ВЕРНЕР ФОН СИМЕНС
Сентябрь 2009
Вернуться к номеру >>

Автор: Андрей Медведев
Раздел: Лабиринт
Теги: технологии, история, персоналии, Германия



«Телеграфия станет самостоятельной важной отраслью техники,

и я чувствую себя призванным сыграть в ней роль организатора»

Сегодня, когда мы можем без проблем связаться с любой точкой нашего маленького земного шара, «Сименс» чаще пишется именно так – в кавычках. Как название крупнейшей корпорации с миллиардными оборотами и почти четырехсоттысячным штатом. Мобильные телефоны «Сименс», стиральные машины «Сименс», микроволновые печи и холодильники «Сименс»…

А начиналось все в 1847 году с небольшой фабрики, где работало всего десять человек. И руководил ими… Сименс. Без всяких кавычек. Эрнст Вернер Сименс – инженер, ученый, изобретатель, организатор. И многое, многое другое…



     

Один с поварешкой – семеро с ложкой

      Вернер Сименс родился 13 декабря 1816 года в Ленте. Его семья хоть и прослеживала свою историю со времен Тридцатилетней войны, ранее никак не была связана с изобретательством или техникой. Отец Вернера Кристиан Фердинанд Сименс занимался сельским хозяйством, а в свободное время изучал камералистику – науку о ведении дворцового или государственного хозяйства. Да и сам Вернер сначала мечтал о поступлении в Берлинскую строительную академию. 

      Однако родитель посоветовал отпрыску обратиться к одному из самых эффективных «социальных лифтов» XIX века – армейской службе. А уж потом, обзаведясь положением и связями, думать о выборе профессии.

      Несостоявшийся архитектор решил – раз уж служить в армии, то выбирать самый «научный» род войск. И юный Вернер отправился в Берлин с мыслью вступить в королевскую гвардейскую артиллерию.

      Забегая вперед, скажем: гвардейцем Сименс не стал. А вот артиллеристом – вполне. Гвардия предъявляла слишком высокие требования к кандидату в офицеры, а Магдебургская артиллерийская бригада встретила сообразительного юношу с распростертыми объятиями. Вскоре его отправили на трехгодичные инженерно-артиллерийские курсы.

      Вернер был счастлив. В отличие от большинства курсантов, он не тратил свободное время на карточные игры и прочие сомнительные удовольствия, а старательно «грыз гранит науки». Однако вскоре его нагнали печальные вести из дома. В 1839-м умерла мать, а через год – отец. Сименс в одночасье стал единственным кормильцем для девяти младших братьев и сестер. Кое-как пристроив малышей у родственников, он задумался над тем, где искать источники дохода.

      Юноша решил заработать деньги собственным умом. Одновременно с офицерской службой он занялся изобретательством.

     Невероятные приключения лейтенанта Сименса

      Первые результаты не заставили себя долго ждать. В 1842 году Сименс вслед за петербургским профессором Б.С. Якоби разработал метод гальванического покрытия золотом и серебром, в просторечии – гальванопластику. И надо сказать, что открытию офицера-изобретателя обязаны жизнью десятки людей. Применяемая ранее технология золочения при помощи ртутной амальгамы была крайне опасна для здоровья. Только при украшении куполов Исаакиевского собора от отравления парами ртути погибло 60 человек!

      Между прочим, Сименс разрабатывал свое ноу-хау… находясь под арестом. Служители Магдебургской тюрьмы, разумеется, не позволять заключенным ставить эксперименты, но Вернер был офицером и для него сделали исключение. Тем более что и лишился свободы молодой человек крайне романтично. Дуэль! Сименс, правда, был всего лишь секундантом, но «отцы-командиры» решили, что молодому человеку не грех несколько дней провести за решеткой и подумать о своем поведении.

      Но изобретением – даже великим – не прокормишься. Его необходимо обратить в деньги. Двадцатилетний брат Вернера Вильгельм отправился с новой технологией в Англию. Юноше несказанно повезло – а может, у него уже тогда открылась деловая жилка. Некий бирмингемский бизнесмен, не торгуясь, заплатил за патент полторы тысячи английских фунтов!

      Тем временем Сименса то ли за дуэль, то ли еще по какой-либо причине переводят из Магдебурга в еще более мелкий гарнизон Виттенберга, затем в Шпандау. Вернер все больше и больше тяготится монотонной гарнизонной службой, но на помощь офицеру по необходимости и изобретателю по призванию приходит счастливый случай.

