Есть ли жизнь после смерти? Разгадать эту загадку гораздо сложнее, чем ответить на знаменитый вопрос – «Есть ли жизнь на Марсе?» Потому как на красную планету нацелены линзы сотен телескопов, на ее поверхности установлено многомиллионное оборудование. А вот как исследовать загробный мир?

     Веками люди верили, что после земной жизни их ожидает существование в каком-то ином месте. Просто в подземном царстве, в безвремении и небытии, на небесах, но чаще всего – таков уж род человеческий – в аду.

 

Нижнее место

     Допустим, это так – но что такое ад? Существует ли он на самом деле? Казалось бы, христианская религия дает на этот вопрос вполне однозначный ответ. Однако многие протестанты отвергают существование ада – мол, милосердный Бог не мог сотворить такого ужасного места.

          Где находится ад? Принято считать, что под землей – это следует из самого его названия (на латыни Infernum – «нижнее место»). И французский, испанский и итальянский языки переняли именно это слово. В английском закрепилось пришедшее из Скандинавии слово «Hell» (от имени Хель, мифической повелительницы мира мертвых). А русское слово «ад» – это преображенный греческий Аид. При переводе Писания на греческий язык это название было использовано вместо древнееврейского Шеола, который на самом деле упоминается в Библии. В талмудических текстах Шеол, в отличие от Аида, находится не под землей, а словно бы в ином пространстве, «за горами тьмы», причем оттуда можно увидеть рай.

          Понятие «под землей» – довольно условное. Может быть, имелось в виду «под миром» – вне его? Одно событие, произошедшее почти сорок лет назад, дало специалистам по «адской географии» немало пищи для размышления. 9 августа 1973 года астронавты НАСА с борта космического корабля «Скайлэб-2» передали на Землю странное и пугающее сообщение, которое повергло в шок всех сотрудников Лаборатории космических исследований США. Оно звучало так: «Ад находится в центре Солнца. Мы видим, как горят мертвые. Мы видим ад». На несколько мгновений, показавшихся землянам вечностью, связь прервалась, а затем возобновилась – передачей обычных для такой экспедиции данных.

           Вплоть до 1985 года об этом инциденте не вспоминали – по крайней мере, официальные источники хранили молчание. Но в 1985-м в журнале «Мировая наука» была опубликована леденящая кровь статья о том, что на самом деле увидели астронавты со «Скайлэб-2». Исследуя солнечные вспышки с помощью спектрогелиографа, ученые зафиксировали на пленке взрыв необычайной силы. С поверхности огненного шара взвился вверх огненный столб высотой в 800 тыс. км и… застыл на 70 секунд. В струе газа астронавты отчетливо разглядели искаженные болью человеческие лица. Была ли это галлюцинация или они действительно увидели ад?

           Проще было бы согласиться с первой версией, тем более что на фотопленке изображения были довольно размытые и с нечеткими очертаниями – если бы не другие скандально-сенсационные сообщения из космоса. Будто бы в мае 1993 года телескоп «Хаббл» запечатлел призрачные фигуры людей и животных, парящих в вакууме. Это произошло во время исследований, посвященных влиянию Солнца на планету Нептун. Испанский теолог Педро Гарсия незамедлительно отреагировал – он заявил, что в этой части Солнечной системы расположено чистилище – место между адом и раем, где души ожидают суда. А автор 11 книг о внеземных формах жизни Ален де Вольер пришел к однозначному заключению, что телескоп увидел инопланетян. Эзотерические сообщества заговорили о внутренней энергии человека, первоисточнике жизни, которая после смерти улетает в космос и сохраняет там еще некоторое время форму человека. Наверное, каждый видит то, что хочет видеть.

          Христианское представление об аде как об «огненной стране» происходит от упоминания «геенны огненной» в качестве ассоциации с загробными мучениями. Само понятие геенны произошло от пустынной долины Еннома недалеко от Иерусалима, куда из большого города свозились и затем сжигались мусор и трупы животных. Очевидно, евангелистам этот символ показался подходящим для наказания грешников в загробном мире. Иные религии и мифологии часто предпочитали адскому огню другие ужасы – так, в подземном мире Хель – Хельхейме, где царит вечный холод, болезни и голод, пожалуй, даже обрадовались бы небольшому костерку.

