ГОРЕ ПОБЕЖДЕННЫМ. БЫВШИЙ ЛИДЕР БОСНИЙСКИХ СЕРБОВ ПРЕДСТАЛ ПЕРЕД ГААГСКИМ ТРИБУНАЛОМ
Август 2008
Вернуться к номеру >>

Раздел: Политика
Теги: политика, криминал



Странная охота



     
Еще в 1995 году американский координатор в Боснии заявил: «Захват Караджича – одна из главных целей США». Тогда фото опального президента Республики Сербской было, наверное, у каждого миротворца. НАТО провело десятки операций по его поимке. Все безрезультатно. Одно время планировали даже забросить в бывшую Югославию особые отряды штатовского и британского спецназа, но потом от идеи отказались.

     В 1996-м Караджич официально ушел из политики и об активных поисках натовцы как-то стали забывать. Обязанность разыскивать потенциальных клиентов Гаагского трибунала возложили на местные власти. Причем содействия стали требовать у самих сербов. До 2000 года отдуваться приходилось Милошевичу, затем – Джинджичу и Коштунице.

     Ни первый, ни второй, ни третий особой прыти в этом деле не проявляли. Причем реальный шанс заполучить Караджича был, видимо, только при Милошевиче. И то лишь потому, что бывший лидер боснийских сербов для президента Сербии оказывался весьма и весьма неудобным союзником. Караджич прямо называл примирительную позицию «Железного Слобо» национальным предательством, а Белград не только отказался поддерживать Республику Сербску, но даже на время ввел против нее экономические санкции (в Баня-Луке их с горькой усмешкой называли «братскими»).

     Джинджич идти до победного был явно не готов. Выдав Гааге Милошевича, он и так серьезно рисковал. Добавлять к этому еще и сдачу Караджича значило своими руками похоронить все шансы демократов удержать власть. Поиски начали спускать на тормозах.

     После убийства премьера-реформатора груз ответственности перед западными союзниками перешел к Коштунице. Но и тут Караджич мог спать спокойно. «Бывшие» из окружения экс-президента Сербии заняли в правительстве прочные позиции (в частности, получили контроль над госбезопасностью и юстицией). Да и сам «демократ» Коштуница начал быстро дрейфовать в сторону «национал-патриотизма».

     Вместо активных поисков была анонсирована масштабная программа «добровольной сдачи» (с предложениями покаяться выступили даже супруга Караджича и черногорский митрополит Амфилохий, до это заявлявший, что не отправил бы в Гаагу даже собаку). Но ни Караджич, ни Младич с повинной так и не явились. Сербский премьер горько сетовал на это западным союзникам и беспомощно разводил руками: мол, вот оно как получилось, не идут…

     Есть, правда, предположение, что и сами натовцы не больно-то хотели увидеть бывшего президента Республики Сербской в зале суда.

     Повод для таких разговоров дал сам арестант. На первом же заседании трибунала он заявил: американцы сами обещали мне неприкосновенность, но обманули. 

     Со слов Караджича дело обстояло так. В 1996 году спецпредставитель Вашингтона на Балканах Ричард Холбрук стремился всеми доступными средствами обеспечить выполнение Дейтоновских соглашений, закреплявших расчленение Югославии. Остававшийся «в деле» и по-прежнему популярный у сербов Караджич этим планам серьезно мешал. А потому Белый дом (через Холбрука) гарантировал ему неприкосновенность в обмен на полное устранение из политической жизни. В качестве бонуса партии Караджича разрешалось продолжать активную деятельность, но без малейшего контакта с прежним лидером.

     Из выступления экс-президента боснийских сербов выходило, что вначале никаких проблем с исполнением договора не возникало. Он спокойно проходил через посты международных сил и совершенно не боялся ареста (это в условиях, когда «у каждого миротворца было по фотографии»!).

     Американский дипломат, естественно, все отрицал. Но очень скоро журналисты разных стран стали обнаруживать факты, которые прекрасно укладывались в версию секретного договора.

     Английская «The Telegraph», например, раскопала такую историю.

     В 1997 году конвой Караджича был засечен воздушной разведкой Великобритании. Об этом немедленно доложили командующему британским контингентом генералу Ангусу Рэмси. Но после короткого телефонного разговора с Лондоном генерал приказал прекратить преследование, заявив: «Мы не полиция, а солдаты, и это не наше дело. Арестовать Караджича должна полиция Республики Сербской. Международные силы могут помочь потом, в случае, если в Бане-Луке вспыхнут массовые беспорядки».

