СУЩЕСТВОВАЛ ЛИ НА САМОМ ДЕЛЕ ЗАГОВОР ТУХАЧЕВСКОГО?
Май 2007
Вернуться к номеру >>

Автор: Ольга Громова
Раздел: Лабиринт
Теги: ВОВ, история, персоналии, Советский Союз



В 1937 году объявили: Тухачевский – враг. И все поверили на слово. После XX съезда опровергли: Тухачевский – герой. И снова все поверили на слово.

     Но мы не будем верить на слово. Мы изучим факты, документы, свидетельства. Сравним их. Подумаем. И попытаемся понять.

     Пал ли Тухачевский (и его соратники) жертвой сталинских махинаций? ИЛИ ЗАГОВОР ТУХАЧЕВСКОГО ПРОТИВ СТАЛИНА, ДЕЙСТВИТЕЛЬНО, СУЩЕСТВОВАЛ?

      «Напрасно, господин министр, вы связываете свою карьеру и судьбу своей страны с судьбами таких старых конченых государств, как Великобритания и Франция. Мы должны ориентироваться на новую Германию. Германии, по крайней мере в течение некоторого времени, будет принадлежать гегемония на Европейском континенте. Я уверен, что Гитлер означает спасение для нас всех…» – советовал Тухачевский румынскому министру иностранных дел Н. Титулеску. 

      Слова были произнесены прямо во время обеда в советском посольстве Парижа, где советский маршал остановился после поездки в Лондон. За столом воцарилась тишина. Присутствовавшие дипломаты недоумевали: так открыто нападать на Советское правительство… Крайне неосмотрительно…

      Но Тухачевский, казалось, совсем забыл об осторожности. Он только что побывал в Берлине и не мог сдержать своего восхищения немецкой армией. Маршал, не переставая, повторял: «Они уже непобедимы». В конце концов, один из гостей не выдержал: «Надеюсь, не все русские думают так». 

     

      Современный миф о Тухачевском родился во времена Хрущева. Он широко известен и состоит из пяти незамысловатых пунктов. 

      Во-первых, Тухачевский был гениальным (на худой конец – очень талантливым) полководцем.

      

      Во-вторых, он предвидел войну с Германией и знал, как к ней готовиться.

      В-третьих, Тухачевского боялись и Сталин, и Гитлер. 

      В-четвертых, Гитлер подбросил Сталину фальшивые документы о «заговоре военных», а тот поверил (или захотел поверить) и расстрелял Тухачевского.

      В-пятых, если бы Тухачевский был жив, то катастрофы 41-го скорее всего, не случилось бы. 

      Кажется все. 

      В «перестроечные годы» массовое представление о Тухачевском несколько расширилось и заиграло новыми красками. В частности, выяснилось, что прославленный «красный маршал» травил газом тамбовских крестьян и делал еще массу неприятных вещей.

     Все эти «новости» поколебали образ героя Тухачевского, но на общее представление о нем как о «талантливом полководце» и «невинной жертве Сталина» никак не повлияли. 

      Мнения отдельных исследователей, подробно разбиравших «таланты» Тухачевского и пытавшихся раскопать подоплеку заговора военных, в основном прошли стороной мимо массового сознания. А жаль.

     

     Союз Хрущева и Шелленберга

      Появившаяся в хрущевские годы версия о том, что Сталин, дескать, поверил (или пожелал поверить) в фальшивку по поводу Тухачевского, подброшенную ему Гитлером, в подробном пересказе не нуждается. Все, кто мало-мальски интересуются историей, многократно слышали и читали о ней. 

      Напомним лишь самую общую суть. Высшее руководство рейха якобы опасалось усиления фигуры Тухачевского – «самого талантливого полководца Красной Армии». По мнению нацистских спецслужб, только Тухачевский был в состоянии достойно подготовить СССР к предстоящей войне на Западе.

      В связи с этим родился план по дискредитации «красного маршала» в глазах Сталина. Немецкие спецслужбисты под личным кураторством знаменитого Гейдриха изготовили фальшивое досье, указывавшее на то, что Тухачевский готовит заговор против Сталина. Для правдоподобности в досье был включен ряд подлинных фактов о контактах Тухачевского с немецкими военными (в рамках довольно интенсивного военного сотрудничества России и Германии в 20–30-е годы). 

