Введение. Аркаим – неизвестность и слава

         Наше время падко на сенсации. Чем ярче, невероятнее, необычнее факты, тем дольше они задерживаются в сознании «широких масс». Чтобы тема постоянно была на слуху, она должна обрастать все более фантастичными и «вкусными» подробностями – а то забудут.

              Одна из подобных сенсаций нашего времени – Аркаим. О древнем городище на юге Челябинской области снимают фильмы, ему посвящают передачи, о нем говорят ученые, мистики, оккультисты, неоязычники – в общем, все. Аркаим известен? Бесспорно, да! Хорошо ли это? А вот тут сразу и не скажешь. Научная ценность находки – по-настоящему величайшего археологического открытия конца прошлого века – уже сейчас может быть погребена под завалами баек о местах силы, НЛО и Русской империи каменного века. Мировая наука к Аркаиму и всему связанному с ним относится весьма осторожно. Не потому ли, что паразитирующие на нем псевдоисторики не позволяют воспринимать эту находку всерьез? И только одно оправдывает шумиху вокруг челябинского феномена – она не позволяет забыть про Аркаим. Ведь в качестве археологической ценности в современной России он мало кому нужен…

              Вот и прозябает великое открытие на правах экспериментального природно-ландшафтного заповедника, причем даже не самостоятельного, а филиала Ильменского историко-археологического заповедника. И его руководство как манны небесной ждет хоть какого-то финансирования. А тем временем по территории толпами бродят родноверы, оккультисты, адепты космического разума и вообще все кому не лень. Такую ли судьбу прочили своей находке археологи С. Г. Боталов и В. С. Мосин – первооткрыватели Аркаима?

 

Как в кино

     История открытия Аркаима в чем-то напоминает советский фильм, в котором путь ученым подсказывают дети. Участникам экспедиции Боталова и Мосина место древнего городища показали школьники. История даже сохранила их фамилии – Воронков и Ерзиль. До этого момента маститые археологи, осматривая окрестности, ежедневно проходили здесь, даже не обращая внимания на невзрачные холмики. И только поговорив с мальчиками и поднявшись в воздух, ученые увидели то, что искали.

 

Часть первая. Аркаим – обретение сенсации

     Аркаим был открыт в 1987 году отрядом Урало-Казахстанской археологической экспедиции, которая производила охранные раскопки в зоне затопления Больше-Караганского водохранилища. В то время перед началом любых работ территорию будущей стройки проверяли археологи – не пострадает ли историческое наследие. Правда, в случае с Аркаимом было несколько иначе. Когда обнаружили городище, возведение плотины для водохранилища уже шло. И ученым пришлось одновременно проводить исследования и добиваться прекращения работ. 

     Следует признать, что на тот момент находку не считали чем-то из ряда вон выходящим. Боталов и Мосин сразу отнесли Аркаим к Синташтинскому типу эпохи бронзы, а культура эта считалась уже достаточно хорошо изученной.

 

Синташта

       Комплекс археологических памятников в Синташте был открыт на правом берегу одноименного притока реки Тобол еще в 1968 году экспедицией Генинга и Здановича. Раскопки велись до 1986 года. Несмотря на то, что само городище оказалось сильно разрушено изменившимся руслом реки, археологам удалось восстановить его планировку. Комплекс представлял собой кольцо оборонительных стен с входами на юге и на севере, сложенное из дерева и грунта, и ров. Изнутри к стене примыкали крупные жилые постройки.

       К слову, в одном из близлежащих могильников ученые обнаружили боевую колесницу, которую по лежащим рядом лошадиным костям датировали 2026 годом до н.э. Эта находка стала древнейшим сохранившимся образцом боевой повозки.

     Может, именно поэтому, а может, потому, что строительство плотины зашло уже достаточно далеко, но работы остановлены не были. И началась компания за спасение Аркаима. К делу подключилась широкая общественность. В редакцию газеты «Наука Урала» приходили десятки писем:

     «Уральское отделение Академии наук должно поставить вопрос решительно, вплоть до выхода из состава АН, в случае если Аркаим не будет защищен».

