Когда люди слышат их родной язык, то часто принимают его за немецкий или русский. Большинство же вообще не понимает, откуда приехали эти веселые рыжеволосые люди, говорящие на непонятном, но певучем наречии, пьющие пиво галлонами, танцующие джиги и рилы по поводу и без…

     Их родина – остров Ирландия. Впрочем, будем честны. Описанный пример – это стереотип. Чаще всего ирландец будет говорить по-английски (хотя и с акцентом), выглядеть как обычный европеец (хотя и с изюминкой) и вести себя вполне прилично (хотя не без риска).

     Но все же есть в этих людях некая изумрудная искорка, напоминающая им самим и окружающим о зеленом острове, мятежном и многострадальном, прекрасном и свободолюбивом…

 

Миссионер всея Ирландии

     История Ирландии насчитывает тысячи лет. Люди заселили этот остров еще в VIII веке до н.э. и создали здесь богатую неолитическую культуру, памятником которой, в частности, является гробница Ньюгрендж. Кельты пришли в Ирландию лишь в I веке до н.э. и назвали эту землю Эрин (по-ирландски – «государство»). Так она, кстати, и зовется до сих пор. Когда на Британские острова пришли римляне, Ирландия сохранила независимость. Землей совместно управляли вожди нескольких кланов, а народ занимался в основном скотоводством.

Что в имени тебе моем?

     Как птицу видно по полету, так ирландца можно узнать по звучанию его имени. Практически все здешние фамилии имеют приставку: либо «Мак» (как у шотландцев), либо «О». Обе они означают принадлежность к определенному клану, с той лишь разницей, что «Мак» означает «сын», а «О» – «внук». То есть МакНилл – это «сын клана Нилл», а О’Нилл – «внук клана Нилл».

     

Так было вплоть до прибытия на зеленый остров ключевой в истории Ирландии фигуры – святого Патрика. Этот персонаж – смесь истории и легенды. Сведения о его жизни отрывочны, противоречивы и черпаются в основном из его же собственного биографическо-философского произведения – «Исповеди». Согласно этому труду, Патрик родился и рос в семье достаточно богатого римского чиновника в Британии и до шестнадцати лет не знал в жизни проблем. Но затем на поместье его отца напали разбойники-ирландцы и увели юношу в рабство. Несколько лет он работал на зеленом острове и как раз в этот период обратился к Богу. Затем Патрик бежал. Он путешествовал по морям, голодал, попал в рабство еще раз, обучался в Галлии, где получил сан священника… Но в один прекрасный день – то ли по велению ангела, то ли по назначению британского епископа – Патрик причалил к берегам Ирландии.

     И не зря. Благодаря своему энтузиазму и спокойствию, царившему на острове, удаленном от происходивших в Европе переселений народов, падения Рима и варварских завоеваний, Патрику удалось добиться здесь расцвета культуры, образования и письменности. По всей Ирландии стали строиться монастыри, которые готовили пастырей и переписывали книги для всей Европы.

     По преданию, епископ основал в Ирландии не то 300, не то 600 церквей, обратил в новую веру 120 тыс. язычников. А когда пришел его смертный час, Патрик попросил у Господа права судить на Страшном Суде всех тех, кто прочтет перед смертью обращение к святому, – читай, всех ирландцев. И нигерийцев – святой покровительствует еще и их стране, в которой в свое время было много ирландских миссионеров.

Гейс на всю жизнь

     Твердость духа ирландцев объясняется, вероятно, древним обычаем приносить гейсы. Гейс – это особый обет, который давал человек взамен на дар, полученный им от богов. При этом получение имени или женитьба тоже считались даром. Так что свой собственный гейс имел каждый ирландец.

     Некоторые обеты были вполне объяснимыми – не убивать диких животных, не отказываться от долга гостеприимства и т.д. Но попадались и совершенно непонятные – не обходить город слева направо, не прикасаться к черной корове. Чтили гейсы свято, и поэтому они нередко бывали причиной конфликтов и даже смертей. Так, по преданию, когда ирландский герой Кухулин намеревался жениться на прекрасной Эммер, выяснилось, что местный король имеет очень удобный гейс – проводить первую брачную ночь с каждой невестой королевства. Кухулину это не понравилось, и дело запахло битвой. Но, к счастью, мудрый друид нашел решение. Гейс выполнили буквально: король провел ночь рядом с девушкой в присутствии друзей Кухулина, но не притронулся к ней и пальцем.