      Досье было ловко подброшено советским спецслужбам через президента Чехословакии Бенеша, проводившего дружественную политику по отношению к СССР (Бенеша в данном случае использовали «втемную»).

      Получив досье, Сталин положил его в основу обвинения против Тухачевского. 

      Сторонники версии, правда, расходятся во мнениях относительно истинных мотивов кремлевского вождя. Часть утверждает, что в силу якобы присущей ему «маниакальной подозрительности» он принял гитлеровскую фальшивку за чистую монету. Другие настаивают на том, что досье Бенеша было использовано лишь как предлог. И первые, и вторые сходятся в одном – Сталин уничтожил Тухачевского безвинно, исходя из личных своих интересов и, тем самым, обезглавил руководство армии. 

       Долгие годы (а по большому счету и до сей поры) эта версия является более или менее общепринятой. 

      Между тем, у соратников Хрущева, распустивших ее по миру, дабы понадежнее втоптать в грязь имя Сталина, есть соавтор. Он же подлинный автор «общепринятой версии». Имя ему – Вальтер Шелленберг, шеф гитлеровской внешней разведки. 

      Шелленберг красочно расписал операцию по обману самого Сталина в своих мемуарах. Многие исследователи обратили внимание на забавный факт – все основные действующие лица, упомянутые в мемуарах и связанные с этой историей, к моменту публикации были мертвы. Гитлер, Гейдрих, Сталин, президент Чехословакии Бенеш… Все они пребывали в мире ином. Подтвердить или опровергнуть версию Шелленберга было некому. А между тем, сам Шелленберг в это время нуждался в саморекламе, а издатели его мемуаров в горячих сенсациях. 

      Впрочем, сам факт передачи досье через Бенеша впоследствии получил подтверждение и из других (в том числе архивных) источников. Неясным оставалось одно – было ли досье подлинным или фальшивым. Шелленберг пытается убедить читателя, что все это ловкие проделки немецкой спецслужбы.

      А вот личный переводчик Гитлера Пауль Шмидт (по должности допущенный к самым сокровенным тайнам Третьего рейха) в конце 60-х годов сделал сенсационное признание о том, что Тухачевский при активном участии заместителя наркома обороны Я. Гамарника и других руководителей Красной Армии в 30-е годы действительно организовал заговор против Сталина. 

      Зачем ему, спустя несколько десятков лет, подтверждать вину маршала? 

      Забавно, что в апреле 1945 года в бункере Рейхсканцелярии фюрер в своем последнем интервью швейцарскому журналисту К. Шпейдель на вопрос, о каком решении в своей жизни вы жалеете больше всего, ответил: «Вермахт просто предал меня, я гибну от рук собственных генералов. Сталин совершил гениальный поступок, устроив чистку в Красной Армии…»

      Впрочем, все это мелочи по сравнению с главным. Основу «гитлеровской версии» (то бишь версии о невиновности Тухачевского) составляет один простой тезис – Тухачевский был исключительно талантливым полководцем и военным организатором.

      Если так, то все ясно. Гитлер не хотел иметь такого соперника в войне с СССР, а потому сделал все, чтобы устранить его руками самих Советов.

     Беда в том, что ни талантливым полководцем, ни гениальным организатором военной промышленности Тухачевский не был. А потому для Германии никакой особой опасности не представлял. 

     

     «Военный гений»


     


     

      Тухачевский вошел в историю как пол ководец времен Гражданской войны. Отсюда вся его слава – и реальная, и дутая. 

      Когда мы говорим о «гражданской», надо помнить несколько вещей. 

      С войсками западных держав, Японии и США Красная армия практически не входила в соприкосновение. 

      Немцы с оккупированных территорий ушли сами, после Ноябрьской революции. 

      Интервенция Антанты позорно провалилась, едва начавшись. Заняв несколько портов на юге и севере страны, небольшие контингенты через несколько месяцев поторопились убраться оттуда, потому как солдаты и моряки стремительно революционизировались, а сами Франция и Британия сотрясались от забастовок в поддержку Советской России. 

      На Дальнем Востоке интервенты задержались подольше. Но и там прямых боевых столкновений с Красной армией не было. 

      В ходе Гражданской войны Тухачевскому пришлось воевать исключительно с внутренними врагами Советской власти (плюс польский поход, но о нем отдельно). 

      Что же представляли собой белые армии?