     Об этом поведал Джеймс Луко, в то время представитель ООН в Боснии, находившийся в момент описанного доклада в британском штабе.

     О вероятном существовании соглашения с Белым домом говорили в своих интервью также экс-министр Республики Сербской Алекс Бух и бывший глава боснийского МИДа Мухаммед Сакирбей. Оба – люди весьма осведомленные.

     Наконец, бывший пресс-секретарь Гаагского трибунала Флорас Артман буквально ошарашила журналистов, заявив, что в течение 13 лет трибунал неоднократно получал «более чем достаточные» сведения для ареста бывшего президента Республики Сербской. Но всякий раз, по ее словам, в дело вмешивалась одна из стран-миротворцев (США, Великобритания или Франция). 

     «Иногда это делал лично Жак Ширак, иногда Билл Клинтон», – сообщила мадам Артман белградской газете «Блиц». Более того, она выразила готовность доказать эти утверждения на основе имеющихся у нее документов.

     Выдвинула бывшая чиновница Гаагского трибунала и собственную версию ответа на вопрос, почему так происходило: «Сейчас, когда Караджич, наконец, арестован, он может многое рассказать о тех тайных соглашениях, которые привели к падению Сребреницы... Для влиятельных западных государств его свидетельские показания могут представлять большой риск. До сих пор не было твердых доказательств того, что Запад предал Сребреницу в обмен на сотрудничество сербов в процессе мирного урегулирования».

     Напомним, когда сербский отряд вошел в Сребреницу (анклав мусульман на востоке Боснии), там находился голландский миротворческий батальон. Однако его командиры даже пальцем не шевельнули, чтобы предотвратить кровопролитие. Сербы и боснийцы были предоставлены сами себе. По официальной версии следствия, именно там были убиты около 8 тыс. мужчин-мусульман, а еще 30 тыс. человек насильственно депортированы. Разразившийся постфактум скандал в Нидерландах спустили на тормозах. Горе-вояки отделались административными взысканиями.

     И еще один косвенный факт. После задержания Караджича выяснилось, что 13 лет в бегах он провел отнюдь не в неприступном бункере, а в самом обычном доме в Белграде. Да и жизнь бывшего президента Республики Сербской особо уединенной назвать было сложно. Он писал статьи в медицинские журналы, посещал научные симпозиумы, занимался врачебной практикой (выдавая себя за гуру в альтернативной медицине), свободно разъезжал по стране и даже (как предполагается) за ее пределы.

     Все эти перемещения западные спецслужбы либо позорно проспали (в это верится с трудом), либо сознательно «не заметили»…

     

     КОМУ ПОНАДОБИЛОСЬ АРСЕСТОВЫВАТЬ КАРАДЖИЧА В 2008-м?


     


     

     В июле 2008-го ситуация изменилась коренным образом.

     Досрочные выборы в Скупщину принесли Демократической партии Бориса Тадича (действующего президента Сербии) вожделенное переформирование правящей коалиции. Вместо упрямого и несговорчивого «патриота» Коштуницы пришел социалист Ивица Дачич. Он даже не стал претендовать на пост премьера, удовлетворившись званием первого вице и министра внутренних дел. 

     Таким образом, в вопросах европейской интеграции Тадич получил полную свободу. И немедленно пошел в атаку. 7 июля партийные лидеры поставили подписи под коалиционным соглашением, а уже 21-го было во всеуслышание заявлено – Радован Караджич арестован.

     Теперь настало время заволноваться европейцам. В их наигранно-восторженных комментариях явно ощущалась растерянность. Еще бы. В течение стольких лет Сербию как морковкой манили будущим членством в ЕС, но всякий раз в последний момент всплывал аргумент непойманных военных преступников. 

     Теперь (особенно если в ближайшее время за Караджичем последует Младич, или, например, если его застрелят при аресте) Брюсселю придется столкнуться с совершенно иной ситуацией. Имеется выполнившая все свои обязательства Сербия, однако… Белград не намерен признавать независимость Косова, гарантированную большинством европейских грандов.

