В сентябре 2018-го исполняется 10 лет с начала «Великой депрессии XXI века» – мирового финансово-экономического кризиса. Несмотря на то, что его предпосылки были заметны еще годом ранее, точкой отсчета принято считать 2008-й. Именно тогда, 15 сентября, четвертый по величине инвестиционный банк США Lehman Brothers – один из ведущих в мире финансовых конгломератов, основанный еще в 1850 году, – обратился в суд с заявлением о банкротстве и просьбой о защите от кредиторов.

                Мировая финансовая система начала рассыпаться, словно карточный домик. Всего за один день биржевой индекс Dow Jones рухнул на 500 пунктов. Биржа Нью-Йорка не видела подобного с 11 сентября 2001 года – дня ужасающего по своим масштабам теракта – и явно не планировала больше увидеть. Кризис быстро распространился на самые развитые страны. Финансовое цунами в один миг накрыло кредитные рынки по всему миру. Произошедшее станет понятнее, если вспомнить, что Lehman Brothers считался еще и одним из самых сильных игроков на рынке кредитных дефолтных свопов – то есть организаций, которые выступали в роли своеобразных гарантов в случае неоплаты получателями кредитов процентов или суммы основного долга. И стоило ему признать свое банкротство, как американские инвесторы начали закрывать позиции на развивающихся рынках. Вскоре их примеру последовали коллеги из Европы. К началу 2009-го в мире практически не осталось государств, которые бы так или иначе не пострадали от мирового экономического кризиса.

                Впрочем, ярче всего об этом свидетельствует статистика. В течение нескольких предкризисных лет средние темпы роста мировой торговли составляли 8,74%. По итогам 2008 года этот показатель недотягивал до 3%. Ну а в 2009-м и вовсе рухнул вместе с мировой торговлей, показав падение на 11,89%. Кроме того, в том же году мировой ВВП впервые со времен Второй мировой войны показал отрицательную динамику – он сократился на 2,3%. Отдельного внимания заслуживает и беспрецедентный рост безработицы, через год после начала кризиса достигнувшей рекордного показателя за всю историю наблюдения за рынком труда.

                По оценке некоторых экспертов, выход из кризиса наметился уже в начале 2010-х, однако есть и те, кто уверен, что мировой экономике и через 10 лет так и не удалось окончательно решить созданные им проблемы. Впрочем, если предположить, что все события современной истории – звенья одной цепи, то окажется, что они правы.

                Состояние мировой экономики сегодня, несмотря на постепенное наращивание темпов и возвращение к докризисным показателям, далеко от идеала. Ведь, с одной стороны, никуда не ушли старые проблемы, напрямую связанные с геополитической ситуацией – например, войнами на Ближнем Востоке и в странах Африки, – и при этом все вокруг говорит о весьма скором появлении новых, порожденных выходом Великобритании из Европейского союза или спровоцированных действиями США, решившими ввести пошлины на импорт стали и алюминия и возобновившими санкции против Ирана. Примеров можно привести немало. Однако в их числе будут не только ожидаемые или прогнозируемые события, но и действительно злободневные проблемы, решать которые необходимо уже сегодня.

 

Скупайте турецкие лиры!

                10 августа 2018 года уже успели окрестить «черной пятницей» турецкой лиры. С начала года в этой стране неуклонно росла инфляция, которая к середине лета перешагнула отметку 15%. В целом же национальная валюта Турции за это время потеряла больше трети своей стоимости и продолжает устанавливать антирекорды. Так что поводов для оптимизма у Анкары мало. Еще недавно экономика государства была 17-й в мире и демонстрировала невероятно высокие темпы роста – и вот, за относительно короткий срок, Турция оказалась на пороге самого серьезного с 2001 года финансового кризиса, причины которого стоит искать не только внутри страны, но и на внешнеполитической арене.