     Впрочем, бывали и трагические исходы: есть описание того, как некий юноша спасался от погони и погиб лишь потому, что имел гейс «не мутить воду» и не мог двигаться вверх по течению ручья.

     

     

      День святого Патрика

     Святой умер 17 марта 461 года, и именно эта дата стала национальным праздником Ирландии. В этот день города на острове «перекрашиваются» в изумрудный цвет. По центральным магистралям движутся шествия лихих танцоров и оркестрантов в зеленых юбках. Зрители крепят к лацканам пиджаков трилистники. И пиво, прекрасное ирландское пиво, течет рекой…

     Трилистник – очень важный символ для ирландца. Считается, что именно с помощью листа клевера Патрик объяснял прихожанам явление Святой Троицы: «Так же как три листа могут расти из одного стебля, так и Бог может быть един в трех лицах». Раньше было даже принято на дно пивной кружки укладывать листок клевера. Но сегодня трилистник – зарегистрированная торговая марка Республики Ирландия, и лепить его куда попало нельзя.

     Кстати, пили в честь Патрика преимущественно дома. Да, 17 марта Великий Пост временно прекращался, но вплоть до 70-х годов все пабы в Ирландии в этот день были закрыты, а торжество считалось семейным – с солониной и капустой, домашним музицированием и танцами во дворе. 

17 марта – особенный день не только на зеленом острове: праздник святого Патрика стал сегодня популярен во всем мире. Его с размахом отмечают в Австралии, Канаде, Англии, Америке. В Чикаго, где проживает наибольшее число ирландских иммигрантов, воды одноименной реки даже окрашивают в зеленый цвет.

     

     

Черные страницы 

     Дальнейшая судьба Ирландии была полна войн, кровавых побоищ, завоеваний, восстаний, эпидемий…. Большую часть острова покорил английский король Генрих II уже в XII веке, все остальное присоединил к английской короне Генрих VIII – и вплоть до 1949 года Ирландия была нелюбимым «отпрыском» в составе Великобритании.

     Почему нелюбимым? Потому что, собственно, и завоевывали ее затем, чтобы устранить конкурента в морском деле и в торговле шерстью. Ко всему прочему после объявления официальной религией в Великобритании англиканства конфликт еще и усилился: ирландцы остались верны своему католическому покровителю. Во время гражданской войны в 1642–49 годах они попытались воспользоваться неразберихой и создали независимую Конфедеративную Ирландию. В ответ Оливер Кромвель двинул армию на зеленый остров и устроил там резню, сократив население с полутора миллионов до 850 тыс., из которых 150 были английскими и шотландскими переселенцами.

     Затем ирландцы опять сделали ставку не на ту лошадку – во время переворота Вильгельма Оранского решили поддержать свергнутого короля Якова II. За что и лишились практически всех своих земель, отданных английским и шотландским аристократам. Коренные жители острова вынуждены были перебраться на север, в болотистые или скалистые бесплодные края.

     В XIX веке легче не стало: правящая элита острова полностью состояла из англичан, а 86% ирландского населения работало на них на кабальных условиях. Фактически Ирландия была сырьевым придатком Англии и служила источником накопления английских капиталов.

     Ненависть к английскому правительству в этот период была уже настолько сильной, что назревало очередное восстание. Однако народному гневу не суждено было излиться. Болезни картофеля (основной сельскохозяйственной культуры Ирландии) и отмена «хлебных законов», заставившая помещиков снизить его производство, вызвали страшный голод, длившийся с 1845 по 1849 год. За это время погибло около миллиона человек, еще полтора миллиона эмигрировали в США и другие страны. Население уменьшалось еще и потому, что фермеры владели крошечными наделами земли, не способными прокормить более чем одну семью. Поэтому ирландские мужчины либо женились поздно (после смерти отца, унаследовав его ферму), либо не женились вовсе. Соответственно, рождаемость в стране падала. Да и эмиграция продолжилась – и в итоге в 1901 году население Ирландии составляло всего 4,5 млн. (для сравнения, в 1841 году ирландцев было более 8 млн.).