     «До каких пор чиновники будут решать, что нужно народу, а что нет. Минводхозу Аркаим не нужен. Он нужен нам».

     «Если Аркаим не будет спасен, идея социализма для меня падет окончательно».

     В конце концов стройка встала – и на Аркаимском городище начались археологические раскопки, которые почти сразу показали – новый памятник гораздо богаче Синташты.

     Это, конечно, не значит, что под слоем челябинского чернозема исследователям открылись золотые клады, древние библиотеки или чудом сохранившиеся постройки. Все находки состояли из нескольких тысяч осколков керамики, каменных и костяных орудий, да пары бронзовых изделий. Однако уцелевшие руины позволили достаточно легко и полно восстановить облик городища.

     Впоследствии археологи не раз удивлялись, как Аркаим столько лет оставался неизвестен науке – ведь располагался он не где-то в лесных дебрях или труднодоступных горах, а был прямо перед глазами. Над ним летали самолеты, по нему ходили люди – да и сами члены экспедиции Боталова и Мосина почти ежедневно шли на раскопки прямо через городище – и никто ничего не видел! Кто-то пошутил, что Аркаим сам «открылся» потомкам. На беду, эту шутку подхватили мистики и оккультисты…

     Часть вторая. Аркаим – «дедушка» Трои

     Ученые любят давать прозвища своим детищам. Так произошло и с Аркаимом: то ли Зданович, то ли кто-то из его сотрудников окрестили древний город «дедушкой Трои». Естественно, имелась в виду древность городища – приуральская находка старше гомеровской Трои на многие века… Но в выборе имен надо быть осторожным! Ведь никто не мог предположить, что через какой-нибудь десяток лет Аркаим «вознесут на щит» сторонники теорий, утверждающих, будто все люди произошли от славян.

     Что же представляет собой Аркаим?

 

Что в имени?

     Как это часто бывает в археологии, своим именем городище обязано современной топонимике. Аркаимом назывались сопка и урочище поблизости. Это имя, скорее всего, произошло от башкирского «арка» – «хребет», «спина», «основа». Сами жители древнего городища, разумеется, называли его совсем по-другому. Однако сейчас большой популярностью пользуется фантастическая версия – якобы Аркаим по-древнеславянски означает «город Медведя-Велеса» («арк» – это, оказывается, медведь). А построила город ни много ни мало славянская богиня Славуня, жена Богумира, дочь Мана, внучка Бармы и правнучка самого единого бога славян – Рода.

     Археологические отчеты дают нам скупые и точные описания: «…поселение фиксируется в виде двух, вписанных друг в друга, колец земляных валов с 4 проходами внешнего рва, двух кругов жилищных впадин и центральной площадью. Валы являются остатками оборонительных стен, сложенных из грунта, сырцовых блоков и дерева». И так далее. Но мы попытаемся представить, как выглядел Аркаим 4 тыс. лет назад.

     Первым, что открывалось взору путника, подошедшего к городу, были внешние укрепления – двухметровый обводной ров, заполненный водой, и мощные оборонительные стены. При высоте 5,5 м они имели ширину 5 м и состояли из деревянных клетей, заполненных грунтом вперемешку с известью. Такой способ постройки укреплений применялся и тысячелетия спустя. Снаружи деревянные срубы защищала от огня и непогоды кладка из сырцового кирпича. Описывая идеальный круг диаметром в 150 м, стена надежно защищала городище от пока неизвестных науке врагов. Попасть внутрь можно было либо через самые большие юго-западные ворота, либо через один из трех проходов поменьше. Пройдя по сужающемуся коридору, путник оказывался на внутренней улице Аркаима, идущей по кругу вдоль внутренней стены – более тонкой – 3 м, но и более высокой – почти 7 м. Сама улица была широкой даже по меркам более поздних средневековых городов – 5 м. А под ее бревенчатым настилом находилась двухметровая канава – избытки воды просачивались в нее и по специальному желобу отводились во внешний ров. Сюда же выходили стоки из жилых домов. Так что Аркаим имел пусть и достаточно простую, но эффективную ливневую канализацию.