      День рождения одного из членов семьи принца Карла Прусского в Шпандау было решено отметить грандиозным фейерверком. Тут-то лейтенант Сименс блеснул своим мастерством – и удостоился личной благодарности принца. К тому же он победил в соревнованиях по гребле сына Карла Прусского, принца Фридриха Карла. Возможно, именно эти случайно возникшие «придворные» связи способствовали переводу молодого лейтенанта в столицу.



     

Впервые

     
Одним из первых электротелеграфных сообщений, переданных в Германии, стало известие о наделении прусского короля Фридриха Вильгельма IV титулом наследного кайзера Германии. Передано оно было 28 марта 1849 года из Франкфурта. Вместе с Фридрихом Вильгельмом героем дня стал создатель первого в Европе электротелеграфа – Вернер Сименс.



     
Рождение «Сименс унд Гальске»

      В 1844 году лейтенант Сименс получил наконец-таки перевод в Берлин. Его ждали столичные артиллерийские мастерские и опыты по применению хлопчатобумажного пороха. Верный своим привычкам, Сименс и здесь все свободное время отдает самообразованию и науке. В 1845 году он присоединился к «физическому обществу», куда входили Дюбуа-Реймон, Брюкке, Беец, Клаузиус, Гельмгольц, Людвиг и Кноблаух. Все они спустя несколько лет участвовали в образовании Немецкого физического общества, существующего и по сей день. Именно в этом кружке единомышленников Сименс выступил с проектом улучшения стрелочного телеграфа англичанина Уитстона. Вернер не ограничился одним усовершенствованием. Он предложил целую систему мероприятий, повышающих эффективность всей передающей техники: устройство громозащиты, реле, фарфоровые изоляторы, провод в гуттаперчевой оболочке для подземных линий и армированный – для воздушных…

      С особым интересом доклад Сименса выслушал механик Иоганн Георг Гальске. Его так воодушевила идея Вернера, что он немедленно предложил тому помощь в реализации проекта. 

      Однако на пути к успеху лежало одно препятствие – необходимо было заручиться поддержкой военных. Сименс проявил незаурядное упорство и смог пробиться с подробнейшей докладной запиской на прием к генералу графу фон Этцелю. Лейтенант и генерал поняли друг друга. И тот, и другой знали, что дни оптического телеграфа как средства связи уже сочтены. В 1847 году по настоянию фон Этцеля Сименс вошел в состав комиссии по введению электрических телеграфов в Пруссии. В этом же году, 1 октября, Вернер Сименс и Иоганн Гальске основали совместную «Организацию по строительству и развитию телеграфа Сименса и Гальске». В то время (впрочем, как и сейчас) офицер не мог заниматься бизнесом, но Вернер стал совладельцем фирмы. Спонсором новоявленной организации выступил брат изобретателя, советник юстиции Иоганн Георг Сименс.

     Другие Сименсы

      Кроме Вернера и Иоганна Георга в семейном бизнесе приняли активное участие еще два Сименса. Вильгельм был рядом с братом еще с сороковых годов. Именно ему принадлежала идея реализовать изобретения Вернера в области гальванопластики в Великобритании. Ступив на землю Туманного Альбиона, Вильгельм очень быстро превратился в Вильяма, став совершенным и законченным англоманом. За следующие 15 лет он ни разу не покинул английских берегов, потихоньку продвигая в «мастерской мира» изобретения своего брата. В 1858 году он основал в Лондоне филиал берлинской фирмы – «Сименс, Гальске и Ко». А через год женился на англичанке.

      В 1851 году в бизнес пришел младший брат Вернера – Карл Сименс. Первоначально 22-летнему молодому человеку предложили возглавить отдел фирмы в Париже. Попытка укрепиться на территории Франции не принесла успеха – в первую очередь из-за жесткой конкуренции со стороны Бреге. Юный Карл не справился. Однако в 1853 году брат снова поставил его на руководящую должность. На Карла было возложено руководство делами в России. В отличие от Парижа, в Петербурге молодой делец преуспел и даже умудрился порядком обрусеть и жениться. К 1855 году, когда возглавляемый им русский отдел фирмы вышел на «пик формы», Карл стал одним из совладельцев, заменив своего брата Иоганна Георга. В «Сименс унд Гальске» Карлу принадлежало 20% всего капитала.