     Так продолжаться не могло. В Ирландии появлялись организации повстанцев, вспыхивали пока еще разрозненные, но кровавые восстания. В начале Первой мировой войны отношения между Лондоном и Дублином обострились до того, что англичане впервые задумались о предоставлении мятежному острову автономии (самоуправления, но не суверенитета). Но не бесплатно, а взамен на поддержку в войне.

     Однако ирландцы уже вошли во вкус вооруженной борьбы. «Только полная независимость», – словно бы говорил в один голос 100-тысячный контингент «Ирландских добровольцев», которые в 1919-м стали национальным войском самопровозглашенной Ирландской республики и получили название Ирландская республиканская армия, ИРА.

Северная не-Ирландия

     Не вся территория зеленого острова сейчас относится к Республике Ирландия. Часть исторической провинции Ольстер до сих пор входит в состав британской короны. Население в этом регионе лишь на треть католическое, остальные – протестанты. Немало в Ольстере шотландцев, которых туда влекли родственные связи и традиции. Дело в том, что в давние времена среди ирландских вождей Ольстера были весьма популярны шотландские невесты – ведь в приданое им давали не скатерти и полотенца, а вооруженных воинов.

     И англичане, и шотландцы в основном протестанты. Так что во властных кругах представителей этой конфессии существенно больше. Понятное дело, они стараются сохранить связь с Лондоном и присоединяться к остальной Ирландии не хотят. Ирландцы же стремятся включить в свой состав этот промышленно развитый регион и уже закрыть, наконец-то, эту тему.

     Несмотря на многолетний конфликт, на террор как со стороны ИРА, так и со стороны протестантов, на многие тысячи погибших во время вооруженных столкновений и терактов в Ольстере, Лондоне и Дублине, мирное решение все же было найдено. Подписанное в 1998 году в Белфасте перемирие и предоставленная региону автономия убедили даже ИРА сложить оружие. Правда, от нее отпочковался небольшой блок радикалов, недовольных перемирием и продолживших террористическую деятельность.

Калейдоскоп Ирландии

     Несмотря на враждебность соседей, ирландцы каким-то чудом остались на редкость гостеприимным народом. В сельской местности даже есть традиция не ставить замки на ворота – мол, мы всякому гостю рады. Если вы спросите дорогу у прохожего в любой деревне к югу от столицы, то он не только укажет путь, но и пригласит домой отведать чудесного виски. Не зря Ирландию называют «страной тысячи приветов».

     Кстати, про ирландские деревни – в самых глухих из них еще можно найти строения, сделанные по древнему кельтскому образцу. Это сложенные из крупных камней одноэтажные дома, с покатой тростниковой или соломенной крышей. Но если традиционные ирландские постройки еще используются, то национальную одежду уже не носит никто, кроме членов парадных оркестров. Как и шотландцы, обитатели зеленого острова носили юбки-килты, только не клетчатые, а однотонные. Верхнюю часть тела прикрывала светлая рубаха без воротника и удлиненная куртка более темного оттенка, нежели килт. Рыжеволосую голову венчал суконный берет, а ноги были обтянуты высокими вязаными гольфами и обуты в тяжелые башмаки. Ирландские женщины любили плотные шерстяные шали с яркой узорной каймой. А еще на протяжении веков в моде у ирландок были плетеные разноцветные пояса, которые ныне надевают разве что в маленьких деревушках на большие праздники.

     К своим дамам ирландцы относятся двояко. С одной стороны, в семейном укладе явственно ощущаются матриархальные настроения. Домом управляет хозяйка – и точка. Прекрасный пол уважают… Ирландки получили избирательное право даже раньше, чем американки. Но при этом на отношение к женщинам влияла католическая церковь. В результате вплоть до 70-х годов ХХ века девушку могли отправить в монастырь или на исправительные работы просто за то, что она слишком хороша собой. Или – того хуже – потому что стала жертвой насилия.

     Влияние церкви на повседневную и личную жизнь ирландца вообще огромно. Детей и подростков воспитывают в религиозном ключе, а по количеству монастырей и монахов зеленый остров уступает разве что Ватикану. Начальное образование вплоть до недавнего времени было представлено исключительно приходскими школами. Теперь учебные заведения стали государственными, но преподавать в них продолжают священники. При этом протестантские дети не учатся в католических школах.