      В 1918 году реально их вообще не существовало. В Сибири и Поволжье единственной боеспособной силой был мятежный чехословацкий корпус. Добровольческая армия Корнилова–Алексеева–Деникина представляла собой всего лишь отряд полуголодных, плохо вооруженных офицеров, мыкавшихся по всей Кубани от станицы к станице. Казаки Краснова держались немецкими штыками и вели бои местного значения. 

      В 1919 году белые несколько укрепились. В Сибири возникла армия Колчака (в основном из насильственно мобилизованных крестьян, норовивших дезертировать при первой возможности); на юге – Деникина, на севере – Юденича. 

      В каждой из этих армий общая численность реально боеспособных частей в самый лучший период не превышала нескольких десятков тысяч человек. 

      Победа в гражданской войне определялась не столько военными успехами, сколько политическими и экономическими условиями. Армия Колчака развалилась не из-за военных поражений, а от повального дезертирства насильно загнанных туда вольнолюбивых сибирских крестьян. 

     Деникин в несколько недель откатился от Тулы к морю, потому что вообще не имел никакого тыла (плюс донцы и кубанцы в конце 1919 года массово дезертировали с фронта). 

      Большевики побеждали не столько силой оружия, сколько силой идеи и за счет ошибок своих противников (очень быстро восстанавливавших против себя территории, «освобожденные от комиссаров»). 

      Впрочем, так было всегда и везде: победа в гражданской войне – это скорее политическая нежели военная победа. 

      И все же в эти годы был один серьезный противник, с которым пришлось столкнуться талантливому полководцу Тухачевскому. Этим противником была молодая (только что созданная) польская армия Юзефа Пилсудского. 

      Как известно, поход на Варшаву, в котором Тухачевский принимал самое непосредственное участие, закончился позорным провалом («катастрофа на Висле»). 

      В результате десятки тысяч русских солдат оказались в польском плену (там над ними, кстати, издевались примерно так же, как в нацистских лагерях). Советской России пришлось уступить Западную Белоруссию и Украину, а на планах мировой революции поставить крест. 

      Позже Тухачевский обвинял всех (и даже Сталина) в том, что ему вовремя не оказали поддержку и т.д. и т.п. 

      Но вот что пишет в своей книге «1920 год» маршал Юзеф Пилсудский об одном из трудов Тухачевского: «Чрезмерная абстрактность книги дает нам образ человека, который анализирует только свой мозг или свое сердце, намеренно отказываясь или просто не умея увязывать свои мысли с повседневной жизнедеятельностью войск, которая не только не всегда отвечает замыслам и намерениям командующего, но зачастую им противоречит... Многие события в операциях 1920 года происходили так, а не иначе именно из-за склонности пана Тухачевского к управлению армией как раз таким абстрактным методом». 

      Пилсудский, разгромивший Тухачевского, знал, о чем пишет.

      Итак, с по-настоящему сильным противником Тухачевский встречался на поле боя только один раз. И потерпел поражение.

     «Танкисты» и «кавалеристы»

      Упрощенная версия причин неготовности СССР к войне такова. Сталин якобы во всем полагался на лично преданных ему «кавалеристов» (Ворошилов, Буденный) и репрессировал неугодных «танкистов» (Тухачевского и проч.). То бишь в подвалах Лубянки сгинули именно те, кто выступал за ускоренное развитие танковых армий. А потом мы с пиками наперевес атаковали железные клинья Гудериана. 

      Звучит красиво. Но с исторической правдой не имеет ничего общего. 

      На самом деле, никаких пик, конечно же, не было.

      В техническом отношении СССР подготовился к войне если не идеально, то, во всяком случае, более менее сносно.

      Собственно, если бы в предвоенные годы (без Тухачевского и, как ни крути, под руководством именно Сталина) не была создана промышленная, техническая и конструкторская база, то НИКАКАЯ мобилизация и сверхнапряжение сил не спасли бы СССР.

      Отличное оружие не конструируется за пару недель или даже месяцев. И если бы СССР не имел нескольких лет интенсивной предвоенной подготовки, то блицкриг, безусловно, удался бы. 

      Заметим. Лучшее советское вооружение – танки Т-34 и КВ, штурмовик ИЛ-2, бомбардировщик ПЕ-2, истребители ЯК, МиГ, ЛаГГ, зенитные орудия, минометы, «Катюши» (все, с помощью чего удалось победить германцев) были заказаны уже без Тухачевского. 

      Дотошные историки раскопали много фактов о «вкладе» Тухачевского в перевооружение Красной Армии. 

