Идеальное оружие, которое при прочих достоинствах не уничтожает материальных ценностей.

     Т. Розбери

     Вечер 1 апреля 1979 года жители Свердловска (как, впрочем, и большинство советских граждан) провели перед голубыми экранами: показывали большой юмористический концерт, посвященный Дню смеха. Ради такой даты артисты постарались: зрители смеялись до слез. Передача закончилась, но многие засиделись далеко за полночь. Вспоминали шутки, анекдоты, куплеты. Засыпали с улыбкой. И видели легкие сны. О том, что для некоторых пробуждение станет кошмаром, не подозревал никто.

     Через 12 часов в «скорую» поступит стразу несколько удивительно похожих звонков. Звонят в основном женщины. Прерывающимся от волнения голосом кричат в трубку: заболел муж, приезжайте скорее. На вопрос о симптомах врачи получают одинаковый ответ: задыхается, температура до 40, не сбивается, сильный озноб.

     Постепенно в больницу начинает поступать все больше пострадавших с такими симптомами. Странная болезнь развивается стремительно: с каждым часом состояние больных ухудшается. Приступы кашля с кровавой пенистой мокротой чередуются с кровавой рвотой. От боли в животе и грудной клетке люди теряют сознание. В больничных коридорах царит паника: пострадавшие все прибывают. Самое страшное, что врачи не знают, как их лечить. Потому что не могут понять, что это за болезнь. И почему она поражает, в основном, взрослых мужчин. В меньшей степени женщин. Но при этом не трогает самые очевидные группы риска – стариков и детей.

     Так проходит несколько часов. Наиболее опытные врачи, сопоставляя все симптомы, приходят к выводу, в котором боятся признаться даже самим себе. Диагноз слишком невероятен, слишком страшен. И слишком очевиден – сибирская язва. Легочная форма. В 90 % случаев – летальный исход.

     «Смерть наступила 4 апреля 1979 года во столько-то часов», – такая запись появляется сразу в нескольких историях болезни. Именно этот день, 4 апреля, становится переломным. Начиная с 5 апреля и на протяжении еще 3 недель ежедневно умирает не менее 5 человек. В эти страшные дни смерть могла настигнуть везде: на больничной койке, на работе, в очереди к врачу.

     Скрывать правду больше нельзя. Появляется официальное сообщение о вспышке сибирской язвы в Свердловске в результате употребления мяса зараженных животных. Однако было очевидно: концы с концами не сходятся. Употребление зараженного мяса ведет к кожной форме сибирской язвы, в то время как все симптомы указывали на легочную – более страшную и опасную. Чтобы заразиться ею, нужно вдохнуть возбудителя извне. Но откуда в воздухе столицы Урала появились смертоносные бактерии? И почему они убивали избирательно – в основном, зрелых мужчин? Тогда, в 1979 году эти вопросы остались без ответа. Инцидент замяли.

     В мире поговаривали, что в Свердловске произошла утечка биологического оружия – между тем, советское правительство хранило упорное молчание. Но время пролило часть света на загадочные свердловские события…

     Через много лет журналистам удалось раскопать подробности страшной истории. Оказалось, что корни уральской трагедии уходят в далекий 1946 год. Именно тогда в городе появился центр военно-биологических разработок. По свидетельству Льва Федорова, доктора химических наук, уже через 20 лет в Свердловске выросло целое производство биологического оружия: реакторы создания биомассы, линии рассыпки-разливки по конкретным боеприпасам. До 1979 года фабрика смерти работала без перебоев.

     Ночь с 1 на 2 апреля стала роковой: произошла утечка смертоносного бактериального аэрозоля – боевого штамма бацилл сибирской язвы.

     Случайный эксперимент оказался трагически «удачным»: высокое качество штамма было доказано. Для того чтобы стать идеальным биологическим оружием, у него были все задатки. Во-первых, боевая эффективность: из 79 заболевших свердловчан умерли 68. Смертность составила 86 %. Во-вторых, избирательность поражения. И если высокая смертность – заслуга самой сибирской язвы, то ее избирательность – заслуга советских ученых. Им удалось правильно воспитать природную «сибирку», то есть изменить ее в целях поражения военнослужащих.