     Причина такой верности Римскому престолу ясна – за столетия гонений со стороны английских протестантов ирландцы находили в Католической церкви поддержку. И они благодарны ей за это до сих пор.

Немало английских слов перешло в ирландский язык, да и сами ирландцы в большинстве своем уже почти не используют родное наречие. В школах, разумеется, в обязательном порядке преподают гэльский, но современная молодежь знает его примерно так же, как наши средние выпускники – английский. Однако были и обратные заимствования. Так во время правления Елизаветы I появилось в английском языке слово to blarney.

     Представитель королевы в графстве Корк вел переговоры с местным феодалом по имени Бларни, требуя, чтобы тот подчинился Ее Величеству и запретил ирландским кланам самим выбирать вождей. Бларни, в общем-то, и не отказывался. Но и ничего не делал, обещая приступить к выполнению обещания со дня на день. Шли месяцы, а Бларни разливался перед английским сэром соловьем – и пальцем о палец не ударял. Теперь его имя стало нарицательным – слово «to blarney» означает «кормить кого-то «завтраками».

     

Гиннес под рагу

     Если уж говорить о национальной культуре, то никак нельзя обойти стороной кулинарию. Признаться, здешняя кухня далека от изысканности. До появления картофеля ирландцы питались в основном продуктами животноводства. Причем мясо они ели нечасто. Основу рациона составляли сыр, молоко, творог, овес и ячмень. Популярно было молоко, смешанное с коровьей или овечьей кровью и маслом.

     Когда на остров завезли картошку… ничего принципиально не изменилось, разве что появилось ирландское рагу. Прославил это блюдо из тушеной баранины, картошки и лука писатель Джером К. Джером в повести «Трое в лодке, не считая собаки». 

     Однако ирландское рагу – блюдо модное и вкусное. Так же, как и коддл (сосиски и бекон, тушеные с картошкой и луком) и боксти (картофельные блины).

     Все это запивают пивом – темным «Гиннесом», или «Мёрфис», или красным «Килкенни», или светлым «Харпом»… Основной вид отдыха ирландцев – сидение в пабе. И за годы таких развлечений они становятся очень привередливыми. А памятуя об их горячем нраве, здешние производители пива понимают: они просто не имеют права на ошибку.

     Славен этот остров и другими напитками. К примеру, ликер Бейлис составляет 50% от всего экспорта спиртного в Ирландии. Его успех легко объясним: естественное сочетание виски тройной перегонки, жирных ирландских сливок, сахара и какао дает удивительный вкус. На производство ликера уходит 43% молока, надоенного на зеленом острове. И коровы, которые его дают, питаются только самой лучшей травой и проводят на свежем воздухе не менее 9 месяцев в году. А сливки поступают на завод не позднее, чем через 36 часов после дойки.

     Закончить трапезу можно прекрасным кофе по-ирландски. Горячий коктейль из сладкого кофе, местного виски и взбитых сливок – вот, очевидно, то, что придает жителям острова жизнерадостность и веру в себя. И ежегодно влечет сюда миллионы туристов.

Девиз почти всех туристических компаний, предлагающих своим клиентам посетить Ирландию, звучит примерно так: «Это последний уголок Европы, не загрязненный промышленными отходами!» И правда, промышленность на зеленом острове не особо развита. Если уж искать в Европе уголок, где можно подышать свежим воздухом и побыть наедине с собой и природой, то ехать надо в Ирландию. Плотность населения здесь 43 человека на кв. км и ландшафты на любой вкус: от мрачных, изрезанных холодными ручьями скал Коннемары до почти тропического леса на острове Гарниш.

     И реклама работает. Каждый год на зеленый остров прибывает около 5 млн. туристов. При этом проживает на нем едва ли 4 млн. местных жителей.

     

     От Бельтайна до Лугнасада

     Отдельная гордость зеленого острова – это древние традиционные праздники. Конечно же, языческие – полузабытые, но чрезвычайно интересные. Имеются в виду четыре сезонных даты: Бельтайн, Лугнасад, Самайн и Имболк. 

     1 мая древние ирландцы отмечали Бельтайн, праздник начала лета, и восхваляли богов солнца и плодородия. На холмах в этот день разжигались костры, между которыми водили скот для очищения от хворей и через которые прыгали юноши и девушки – с той же целью.

