КАТАР. АРАБСКАЯ ЖЕМЧУЖИНА
Октябрь 2007
Вернуться к номеру >>

Автор: Влада Лепешинская
Раздел: Глобальный мир
Теги: политика, экономика, ресурс, страноведение, культ



Змеи в здешних краях ползают не на брюхе, а боком, чтобы не обжечься о раскаленный песок. 

      Здесь запрещены политические партии, правительство – одна большая семья, а население не знает, что такое подоходный налог. 

      Весь мир неправильно ставит ударение, называя эту страну то КАтар, то КатАр. А надо – Ка-а-а-Та-а-а-р, медленно и тягуче. Так, чтобы в каждой гласной слышалась песня ветра над песком барханов...

     

      Когда-то, в начале XX века, Катар был славен своим чудесным жемчугом. Собственно, больше ничем маленький полуостров, врезавшийся в Персидский залив, похвастаться и не мог. Да и чего можно было ожидать от страны, на 80% занятой безжизненной пустыней. 

      Местные жителя, мягко говоря, не жировали. И даже перебиваться с хлеба на воду было проблематично, поскольку последней в Катаре отчаянно не хватало. Трепетное отношение катарцев к воде сохранилось с той суровой поры – даже умываясь, они стараются не пролить на землю ни капли.  

      Правда, сегодня в такой жесткой экономии уже нет необходимости – в стране работают мощные опреснительные установки, а города просто опутаны сетью пластиковых трубок, по которым постоянно циркулирует живительная влага. Ее хватает даже для сотни причудливых фонтанов. Они бьют и днем, и ночью и будут радовать глаз до тех пор, пока не иссякнет в пустыне другой фонтан. Нефтяной.

      Еще в начале 80-х запасы нефти в Катаре оценивали в 15 млрд. баррелей. Даже при интенсивной разработке ее хватит еще на много лет. Но, вопреки распространенному заблуждению, главным «золотом» Катара является не она, а… природный газ. Его запасы на шельфе в территориальных водах этой маленькой страны поистине колоссальны.

      Впрочем, катарцы не «спят в шапку» и не тешат свое самолюбие энергетическим всемогуществом. Они знают – любой сказке, даже той, которая длится «тысячу и одну ночь», приходит конец. Рано или поздно нефть и газ иссякнут (или резко упадут в цене), и тогда привычное роскошное существование может быть в одночасье поставлено под угрозу. А потому в последние годы страна взяла курс на разработку других «золотых жил», например, туризма. 

      Забавно, но первый турист проник в страну только в… 1989 году. До этого момента визы не выдавались, а иностранные специалисты оказывались в стране лишь по персональному приглашению и, конечно, только в случае крайней надобности. 

      Сейчас подобные ограничения сняты, но пока Катар туристической Меккой не стал.

 

 

Здесь нельзя фотографировать женщин, священнослужителей и полицейских… без их согласия.

     



      …Еще пару лет назад Доха считалась самой скучной столицей в регионе. Ни тебе разгульной ночной жизни, ни полуобнаженных красоток, ни злачных мест. Спиртное – только в баре отеля, а на улице – ни-ни, потому как местное население живет по законам шариата. Одним словом, аскетичная столица богатого нефтяного государства, наглухо закрытого от тлетворного влияния неисламской культуры. 

      Впрочем, не стоит думать, будто столица Катара по-прежнему напоминает бедуинский лагерь. Как только в стране начали разрабатываться нефтяные месторождения, в Дохе развернулось небывалое по масштабам строительство. И сегодня, гуляя по ее широченным улицам, утопающим в зелени пальм, сложно поверить, что когда-то здесь стояли глиняные мазанки, а на раскаленном песке не росло ни единой травинки. Город поднялся практически с нуля – его великолепные суперсовременные здания и величественные мечети были построены совсем недавно. 

      А между тем, самой стране тысячи лет! Кого только не видела эта земля. В древности полуостров находился под властью Сасанидов, входил в состав Арабского халифата, а после его распада – в состав государства карматов. В XIII веке Катар «опекал» эмир Бахрейна, в XVI столетии – португальцы, а после его захватили турки-османы. И все это время на него не переставали притязать Иран, Оман и Саудиды. 