      Например, в 1931 году он отменил заказ на перспективную 37 мм противотанковую пушку. Вместо этого никаких иных предложений им сделано не было. 

      Список трагических ошибок Тухачевского велик. Он недооценивал автоматическое оружие, ракеты (им он предпочитал безоткатную артиллерию). Даже знаменитая 76 мм пушка В. Грабина получила путевку в жизнь вопреки Тухачевскому и благодаря Сталину, к которому талантливый конструктор обратился напрямую, минуя «талантливого полководца». 

      Как рассказывал потом сам Грабин, если бы Тухачевский остался на посту замнаркома, то у Красной армии так и не было бы артиллерии, сыгравшей весьма важную роль во время войны. Ведь именно Тухачевский, без какой-либо равноценной замены, распустил конструкторское бюро (ГКБ-38), занимавшееся развитием нарезной ствольной артиллерии, – она, видите ли, устарела. 

      Между прочим, именно Тухачевский разработал вредную идею «ответного удара», которая нацеливала Красную армию больше на наступление, чем на оборону (а именно с этим связаны основные причины ужасающих поражений 41-го). 

      Маршал также препятствовал внедрению минометов, зато вооружил армию дрянными танками Т-28 и Т-35, которые предохраняли только от пуль (в то время как в Германии разрабатывали противоснарядную броню).

      Тухачевский, действительно, выступал за форсированное развертывание танковых дивизий. Ничего сверхгениального в этом не было. В Германии эти же мысли развивал Гудериан, во Франции – де Голль. 

      Книги теоретиков «танковой войны» не числились секретными; о них были прекрасно осведомлены во всем мире. 

      Но вся соль в деталях. За какие именно танковые армии выступал Тухачевский?

      «Самый молодой советский маршал мечтал создать величайшую в мире армию, встать во главе ее и испытать на деле, – утверждает исследователь Б. Соколов. – Ради этого он готов был пойти на многое и, в частности, заставить весь народ потуже затянуть пояса и делать пушки вместо масла». 

      Только вот этот маршал плохо понимал, что он сам предлагал. Еще в декабре 1927-го он предложил Сталину создать в следующем году 50, а то и 100 тыс. новых танков!!! 

      До 100 тыс. в год за все время войны не смогли дотянуть все вместе взятые страны, производившие танки. Союзу не удалось построить за год даже 30 тыс. танков – для этого все заводы (в том числе сугубо мирные) нужно было бы перестроить на выпуск бронетехники. 

      Тяжелый танк Т-35 весил 54 т, имел 5 башен, 3 пушки, 4 пулемета, 11 человек экипажа. Был построен 61 такой танк – Тухачевский предназначал их для прорыва обороны.

      Ряд военных исследователей и историков справедливо заметили – в бою управлять таким танком невозможно. Он не мог взобраться на горку крутизной более 15о, а командиру еще нужно было крутить головой во все стороны, указывая цель всем своим 5 башням, корректируя огонь 3 орудий, при этом стреляя из своего, самого верхнего, пулемета и заряжая 76,2 мм пушку.

      Но дело в том, что даже у самой маленькой пушки был калибр не менее 37 мм. А такая пушечка на расстоянии 500 м пробивала минимум 35 мм брони. У танка Т-35 лишь один передний наклонный лист брони корпуса имел толщину 50 мм, вся остальная броня этой махины не превышала 30 мм. На какую оборону его можно было пускать с такой броней?

      Похожим был и другой танк для прорыва обороны – средний танк Т-28 с 3 башнями и 30 мм броней. Их было построено более 500 единиц, но, как и все танки маршала, они быстро сгорели в бою.

      Таким же нереальным было предложение Тухачевского в 1930 году срочно произвести на свет 40 тыс. самолетов… И потому тысячу раз прав был Сталин, когда довольно точно назвал идеи маршала «красным милитаризмом». 

      Никаким военным гением Тухачевский не был. И, убрав его, никакого урона обороноспособности страны Сталин не нанес. Скорее наоборот – он избавил армию от прожектерства, фантазий, вопиющей технической некомпетентности и элементарной дури. 

      

     Решающий день

     
 Уже позже, на допросах, вырисовалась общая картина действий заговорщиков. 