     Дорога в ад

           Попасть в ад – не самая привлекательная перспектива. Но все же предания сохранили имена тех немногих смельчаков, которые с той или иной целью посещали это негостеприимное место еще живыми. И если покойников в ад препровождают особые мифические существа – смерть с косой, лодочник Харон – то живым нужно постараться, чтобы добраться туда.

          Где находится дорога в ад и как ее узнать, кроме как по устилающим ее добрым намерениям, мы сейчас разберемся. Многие считают вратами ада жерло вулкана (Везувия или Этны). Также с входом в преисподнюю у суеверных людей ассоциировались все узкие и глубокие колодцы. Греческие мореходы считали, что путь в царство мертвых начинается в скалах Карадага в Крыму. Данте идет к адским вратам через дремучий лес. Можно избрать и другой маршрут – через разинутую пасть библейского Левиафана. Во многих средневековых миниатюрах вход в ад изображен в виде головы старца или чудовища с открытым ртом – это, должно быть, оставшееся с античных времен представление о всепоглощающем Океане. Он, по мнению древних греков, был огромной рекой, расположенной на крайнем западе и омывающей землю, и за ней находился вход в Аид. По другой версии, Океан – часть речной системы подземного мира, вместе с Летой, Стиксом и Ахероном.

      Кстати, последнее название – вполне реальное. В Феспротии (регион Греции) на самом деле протекает река Ахерон. В верховье этот узкий извилистый поток пересекает мрачную гористую местность, а в одном месте на протяжении 5 км проходит через глубокое ущелье, чтобы затем влиться в Ахерузийское озеро-болото, известное своими вредными испарениями. Вблизи этого озера находился древний оракул. Этот факт, а также общее пугающее впечатление, которое производила река, заставили древних эллинов назвать ее Ахерон, «река скорби», а так же поверить в то, что рядом с Ахерузийским озером находится вход в царство мертвых. 

      А вот в ветхозаветное царство тьмы Шеол ведет не одна дорога, а целых три. Первая начинается близ Иерусалима, вторая – где-то в центре Аравийской пустыни, а третья – на дне морском. При этом у Шеола 40 тысяч входов, так что попасть туда в принципе не представляет труда.

     Только три мифических героя убедили или заставили Харона перевезти их через Стикс живыми – Геракл, Орфей и Эней. Эней пробрался в Аид с помощью золотой ветви из сада Персефоны, открывающей двери в ад любому. Великому Гераклу артефакт не понадобился, хватило свирепого взгляда, чтобы перепуганный Харон переправил его на другой берег Стикса, даже не потребовав платы. А Орфей воспользовался силой искусства – сыграл Харону на кифаре.

     Врата ада и его прихожая

          В древности реки были очень важным путем сообщения между городами. Именно поэтому их считали и дорогами в мир иной. Чтобы попасть в царство смерти, нужно было пересечь реку на ладье Харона. Греки представляли его мрачным, молчаливым старцем, внушающим ужас своим равнодушием. А этруски видели Харона крылатым демоном с горящими глазами, с вплетенными в волосы змеями и молотом в руке. Он не перевозил души на челне, а добивал их своим оружием и тащил в Аид.

          А вот в Хельхейме, скандинавской стране мертвых, паром не предусмотрен. Непроходимую реку Гйоль не может пересечь живой человек, если на то нет воли самой Хель. Все души попадают в Хельхейм черед подземный путь, который начинается под одним из корней мирового древа Иггдрассиль.

          Собирается ли человек всего лишь погостить в аду или попадает туда навсегда, ему не миновать адских врат, о которых говорит Новый Завет. Есть они или нет – вопрос нерешенный. Старофранцузская поэма «Гюон Овернский» говорит, что врата были разрушены Христом после его нисхождения в преисподнюю, и восстановят их лишь после Страшного суда. Но Данте на пару с Вергилием находят их целыми, «распахнутыми поднесь». А вот св. Иоанн в своем «Откровении» пишет, что уходя из ада, Христос вывел оттуда праведников и закрыл там грешников и демонов, а ключ унес с собой. «…Имею ключи ада и смерти», – так сказано в книге.

          Подземное царство майя Шибалба было девятиуровневым, и на каждом был свой повелитель и «дом пыток». Имен история не сохранила – всех злых подземных богов вместе называли Болон-Ти-Ку. Майя не питали иллюзий по поводу своей нравственности – после смерти в Шибалбу попадали практически все. В дорогу умершим родственники давали красивую расписную керамику – чтобы было откуда попить воды и чем хотя бы на время откупиться от мучений.