      Во второй половине XVIII века на территории Катара было создано государство, управляемое первым представителем династии Аль-Тани – шейхом Мухаммедом бен Тани. Но основателем эмирата Катар принято считать Касема бен Мухаммеда – его наследника. Этот гений дипломатии умудрялся лавировать между Великобританией и Османской империей, проводя свою независимую политику. Увы! Повторить его подвиг потомкам не удалось. В ХХ веке Катар стал британским владением и получил независимость только в 1971 году. Тем не менее, несмотря на все исторические передряги, катарцы сохранили в первозданном виде свою культуру, язык и, главное, веру! 

      Между прочим, знаменитый ваххабизм в Катаре является официальной религией (точно так же, как и в Саудовской Аравии). Понятно, что местные ваххабиты к кровавым терактам не имеют ни малейшего отношения. Скорее, здесь он проявляется лишь в более строгом, чем в соседних ОАЭ или Иордании, соблюдении исламских норм и правил.

      В Катаре не увидишь женщины без чадры, не зайдешь в мечеть просто так, из любопытства, и не станешь пререкаться со стражем порядка – себе дороже. 

      Туризм «в промышленных масштабах» начал развиваться в Катаре сравнительно недавно. Так что ощущение, что находишься «в чужом монастыре», да еще и с достаточно жестким уставом, не покидает ни на минуту. 

      На слишком легко одетую европейку будут смотреть искоса, а вдали от столицы вполне могут и плюнуть... Да и мужчин, одетых в шорты и майки-борцовки, в Катаре увидишь редко. А пьяных – вообще никогда. 

      О непримиримой борьбе местных властей с алкоголем по миру ходят легенды. Катарский международный аэропорт – один из немногих на планете, где личный багаж приезжих удостаивается такого пристального внимания. Если на дне чемодана детектором будет обнаружена бутылка, ее чрезвычайно вежливо потребуют достать, при вас аккуратно упакуют и… унесут в неизвестном направлении. Чтобы на обратном пути перед посадкой в самолет с поклоном вернуть. 

      Кстати, подобная судьба ожидает и продукты, содержащие свинину. Так что куску сала на катарскую землю тоже «вход заказан». Подобная «цензура» касается и пищи духовной. Существует очень строгий запрет на ввоз сомнительной печатной и видеопродукции. Да и телеканалы «только для взрослых» востребованы в основном лишь в отелях. 

      Смертная казнь в Катаре – не такое уж и редкое явление. И незадачливым россиянам, которых обвинили во взрыве Зелимхана Яндарбиева, удалось избежать ее только чудом. Если бы не длительные закулисные переговоры с Москвой (в том числе и на самом высоком уровне), им пришлось бы испытать на себе всю тяжесть катарского правосудия. 

     Сейчас высшая мера наказания исполняется достаточно «гуманно» – через расстрел или повешение, но еще недавно, в соответствии с местными обычаями, за особо тяжкие преступление здесь запросто сажали на кол. 

      Такая «крутая» судебная система приносит немалые плоды – преступности в этой стране практически нет. Еще несколько лет назад на городской улице запросто можно было оставить сумку с деньгами – и ее бы никто не тронул… После того, как страна стала более открытой для туристов, сумку с деньгами, пожалуй, оставлять на улице уже не стоит, но, тем не менее, Катар по-прежнему остается одной из самых безопасных стран мира. 

     

     Пей чай и молчи!..


     


     

      Как и во многих нефтяных арабских монархиях, в Катаре есть одна особенность. Работают здесь в основном иностранцы. В офисах за компьютерами заседают американские финансисты, европейские инженеры и саудовские инвесторы. А «черную работу» выполняют пакистанские, иранские да филиппинские рабочие. 

      А сами граждане Катара между тем благоденствуют. Образование здесь – от детского сада до университета – бесплатное. Здравоохранение тоже. Уровень и того и другого весьма высок. Но если кого-то из граждан он не устраивает, особо привередливому субъекту выдается беспроцентный кредит на поиски лучших университетов. Обычно где-нибудь в Швейцарии или США. 

      Проблем с жильем Катар тоже не знает. Он вообще в последние десятилетия напоминает перманентную стройку. Новые дома, оборудованные по последнему слову техники, вырастают в Дохе и ее окрестностях в мгновение ока. Впрочем, несмотря на их суперсовременный внешний вид, порядки «внутри дома» у местных жителей остались теми же, что и у предков.