     Такого рода исследования не проводятся ради «чистой науки». Несомненно, что в СССР готовились к биологической войне. И для этого существовали веские причины…

     Послужной список

     На протяжении всей своей истории человечество совершенствовалось в искусстве убивать. Потребность истреблять себе подобных оказалась так велика, что люди научились делать это не только при помощи техники (бесконечно совершенствовавшейся – от примитивных луков до баллистических ракет), но и посредством самой матушки-природы.

     Многие убеждены, что биологическое оружие – ноу-хау ХХ века. На самом деле, ему ни много ни мало 5 тысяч лет. Уже тогда практиковался не очень «честный», зато крайне эффективный способ захвата осажденных городов: с помощью катапульты за крепостные стены забрасывали трупы животных, погибших от чумы или сибирской язвы, а иногда и части зараженных человеческих трупов. Способ действовал безотказно: в городе мгновенно вспыхивала эпидемия, и вскоре защищать его было просто некому.

     Знаменитый карфагенский полководец Ганнибал придумал еще более изощренный метод: помещал ядовитых змей в глиняные горшки и обстреливал ими города и крепости противника. И даже в Ветхом Завете герои обещают наслать «моровое поветрие» – говоря современным языком, это ни что иное как угроза применения биологического оружия.

     Шли века. Постепенно набирала обороты медицина, появились микробиология, генетика. И все больше и больше ученых и врачей в погоне за научными открытиями забывали клятву Гиппократа: «Не навреди»…

     Этой забывчивостью воспользовался ХХ век. Началась гонка биологических вооружений.

     До сих пор многое в истории разработки биологического оружия скрыто плотной завесой тайны. Все исследования велись в обстановке строжайшей секретности. Неудивительно, что сегодня документально доказан всего один факт умышленного применения биологического оружия: в одной из библиотек Японии найден документ, подтверждающий применение японцами бактериологического оружия в годы Второй мировой войны.

     Однако во многих исследованиях всплывают и другие факты – в ХХ веке биологическое оружие «дебютировало» уже в годы Первой мировой. В частности, как Франция, так и Германия заражали лошадей и коров сибирской язвой и заботливо перегоняли их на сторону противника.

     Американские источники (доклад Мерка) приводят доказательства того, что немецким агентам неоднократно удавалось заразить болезнетворными микробами лошадей, которые отправлялись из американских портов и были предназначены для европейских союзников. Параллельно «изобретательные» немцы заражали медицинские пластыри спорами столбнячной палочки и распространяли их среди мирного гражданского населения. Таким образом Германия мстила США за вступление в войну.

     Видимо, немецкие военные первыми осознали все возможности и преимущества биологического оружия. Уже в 1921 году в газете «Volkszeitung» появляется откровенное заявление капитана Мейера: «Победу одержит та нация, которой удастся найти самых ядовитых микробов для распространения их на территории неприятеля и самую действенную вакцину для собственной защиты. Для заражения такой большой страны, как Германия, хватило бы пятидесяти человек».

     Руководство крупнейших мировых держав прекрасно осознавало правоту Мейера. Чтобы хоть как-то «удержать джинна в бутылке», 17 июня 1925 года в Женеве был подписан «Протокол о запрещении применения на войне удушливых, ядовитых и других подобных газов и бактериологических средств». Почти все государства ратифицировали этот важный документ либо присоединились к нему. Связывать себе руки отказались два крупных мировых игрока – США и Япония…

     Октябрьской ночью 1936 года 60 руководящих деятелей Японии, как военных, так и гражданских, собираются на тайное совещание. Слово дают одному из высших офицеров, Бушикаве. Он говорит долго, обстоятельно знакомит собравшихся с состоянием исследований по изысканию возможностей применения… биологического оружия. Если верить докладу Бушикавы, для Японии в этом плане открываются самые радужные перспективы. Император Хирохито ему верит и дает «добро» на продолжение исследований.

     Масштаб японских «исследований» был впечатляющим. Средоточием стратегических и строго секретных бактериологических отрядов стала крупнейшая японская армия – Квантунская. Кроме знаменитых отрядов №731 и №100 существовало множество филиалов, которые также не простаивали. Техническое оснащение их было великолепным. Например, один из отделов отряда №100 имел в своем распоряжении собственное авиационное подразделение.

     Естественно, и «средства производства» были на высоте. В одном только отряде №731 было 4500 инкубаторов, позволявших за короткое время вырастить многие килограммы блох для распространения чумы. Всего один из отделов отряда №100 при максимальной загрузке оборудования мог произвести в течение месяца 300 кг бацилл чумы, 600 кг бацилл сибирской язвы, по 1000 кг бацилл брюшного тифа и холеры, столько же бактерий паратифов и дизентерии. Этой «продукции» с лихвой хватило бы на уничтожение доброй половины населения земного шара.