 

То ли город, то ли дом

     Почти любое поселение, развиваясь, растет. Однако это не относится к Аркаиму. Весь он – с двумя кольцами стен, внутренней улицей и верхними мостовыми, проходящими по крышам жилищ, – был построен по единому проекту. Археологи даже обнаружили следы так называемого «нулевого цикла» – перед началом строительных работ верхний слой грунта был снят, а «материк» тщательно выровнен.

     Все это абсолютно не вязалось с привычным обликом древнего городища раннего бронзового века. Поэтому нашлись «специалисты», которые объявили, что Аркаим на самом деле никакое не древнее городище, а форт XVIII века и «количество казематов очень хорошо согласуется со структурой батальона».

     Однако самая интересная особенность Аркаимского городища в том, что жилые постройки и стены образуют единое целое, прилегая друг к другу торцами. По сути, комплекс был, скорее, большим многоквартирным домом, а не городом в привычном понимании этого слова. К внешней стене примыкало 35 жилищ, к внутренней – 25. Все они имели общие боковые стены и примерно одинаковую «планировку». За входом располагался дворик – вернее, «прихожая». Здесь был вырыт колодец и оборудовано небольшое хранилище. Тут же стоял своеобразный очаг, который археологи назвали «кухонным блоком». Хотя на самом деле это была и кухонная, и отопительная, и металлургическая печь одновременно. Изюминка конструкции заключалась в том, что печь и хранилище были связаны трубами с колодцем. Холодный и влажный воздух обеспечивал такую тягу огню, что бронзу удавалось плавить без мехов. А хранилище превращалось в простой и надежный «холодильник». В общем, можно сказать, что древние жители Аркаима устроились со всеми удобствами.

     Да и площадь каждой «квартиры» была немаленькой – до 180 м. По мнению археологов, жилая часть дома делилась на отдельные комнаты, и в них могло селиться до 60-70 человек. Таким образом, по предварительным оценкам, население Аркаима составляло около 3,5 тыс. человек! Жители занимались ткачеством, столярничали, однако самым главным занятием была металлургия – печи в каждом из раскопанных жилищ несут на себе следы многочисленных плавок. В них закладывали дробленую руду, дрова и кости, которые играли роль флюса – добавки для снижения температуры плавления, и плавили с помощью искусственной тяги из трубы, ведущей в колодец. Из полученной бронзы делали ножи, серпы, струги, шилья, украшения. Ученые считают, что именно близость компонентов для изготовления бронзы привела к расцвету Аркаима и подобных поселений. И именно такая специализация вынуждала жителей городищ строить столь мощные укрепления – для любого окрестного племени контроль над мастерами-металлургами стал бы настоящим золотым дном.

 

Наоборот

     Раскопки Аркаима позволили высказать сенсационное предположение. Похожие бронзовые орудия, встречающиеся от Приуралья и до Эгейского моря, ранее считались предметами «импорта» с берегов Средиземноморья к Уральским горам. На самом же деле они, похоже, двигались в обратном направлении – «родиной» таких изделий вполне могли стать плавильни Аркаима.

     

     Вообще Аркаим можно, с небольшой натяжкой, назвать одним из самых первых ремесленных центров – археологи доказали, что его жители не держали домашний скот и, скорее всего, не занимались земледелием. Город был центром обширной сельскохозяйственной округи – вокруг обнаружено несколько неукрепленных поселений, обеспечивавших комплекс всем необходимым.

     Однако вернемся в сам Аркаим и «заглянем» за его внутреннюю стену. Жилища в центре ничем не отличались от «квартир» внешнего круга. Но попасть внутрь этого кольца можно было только через узкий проход в юго-восточной его части. Вероятно, тем, кто жил здесь, было что скрывать не только от чужаков, но и от своих соседей. Может, округлая площадь в центре города являлась чем-то вроде святилища? А может, все еще интереснее?