      При входе в дом следует обязательно снять обувь и ждать дальнейших распоряжений хозяина. А он, как правило, сразу зовет за стол. Точнее на циновку, в центре которой расставлены легкие угощения. Жирных и тяжелых блюд здесь не предлагают – несмотря на то, что в каждом помещении работает кондиционер, 40–45 градусов «за бортом» организм чувствует. Зато жидкость всегда воспринимает на «ура». Тем более, что отказываться от чая или кофе здесь не принято. Напитки сопровождают любой прием пищи – и легкий обеденный «перекус», и плотный ужин. 

      Богатый Катар уже потихоньку забывает свою исконную бедуинскую кухню. А ведь на протяжении веков главными пищевыми компонентами в этих краях были только финики, верблюжье молоко и масло. Сегодня в Катаре широко распространена европейская кухня, правда, с весьма ощутимым арабским акцентом. Например, жареное на вертеле или гриле мясо обязательно сдабривается огромным количеством специй. Зато рецептура приготовления кофе осталась прежней – напиток получается очень сладким, но по нашим меркам весьма слабым. Традиционный арабский кофе – крепкий, с густой пеной, благоухающий кардамоном или корицей – подается только в ресторанах. Домашнее угощение обычно выдержано в национальных традициях. 

      Поесть у катарца по-простому не получится. Традиционные правила иерархии касаются и «застольного этикета». Сначала внимание уделяется старикам. Кстати, их авторитет в семье и обществе – непререкаем. Застольную беседу, как правило, тоже начинают старшие. Вести здесь разговор – дело нелегкое. Излишняя жестикуляция и эмоциональность считается дурным тоном, да и не обо всем и поговоришь. Например, по местным понятиям, не стоит обсуждать законы, нравы, веру и арабских женщин. О личной жизни тоже не следует распространяться. Вот рассказать о семье – другое дело. Радушный катарский хозяин с удовольствием расспросит гостя о его детях и в подробностях расскажет о своих. Но разговор пойдет исключительно о вещах приятных, потому как изливать собеседнику душу и жаловаться на проблемы здесь не принято. Равно как и ругать кого бы то ни было. Лучше хвалить. Особенно монарха. Ведь он и его семья (а это практически все правительство Катара) пользуются непререкаемым авторитетом и всенародной любовью. 

     Наш эмир, великий эмир!

      Хамад бен Халифа бен Хамада бен Абдулла бен Касима Аль-Тани – правитель опытный, но прогрессивный. Западная пресса даже называла его «ближневосточным Горбачевым». За 12 лет на троне Хамад бен Халифа Аль-Тани провел немыслимое по арабским меркам количество реформ. Для начала он отменил государственную цензуру, получив в качестве побочного действия «головную боль» по имени «Аль-Джазира» (отличный телеканал, работающий на уровне самых высоких мировых стандартов). 

      После «гласности» пришел черед «перестройки». В 1996 году новый эмир учредил пост премьер-министра, в 1999-м объявил выборы в Центральный муниципальный совет. А 29 апреля 2003 года в Катаре впервые в истории был проведен референдум по проекту постоянной конституции страны. 96,6% избирателей проголосовали за новый основной закон. Что ж, назвался груздем – полезай в кузов! Пришлось расширять состав Консультативного совета и созывать комиссию по разработке нового проекта конституции. 

       Кстати, бесплатное медицинское обслуживание и обучение было введено в Катаре тоже благодаря эмиру Хамаду бен Халифе Аль-Тани. Кроме того, с подачи правителя в столице действует Университет Катара и целый ряд учебных заведений. А чтобы жаждущие знаний студенты долго не плутали в поисках альма-матер, все учебные заведения собраны в специально созданном «Городе образования». Там, между прочим, размещены и городки филиалов крупнейших университетов США.

      Большой поклонник здорового образа жизни, эмир уделяет огромное вниманию развитию в своей стране физкультуры и спорта. К открытию в Дохе XV Азиатских игр был построен суперсовременный «Спортивный город», в котором разместились не только новые стадионы и спорткомплексы, но и целая спортивная академия. По слухам, сам Хамад бен Халифа Аль-Тани увлекается легкой атлетикой и дайвингом. 