     Но самым страшным было другое. Тренировались японцы вовсе не «на кошках». Они играли наверняка, и им нужны были испытания на людях. Ужасающую роль «подопытных» исполняли китайские военнопленные.

     Описаний тех пыток, которым они подвергались, хватило бы на несколько фильмов ужасов. Людей привязывали к вкопанным в землю столбам и взрывали поблизости бактериологические снаряды: бомбы, мины, гранаты. Вместе с осколками в организм попадали смертоносные бактерии и вирусы, а также анаэробные бактерии.

     Несчастные люди умирали в страшных мучениях. Вблизи военнопленных выбрасывали также зараженных блох, распыляли суспензии болезнетворных микробов. Живым из этих лагерей смерти не вышел никто.

     В августе 1945 года, когда под грохот американских бомбардировок рушилась мечта о великой империи Ямато, у части генералов-фанатиков возник кошмарный план использовать «оружие возмездия». Они понимали – война проиграна. Но, уходя в историческое небытие, злосчастные наследники былой самурайской доблести желали увлечь за собою в пропасть миллионы людей и в буквальном смысле слова опустошить гигантские пространства Маньчжурии, Северного Китая, Кореи, Забайкалья и Дальнего Востока.

     Лишь стремительное наступление советских армий предотвратило трагедию – в первые же дни после объявления СССР войны Японии в тылу Квантунской армии десантировались группы специального назначения. Их появления было столь неожиданно, а действия столь молниеносны, что японцы просто не успели развернуть свой дьявольский арсенал.

     Впрочем, есть мнение, что кое-какие «подарки» ограниченного действия, японцы все же преподнесли своему северному соседу. В Сибири и на Дальнем Востоке до сих пор ходит легенда о том, что энцефалитные клещи, которые с 30-х годов внезапно появились в СССР в районе расположения Дальневосточной Красной Армии, – вовсе не злая шутка природы, а результат целенаправленной диверсии.

     В страшных биоразработках от Японии не отставали и Соединенные Штаты.

     В каком-то смысле они могли это делать с «чистой» совестью, ибо американская подпись под протоколом 1925 года отсутствовала.

     Систематические исследования в этой области начались в Штатах в конце 1941 года. Секретные бактериологические лаборатории появлялись с удивительной скоростью. Уже в апреле 1943 начал работу печально известный Кемп-Детрик. К лету открылась лаборатория в Паскагуле (штат Миссисипи). Еще через несколько месяцев – лаборатория в Виго (штат Индиана) и Дагуэс (штат Эта). Исследования продвигались довольно успешно, несмотря на сравнительно невысокую стоимость программы – всего 50 млн. долларов. По сравнению с огромными средствами, которые выделялись на атомное и термоядерное оружие, это были сущие гроши.

      Однако, несмотря на все предосторожности, случилась трагедия. В Кемп-Детрик 50 сотрудников пострадали от своих заразных питомцев. Официально программу прикрыли. Но разработки продолжались – в обстановке строжайшей секретности. К 1950-му американские биологи многого добились. Но оставалась одна проблема – не было «чистоты» эксперимента. Конечно, организмы животного человека во многом похожи. И все же… В общем, необходим был полигон для испытаний. Необходимы были… живые люди. Этим страшным полигоном стала Северная Корея.

     Через год после начала «корейской войны» в эту страну тайно прибывают те, кого тщетно разыскивал Советский Союз, – избежавшие возмездия японские военные преступники – генералы Квантунской армии Исии, Вакамацу и Китано, специалисты в области производства «живой смерти». Их приезд организовал тогдашний командующий американскими войсками генерал Риджуэй. К этому времени старые противники уже успели «помириться». Теперь они были по одну сторону фронта, и у них был общий враг – коммунизм. Примерно в то же время министерство обороны США пригласило еще одного «бактериологического деятеля» – гитлеровского военного преступника – генерала Вальтера Штрейбера. Должность генерал Штрейбер получил достойную своих достижений – «советник американских ВВС по вопросам профилактической медицины». Функции его были определены как «конфиденциальные и не подлежащие обсуждению». Несомненно одно – профилактикой там и не пахло.