     А 1 августа уже считалось началом осени – и это был праздник Лугнасад. Название переводится как «сборище Луга» или «свадьба Луга». Считается, что кельтский бог Луг собрал всех и вся, чтобы чествовать свою умершую мать Таилтине (Землю). На Лугнасад вся семья выходила в поле в парадных одеяниях и отец срезал первый колос, давая тем самым старт сбору урожая. Скотоводы в этот день производили над коровами и овцами ряд магических действий – мазали им хвосты смолой, купали в реках, привязывали к ушам красные и синие нитки, – чтобы уберечь скотину от порчи и злых духов. А в завершение всех этих утомительных мероприятий ирландцы шли домой, где их ждал традиционный черничный пирог.

     Холодный праздник Самайн символизировал окончание сбора урожая и близость зимы. Он проходил в конце октября и длился целую неделю. Самайн отмечали не только в Ирландии, но и на всех Британских островах. Он был рубежом в древнеирландском календаре: отделял «светлую» часть года от «темной». Значение Самайна для ирландцев было столь велико, что и по сей день месяц ноябрь по-ирландски зовется Samhain.

     Зимний ирландский праздник – Имболк – отмечается 1 февраля. Изначально он был посвящен богине Бригите, покровительнице поэзии, ремесел и врачевания. С приходом христианства праздник стал называться днем святой Бригитты. На Имболк было принято предсказывать погоду, и некоторые историки считают, что именно от этого обычая произошел американский День сурка. Правда, его отмечают 2 февраля – с самого утра отыскивают нору этого зверька и сидят рядом с ней, ожидая, когда сурок выползет на свет божий. Если день пасмурный, то сурок выйдет и, не увидев своей тени, пойдет по своим сурочьим делам. Это будет значить, что весна вот-вот вступит в свои права. Но если на небе солнечно, то сурок увидит свою тень и спрячется обратно в норку. И тогда все – терпи еще шесть недель зимы.

     Джиги и рилы

     Ирландцы – очень музыкальный народ. Потому любое событие всегда сопровождается музыкой – не зря на гербе этой страны изображена арфа. Правда, на ней играют разве что в филармонии. В народе распространены волынка, флейта и бойран (бубен). Здешние разновидности этих инструментов отличаются от своих не ирландских собратьев не только конструкцией, но и манерой игры на них. А играют в основном музыку трех типов: джиги, произошедшие от древних кельтских танцевальных мелодий, рилы, пришедшие из Шотландии, и хорнпайпы, заимствованные у англичан.

     Большинство ирландских танцев имеют две общие характеристики: быстрый темп и приставные шаги. Первые упоминания о них встречаются еще в средневековых европейских летописях, но знакомые нам джиги и рилы – это танцы нового времени, XVIII–XIX веков. Кстати, как и вся культура Ирландии, танцы развивались исподтишка, тайно – так как в те времена существовал запрет на обучение детей и взрослых любым проявлениям «ирландщины». Язык, национальная одежда, напитки, танцы и музыка – все это было запрещено. Если английские власти успевали поймать виновных с поличным – их жестоко наказывали.

     А ирландцы все равно танцевали. По стране ходили «мастера танца», которые обучали детей и молодежь. Кстати, тогда танцевали в основном мужчины: по мнению одного католического монаха, «танцоры-женщины — причина многого зла, потому что они служат в армии дьявола. Дьявол заставляет их собираться на выходных и танцевать, что приводит их к плохим мыслям и злым действиям».

     К счастью, те времена прошли, и теперь джига стала такой же визитной карточкой Ирландии, как пиво и трилистник. Популярность ирландских танцев в мире обеспечил шоу-балет «Ривердэнс» под управлением Майкла Флэтли, выступивший впервые в антракте Евровидения. Его программы «Лорд танца», «Огненные ноги», «Кельтский тигр» имели оглушительный успех во всем мире, породив армию фанатов и последователей.

     Пробежались мы галопом по самой западной части Европы. И от этого галопа закружилась голова. Да и как не закружиться ей в бешеном ритме джиг, в ароматах ирландского рагу, в сладкой неге «Бейлиса», в грозных высотах северных скал Коннемары и в кровавых водоворотах истории этого гордого, милого и прекрасного народа, который живет на одном из самых чудесных островов на земле.