          Входом в Шибалбу древние американцы считали глубокие пещеры, которыми богата Южная Америка. К примеру, в одной из них – Нах-Тунич, открытой в 1979 году, археологи нашли множество захоронений, так что, скорее всего, она считалась магистральными воротами в ад.

          Неизбежный атрибут смерти – забвение. Умер тот, кто потерял память о своей прошлой жизни – так считали античные мудрецы. Поэтому души, попадавшие в царство Аида, должны были испить воды из реки Леты, после чего теряли все воспоминания о земной жизни. Лишь особо выдающимся было разрешено оставить память – таким, как, к примеру, слепой старец Тиресий, обладавший даром прорицания, споривший с царями и говоривший при жизни от имени богов.

          Казалось бы, где вход – там и выход. Но в случае с подземным царством это не всегда так. К примеру, когда Гераклу пришлось спуститься в Аид, чтобы привести своему тогдашнему хозяину Эврисфею трехголового адского пса Кербера, он спустился с Ахерусийского полуострова, а вышел по разным версиям позади храма Хтонии в Трезене, из пещеры в храме Посейдона на мысе Тенар или около Коронеи в Беотии.

          В конце прошлого века СМИ разнесли по миру новость – при бурении сверхглубокой Кольской скважины в толще земной коры были записаны стоны и крики. Неужели там, в глубине, и правда расположена преисподняя? Очень долгое время представления ученых о строении Земли были не более чем теорией – человек не обладал аппаратурой, достаточно совершенной, чтобы продвинуться более чем на несколько сотен метров в каменную толщу. Но во второй половине ХХ века прогресс подарил геологам такую возможность. Повсеместно началось бурение сверхглубоких скважин.

          Американцы принялись за дело в районе острова Мауи на Гавайях, где кора, по данным ученых, не превышает 5 км в толщину (правда, под четырехкилометровым слоем воды). Но увы, ни они, ни экспедиции других государств не смогли продвинуться дальше, чем на три километра. По достижении этой мистической цифры начинали происходить странные вещи – буры попадали в области сверхвысоких температур там, где этого не могло быть, их наконечники словно бы откусывал какой-то демон…

          В 1970 году началась разработка Кольской скважины – и мир замер в ожидании. К 1992-му буровикам удалось углубиться на 12 262 метра! Ученые ожидали, что температура окружающей породы будет сравнительно низкой вплоть до 15 км, но ошиблись. Уже на 5 км она достигла 700 градусов, а на 7 – 1200. А теперь вспомним эту прекрасную газетную утку про запись «криков и стонов» – это какая же аппаратура, какие микрофоны способны выдержать такой жар, да еще и что-то там записать? Конечно, обстановка в глубине Кольской скважины весьма напоминает ад, но это вовсе не значит, что так оно и есть.

          Однако люди больше верят журналистам, чем ученым. Скоро скважину, которая должна была стать (и стала!) дорогой знаний и надежды, стали именовать дорогой в ад. А самые суеверные утверждали – каждый новый пробуренный километр приносит разрываемой перестройкой стране новые несчастья.

         В тексте «Божественной комедии» не говорится прямо, из какого места Данте попал в ад. Однако легенда утверждает – это был небольшой городок Лардерелло, расположенный близ Флоренции. Старое предание сослужило селению двойную службу. С одной стороны, он стал привлекать людей, а значит, и деньги. С другой – жители Лардерелло говорят: «Пусть будет ад, лишь бы не толпы туристов».

     Адская архитектура

         Пожалуй, самым подробным и красочным описанием царства мертвых заслужил себе вечную славу уже упомянутый Данте – его структура сильно напоминает представления индейцев майя. В «Божественной комедии» ад представляет собой девятиступенчатую воронку, каждый круг которой предназначен для тех или иных типов грешников. Данте считает – чем страшнее проступок, тем более глубокий круг ада станет посмертной темницей для души и тем более жуткие муки ее там ожидают. В классификации грехов он подражает Аристотелю – насилие более тяжкое преступление, чем невоздержанность, а хуже предательства нет ничего.