     Генералы быстро сработались: как-никак, за плечами у них было «славное» военное прошлое, а над головой надежная американская «крыша». По данным командования Корейской народной армии, интернациональный отдел бактериологической войны при американских химических войсках оперативно изготовил 16 видов биологического оружия. И… применил их на практике.

      22 февраля 1952 года министр иностранных дел КНДР публично обвинил американские войска в неоднократном применении бактериологического оружия: «С 28 января этого года американские войска систематически сбрасывали с самолетов на позиции наших войск и в нашем тылу большое количество зараженных насекомых, распространяющих бактерии заразных болезней. 28 января в районах Нонсодон и Енсудон, расположенных юго-восточнее Ичхоня, военные самолеты противника разбросали большое количество не встречавшихся в Корее до войны насекомых трех видов, похожих на черную муху, на блоху и на клопа. 29 января военный самолет противника в районе Ичхоня разбросал большое количество мух и блох. 11 февраля военные самолеты противника сбросили на позиции наших войск в районе Чхолвоня большое количество бумажных коробочек и бумажных пакетиков, наполненных блохами, пауками, комарами, муравьями, мухами и другими видами мелких насекомых. В районе Саньянни было разбросано большое количество мух, а в районе Пхенгана – большое количество блох, мух, комаров и других насекомых. 13 февраля самолет противника в районе Кымхва разбросал большое количество мух, комаров, пауков, блох и других мелких насекомых. 15 февраля самолеты противника разбросали в районе Пхенгана большое количество разных насекомых. 16 февраля самолеты противника разбросали таких же насекомых в районе двух деревень – Хансу и Оченри – на берегу реки Пукханьган. 17 февраля самолеты противника разбросали мух и блох в районе Сансинри и Хасинри, севернее Пхенгана. В результате бактериологического исследования установлено, что насекомые, сброшенные интервентами на позиции наших войск и в нашем тылу, являются носителями бактерий чумы, холеры и других заразных болезней. Таким образом, неопровержимо доказано, что в целях массового уничтожения военнослужащих корейской Народной Армии, китайских народных добровольцев и мирного корейского населения войска противника планомерно применяют бактериологическое оружие».

     Только угроза огромного международного скандала удержала американцев от нанесения масштабного бактериологического удара по северокорейцам.

     Ряд экспертов считают, что США применяли биологическое оружие и во время войны во Вьетнаме. Там американцы успели распылить свыше 100 тыс. тонн гербицидов и дефолиантов. Это был особый вид отравы – он поражал растительность в джунглях. Таким хитрым методом американцы пытались уничтожить зелень на деревьях, чтобы видеть отряды партизан с воздуха.

     Вся американская «бактериологическая секретность» была шита белыми нитками. Слухи о противоправных действиях Вашингтона поползли по миру. Пентагон понял, что игра не стоит свеч. Чтобы уверить всех в своей невиновности, США в 1972 году подписывает документ с длинным названием «Соглашение о запрете развития, производства и хранения бактериологического (биологического) оружия и разного рода токсинов, а также решение по уничтожению таковых видов оружия».

     Но немногие поверили в искренность Белого дома… И были правы.

     Биологическое оружие: день сегодняшний

     В 1980 году Вашингтон утверждал, что единственная страна, владеющая биологическим оружием, это СССР. К 1995-му черный список существенно увеличился. В него попали Иран, Ирак, Сирия, Ливия, Южная Африка, Северная и Южная Корея, Китай, Тайвань, Израиль, Египет, Куба, Болгария, Индия, Вьетнам. Записали сюда и Россию, несмотря на все утверждения, что биологические программы в стране прекращены. Странно, что в этом списке отсутствовали сами США.

     Периодически в прессу продолжала просачиваться информация о том, что в секретных военных лабораториях эксперименты продолжаются.

     Интересно, что одно время распространилась и совсем экзотическая версия – были высказаны предположения, что СПИД (происхождение которого никто не мог определить) есть ни что иное как результат случайной утечки одного их вирусов, разрабатываемых в рамках особо засекреченных военных программ.

     Сложно сказать, насколько справедливы были подозрения по поводу СПИДа, но сам факт их появления весьма и весьма показателен – ни в самом американском обществе, ни в мире в целом никто не поверил клятвам Пентагона о том, что все военные биоэксперименты свернуты.

