента история крохотного поселка вновь сделала крутой поворот. Мартин, не смея ослушаться Царицы Небесной, принялся строить деревянную капличку для иконы. А по стране уже неслись слухи о чудесах, происходящих благодаря удивительному образу. И в Юровичи потянулись паломники. 

      В 70-х годах XVII столетия даже появились молитвы, духовные песнопения и проповеди, посвященные Юровичской иконе Божьей Матери, которая была приравнена к главной святыне государства – Остробрамской иконе и в равной степени почиталась как католиками, так и православными. А в 1680 году иезуиты основали в местечке свою миссию и начали строить монастырь. Одновременно возводили и великолепный собор, который должен был стать «новым домом» для чудотворной иконы.

      Строительство велось почти 50 лет. Храм и монастырь объединили в единый комплекс с высокими въездными воротами и башнями по бокам. Собор, построенный в стиле барокко, поражал великолепной лепниной и изяществом архитектуры. Были даже башенные часы с боем, изготовленные в Нюрнберге.

      Монастырь в Юровичах богател и процветал. В 1773 году папа римский Климент XIV упразднил Орден иезуитов. Но в России Общество Иисуса продолжало действовать – в пику папе покровительствовать его членам стала Екатерина II. Лишь в 1820 году иезуиты были изгнаны и из Российской империи. Уезжая, монахи не успели забрать с собой чудотворную икону. Она оставалась в обители, когда там обосновались бернардинцы. А в 1863 году комплекс передали православной общине. Костел был перестроен в церковь Рождества Пресвятой Богородицы. Тогда-то и исчезла икона Матери Божьей Юровичской.

 

Там, где пребывала Матерь Божья

      – Об уникальной иконе Матери Божьей Юровичской написано две книги. Первую в 1755 году издал Франтишек Коллерт, там он подробно описал все чудеса и все события, связанные с нею. А вторая книга, написанная Чернецким, вышла уже в 1910 году. Ни одного экземпляра труда Коллерта в Беларуси не осталось, но у меня есть ксерокопия, сделанная в Польше, в архиве, – повествует Олег Иов.

      Во многом благодаря этой ксерокопии археологам удалось найти место, где стояла первая капличка, построенная для иконы Мартином Тыравским. Так, Коллерт пишет, что миссионер выбрал такое место, чтобы было видно со всей деревни, на самом высоком мысу, где «есть валы древнего замка».

      Несколько лет назад в поисках доисторических костей палеонтологи исследовали участок, где наши предки загоняли мамонтов. Это высокий мыс возле остатков замковых валов. Раскопки были в самом разгаре, когда ученым неожиданно стали попадаться иезуитские изразцы, причем в огромном количестве.

      – Я сразу смекнул, что это могло бы быть, и заложил там небольшой раскоп. И вот на этом мысочке мы нашли монеты, стеклянные чаши второй половины XVII века, которые, очевидно, использовались для причастия. Жилой дом там лишь сумасшедший мог поставить, потому что огорода не сделаешь – мыс очень узкий, и только одна постройка вмещается на нем с трудом. То есть, судя по всему, каплица действительно стояла именно здесь, – улыбается Олег Иов.

      – Уникальные материалы дали и раскопки в самом монастыре, – продолжает он. – Так, под полом были найдены останки, вероятнее всего, фундаторов храма. Сохранилась часть одежды, и в том числе – фрагменты слуцких поясов, всего 12. Сейчас они хранятся в Национальном художественном музее. Особенно же ценно, что сохранился узел на одном из поясов, и вот теперь можно с уверенностью сказать, как именно они завязывались.

      Кстати, местные говорят, что в монастыре был подземный ход, который вел… аж в Польшу. Но исследователи, как ни старались, никаких тоннелей там не нашли.

     Тайна исчезновения Юровичской иконы

      После подавления восстания 1863 года католические монастыри один за другим переходили под власть православной церкви, что было неудивительно – монахи-католики были на стороне восставших, и теперь царская власть, одержавшая верх, мстила как могла.