      Однако прежде, чем Вернер Сименс смог напрямую заняться делом всей своей жизни, на севере страны запахло порохом. Началась датско-прусская война. И изобретателю пришлось вспомнить, что он еще и офицер. Вместо проектов телеграфных линий он разрабатывает план минирования Кильской бухты, вместо систем связи – возводит береговые батареи. Как военный инженер Сименс проявил себя очень неплохо – датский линейный корабль «Кристиан VII» был разбит артиллерийским огнем, а фрегат «Гефион» поврежден на минном заграждении и захвачен.

      После войны правительство Пруссии вспомнило о проектах Вернера. Он получил задание быстро возвести телеграфную линию между Берлином и Франфурктом-на-Майне. Для компании Сименса и Гальске наконец-то нашлось дело, и Вернер с жаром взялся за осуществление проекта. На разных участках инженеры применили и подземную, и воздушную прокладку кабеля. Для долговечности линии Сименс предложил использовать медный провод, армированный свинцом. К весне 1849 года работа была закончена.

      Один успех порождает другие. После открытия первой в Германии линии электрического телеграфа у Сименса не было отбоя от заказчиков. И несмотря на то, что поначалу телеграфные кабели – особенно подземные – часто выходили из строя, к 1850 году строительство государственных линий связи в Пруссии было практически завершено.

      Под шумок Вернер, после 15 лет военной службы, подал прошение об отставке, наконец-то стал сам себе хозяином и смог полностью отдаться руководству фирмой.

      Но процветание не могло продолжаться долго. В конце концов «Сименс унд Гальске» построили в Германии все, что могли. Заказов на телеграфные аппараты для железной дороги было недостаточно. Фирма занималась даже изготовлением турбинных счетчиков расхода воды, но доходов не хватало. На предприятие надвигался кризис. Попытка проникнуть на рынки Англии, Франции и Америки окончилась провалом. И Сименс обратил внимание на необъятные просторы восточного соседа – России.

     

     Сименс в России


      В 1851 году «Сименс унд Гальске» поставили для единственной в России телеграфной линии между Москвой и Петербургом 75 аппаратов. Сименс быстро сообразил, что именно российские заказы помогут его предприятию выпутаться из кризиса. И в 1852 году он отправился в Санкт-Петербург. Переговоры с представителем императора Николая I, главным управляющим путей сообщения графом П.А. Клейнмихелем, прошли на ура – Вернер буквально выхватил контракт из-под носа у английских конкурентов.

      Заказ вдохнул в фирму новую жизнь. «Сименс и Гальске» переехали в специально построенный корпус на Маркграфштрассе – даже после смерти Сименса он на долгие годы остался штаб-квартирой компании.

      Уже год спустя, во время Крымской войны, начала спешно сооружаться телеграфная линия Москва–Киев–Одесса с веткой на Севастополь. Затем провода связали Санкт-Петербург и Кронштадт. Причем отрезок от Ораниенбаума до Кронштадта был вторым в мире подводным участком. Вскоре линии соединили столицу Российской империи с Финляндией и Польшей (и та, и другая в те годы входили в состав России). Связав польскую линию с силезской, Сименс объединил телеграфную сеть России, Германии и Австро-Венгрии. Так, благодаря Сименсу, за неполные десять лет царская Россия получила самую совершенную на то время в мире телеграфную систему. А «Сименс унд Гальске», благодаря России, – огромные прибыли. До 1856 года русский отдел компании давал больше дохода, чем немецкий и английский вместе взятые.



     

Татарский гальванометр

     В 1856 году Сименс сконструировал диагностический прибор, позволяющий быстро зафиксировать дефект на линии и не допустить его распространения. Аппарат предназначался для использования на русских линиях и получил прозвище «татарский гальванометр». Он оказался таким полезным, что вскоре его начали применять и на европейских линиях.


     Незапланированная прибыль

      Согласно договору, заключенному между «Сименс унд Гальске» и русским правительством, фирма должна была осуществлять гарантийный ремонт телеграфных линий на протяжении 12 лет. Сумма на ремонтные расходы обещала быть немалой. В случае аварий пришлось бы заменять телеграфный кабель на целых участках линии. Не желая попасть в неприятное положение, Сименс сразу же включил эту сумму в бизнес-план.