     Недоверчивость и подозрительность общественности были и остаются вполне оправданными – несмотря на все конвенции, интерес к биологическому оружию в мире постоянно растет. Да и прогресс не стоит на месте. Особенно угрожающе выглядят успехи генной инженерии. Если наука будет развиваться такими темпами, то скоро любой школьник сможет смастерить примитивный «биологический пугач». О том, что будет твориться в крупных исследовательских центрах, даже думать не хочется.

     Чем может ответить мирное население на угрозу биологической атаки? Ответ весьма пессимистичен – ничем. По данным ООН, всемирная биологическая защита обойдется (включая вакцины против известных форм, антибиотики, противогазы и т.д.), как минимум, в 80 млрд. долларов. Естественно, никто не спешит выкладывать такие средства. Положение осложняется еще и тем, что заражение очень сложно идентифицировать.

     Существует так называемая интегральная система биологической детекции (BIDS). Она «знает» 4 вида биологических агентов и способна выявить их за полчаса. Но распознать нового агента даже этой умной и баснословно дорогой системе не под силу.

     Против всех нас играет и стремительно растущая плотность населения. Особенно уязвимы в этом отношении крупные города и мегаполисы. Случись направленное заражение – и локализовать очаг будет почти нереально.

     Оказывается, что и всемирную эпидемию организовать не так уж сложно. Если, например, вирус с помощью лишенных запаха аэрозолей распыляется в любом международном аэропорту, то призрак всемирной эпидемии материализуется в считанные дни – при нынешней насыщенности воздушного сообщения между государствами и континентами зараза распространится без особых препятствий.

     Маленький пример. В 1972 году в Германию прибывает заболевший оспой албанец. Подтверждающий диагноз ему ставят только на седьмой день (!) заболевания. Немецкие медики поместили в карантин 678 (!) человек и привили 78 тысяч. Все это дело заняло 4 (!) недели и влетело в кругленькую сумму в 1,5 млн. марок. Напомним, что причина всему – только один албанец, зараженный только одной оспой. Аэрозольный баллончик с букетом генетически измененных вирусов может оказаться на несколько порядков страшнее. Неудивительно, что биологическим оружием так заинтересовались террористы. Это универсальное средство массового поражения для них просто «подарок».

     Биотерроризм: миф или реальность?

     Террористы взяли биологическое оружие на заметку давно. В 1984 году внимание всего мира приковал к себе небольшой американский городок Даллес (штат Орегон). 750 его жителей после посещения различных ресторанов заболели сальмонеллезом. Роль отравителей досталась местным последователям Раджнеша, которые якобы открыто конфликтовали с горожанами.

     Есть и более свежие примеры, которые в свое время широко озвучивались в СМИ. В частности, организация религиозной сектой Аум Синрике нескольких биотерактов. В апреле 1990 года секта предпринимала попытки распылить токсин бутулизма у здания японского парламента в Токио, в городе Иокогама, около американской военно-морской базы Йокосука, в международном аэропорту Нарита. В июне 1993-го аумовцы с помощью бутулизма пытались расстроить свадьбу наследного принца Японии Харухито.

     Примерно в это же время секта «перешла» на сибирскую язву. В том же июне 1993-го они буквально на головы людей выбрасывали споры «сибирки»: «мероприятие» проводилось на крыше здания, принадлежащего секте. В июле вокруг императорского дворца и многострадального здания японского парламента кружила специально заряженная спорами сибирской язвы «душегубка».

     К счастью, аумовцы прокололись технически. Бутулизм, испытывавшийся на крысах, оказался в отношении людей малоэффективным. Сибирская язва – просто некачественной: секта приобрела мало пригодные для выращивания штаммы. Полученные возбудители были не в состоянии вызывать заболевание.

     Фактически, жизнь сотен тысяч (а, быть может, и миллионов) японцев зависела от случайности – если бы «специалисты» Аум Синреке оказались более грамотными, то мы все стали бы свидетелями ужасающей катастрофы.

     У многих еще свежа в памяти и нашумевшая история с белым порошком в конвертах и пакетах. Впрочем, в данном случае мнения специалистов расходятся. Некоторые соглашаются с тем, что, действительно, мы наблюдали попытку биотерактов. Но другие высказывают сомнения в том, что это была спланированная террористическая атака. В любом случае, часть историй с конвертами, без сомнения, результат массового психоза после 11 сентября или обычного жульничества.