     Оно и понятно. Само решение о выдаче Караджича для Тадича имеет смысл только в одном случае – если в результате Сербия окажется в ЕС. Если же этого не произойдет – демократов ждут непростые времена. И без того 54% сербов, согласно данным национального опроса, не в восторге от решения правительства передать бывшего президента Республики Сербской в Гаагу. Ну а если добавить к этому признание Косова – дни нового правительства будут сочтены.

     Так что в данном случае Тадич играет ва-банк. 

     Страна устала от борьбы. И хотя сербские радикалы таки сумели вывести на улицы тысячи людей, скандировавших лозунги в поддержку арестанта, число демонстрантов не впечатлило видавший виды Белград. Митинг закончился столкновениями с полицией. В ход пошли камни, петарды и даже «коктейли Молотова». В ответ в дело пустили слезоточивый газ, дубинки и резиновые пули. Несколько десятков человек были ранены, но правительство осталось непоколебимо: «Место Караджича – в Гааге».

     Теперь осталось дождаться «малости» – приглашения в ЕС. А его в нынешней ситуации может и не последовать. Тогда получается, что результаты громкого ареста для сербских властей весьма и весьма сомнительны. 

     То же самое можно сказать и о западных демократиях. В своих откровениях Караджич (а он никогда за словом в карман не лез) может изрядно подпортить реноме очень многих политиков. Кстати, он уже обратился с ходатайством вызвать в качестве свидетелей Мадлен Олбрайт и Ричарда Холбрука. И они явно не последние в его списке.

     Единственный, кто может торжествовать – гаагская судебная бюрократия. 

     Огромная махина, официально именуемая на птичьем языке международного права «Международный трибунал для судебного преследования лиц, ответственных за серьезные нарушения международного гуманитарного права, совершенные на территории бывшей Югославии с 1991 года», уже давно является мишенью для резкой критики.

     Во-первых, Гаагский трибунал славится своей неторопливостью в ведении процессов. За первые 5 лет работы ему удалось рассмотреть… только 2 дела. Первый обвиняемый – Душко Тадич – был доставлен в Нидерланды еще в 1995 году. Но лишь в 2007-м ему огласили окончательный приговор. И это далеко не единичный случай.

     Во-вторых, стоит процесс очень и очень недешево. В штате трибунала числится 1146 человек из 82 стран мира. Соответственно и расходы на содержание судилища ростут как на дрожжах. В 1993 году на его работу потратили 10 млн. долларов, в 1995-м – уже 25, а сегодня цифра превысила сумму в 311 млн. долларов. Вообще, за 15 лет работы МТБЮ «проел» более 1,5 млрд. долларов! 

     Но самое важное: трибуналу так и не удалось довести до конца главный процесс – дело Слободана Милошевича. Бывший югославский президент 5 долгих лет дожидался приговора в тюрьме Шевенген. С его смертью была безвозвратно утеряна возможность с помощью показательного процесса расставить точки над «и» в балканской драме. По всем законам «Железный Слобо» покинул этот мир невиновным.

     Заполучив Караджича, гаагская бюрократия получает шанс отыграться. Журналисты немало постарались, превращая престарелого сербского психиатра в полудемоническую фигуру. Его дело должно стать заочным процессом над Милошевичем. Так и только так МТБЮ сможет оправдать свое существование. 

     В исходе нового процесса никто серьезно не сомневается. Приговор бывшему президенту Республики Сербской вынесен давно. Это сделали натовские бомбы. В Гааге предстоит лишь приложить к нему юридическую печать…

     Радован Караджич

     Родился в 1945 году в Черногории. Окончил медицинский факультет Сараевского университета с дипломом психиатра. Политическую карьеру начал, выступая с зажигательными речами на студенческих демонстрациях, охвативших страну в 1968-м. А в 1992 году провозглашен президентом Сербской Республики Боснии-и-Герцеговины (более известна как Республика Сербска) со столицей в городе Баня-Лука. 

     Ему принадлежит высказывание: «Сербы в состоянии вообще ничего не есть, но без своего государства обойтись не могут».

     К этому времени в регионе уже вовсю полыхала гражданская война. Армия Республики Сербской, собранная в основном из военных бывшей югославской армии, быстро захватила инициативу (главнокомандующим был провозглашен сам Караджич, а фактическим руководителем оказался бывший югославский генерал Ратко Младич). В 1992–93 годах сербские формирования контролировали около 70% Боснии-и-Герцеговины, 20% держали боснийские мусульмане, остальное – хорватские отряды.