      Однако качество работы оказалось таким высоким, а стрелочные телеграфы такими надежными, что ремонт не понадобился. Отложенная сумма со-ставила чистую прибыль «Сименс унд Гальске». Это позволило фирме безболезненно пережить экономический кризис 1857–1858 годов.

     Сименс и Гальске

      Несколько слов надо сказать и о компаньоне Сименса, Иоганне Георге Гальске. Он был полной противоположностью Вернера. Основательный и медлительный, Иоганн отлично уравновешивал динамичного Сименса. Однако кроме деловых и производственных отношений между инженерами существовала настоящая дружба. Она зародилась в самом начале их совместной деятельности, когда два друга-компаньона даже жили в одном доме, и сохранилась даже после разрыва деловых отношений. 

      В руководстве фирмой Гальске имел такие же права, как и Сименс. А его жена в первые годы существования компании фактически выполняла работу бухгалтера: в конце каждой недели она раскладывала заработанные деньги и вручала их сотрудникам фирмы.

      Иоганн неоднократно замещал Вернера – и во время его армейской службы, и во время деловых поездок и экспедиций.

      1857 год, когда в связи с увеличением заказов из Англии и России фирма была вынуждена перейти к серийному изготовлению продукции, стал началом конца в сотрудничестве Сименса и Гальске. Нельзя сказать, что между ними возникли какие-то противоречия. Иоганн Георг великолепно понимал необходимость этого шага. Но он был, скорее, творцом, чем ремесленником, и поточное производство было чуждо берлинскому инженеру. Каждый заказ воспринимался им как индивидуальный, требующий художественного исполнения. Массовое производство не отвечало пред-ставлениям Гальске о надежности и точности – что, в общем-то, верно и для середины XIX века, и для современности.

      Вскоре некоторые ошибки в работе англий-ского филиала фирмы (речь о них пойдет ниже) побуждают Иоганна выйти из состава его руковод-ства. А в конце 1867 года Гальске покидает и берлинскую фирму, недовольный ее расширением.

      Больше Иоганн Гальске никогда не возвращался в большой бизнес. Он руководил Берлин-ским музеем художественных ремесел, в течение нескольких лет занимал должность почетного муниципального советника Берлина. Но до самой своей смерти в 1890 году Иоганн Георг Гальске сохранил дружеские отношения с братьями Сименс, а его сын Альберт до 1894 года работал в фирме коммерческим директором.



     

Два медалиста

     
В проходившей весной 1857 года Первой Всемирной промышленной выставке участвовали два представителя Германии – фирма Круппа из Эссена и «Сименс унд Гальске» из Берлина. Обеим компаниям – наряду с очень немногими представителями других стран – жюри присудило высшую награду: медаль муниципалитета Лондона.



     
«С человеческим лицом»

      Вернер Сименс вообще умел ладить с людьми. Однажды, в конце 50-х годов ХIX века, ему пришла в голову идея многократного использования кабеля. Раньше для связи между двумя городами нужно было протянуть пару проводов – по одному сигнал шел из пункта А в пункт Б, по другому – обратно. Изобретение Сименса позволило связываться по одному кабелю в обоих направлениях. Линия теперь постоянно находилась под напряжением, что позволяло передавать и принимать телеграммы в любой момент.

      Но одновременно то же самое предложил и Карл Фришен… По законам жанра дальнейшее развитие событий легко предугадать – «патентные войны», взаимная неприязнь, язвительные высказывания в адрес друг друга… Как бы не так. Сименс и Фришен поддерживали друг с другом приятельские отношения и вели активную переписку. А в конце концов Вернер пригласил конкурента на работу в свою фирму. И тот согласился! Впоследствии он стал одним из ведущих специалистов «Сименс унд Гальске».

      Заслуги Иоганна Георга Сименс и его наследники почитали до 1966 года. Только тогда – через 99 лет после ухода Гальске из компании – ее на-звание изменилось. «Сименс унд Гальске» превратилась в «Siemens AG».

     Предвестник НТР

      Одна из особенностей научно-технической революции – тесная взаимосвязь науки и производства. И хотя сама НТР – явление ХХ века, но Вернер Сименс столетием раньше сформулировал ее основные принципы.