                Одной из причин ослабления лиры стало, конечно же, обострение в отношениях с США, давним партнером по НАТО, на помощь которого Анкара регулярно рассчитывала. Вот только в этот раз все сложилось иначе. Эскалация дипломатического конфликта началась со старой проблемы – дела Эндрю Брансона, американского пастора, арестованного в Турции осенью 2016 года по обвинению в шпионаже и в содействии терроризму. Согласно версии следствия, Брансон сотрудничал с организацией проповедника Фетхуллаха Гюлена, который, в свою очередь, обвиняется турецкими властями в попытке государственного переворота. Согласно же версии Вашингтона, в отношении пастора имеет место серьезное нарушение прав человека, а потому Белый дом в очередной раз потребовал от Анкары освобождения Брансона и, вновь получив отказ, внес в черный список министра юстиции и главу МВД Турции.

                Ответ президента Реджепа Эрдогана был однозначным: «Сегодня я распорядился, чтобы были заморожены все имеющиеся в Турции счета американских министерств юстиции и внутренних дел. Турция не будет терпеть подобные попытки оказать на нее влияние». США применили свое излюбленное оружие – ввели санкции. И как только Вашингтон объявил о том, что пошлины на импорт стали и алюминия для Турции будут увеличены в два раза, курс лиры к доллару упал до своего рекордного минимума, заставив не на шутку поволноваться не только турецких граждан, но и европейских инвесторов, которые еще недавно, несмотря на имеющиеся политические разногласия, с завидным энтузиазмом вносили свой вклад в развитие экономики Турции. Впрочем, размер «европейского долга» хоть и немал, но все же и не настолько огромен, чтобы вызвать сильный побочный эффект. Так что волноваться по этому поводу Брюсселю уже стоит, но вот поддаваться панике пока рано. По мнению большинства экономистов, рецессию или новый финансовый кризис в континентальной Европе ситуация в Турции спровоцировать не способна.

 

 

                Очередное резкое падение турецкой лиры в первой половине августа моментально потянуло за собой европейские биржи, отреагировавшие чуть менее стремительным, но все же падением котировок. В первую очередь, конечно же, досталось банкам, которые активно работают в Турции. Так, стоимость Banco Bilbao Vizcaya Argentaria (BBVA), одной из крупнейших банковских компаний в Испании, упала больше чем на 3%; итальянский Unicredit подешевел на 2,6%; французский BNP Paribas потерял в стоимости порядка 1%.

                А если смотреть на ситуацию в целом, то, согласно данным Reuters, акции финансовых организаций еврозоны опустились до минимальной с декабря 2016 года отметки. К концу лета евро упал до рекордного за 13 месяцев минимума. Причина всего этого серьезные опасения за будущее инвестиций в турецкие проекты. При этом связанные с Турцией экономические риски обратным образом действуют на доллар, иену и швейцарский франк, которые дорожают и тем самым также оказывают давление на евро.

 

 

                Список стран с наибольшей турецкой задолженностью в настоящий момент, по неофициальным данным, выглядит следующим образом: Испания более 80 млн. долларов; Франция около 40 млн. долларов; Великобритания около 20 млн. долларов; США порядка 18 млн. долларов; Германия чуть больше 17 млн. долларов.

 

     

                Что интересно, несмотря на то, что больше всего долговых обязательств у Анкары как раз перед Европейским союзом, а не перед США, основным источником головной боли остаются все же последние. В том числе и потому, что с Евросоюзом у страны сохраняются торговые отношения на прежних условиях и уровне. Собственно, потому и нет ничего удивительного в том, что ответственность за обвал национальной валюты турецкое правительство возложило как раз на Вашингтон, который был обвинен в организации «иностранного заговора» и попытке нанести «удар в спину» своему бывшему стратегическому союзнику. «С одной стороны, мы вместе с США являемся союзниками по НАТО, но с другой они пытаются нанести стратегическому партнеру удар в спину. Разве это допустимо? С благодарностью мы к этому отнестись не можем», – подчеркнул Эрдоган на встрече с турецкими послами в Анкаре в середине августа. При этом он также не забыл напомнить, что «Америка нанесла экономические удары не только по Турции ее целями стали страны от Китая до России, от Ирана до Европы, и даже соседи Канада оказались под ударом». Кроме того, еще раньше, Эрдоган отмечал, что причиной проблем в отношениях с США является, не в последнюю очередь, нежелание Анкары поддержать антииранские санкции и отказаться от торговых отношений с Тегераном.