      Понимая, что и его монастырь будет закрыт, последний юровичский ксендз Гуго Гадзецкий тайно заказал список (копию) иконы талантливой местной художнице (по одной версии, это была Ядвига Кеневич, по другой – Елена Скирмунт). Работа получилась великолепной – подлога сразу никто не заметил.

      Вскоре то, что предвидел Гуго Гадзецкий, сбылось. Храм закрыли, а потом передали православным верующим. Судьбой иконы Божьей Матери Милосердной (как называли ее в народе), распорядился лично Михаил Муравьев, генерал-губернатор белорусских губерний. В одном из писем он отмечал: «…Принимая во внимание то обстоятельство, что икона, которая издревле почитается в этих краях, которой приходят поклониться как православные, так и католики, как принадлежность церкви должна оставаться в оной…». Но Муравьев, конечно, не знал, что речь шла уже не о самой чудотворной иконе, а о ее копии.

       А оригинал тем временем хранился у известной своей набожностью Габриеллы Горватт, жены речицкого маршалка (предводителя уездного дворянства). Целых 20 лет она берегла у себя чудодейственный образ, а на склоне жизни, в 1885 году, отправилась в Краков. Там она передала святыню иезуитам с условием, что как только костел в Юровичах будет восстановлен, икона вернется назад. Чудотворный образ Матери Божьей Юровичской и поныне пребывает в костеле Святой Варвары в Кракове.

      Что же касается здешнего храма, то ему пришлось пережить еще немало потрясений. До 50-х годов минувшего века он оставался в относительно хорошем состоянии. Но в 1958 году один из представителей местной власти развернул борьбу с религией – были сброшены колокола. В окна они не пролезали, и в стенах пробили дыры… Позже церковь хотели и вовсе взорвать, но что-то помешало. В монастыре же в разные годы располагался то детский дом, то военная комендатура…

      Сегодня все изменилось. Вот уже почти два десятка лет в Юровичах снова живут монахи. И храм, и монастырь постепенно восстанавливаются. Так что, возможно, и тот день, когда чудотворная икона Матери Божьей Юровичской вновь вернется на белорусские земли, не за горами.

     Благословение на крест

      Впервые в исторических документах икона Матери Божьей Юровичской упоминается в 1630 году. Ее владельцем был тогда великий гетман коронный Станислав Конецпольский. Он прославился тем, что воевал против шведского короля Густава-Адольфа, участвовал в осаде Смоленска и отражении татарских набегов. А в 1620 году в битве под Цецорой попал в турецкий плен и провел в нем около трех лет.

      Начало XVII столетия было отмечено казацкими восстаниями. Казаки грабили поместья польской шляхты, и, чтобы уберечь свое имущество, богатые люди упаковывали ценности и переправляли на хранение монахам-иезуитам, подальше от границы. Так поступил и Конецпольский. Обоз, нагруженный золотыми и серебряными вещами, гобеленами, книгами и иконами, отправился во Львов, в монастырь.

      Когда один из монахов принялся распаковывать вещи гетмана, то был просто поражен – перед ним предстала икона Богоматери невероятной красоты. Он упросил монастырское начальство оставить образ в его келье. Вскоре к иконе стали приходить и другие братья: она словно излучала свет и тепло. А когда она даровала исцеление одному из монахов, которого считали смертельно больным, слава о ней разлетелась по всему Литовскому княжеству.

      Это время как раз совпало с моментом, когда молодой проповедник Мартин Тыравский начал свою трудную и опасную миссию. Он слышал о чудотворной иконе и, собираясь в путь, попросил у Флориана Конецпольского, внука Станислава, позволения взять ее с собой. Мартину Тыравскому удалось благополучно преодолеть все опасности. И, вероятно, не последнюю роль сыграло заступничество Богоматери.

     

      

      

     

     

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.