      Вообще, он в корне отличался от дельцов, готовых в погоне за прибылью десятилетиями «штамповать» одну и ту же продукцию. В его фирме постоянно велись серьезные научно-исследовательские работы. Они пожирали большую часть прибыли. Но Сименс не скупился. Он постоянно стремился к новому. При этом Вернер уяснил, что прогресс невозможен без глубоких исследований и точных измерений.

      Сам Сименс был не чужд научной деятельности. С начала своей карьеры он являлся скорее изобретателем, а не бизнесменом.

      В 1850 году 35-летний Сименс выступает в Парижской Академии наук с докладом, посвященным вопросам телеграфной связи. Речь молодого изобретателя с восторгом принимают такие «зубры» как Александр фон Гумбольт, Теодор Бильгарц и Дюбуа-Реймон.

      На протяжении следующих десяти лет Сименс проводит множество исследований в области прокладки подводного кабеля, измерительной техники, электросопротивления и многих других отраслях науки. В 1860 году Берлинский университет отмечает научные и практические достижения Вернера Сименса и присваивает ему почетное звание доктора философии. В 1874 году Берлинская академия наук избирает Вернера своим ординарным членом, а в 1888-м Вернера возводят в дворянское достоинство и он становится фон Сименсом.

      При этом надо отметить, что круг интересов изобретателя был гораздо шире, чем вопросы теле-графии. В Египте он посетил пирамиду Хеопса. В 1876 году Вернер «спонсировал» естествоиспытателя Антона Дорна. Благодаря его поддержке на берегу Неаполитанского залива вырос целый исследовательский институт, изучавший подводную флору и фауну. Сименс сумел «отметиться» даже в археологии. В 1877 году неподалеку от города Айхштета в Баварии была сделана сенсационная находка. В позднеюрских отложениях геолог-любитель Якоб Ноймер нашел великолепно сохранившуюся окаменелость какой-то ископаемой птицы, ранее науке не известной. В обмен на корову хозяин участка уступил Ноймеру его находку. Якоб уже мысленно подсчитывал, какие барыши можно получить, продав окаменелость за границу. Но тут в дело вмешался Вернер Сименс. За немалые деньги он выкупил у Ноймера ископаемые останки и подарил их Берлинскому музею естествознания. Впоследствии эту первую на земле птицу ученые окрестили археоптериксом. А экземпляр, хранящийся в Берлинском музее, по сей день зовется Археоптериксом Сименса (Archaeopteryx Simensii).

      Следствием проводимой Вернером политики было то, что, рассказывая про него и продукцию «Сименс унд Гальске», часто приходится использовать слово «впервые». 

     1866 год – разработка принципа действия динамоэлектрической машины.

     1879 год – первая электрическая железная дорога.

     1880 год – первый в мире электрический подъемник.

     1881 год – первый в мире электрический трамвай и проект первой линии берлинского метро.

     1882 год – первый в мире троллейбус.

      На Парижской Первой всемирной электротехнической выставке 1881 года Сименс «вырывает» самую почетную награду из рук хозяина «фабрики изобретений» и «короля электричества» Томаса Эдисона!



     

Сименсы и Ом

     Первоначально вклад Сименса в науку был отмечен тем, что его именем назвали единицу сопротивления. Однако позднее ее переименовали в Ом в честь немецкого физика Георга Ома. Имя же «Сименс» было присвоено единице электрической проводимости. Воистину, в физике нет простых решений. Нет, чтобы оставить Сименсу сименсово, а Омом назвать что-нибудь другое.



     

Сименс-политик

      Вернеру была не чужда и политическая активность. Несмотря на загруженность научными исследованиями, экспедициями, руководством компанией он находит время участвовать в создании демократически ориентированной «Немецкой прогрессивной партии» и разработке ее программы. Организация должна была называться «Немецкой партией», но по предложению Сименса было добавлено слово «прогрессивная». В 1862 году он стал депутатом парламента, где четыре года представлял интересы округа Леннеп-Золинген.

      Сименс-политик шел рука об руку с Сименсом-бизнесменом и Сименсом-патриотом. Он энергично протестовал против английских названий экспортных немецких товаров. «У немецких предпринимателей должно выработаться сознание, основанное на высоких достижениях, на гордости за доброкачественные отечественные товары, которые были бы в состоянии выдержать мировую конкуренцию», – заявлял инженер.