     Часть третья. Аркаим и Стоунхедж

     Астроархеолог Константин Константинович Быструшкин считает, что «по совместительству» Аркаимское городище являлось пригоризонтной обсерваторией.

 

Пригоризонтные обсерватории 

     Обсерватория в современном понимании – это специальное научное учреждение. Ну, или здание особой конструкции – с куполом, телескопами и множеством точных приборов для ведения астрономических наблюдений. Но обсерватории древности под это описание не подходят. У наших предков не было ни телескопов, ни даже астролябий. А наблюдения велись не в глухую ночь, а утром и вечером – на восходе и на закате. Поэтому такие обсерватории называют «дневными». А еще «пригоризонтными» – потому что основным занятием древних астрономов было наблюдение за восходом и закатом солнца. В эти моменты на него можно смотреть невооруженным взглядом. Справедливости ради надо отметить, что ночью также велись наблюдения – отмечалось движение полной луны.

     Подобные исследования были очень важны. Они являлись единственным доступным в то время способом составить точный календарь и определить продолжительность года – что особенно важно для земледельческих культур. Но древние астрономы пошли еще дальше – наблюдая за движением Луны, они вычисляли даже прецессию – движение оси вращения Земли.

     

     Одно из самых известных сооружений подобного типа – знаменитый Стоунхендж. Догадка о том, что это именно обсерватория, было высказано еще в середине XVIII века. Однако окончательное подтверждение гипотеза получила только двести лет спустя. И далеко не сразу. Например, Ричард Аткинсон – главный исследователь Стоунхенджа в ХХ веке – очень долго сопротивлялся вмешательству «небесной механики» в свои археологические дела, однако в конце концов вынужден был сдаться под напором новых доводов.

     Удивительно, но между Аркаимом и Стоунхенджем действительно много общего. Они расположены практически на одной широте, имеют сходный возраст, находятся в чашеобразной долине с рельефным горизонтом. И при этом внутренняя часть Аркаима в точности равна по диаметру кругу «лунок Обри» – ям от столбов самого древнего кольца Стоунхенджа – чуть больше 86 м.

     Как же «работали» Аркаим и Стоунхендж? Для пригоризонтной обсерватории необходимо наличие трех составных элементов, которые можно назвать «рабочее место наблюдателя», «ближний визир» и «дальний визир». В роли последнего выступает обычно неподвижная естественная деталь ландшафта или искусственная отметка – например, скала или каменный столб. Ближний визир устанавливается метрах в десяти от наблюдателя. Это может быть любая деталь конструкции – важно только, чтобы верхний край визира с точки зрения наблюдателя совмещался с горизонтом и дальним визиром. Ну а рабочее место должно фиксировать положение наблюдателя, чтобы он всегда смотрел из одной и той же точки. Если упростить схему, то работу древнего астронома можно сравнить со стрельбой из винтовки, где объект играет роль цели, дальний визир – мушки, ближний – прицела, а приклад – рабочего места.

     В Стоунхендже Джеральд Хокинс обнаружил десять рабочих мест и двенадцать ближних визиров, что позволяло отмечать 15 событий в годичном движении Солнца. Но дальних визизров не было – возможно, они не сохранились – и поэтому результаты наблюдений оказались не слишком точны.

     Что касается Аркаима, то, по мнению Быструшкина, «сердцем» обсерватории была как раз внутренняя стена, на которой располагались и рабочие места, и ближние визиры. Используя реконструкции археологов, ученый предположил наличие четырех рабочих мест и восьми ближних визиров. Кроме того, он уверяет, что обнаружил еще восемнадцать дальних визиров вокруг городища. Используя всю эту систему, древние аркаимские астрономы могли наблюдать все восемнадцать значимых событий в годовом движении небесного светила.

     Но погодите – возмутится взыскательный читатель – как могли астрономы работать в обсерватории, которая одновременно была городом с населением более 3000 человек и кроме того имела развитую местную «промышленность»? Ведь всем известно, что современные исследователи небесных светил стараются расположиться в уединенных местах.