          Таким образом, ад начинается с преддверия, населенного душами ничтожных и нерешительных людей, не совершавших в своей жизни ни добра, ни зла. Затем идет Лимб, в котором томятся души некрещеных младенцев и добродетельных нехристиан, таких, как Юлий Цезарь и Аристотель. Затем в диком вихре носятся прелюбодеи, страдают от дождя и града чревоугодники, скупцы вместе с транжирами катят огромные камни, а души гневливых людей увязают в болоте.

          Еще ниже в раскаленных могилах лежат еретики (к которым Данте относит императора Фридриха II и даже папу Анастасия II), в кипящей крови варятся тираны и убийцы, самоубийцы превращены в растения, а богохульников и насильников накрывает огненный ливень. Взяточников черти бросают в кипящую смолу, а сводников и обольстителей нещадно хлещут плетьми. В девятом круге ада Данте встречает самых чудовищных преступников – Иуду, Брута и Кассия. Их грызет тремя пастями вмороженный в лед падший ангел и царь зла Люцифер.

          До Данте христианство придерживалось другой географии ада – семичастной. Считалось, что преисподняя разделена на семь отделов, где караются те, кто совершил один или несколько из семи смертных грехов. Это мнение унаследовано христианами от иудаизма, который тоже разделял Шеол на семь регионов по виду совершенного преступления. Половину пребывания в Шеоле душа проводит в огне, а другую половину – вмурована в лед. Но некоторые выдающиеся грешники умудряются совершать проступки даже в аду – отбывая «огненный» срок, они тайно убегают к ледяным горам, приносят оттуда снег и рассыпают вокруг – чтобы не было так жарко.

          В отличие от христиан, буддисты считают, что души грешников остаются в аду не навечно. В кругах ада «нарака» они мучаются довольно долго – до тех пор, пока не искупят свои грехи и не очистят карму. Затем они вправе переродиться в более высоких мирах.

         Последователи Будды также думают, что адские подземелья расположены под метафизическим материком Джамбудвипа. По форме они похожи на пирамиду, состоящую из восьми ступеней, причем на нижней грешники испытывают самые страшные страдания – в полном соответствии с парадигмой Данте. Каждый уровень включает горячий ад в центре и опоясывающий его холодный ад. Самое страшное место здесь – Авичи-нарака – находится на глубине 40 тыс. йоджан (примерно 520 тыс. км), грешники там жарятся на «непрекращающемся» огне. Они остаются в глубине 339 738 624х1010 лет. Это так много, что вопреки общей логике ограниченности адских мучений Авичи-нараку называют «непрекращающимся адом».

          Что же касается Аменти, египетского ада, то там вообще не практиковали никаких издевательств над умершими – самым худшим местом в Аменти был Зал вечного Сна и Тьмы. Греческий историк Лепсий говорит, что там мертвецы «спят в нетленных формах, они не просыпаются, чтобы увидеть своих братьев, не узнают больше отца и мать, их сердца не чувствуют ничего к своим женам и детям». Такая участь – полное забвение и отсутствие чувств – казалась древним египтянам самым страшным наказанием.

          В 45 км к северо-востоку от Мехико, под знаменитым храмом Пернатого Змея Кецалькоатля в Теотиуакане, археологи обнаружили вход в ад. Но не в христианский и не в греческий – глубокий тоннель, замурованный около 1800 лет назад, символизировал путь в царство мертвых при погребении древних царей майя, чьи гробницы расположены в глубине. И хотя настоящий ад на земле пока не найден, это открытие прольет свет на многие загадки мезоамериканской цивилизации и существенно продвинет науку вперед.

     Инфернальный пейзаж

          Сложен вопрос об общей площади ада. С одной стороны, учитывая, какое количество грешников уже почило за все годы существования мира, он должен быть весьма велик. Староанглийская поэма «Христос и Люцифер» утверждает, что когда дьявол измерял по приказу Христа свои владения, то насчитал сто тысяч миль в диаметре. Цифра впечатляет – но с другой стороны, ад не должен быть комфортным. Теснота – еще одно дополнительное неудобство для грешных душ.

          «Вход был похож на проулок, очень длинный и узкий, или на печь, очень низкую, темную и тесную. Внизу было что-то вроде гнилой воды, весьма грязной, вонючей и кишевшей ядовитыми рептилиями. В глубине, в стене, находилась полость в форме алькова, где я и увидела себя, скрюченной в страшной тесноте… Я была замурована в стене, как в дыре, и стены, ужасные самим уже своим видом, наваливались на меня всей тяжестью…», – так описывает посетившее ее видение ада св. Тереза Авильская.