      С 1863 года Вернер занялся разработкой разумного закона об охране прав изобретателей, считая его жизненно важным для развития немецкой промышленности.

      Карьеру Сименса-политика оборвала смерть жены. Со своей будущей супругой, урожденной Матильдой Друман, Сименс познакомился в 1844 году. Она была дочерью его двоюродной сестры. Тогда девушка горячо переживала утрату – незадолго до того умерла ее мать. Вторая встреча с Матильдой произошла в 1851 году в Кенигсберге, накануне деловой поездки Вернера в Россию. Тут же была сыграна свадьба. За двенадцать лет совместной жизни Матильда родила Вернеру четверых детей – сыновей Арнольда и Вильгельма и дочерей Анну и Кете.

      Смерть любимой жены подкосила Вернера. Чтобы забыться, он отправился в свою вторую поездку по России. В этом путешествии Сименс знакомился с Кавказом – вскоре здесь должен был пройти один из участков Индоевропейской теле-графной линии.

      Это была одна из величайших строек XIX века! Линию протянул лондонский филиал «Братья Сименс». Рассказывать об этом можно не меньше, чем о строительстве Суэцкого канала. Даже в наши дни на Иранском плоскогорье сохранились металлические столбы с надписью «Siemens Brothers», напоминающие нам о достижениях «эпохи угля и железа».



     

Через Кавказ

     В 1868–1870 годах фирма «Сименс унд Гальске» участвовала в сооружении Индоевропейской телеграфной линии Лондон–Калькутта. Ее общая протяженность составила 11 000 км. Кавказский участок отличался тем, что провода были протянуты на железных опорах. Эта часть линии стала настоящей «долгожительницей», проработав ровно шестьдесят лет – с 1871 по 1931 год.


     В глубины!

      1851 год ознаменовался первой прокладкой подводного телеграфного кабеля. Братья Бретт соединили Дувр и Кале, протянув провод по дну Ла-Манша. Через два года опыт в России повторил Сименс. 

      Никто поначалу не обратил внимания, что кабель в обоих случаях проходил по дну достаточно неглубоких водоемов. Бретт вообще посчитали, что теперь им доступны все морские пучины и азартно взялись за соединение кабелем Сардинии и Алжирского побережья. Но не тут-то было. Две попытки закончились полным фиаско: кабель «тонул» в мягком дне и рвался. В третий раз пробовать не решились. За дело взялась английская фирма «Ньюолл», имевшая деловые отношения с «Сименс унд Гальске». Вернер, ознакомившись с неудачным опытом братьев Бретт, предложил использовать для укладки кабеля динамометрическое тормозное устройство. Это позволило избежать разрыва кабеля и прокладывать телеграфные линии на глубине до 3000 м.

      Англичане оценили организаторские способности Сименса и пригласили его консультантом на прокладку трансатлантического кабеля. Вернер провел немало опытов и даже разработал кабельную теорию. Его склонность «семь раз отмерять и один – отрезать» вызывала постоянные насмешки среди английских коллег – нельзя сказать, что между ними и немецким изобретателем установились «теплые и дружеские отношения». Невнимание к «научной чепухе» закончилось тем, что проложенный в 1858 году первый трансатлантический кабель проработал только четыре недели. Огромные суммы в буквальном смысле «легли на дно». Однако для фирмы Вернера Сименса это фиаско имело положительную сторону: потенциальные заказчики стали с большим доверием относиться к его «научной чепухе», чем к браваде английских инженеров, готовых идти напролом, лишь бы получить вожделенные прибыли.

      В этот момент брат Вильям все чаще и чаще стал намекать Вернеру, что от продажи ноу-хау в деле прокладки подводного кабеля пора напрямую перейти к предложению своих услуг и товаров. Сам Вильям в 1864 году принял от француз-ского правительства заказ на прокладку телеграфа между городами Картахена и Оран.

      Между прочим, Вильям считал, что нашел очень удачную конструкцию кабеля. Он был армирован медной обмоткой, что должно было защитить провод от морских вредителей.

      Управляемый Вильгельмом Сименсом английский филиал «Сименс, Гальске и К’» вовсю готовился к проведению подводных работ, несмотря на то, что приехавший в Англию Вернер неоднократно уговаривал брата не лезть вперед очертя голову. Вернер снова и снова просил «семь раз отмерить», но младший брат уже, видимо, привык работать по-английски.