 

 

                В начале августа, на фоне стремительного падения курса национальной валюты к доллару США, президент Турции Реджеп Эрдоган призвал сограждан обменять всю имеющуюся у них иностранную валюту на лиры. Теперь глава государства настоятельно рекомендует отказаться от американских товаров, причем запрет на некоторые вводится на государственном уровне.

                В числе первых принятые турецким правительством санкции затронули электронику американского производства. «Если у них есть iPhone, где-то еще есть Samsung, а у нас есть Vestel», напомнил Эрдоган. Что интересно, сразу после заявления главы государства акции компании Vestel резко подорожали.

 

 

                Одновременно с этим Реджеп Эрдоган призывает соотечественников не волноваться за судьбу турецкой лиры и верить, что ее курс восстановится на прежнем уровне. Правда, пока никто не готов сказать, в какие сроки это произойдет. Робкий намек на стабилизацию ситуации появился лишь после того, как Центральный банк страны объявил о запуске комплекса мер по поддержке национальной валюты, в число которых вошло предоставление необходимой банкам ликвидности в размере более 10 млрд. долларов. Но делать серьезные выводы и прогнозы еще очень рано. Пока же едва ли не единственными, кто видит в сложившейся ситуации однозначные плюсы, являются многочисленные туристы. Рост цен просто не успевает за инфляцией, а потому большинство отдыхающих на здешних курортах наслаждаются возможностью позволить себе дополнительные траты.

 

Кризис пройден. Станет лучше?

                О том, что такое финансово-экономический кризис, не понаслышке знает и Греция, которая в 2009 году поняла, что находится, по сути, на грани разорения. Ну а в Брюсселе в то же время осознали, что государственный долг этой страны в разы выше, чем до этого сообщали официальные Афины. Так что ничего иного, как просить помощи у МВФ и Евросоюза, Греции не оставалось. К счастью, пусть и после долгих и напряженных переговоров кредиторы согласились – правда, с учетом нахождения Греции в еврозоне выбор у них был небогатый, – но потребовали в обмен полного изменения экономического курса страны: реформ и жесткой экономии. Все это вызвало недовольство греков и вылилось в бурные протесты и демонстрации. Уровень жизни населения при этом неуклонно падал…

                С 2009-го Греция прошла через многое, включая политические кризисы. За эти годы в стране – полностью или частично – сменилось 4 правительства. И все это время внешние кредиторы, выплачивать долги которым придется вплоть до 2060 года, контролировали экономическую жизнь государства и неизменно настаивали на проведении «политики затягивания поясов». И каждый раз, когда наступало время получения Афинами очередного пакета помощи от еврозоны, ЕС пытался закрутить гайки, в результате чего Грецию, в которой из года в год продолжал расти уровень безработицы, захватывали массовые выступления простых граждан. И начинало казаться, что все движется по замкнутому кругу.

                И все же грекам удалось сделать рывок. В июле 2017 года после проведения комплексной оценки экономической ситуации Еврокомиссия отметила позитивные сдвиги – например, рост ВВП Греции впервые с начала кризиса – и порекомендовала закрыть для государства процедуру чрезмерного дефицита. Еще через год было официально объявлено о завершении финансового кризиса в Греции – страны еврозоны одобрили возвращение страны на путь самостоятельного роста. Планируется, что программа помощи Афинам будет полностью завершена до конца августа. Последним траншем в рамках этой программы стал перевод 15 млрд. евро. Кроме того, кредиторы согласились отсрочить выплаты по полученным ранее инвестициям как минимум на 10 лет.