      Есть у эмира и еще одно пристрастие – коллекционирование. Шейх Хамад бен Халифа Аль-Тани давно мечтает превратить Катар в хранилище сокровищ мировой культуры. Своего «Британского музея» эмир пока не построил, но вот местному музею оружия позавидовали бы и именитые мировые сокровищницы. В нем нет разве что только ядерных установок. Но больше всего правитель гордится коллекцией золотых кинжалов-джамбий с кривым лезвием и ручками из рога носорога. Пристрастие эмира к оружию неслучайно – перед тем как занять трон, шейх Аль-Тани проделал весь путь кадрового военного. В молодости он закончил курс британской Военной академии в Сандхерсте и сразу пошел служить в армию Катара. Так принц стал подполковником и командиром батальона, а после – и главнокомандующим вооруженными силами страны. В 1977 году отец, шейх Халифа бен Хамад, назначил его наследником престола и министром обороны. 

      На следующий же день после назначения принц объявил о реформе армии. Вооруженные силы были модернизированы и по своему составу приблизились к западным образцам. За несколько лет в стране почти полностью обновилась военно-техническая база, а для организации обучения новобранцев были приглашены лучшие тренеры и эксперты со всего мира. Результат реформ не замедлил сказаться – во время войны в Персидском заливе катарская армия демонстрировала отличную выучку и боевые навыки. 

      Хотя в целом внешняя политика Хамада бен Халифа Аль-Тани на редкость миролюбива. При нем в 2001 году Катар урегулировал пограничные споры с Бахрейном о морской границе. Да и проблемы во взаимоотношениях с Саудовской Аравией, не раз возникавшие прежде, Хамад бен Халифа Аль-Тани мастерски улаживал…

      И от своих детей эмир ждет не меньших управленческих талантов. 22 октября 1996 года он провозгласил наследником престола своего третьего сына от второй жены, шейхи Музы, его высочество шейха Касема бен Хамада бен Халифа Аль-Тани. Но то ли отпрыск не оправдал ожиданий, то ли самому принцу за 7 лет расхотелось брать на себя такой груз ответственности, но в августе 2003-го наследник в Катаре сменился… Старший брат отказался от титула в пользу младшего, 24-летнего принца Тамима. Пока что будущий эмир оттачивает управленческие навыки и… пополняет рекордами книгу Гиннесса. Внимание мирового справочника супердостижений привлек букет роз, собранный по случаю свадьбы шейха Тамима. 15-метровую цветочную пирамиду установили на набережной Дохи и еще почти месяц водили к ней туристов. Полюбоваться, с каким размахом катарские принцы женятся…

 

Брать еду левой рукой не принято.

     

 Но иные подробности личной жизни эмира являются тайной за семью печатями. Как и встарь, за излишнее любопытство здесь можно поплатиться если не головой, то свободой точно. Но чем строже запрет, тем больше искушения его нарушить… 

      В западной прессе уже давно пишут об эмирских домочадцах. В последних, как и водится в арабском мире, недостатка нет. Начнем с того, что фамилию Аль-Тани носит добрая половина катарского правительства. В том числе и премьер-министр. Вообще, точного количества эмирских родственников не знает никто. Да что там дядей да братьев, даже о количестве монарших детей нет сведений.

      Официальных жен у эмира три. Причем если первая и третья – типичные арабские «хранительницы очага», то вторая – Муза бинт Насер – бунтарка и революционерка. У этой красивой сорокалетней женщины семеро детей и масса реформаторских идей. Благодаря ее неуемной энергии, в Катаре женщины впервые в истории получили избирательное право. Муза активно выступает против традиционной полигамии, ратует за изменение конституции и открывает в стране учебные заведения. А в 2002 году она шокировала всю арабскую общественность, появившись не только на людях, но и перед объективами телекамер с открытым лицом и минимумом украшений. Подобный шаг можно считать революционным. Ведь даже в наш техногенный век катарки по-прежнему носят традиционную черную накидку «абайя», чадру, черные перчатки и чулки. И это в 40-градусную жару! Хотя что такое чадра в сравнении с традиционным 10–15-килограммовым поясом и еще 3–5 кг золота на шее, запястьях и в ушах. И что удивительно, во всей этой сбруе они довольно быстро передвигаются... 