     Считалось, что в конвертах рассылали «сибирку». Однако есть и более страшные варианты – отдельные виды чумы, а также вирусы, искусственно «выведенные» в лабораторных условиях. Именно они считаются наиболее опасными. Правда, пока у человечества есть небольшая и кратковременная страховка – самые «дьявольские» вирусы требуют высококлассного оборудования для выращивания, исключительных специалистов, беспрецедентных мер защиты персонала лабораторий и заводов. Кроме того, вирус в конверте не пошлешь: понадобится специально оборудованные самолеты, ракеты или бомбы с биологической начинкой. Пока таких возможностей у террористов нет. Но только пока. К сожалению, это вопрос времени и денег. Не говоря уже о том, что всегда существует возможность сотрудничества террористов с правительственными чиновниками (а то, что у государств есть все возможности для производства биооружия, – это факт).

     Но есть и еще более тревожные факты. Способы добычи вируса последнее время только множатся. Во-первых, можно съездить за смертельным вирусом в какую-нибудь экзотическую страну. Так в 1992 поступил лидер Аум Синрике Секо Асахара, когда вместе с 40 своими учениками отправился в Заир, якобы исцелять пораженных страшным вирусом Эбола людей. Вполне возможно, что на самом деле группа просто пыталась заполучить штаммы смертоносного вируса.

     Во-вторых, можно получить биологическое оружие… по почте. Так сделал лаборант из Огайо Лари Харрис. Он просто заказал в биомедицинской фирме бактерии бубонной чумы. Фирма исправно выслала ему 3 пробирки с культурой. Ларри подвело отсутствие выдержки. Явно неопытный в террористической деятельности лаборант начал названивать в фирму и интересоваться, скоро ли придет вожделенная чума. Удивленные такой нетерпеливостью сотрудники доложили, куда следует, и Ларри был арестован – он оказался членом белой расисткой организации.

     Ничего необычного в этой истории нет. Сегодня потенциальный биотеррорист может заказать смертоносный товар даже по Интернету и получит его в течение нескольких недель. Для этого ему понадобятся фальшивый электронный адрес и энная сумма денег. К его услугам десятки биотехнологических фирм, предлагающих синтезировать гены из химических компонентов ДНК.

     Процедура крайне проста: клиент посылает заказ по электронной почте или заполняет бланк на сайте компании. И ждет заказа.

     Журнал New Scientist провел собственное расследование по поводу угрозы биотерроризма. Через поисковую систему Google было найдено 16 фирм. В каждую из них был отправлен запрос, проверяют ли они заказы на предмет угрозы биологического терроризма. 4 фирмы не потрудились ответить. Из 12 откликнувшихся фирм только 5 сообщили, что проверяют каждый заказ. Еще 4 проверяют заказы выборочно, а оставшиеся 3 фирмы не проверяют заказы вообще. Как сказал Боб Кью, директор компании «Genemed Synthesis» – «это не наше дело».

     Между тем, цены на генетический синтез падают. За последние 5 лет они снизились в десять раз, и сегодня некоторые фирмы поставляют гены по 1,5 доллара за базовую пару. Длина вирулентных генов обычно не больше нескольких тысяч базовых пар. Стоит террористическим организация вложить в дело достаточные средства и…биооружие у них в кармане.

     О различных «простых» способах получения смертельных вирусов можно рассказывать долго. Их, действительно, существует немало. И это без учета того, что прогресс не стоит на месте – развитие технологий постоянно делает эти способы и многочисленнее и проще.

     Приведенные факты доказывают одно: сегодня биотерроризм – вовсе не страшная сказка, а реальная угроза. Он может явиться миру в самых разных обличиях – от террористической группировки, сумевшей самостоятельно вырастить и распространить смертоносные штаммы до безответственных правительств, решивших во имя достижения своих политических целей «выпустить джинна из пробирки». И, как показывает история, этим правительством вполне может оказаться не только сумасбродная диктатура, но и вполне «цивилизованный» режим.

     К сожалению, богатейшие страны мира по-прежнему тратят умопомрачительные средства на разработку новых вооружений и производство старых. Но практически никто не заботится о том, чтобы обезопасить человечество от тех смертоносных технологий, которые уже имеются на планете.

     Не стоит утешаться тем, что биологическое оружие еще никому не удалось применить массово. В жизни все когда-нибудь бывает впервые. И, к огромному несчастью, в случае с биооружием первый раз вполне может стать последним.

     Вся история микробиологии – это подробный сценарий Апокалипсиса. И не дай Бог, найдется режиссер, который решится его поставить.

     

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.