      Тухачевский предлагал убедить наркома обороны Ворошилова просить Сталина собрать высшую конференцию по военным проблемам Украины, Московского военного округа и других регионов, командующие которых были посвящены в планы заговора. В определенный час два отборных полка Красной армии должны были перекрыть главные улицы, ведущие к Кремлю, и заблокировать продвижение войск НКВД. В это время Сталин и будет арестован. 

      Маршал полагал, что Сталина надо застрелить, потом созвать пленарное заседание ЦК и предъявить досье. Косиор, Балицкий и Зиновий предлагали доставить Сталина на пленум ЦК, а потом предъявлять ему обвинения… 

       «Пока мы будем канителиться с пленумами и судами, найдется много таких, которые устроят контрпереворот, ибо они нас испугаются больше, чем Сталина, – Решил Тухачевский. – Пристрелим его через пять минут после ареста и точка». 

      Группе Тухачевского нужно было убрать Сталина для сохранения собственных жизней. 

      Дата переворота была назначена на майский парад 1937 года, когда в Москву без подозрений стянутся войска. Но начались аресты членов группы, и все планы разлетелись в пух и прах.

      В Центре общественных связей ФСБ на Лубянке в «Центральном архиве ВЧК–ОГПУ–НКВД» хранится рассекреченное следственное дело номер 11923. Дело маршала Тухачевского. 

      24 мая он был арестован. А 26 уже во всем признался: «Народному комиссару внутренних дел Н.И. Ежову... Заявляю, что признаю наличие антисоветского военно-троцкистского заговора и то, что я был во главе его. Обязуюсь самостоятельно изложить следствию все, касающееся заговора, не утаивая никого из его участников и ни одного факта и документа. М. Тухачевский». 

      Первым материалы допроса обнародовал историк Николай Зенькович. На шести с половиной страницах Тухачевский рассказывает о заговоре лиц из высшего командного состава. 

      «Обязуюсь дать чистосердечные показания без малейшего утаивания чего-либо из своей вины в этом деле, а равно из вины других лиц заговора. 

     …Сегодня, 26 мая, заявляю, что признаю наличие антисоветского заговора и то, что я был во главе его. …Участие в нем принимали: Фельдман, Артузов, Примаков, Путна и др., о чем я подробно покажу дополнительно». 

      27 мая маршал пишет, что вчера сказал не все, не дал еще должной оценки своим запредельным злодеяниям.

      То, что он дописал, до сих пор не решаются опубликовать, чтобы не травмировать потомков расстрелянных по персональному списку, составленному Тухачевским.

      Протоколы допросов Тухачевского, написанные от руки, в большинстве своем писались ровным, спокойным почерком, с такими логическими подробностями, которые невозможно придумать за сутки ареста.

      Юлия Кантор, ведущий сотрудник Государственного Эрмитажа, была первым и практически единственным исследователем, изучавшим документы, касающиеся Тухачевского и советско-германского сотрудничества в крупнейших федеральных архивах Германии. С документами о деле маршала она полтора года работала и в читальном зале на Лубянке. 

      Показания маршала – это 143 страницы рукописного текста. Исследуя их, Кантор провела графологическую экспертизу и пришла к выводу, что они написаны, вероятнее всего, добровольно, ровным и спокойным почерком. 

      К тому же, практически все из «группы Тухачевского» быстро сознались в измене. В архивах нашлись доказательства, что многих из них вообще не пытали. Исследователи считают, что заговорщикам были предъявлены столь убедительные доказательства их вины, что те не сочли нужным запираться. 

      Конечно, технические детали заговора могли быть разными. И, судя по всему, подготовлен он был из рук вон плохо (как и вообще все то, чем занимался Тухачевский).

      Однако для Сталина определяющим моментом были не столько сообщения о готовящемся перевороте, сколько тупик, в который Тухачевский последовательно заводил вооруженные силы страны. 

      При этом старое руководство армии было сплочено и фактически саботировало линию Кремля на обновление командного состава и приспособление всей военной структуры к требованиям новой войны. 

      Сдавать свои позиции без боя никто не хотел. У Сталина было два выхода – плыть по воле волн, идя на поводу у старой верхушки Красной армии (и проиграть войну), или сломить сопротивление маршалов и комкоров. Сталин выбрал второй путь. И выиграл войну. 

      Если бы он сделал это раньше, возможно, СССР удалось бы избежать поражений 41-го. Но, как говорится, лучше поздно, чем никогда.

     

     





Спешите подписаться на журнал “Планета”!