          Иудеи дают грешникам больший простор для покаяния – Шеол в 60 раз обширнее рая и в 3 600 раз больше земного шара, а страдания мучимых там душ так велики, что их истошные вопли слышны тем, кто проходит мимо основных путей в ад – по пустыне или по морю.

          Пейзаж преисподней в христианской традиции дополняет огненное колесо с тысячью спиц, по ободу которого расположены страдающие души. Ангел Тартара тысячу раз в день поворачивает его, и очередная тысяча грешников отправляется на муки. По крайней мере именно такое видение посетило однажды св. Павла.

          Рядом с колесом на многих средневековых миниатюрах изображена ведущая в небеса лестница добродетели. Она ощерилась раскаленными железными кольями, от которых рассыпаются искры, а у ее основания поджидают котлы с кипящими смолой и маслом. Души поднимаются по лестнице вверх, пытаясь вырвать шанс на спасение, но большинство все же не выдерживает и срывается вниз.

          Еще один элемент ландшафта – «мосты правосудия», перекинутые через адские реки. Для добродетельных душ они широки, а для злодеев становятся узкими, как бритва. Те, кто не смог пройти по такому мосту, падают в воду, где их поджидают хищные чудовища.

          Многие историки считают, что греческое представление об аде было заимствовано у египтян. Чтобы попасть в египетское царство мертвых – Аменти – также нужно было пересечь реку, вход в него так же сторожил трехглавый пес и точно так же над душами умерших в Аменти осуществлялся последний суд. Судьей выступал Осирис, разбирать дела ему помогали Анубис и Гор.

         Географически Аменти было разделено на четырнадцать зон, каждая из которых соответствовала тому или иному типу людей. Египетские праведники там не задерживались и сразу же после суда отправлялись в Царство Богов. Остальные же оставались там, сколько было нужно для очищения совести.

     Обитатели преисподней

          Христиане считают – после грехопадения Адама и Евы в ад попадали все души, в том числе и хороших людей. Последние проповедовали в преисподней скорое избавление от мук и пришествие Мессии. Их пророчества сбылись – после смерти на кресте Христос спустился в самые отдаленные уголки ада и вывел оттуда души всех праведников и раскаявшихся грешников.

          Теперь в аду оказываются только негодяи, тогда как благочестивые верующие после смерти отправляются в рай. Туда можно попасть только после крещения – по поводу судьбы порядочных людей, которым не довелось узнать учение Христа, ни католическая, ни православная церкви ничего конкретного не говорят. Господь сам разберется – кто «агнец», а кто «козлище», причем определяющими для него будут дела милосердия, совершенные при жизни.

          Иудаизм придерживается схожей позиции за тем лишь исключением, что в Шеоле чтут субботний день – шаббат. Так что по субботам в иудейском аду выходной – не зажигают огня и не пытают грешников.

          Совершенно иное восприятие ада у адептов традиционной китайской религии даосизма. Здесь вообще неважно, был ты хорошим или плохим человеком – все равно часть твоих душ (а у человека, по преданиям даосов, их множество) отправится «к желтым источникам», в обитель вечного мрака. Остальные вознесутся в рай, на небеса. У желтых источников скапливаются грубые, низкие части души. Они влачат призрачное безрадостное существование, но не страдают и не подвергаются пыткам.

          В греко-римской версии в Аид попадают все – и хорошие, и плохие люди. Грешники получают по заслугам – носят воду в бездонные бочки, катают гигантские валуны – а праведники наслаждаются вечной весной. И только исключительные личности, вроде Геракла, возносятся на Олимп.

          Интересна позиция скандинавской мифологии по поводу распределения душ. Викинги считали, что в рай – Вальхаллу – попадут только герои, павшие в бою, а все остальные уйдут в Хельхейм, царство мертвых.