     Однако для дневных, или пригоризонтных, обсерваторий ни дымы кухонь, ни чад плавилен помехой не были – скорее, они помогали наблюдателям, образуя как бы естественный фильтр, рассеивающий солнечный свет.

     Рассматривая Аркаим как обсерваторию, ученые обнаружили, что все сооружение очень четко ориентировано по сторонам света. С точностью до минуты на линии горизонта выставлены отметки, обозначающие широтную (Запад-Восток) и долготную (Север-Юг) линию. И вообще, по точности ориентировки конкуренцию Аркаиму могут составить только… египетские пирамиды. Дальше – больше. Вся конструкция древнего городища пронизана символизмом «небесной механики». Если это действительно так, то Аркаим сразу становится в один ряд с рисунками в пустыне Наска, Калленишем в Шотландии и Зорац-Каром в Арменни.

     Однако в случае с этим городом результаты исследований весьма условны. Тот же каменный Стоунхендж находится в относительной сохранности – хотя там один из лихих «реконструкторов» как-то «подравнял» кольца каменных кромлехов. Но вот приуральская обсерватория была не просто разрушена – она полностью погибла в огне.

 

Астроархеология

     С пригоризонтными обсерваториями у ученых есть уникальная возможность «отмотать время назад». Ведь расположение светил на небосводе изменяется – и немалую роль тут играет не только взаимное движение объектов в Солнечной системе, но и та самая прецессия. В результате старые визиры утрачивают свою актуальность. Однако сегодня, отталкиваясь от их местоположения, можно рассчитать возраст обсерватории. Этим занимается наука астроархеалогия. Долгое время археологи не желали пускать астрономов в свой огород, но когда их расчеты стали совпадать с другими способами датировки, пришлось смириться с очевидным – методы астроархеологии работают! Для Стоунхенджа возраст определили в 4 тыс. лет (вернее, его отнесли к XIX веку до н.э. плюс-минус столетие). Примерно тогда же был возведен Аркаим.

     Часть четвертая. Аркаим и Страна Городов 

     Загадочный город – далеко не единственный в южном Приуралье. Незадолго до него было открыто городище Синташта. И на этом список не исчерпывается. Сегодня на карту нанесено семнадцать таких комплексов, а всего известно более двадцати. Что же касается неукрепленных селищ синташтцев – они исчисляются десятками. «Ареал» Синташтской культуры раскинулся на 400 км с севера на юг вдоль восточных склонов Южного Урала и на 120-150 км с запада на восток. При этом его восточная граница, как считают исследователи, возможно, отодвинется еще дальше.

     Все синташтские городища укреплены наподобие Аркаима – стены и рвы образуют достаточно сложную для своего времени фортификационную систему. А вот общая планировка комплексов несколько отличается – шесть городов, включая Аркаим, построены по кольцевой схеме. Еще шесть – имеют вид правильного овала. Однако большинство образуют в плане прямоугольник. Два – Степное и Куйсак – наиболее интересны – здесь наблюдаются все три варианта планировки. Археологи предполагают, что вначале их возвели по овальной схеме, потом переделали в круговые и наконец, на закате Синташтской культуры, перестроили по прямоугольному плану.

     Эти открытия сразу сняли вопрос об уникальности Аркаима. Стало ясно, что его обитатели не свалились с Луны и не прилетели с Марса – они принадлежали к многочисленному и достаточно развитому племени. От примитивных овальных городищ синташтцы перешли к строительству сложных «городищ-домов» по принципу Аркаима, а когда их цивилизация склонилась к закату, снова вернулись к более простым прямоугольным постройкам. Что касается Аркаима, то он, вероятно, был возведен – а потом и оставлен – в эпоху ее расцвета.