     Официальный ордер на арест Караджича и Младича был подписан в Гааге 25 июля 1995 года, а в феврале 1996-го президент Республики Сербской официально заявил о сложении полномочий. С того самого времени и вплоть до конца июля 2008 года он оставался неуловимым для спецслужб.

     Официально Караджича обвиняют в гибели 18 тыс. боснийских мусульман в результате «этнической чистки» в анклаве Сребреница и блокады Сараево.

     По поводу ареста Радована Караджича не утихают споры.

     Официальная версия рисует просто невероятную детективную историю. Некий анонимный источник сообщает сербской полиции, что голос Драгана Дабича – местного светила альтернативной медицины – подозрительно напоминает голос бывшего президента боснийских сербов. 

     Вместо того чтобы просто проверить личность доктора, устраивается целый спектакль. В течение месяца за ним неусыпно следят 50 агентов госбезопасности. Потом двое из них, прикинувшись супружеской парой, проникают к подозреваемому на прием. Где им удается (внимание!) получить для анализа пару волос. И только потом с помощью теста ДНК следствие выносит вердикт – подозреваемый действительно Караджич. Но лишь когда высокому начальству докладывают о намерении объекта уехать из Белграда, появляется ордер на арест.

     Все очень загадочно...…

     Между тем некая американская организация «Reward for Justice» («Награда за правосудие») 23 июля (т.е. через 2 дня после официального ареста Караджича) перечисляет на анонимный счет кругленькую сумму в 5 млн. долларов «за помощь в поимке важного военного преступника». Функционеры этой конторы, правда, попытались убедить общественность, что деньги уплачены за некоего «высокопоставленного афганского террориста». Но журналисты резонно возразили, что накануне проплаты никаких громких арестов афганцев не было. А сумма, согласитесь, немаленькая (Усаму бен Ладена в свое время оценивали в 10 млн.). 

     Не могло ли получиться так, что Караджича и впрямь задержали 18 июля (на этом настаивает его адвокат), а не 21-го, как было заявлено официально? И не было ли это, так сказать, «частной инициативой граждан», польстившихся на большую награду, а затем передавших арестанта в руки правосудия?

     Обвиняя лидеров боснийских сербов в гибели мусульманского населения Сребреницы и Сараево, Гаагский трибунал «забывает» о жертвах среди других национальностей. За время войны в регионе беженцами стали не только 800 тыс. мусульман, но и 600 тыс. сербов и около 300 тыс. хорватов. Еще до 500 тыс. сербов были вынуждены бежать из Хорватии. Большинство так никогда и не вернулись на обжитые места.

     Национальные особенности «гаагского правосудия»

     За 15 лет прокурор трибунала сумел выдвинуть обвинения примерно 150 военным и политикам, воевавшим на Балканах в 1991–1995 годах. Правда, председатель МТБЮ в одном интервью честно признался, что это составляет всего лишь 1% от реального числа военных преступников на Балканах. Впрочем, работе это не помешало и сна высокий суд не лишило.

     По какому-то «стечению обстоятельств» львиная доля обвиняемых оказалась сербами. На них пришлось 104 обвинительных заключения (хорватам «досталось» 31, боснийским мусульманам – 9, косовским албанцам – 8). Правда, в ряде случаев следствие пришлось прекратить – видимо, за явной абсурдностью обвинений. 

     Вот лишь один пример. Трибунал вполне серьезно потребовал от властей Сербии задержать некоего Грубана Малича. Каково же было удивление следователей, когда выяснилось, что Малич – вымышленная фигура, персонаж популярного в Сербии романа «Герой на осле». А все потому, что какой-то сербский журналист написал пародию на классическое сообщение о балканской войне в западной прессе, в которой придуманный Малич был выставлен военным преступником. Обвинение отозвали.

     Тем не менее, судьям удалось довести до логического конца (вынесения приговора) 68 дел. И здесь снова обнаружился своеобразный «национальный колорит». Из 42 сербов оправдали только одного. Зато были признаны полностью невиновными 5 хорватов (из 14), 3 боснийца (из 7) и 2 косовара (из 3). Причем подавляющее большинство осужденных боснийцев и хорватов получили небольшие сроки или были освобождены досрочно, так что сегодня уже вернулись в родные края свободными людьми.