      Пока ортодоксальная часть общества на чем свет стоит ругала неугомонную супругу эмира, Муза создавала в стране женское движение. Она не без гордости признавалась журналистам, что благодаря ее усилиям сегодня в катарских вузах девушек учится больше, чем юношей. В последние годы катарки пришли в большой спорт, а в ближайшем будущем, возможно, получат право избираться в парламент (пока его назначает сам эмир)…

      На ехидные замечания по поводу своей роли в семье Муза реагирует весьма современно – судится. Вот в январе 2005-го она выиграла иск против иракской газеты «Аз-Заман». Издание посмело назвать ее мужа подкаблучником, а саму Музу обвинить в тайных связях с Израилем. Всего какой-то год тяжб и разбирательств, и теперь учредители «Аз-Заман» послушно выплачивают королевской семье компенсацию за причиненные «моральные страдания». И компенсацию, надо заметить, отнюдь не символическую – 1 млн. долларов. Причем обвинить жену эмира в стяжательстве никак нельзя – все выигранное, до последнего рияла, шейха Муза передает на благотворительность. 

      Вот такие у них, катарских красавиц, принципы!

 

В Катаре нет подоходного налога.

     85% населения Катара – иностранцы.

     



     Нефть, верблюды и IT

       Кстати, к деньгам катарцы относятся очень спокойно. Их соседу не продемонстрируешь. Конь – совсем другое дело. Конь для араба – предмет гордости и первый помощник. 

      Правда, сейчас выбор все больше делается в пользу железных скакунов. Дешевка – говорят местные жители, с презрением глядя даже на самые «навороченные» джипы. Сложно не согласиться – за хорошего породистого коня просят цену двух, а то и трех таких машин! Слишком дорого? Тогда есть промежуточный вариант – верблюд!

      Древние арабы говорили: Аллах создал человека из глины, а из того, что осталось, – верблюда. В давние времена новорожденных омывали верблюжьей мочой и посыпали сухим пометом. Сейчас такая антисанитария не в чести, но верблюды от этого дешевле не стали. И если раньше верблюд был и кормильцем, и поильцем, и одеялом, и средством передвижения, то сегодня он – предмет роскоши. И даже средство обогащения, поскольку в особой чести в Катаре верблюды гоночные. Это нам, людям несведущим, кажется, что верблюды медлительны. У хорошего наездника «беговой» верблюд может разогнаться до 130 км в час. Ну, чем не «Формула-1», пустынный вариант? 

      Ставки на таких бегах нешуточные. Но и выигрыши того стоят. На ежегодных кубках кронпринца в январе и эмира в мае владельцы верблюдов-победителей получают более 800 тыс. долларов. На соревнованиях рангом пониже призы скромнее – машины да вездеходы...

      Кстати, доход на душу населения в Катаре один из самых высоких в мире – 21,5 тыс. долларов. Безусловно, основу экономического процветания составляют нефть и газ. Их добычу и переработку уже более 35 лет контролирует государство. Солидная доля полученных доходов уходит на «социалку», остальные деньги поднимают туризм, промышленность и … высокие технологии. Причем последние оказались настолько благодарным вложением, что через 10 лет смогут прокормить страну не хуже газа и нефти. В 2004 году по инициативе эмира был открыт Катарский парк науки и технологий для того, чтобы привлечь местные и иностранные компании к высокотехнологичному производству. 

      Катар всячески приветствует иностранные инвестиции. Здесь очень много предприятий, на 100% принадлежащих иностранцам. И при всем этом они платят мизерные налоги. Катарцы по этому поводу ничуть не переживают, а отсутствием у себя в стране подоходного налога даже гордятся!

      Есть у них и еще одно немаловажное достояние – спутниковый телеканал «Аль-Джазира». Сравнительно молодой, но всемирно знаменитый. Скандальный, претенциозный, одним словом, сущая головная боль для официальной Дохи. Но что еще можно ожидать от канала, созданного бунтарями?.. Кадровый «костяк» «Аль-Джазиры» составили сотрудники бывшей арабской редакции «Би-Би-Си». Лондонское руководство устало бороться с радикальными настроениями в своем ближневосточном бюро и попросту «повесило на него замок». А вот оставшиеся без работы журналисты нашли себе другое пристанище, и зимой 1996 года в эфир вышел первый новостной выпуск нового канала.

      Сегодня передачи «Аль-Джазиры» транслируются 18 часов в сутки. На канале практически нет рекламы, фильмов и развлекательных программ. Основное эфирное время отведено политике, острым дискуссиям и жесткой полемике. 