     Всего 150 лет – расцвет этой культуры был коротким. Потом синташтцы ушли. Археологи так и не нашли следов каких-либо катаклизмов или военных конфликтов. Аркаимское городище было сожжено дотла. Здесь не осталось ни орудий труда, ни оружия – лишь осколки керамики да прочий мусор, который люди оставляют, перебираясь на новое место. Все это позволило ученым предположить, что жители покидали город организованно и в полном порядке и, может быть, сами подожгли его.

     Почему построившие Аркаим люди оставили Южное Приуралье, остается загадкой.

     Профессор И. В. Иванов считает, что ответ на этот вопрос надо искать далеко на юге – в Средиземноморье. 3500 лет назад гигантский взрыв вулкана Санторин (того самого, который уничтожил Кносскую цивилизацию) вызвал глобальную экологическую катастрофу. На значительной части нашей планеты установилась погода вроде той, которую нам обещают при ядерной зиме. На Южном Урале резко похолодало – и синташтцам пришлось податься на юг.

 

«Страна Городов», или осторожнее с названиями

     «Официальное» название цивилизации, построившей Аркаим и другие города в южноуральской степи, – «Синташтская культура ранней бронзы» или «протогородская цивилизация бронзового века на Южном Урале». Однако то ли красоты ради, то ли для журналистов – чтоб было попроще – исследователи Аркаима ввели в обиход название «Страна Городов». К сожалению, это упрощение «подогрело» воображение псевдисториков, рассказывающих всякие околонаучные байки. Логика проста. Страна – значит государство. Государство городов. То есть на Южном Урале 4 тыс. лет назад существовало государство с развитой городской инфраструктурой (между прочим, это примерно время Египетского Среднего царства). Южный Урал – русская земля – следовательно… Сенсация! Одновременно с Древним Египтом на Южном Урале существовало древнерусское государство с развитой городской инфраструктурой! Вот такой неожиданный результат дало «упрощение названия».

     

     Часть пятая. Аркаим, индоевропейцы, славяне… 

     Настало время поднять вопрос – кто же такие синташтцы? Результаты археологических исследований со всей определенностью говорят, что они были индоевропейцами. Точнее, даже индоиранцами. Время существования синташтской культуры позволяет предположить, что именно из предгорий Южного Урала эти племена начали свой путь на юг. Впоследствии потомки синташтцев создавали Персидскую державу и покоряли Индию. А значит, в период существования Аркаима закладывались основы того, что впоследствии стало «Ригведой» и зороастрийским учением. Таким образом, историческая роль Синташтской культуры приобретает мировое значение. Но есть еще более смелая гипотеза – предгорья Южного Урала стали лишь короткой остановкой в движении индоевропейских племен на юг с севера – из загадочной Гипербореи…

     К сожалению, тут научные гипотезы вплотную соприкасаются с мистическими и фантастическими материями, излишнее увлечение которыми наносит огромный вред исторической ценности Аркаима. Отдельные «ученые» ставят все с ног на голову, объявляют синташтцев праславянами – предками всех индоевропейцев и индоиранцев в частности. А заодно – еще и загадочных шумеров. Правда, для этого приходится «удревнять» Аркаим еще на пару тысячелетий. А лучше – вдвое. Ну и что? Бумага все стерпит. Еще можно добавить: поскольку некоторые ведические божества высокие и белокожие – они тоже праславяне. Можно рассказывать, что в районе Аркаима фонтанируют невиданные по силе источники космической энергии, писать о чудесах «Кривого Леса», искать НЛО, набирать «целебную воду» из Большой Карганки, мазаться «заряженной» глиной и водить хороводы по выложенным из камня спиралям (не имеющим никакого отношения к Аркаиму, а просто сложенным местными «партизанами» из собранных в отвалах булыжников). Можно вещать, что каждому, кто побывает на Покаянной Горе, отпустятся все грехи, а тот, кто посидит на горе Шаманке (другое ее название – Лысая Гора), зарядится позитивной энергией. И уж конечно, нужно рассказывать симпатичным туристочкам о горе Любви, посещение которой приносит удачу в интимной жизни. Можно все. Только не приведет ли это к тому, что мировая наука попросту отмахнется от Аркаима…