      Первая попытка прокладки закончилась провалом – налетевший шторм порвал провод и серьезно потрепал импровизированное судно-кабелеукладчик. На устранение последствий буйства стихии ушло несколько недель. Вторая прокладка началась нормально, но вскоре снова случился разрыв.

      Вернер вновь обратил внимание брата на недостаточную механическую прочность его кабеля, но Вильям предпринял третью попытку. На этот раз все случилось в последний момент. Под собственной тяжестью кабель начал разрываться на куски и исчезать в глубине моря.

      Все сильны задним умом. Исследования, проведенные после ТРЕТЬЕГО провала, показали: использованные при изготовлении кабеля конопляные нити не выдерживали тяжести провода и оболочки.

      Убытки, понесенные лондонским филиалом, были огромны. Но еще более неприятным последствием была потеря престижа в глазах мировой общественности. Гальске, не вынеся позора, заявил о своем выходе из руководства английским филиалом фирмы. И с 1965 года предприятие Сименса в Англии стало называться «Siemens Brothers». Что касается материальных убытков, то они в основном легли на плечи Вернера Сименса. Однако, несмотря на катастрофу, в которой был виноват Вильям, отношения между братьями не испортились.

      Но положение надо было как-то исправлять.



     С маркой «Siemens»

     В 1877 году фирма Сименса начала выпускать в Германии телефоны Белла. Вернер считал их не более чем модной игрушкой и был потрясен, узнав, что производство «игрушек» выросло до 700 штук в день! Он немедленно приобрел у Белла право на изготовление телефонов.


     Корабль Сименса

      В 1874 году по заказу Вернера Сименса в Англии было построено судно-кабелеукладчик «Фарадей». В том же году он обеспечил прямую связь Ирландии и США. Длина провода составила 5700 км. За следующие 10 лет судно проложило шесть трансатлантических кабелей. За пятьдесят лет службы «Фарадей» протянул 50 тыс. морских миль (90 тыс. км) кабеля – по тысяче миль в год. В 1924 году судно попытались разобрать на металл, но толстые борта не поддались. До 1950 года оно служило блокштивом, и только потом изъеденный ржавчиной корпус смогли порезать на куски. 

      Случай представился лишь одиннадцать лет спустя – когда уже были проложены и успешно действовали два трансатлантических кабеля.

      Если постройка Индоевропейской телеграфной линии смело может считаться самой великой стройкой Сименса, то прокладка трансатлантического кабеля – самой сложной. Подкупленные конкурентами журналисты изощрялись в черном пиаре. Брался под сомнения то сам проект, то возможность его осуществления, то состоятельность «Сименс унд Гальске». Когда же из-за незначительной поломки в море не смогло выйти судно-кабелеукладчик «Фарадей», английские газеты распространили слух, что корабль погиб от столкновения с айсбергом. 

      «Мне потребовалось проявить немалое самообладание, чтобы не выдать своего состояния при получении этого ужасного известия и все же прочесть свой доклад, который не мог быть перенесен на другой срок», – записал в своем дневнике Сименс. Для него день мнимой катастрофы – 2 июля 1874 года – совпал с принятием его в члены Прусской академии наук.

      Несмотря на происки конкурентов – те не стеснялись даже вылавливать только что проложенный кабель – работа была успешно завершена. Сименсу наконец-то покорились и морские глубины. 

     В конце пути

      Последним детищем Сименса стал Государственный физико-технический институт. Примечательно, что его возведение Вернер начал на собственные средства еще до того, как рейхстаг утвердил решение о его постройке.

      С 1889 года Сименс перестает принимать активное участие в делах фирмы. К тому времени в ней уже работает 3000 человек. 31 декабря он объявляет о своем уходе в отставку. Руководителем компании становится шестидесятилетний Карл Сименс, так и не покинувший своей усадьбы в Гостинцах, неподалеку от Петербурга. Сам же Вернер еще раз посещает с семьей (он повторно женился в 1868 году) полюбившийся Кавказ и удаляется в Италию. Там он приступает к написанию «Воспоминаний о жизни». 6 декабря 1892 года, через несколько дней после получения из типографии экземпляра своих мемуаров, Вернер Сименс умирает.





Спешите подписаться на журнал “Планета”!