 

 

                Еврокомиссар по экономике и финансовым делам Пьер Московиси: «Это великий день. Без сомнений, он важен для Греции и для всей еврозоны. Мы выходим из восьмилетнего кризиса. Мы потратили много сил, чтобы найти выход, а теперь наступило время праздновать. Греция теперь уверенно стоит на ногах, благодаря ответственности и солидарности».

 

     

             Из пресс-релиза Еврогруппы: «Греция покидает программу финансовой помощи с более сильной экономикой, строящейся на проводимых фискальных и структурных реформах. Важно продолжить эти реформы, которые обеспечат основу для устойчивого роста с высокими занятостью и темпом создания рабочих мест, что является лучшей гарантией процветающего будущего для Греции».

 

 

                Директор-распорядитель МВФ Кристин Лаград: «Мы приветствуем решение европейских партнеров Греции постоянно пересматривать стабильность долга и предпринимать дополнительные меры по его сокращению, если необходимо. Это предоставит важную страховку в том случае, если оптимистичные долгосрочные макроэкономические предположения европейских институтов не реализуются».

 

 

                Казалось бы, настало время перевернуть эту страницу истории и поздравить еврозону – и особенно ее основной локомотив Германию – с тем, что теперь на повестке дня больше не будет уже ставшего привычным вопроса о Греции и угрозе обвала евро. Но так ли это? Долгожданная экономическая свобода требует от страны невероятной осторожности и осмотрительности. Еще долгое время Афинам придется придерживаться курса на жесткую экономию, а это значит, что налоги по-прежнему останутся высокими, а пенсии и пособия – низкими. При этом первое будет отпугивать потенциальных инвесторов, в которых Греция отчаянно нуждается, чтобы, как минимум, решить проблему безработицы, а второе продолжит провоцировать рост недовольства греков, у которых, несмотря на всю оказанную помощь, накопилось немало претензий к Брюсселю. Своего недовольства по поводу навязываемой Евросоюзом и проводимой правительством политики они не скрывают давно.

                Показательно и то, что оптимизм стран еврозоны в отношении Греции не разделяет в полной мере Международный валютный фонд, руководство которого уверено: в долгосрочной перспективе Афины не смогут самостоятельно справиться с долгами. То есть МВФ не исключает – и даже настраивает своих коллег по спасению греческой экономики, а вместе с ней и евро как мировой валюты, – что уже в обозримом будущем Еврогруппе придется принимать решение о дополнительных мерах поддержки этого государства. При этом эксперты МВФ не отрицают заслуг греческой стороны, которой удалось стабилизировать экономику и добиться сокращения безработицы. Вот только экономика государства – это не спринтерский забег. Это марафон, пройти который может только тот, кто четко представляет цель, путь ее достижения и умеет грамотно распределить силы.

                В настоящий момент официальные Афины ставят перед собой задачу обеспечить до 2022 года экономический рост в размере 3,5% ВВП. Брюссель реагирует на подобное обещание с оптимизмом. МВФ не скрывает своих сомнений в реальности данного начинания, не забывая в очередной раз напомнить, что неудача данного начинания может чувствительно ударить по всей еврозоне. Ну а еще МВФ любит приводить статистику, согласно которой внешний долг Греции составляет 180% ВВП государства, а за 8 лет существования программы финансовой помощи Брюсселя Афинам были проведены транши на сумму более 240 млрд. евро. Внешняя финансовая помощь Греции стала самой продолжительной поддержкой из оказываемых странам еврозоны после мирового финансово-экономического кризиса 2008 года.

 

                Опасения Международного валютного фонда и его крайне осторожная позиция вполне объяснимы. Для мировой экономики 10 прошедших лет были невероятно сложными. А та же Греция регулярно оказывалась источником проблем, от решения которых зависело будущее всей системы в целом.

                И вот, после множества испытаний, мировая торговля и финансовая система действительно начинают восстанавливаться. Вот только, по мнению экспертов, речь пока стоит вести о росте, положительной динамике, но никак не о былой стабильности. А значит, экономика все еще находится в ситуации, когда взмах крыльев бабочки в одной части света может вызвать лавину во всех остальных.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.