      «Благодаря» этому скандальному спутниковому телеканалу у Катара немало проблем. И не только с арабскими соседями. В 1998 году посол США в Дохе заявил протест против призывов ряда участников передачи «Ударить по американским интересам в Заливе». Свое недовольство выражали и президенты Эфиопии и Эритреи, когда «Аль-Джазира» пыталась организовать между ними телемост в самый разгар конфликта Аддис-Абебы и Асмэры. В эфире канала в разные годы выступали и Саддам Хусейн, и Усама бен Ладен. 

      Официальные катарские власти всячески подчеркивают, что «Аль-Джазира» полностью независима. Мол, только ее руководство решает, кого критиковать и за что. В последнем, нужно сказать, канал немало преуспел. Доставалось и Кувейту, и Иордании, и Египту. Обидевшаяся Иордания в ноябре 1998-го закрыла у себя бюро «Аль-Джазиры», а Арабский телевещательный союз отказал каналу в

     членстве. Правда, эти меры только повысили рейтинг канала. А заодно и прославили маленькую арабскую страну, которую сложно отыскать на карте, но которая, тем не менее, благодаря «Аль-Джазире» владеет умами миллионов мусульман в самых разных частях света…

     

     

     Как родственницы эмира самолет задержали


     


     

     В июле этого года самолет авиакомпании «British Airways», выполнявший рейс Милан–Лондон, опоздал на 4 часа. И дело было вовсе не в погодных условиях или технической неисправности. Просто пассажирам этого рейса не повезло – вместе с ними собирались лететь родственницы эмира Катара. До посадки в самолет все шло по плану. Но когда женщины обнаружили, что согласно билетам должны сидеть с незнакомыми мужчинами, вспыхнул скандал. Усилия экипажа, полиции и даже срочно вызванных катарских дипломатов оказались тщетны. Дамы были непреклонны, равно как и другие пассажиры, летевшие парами и отказавшиеся уступать принцессам свои места. В итоге особ королевской крови попросту ссадили с самолета… и отправили в Лондон другим рейсом.

     Самодостаточные города

     Так называется проект, затеянный правительством Катара еще два года назад в целях привлечения в страну иностранных туристов. На побережье Персидского залива возникнет ряд отельных городков, не только оснащенных по последнему слову техники, но и предлагающих приезжим весь комплекс развлечений. Кроме того, планом предусмотрено строительство восьми четырех- и пятизвездочных отелей, спортивных сооружений для проведения международных турниров, «Города образования», а также нового международного аэропорта. На достижение этой цели в ближайшие пять лет планируется израсходовать 15 млрд. долларов

     Островов много не бывает

     Месяц назад близ столицы Катара Дохи вырос новый остров. «Жемчужину-Катар» (The Pearl-Qatar) в течение двух лет строили из земли, доставленной с берега. Получившиеся в итоге 400 га земли активно застраиваются дорогими отелями и эксклюзивными виллами. Здесь уже есть гавань для яхт, огромное количество магазинов, ресторанов и мест развлечений. «Жемчужина-Катар» стал первой ласточкой подобного строительства. Если проект себя оправдает, в ближайшие пять лет в Катаре появятся еще два подобных искусственных острова. Хотя в окупаемости «Жемчужины» мало кто сомневается. Несмотря на то, что официальное открытие острова намечено на 2009 год, большая часть вилл уже раскуплена…

     Едет робот на верблюде...



     
Верблюжьи скачки – любимое развлечение жителей Аравийского полуострова. Традиционное и весьма дорогое. Правда, сейчас оно рискует стать еще дороже, поскольку вместо жокеев теперь править верблюдами будут роботы. Катарское правительство купило ноу-хау некого швейцарского изобретателя и активно внедряет его в массы. Каждый электронный наездник стоит около 2 тыс. долларов, весит до 20 кг и управляется дистанционно. Под переоснащение верблюжьих ипподромов выделено 800 тыс. долларов бюджета. Но эта сумма катарцев не пугает, ведь стоимость бегового «корабля пустыни» иногда превышает миллион долларов.

     

     

     Катар – благословенная страна для невест и одна из немногих в мире, где на каждую женщину, по статистике, приходится 2 мужчины. А учитывая традиционное исламское многоженство, возможность выбора для девушек возрастает в разы.

     





Спешите подписаться на журнал “Планета”!