     ПОЧЕМУ ОНИ НЕ В ГААГЕ?

     Хашим Тачи («Змей») – первый премьер-министр самопровозглашенного государства Косово.

     Самый знаменитый полевой командир ОАК. Один из главных фигурантов скандально известной книги бывшего прокурора Гаагского трибунала Карлы дель Понте. Именно Тачи обвиняли в многочисленных убийствах сербов с целью изъятия и продажи органов. Впрочем, это не мешает премьеру ездить по всему свету и вести активный диалог о мире и сотрудничестве. 

     Агим Чеку – премьер-министр Косово в 2006–2008 годах.

     Отличился еще в 1993-м, воюя в составе хорватской армии. Тогда при нападениях на Медак, Читлук и Почитель в регионе были уничтожены все сербские села. В 1998-м занял должность начальника Главного штаба ОАК. 

     Но и после этого, если верить его «почитателям», занимался убийствами, похищениями людей и грабежом имущества Сербской Православной Церкви. В 2002 году Сербия объявила Чеку в розыск по обвинению в геноциде мирного сербского населения, но международное сообщество как-то не спешило его выдавать. Агима, правда, задерживали (в 2002 году в Любляне и в 2004 году в Будапеште), но оба раза в дело вмешивались руководители Гражданской миссии ООН в Косово. С их помощью Чеку до сих пор дышит воздухом свободы и даже возглавляет Корпус защиты Косова – военную структуру, созданную для легализации бойцов ОАК после вступления в Косово войск НАТО.

     Фехми Муйота («Куби») – министр обороны «независимого» Косова.

     В начале 90-х он, если верить СМИ, вместе с отцом занимался скромным семейным бизнесом – контрабандой оружия и боеприпасов. Вероятно, из-за больших успехов на этом поприще в разгар балканских событий он предпочел перебраться в Западную Европу и даже получил шведское гражданство (видимо, как жертва военных действий). В 1998-м вернулся на родину, чтобы сражаться против сербов в рядах Армии освобождения Косово (ОАК).

     Сегодня полиция демократической Сербии разыскивает Муйоту, чтобы задать ему несколько неприятных вопросов по поводу похищений, пыток и убийств людей (главным образом, сербов и цыган, но также и нелояльных ОАК этнических албанцев) и торговли наркотиками.

     ОНИ НЕВИНОВНЫ?!

     Рамуш Харадинай – премьер-министр края Косово в 2004–2005 годах. 

     Ныне председатель партии «Альянс за будущее Косова». В бытность свою полевым командиром ОАК господин Харадинай, как утверждают, лично казнил не менее 67 человек и еще 267 человек были убиты по его непосредственному приказу. Согласно материалам обвинения, бывшим косовским премьером было организовано похищение 400 человек (преимущественно сербов) для последующей перепродажи их органов за рубеж.

     Приговор Гаагского трибунала – невиновен 

     по всем 37 пунктам обвинений. На фоне такого вердикта даже не выглядит странным, что из 98 свидетелей 9 убиты или умерли при невыясненных обстоятельствах, часть отказалась от показаний, а остальные вообще не явились в суд.

     Фатмир Лимай – до недавнего времени вице-президент Демократической партии Косово.

     В 1998 году – полевой командир ОАК и, как считается, один из начальников лагеря Лапульсник, где, по данным следствия, содержались сербские мирные жители, которых постоянно подвергали пыткам. Впоследствии по приказу Лимая все они были расстреляны в Косово. 

     Внимательно изучив дело, Гаагский трибунал решил Лимая… отпустить.

     Насер Орич – боснийский полевой командир.

     Орич командовал крупным отрядом боснийских мусульман, расположившимся в печально известной Сребренице. В 1998 году в окрестностях это города были уничтожены около 150 сербских сел. И именно за ним в Сребреницу прибыли отряды Республики Сербской.

     Следствие установило, что за время пребывания в городе бравых ребят Орича там были убиты более 3 тыс. сербов (включая женщин и детей). И Гаагский трибунал этих фактов не отрицает. Вот только Орича считает «полностью невиновным», так как он… никак не может нести ответственности за своих «необузданных» подчиненных.

     

     





Спешите подписаться на журнал “Планета”!