     

     Черный властелин

          Ошибочно было бы думать, что такая сложная работа, как распределение грешников по котлам, делается сама собой. Для этого в каждом аду есть руководитель. К примеру, уже упомянутый Хельхейм назван по имени своей владычицы. Скандинавская богиня смерти Хель была дочерью коварного Локи и великанши Ангрбоды-Вредоносной. Ее описывают как чудовище – наполовину иссиня-черное, наполовину мертвенно-бледное. Сверху она похожа на живую женщину, но ноги и бедра покрыты трупными пятнами и разлагаются на ходу. Викинги боялись Хель, но поскольку попадать к ней не планировали, особого культа ей не создали. Ко всему прочему древние скандинавы верили, что во время конца света Хель поведет армию мертвецов на штурм города богов Асгарда. Кому же понравится такая перспектива!

          Греки-жизнелюбцы своего Аида, конечно, уважали, но культа его тоже не практиковали. Только в Элиде один раз в год открывался храм царя подземного мира. Иногда, правда, ему перепадало от больших служений «подземным божествам», но в этом случае он выступал не как страшный владыка смерти, а как бог плодородной земли. Обряды жертвоприношения в этом случае проходили вблизи расщелин, глубоких впадин или озер, которые народное суеверие ассоциировало с входом в преисподнюю, а в качестве жертв Аид (как и все ночные боги) предпочитал черный скот.

          Что же касается привычного европейскому сознанию образа Сатаны, то его описывают как «большого красного дракона с семью головами и десятью рогами, и на головах его семь диадем». Данте приписывает ему шесть крыльев летучей мыши и три лица – красное, желтое и черное. Осуществлять свою нелегкую службу в преисподней ему помогают демоны – Асмодей, заведующий азартными играми и распространяющий пошлость и разврат, Астарот, хранитель адской сокровищницы, Бегемот, управляющий обжорами и организующий пиры в аду, Велиал, один из самых почитаемых демонов, которого часто соотносят с самим царем зла, и многие другие.

     Уйти, но вернуться

          Есть общее для всех правило – раз уж ты пересек границу ада, пути назад уже нет. Очень немногим удалось посетить преисподнюю и вернуться в мир живых. Одним из таких хитрецов был Сизиф, известный своими шалостями с богами. Перед смертью он запретил жене совершать погребальные обряды. Не дождавшись положенных жертв, Аид отправил Сизифа домой, чтобы тот наказал нерадивую жену и вернулся назад. Но тот, понятное дело, не намерен был делать ни то, ни другое.

          Другим гостем был великий певец Орфей, отправившийся в Аид, чтобы вернуть свою любимую Эвридику. Царь подземного мира был так очарован игрой и голосом певца, что согласился нарушить заведенный порядок и отдать самоотверженному герою его возлюбленную. Но при одном условии – по пути в мир живых Орфей не должен оглядываться. Но певец не выдержал и обернулся. И потерял Эвридику, на сей раз окончательно. Орфей вернулся на землю из Аида, но жизнь ему уже была не мила.

          В остальных случаях владыка преисподней старался охранять свое право более чем ревностно. К примеру, когда бог врачевания Асклепий достиг такого мастерства, что начал оживлять мертвецов, Аид потребовал у Зевса убить конкурента.

         Правда, у Аида были жена и теща – Персефона и ее мать, богиня плодородия Деметра, которые тоже не стеснялись вершить земные судьбы. Так, в Египте существовало предание, что царь Рампсинит, спустившись в подземное царство, играл там в кости с Деметрой, выиграл у нее золотое полотенце и с его помощью вернулся назад. А Персефона по своей воле вернула Афродите ее возлюбленного Адониса, погибшего на охоте.

          Гораздо лучше берегла свое право владычица скандинавского ада Хель. Когда к ней волею прискорбного случая попал сын Одина – бог света и весны Бальдр, она совсем не горела желанием отпускать его и согласилась лишь при том условии, что каждая живая душа на земле оплачет Бальдра. Боги разошлись по земле, обращаясь ко всем встречным с просьбой погоревать об убитом, и все – люди, животные и растения – искренне оплакивали прекрасного юного бога. Но великанша Токк, в которую превратился коварный Локи, не пожелала пролить ни единой слезы в память о нем, и Бальдр, как это ни печально, так и не воскрес.

          Возможно, северные мифы в чем-то мудрее средиземноморских. Все-таки Аид стороннему наблюдателю порой напоминает проходной двор – и тот там побывал, и этот вернулся… А уходя, нужно уходить – добродетельных людей оплачут близкие, и они вознесутся на небеса, а те, кто это заслужил, пусть отправляются в ад.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.