Войны не начинаются сами по себе, кто-то должен сделать первый шаг. Так было и Войне за независимость Соединенных штатов Америки. Тайная организация «Сыны свободы» сделала из бывшей британской колонии сильное и независимое государство. Но кто же такие «Сыны свободы» и как они добились того, чтобы 13 американских штатов как один поднялись и с оружием в руках отстояли свои права?

 

В середине XVIII века 13 американских штатов по-прежнему были колониями Великобритании, и метрополия не особенно церемонилась с жителями подвластных ей территорий, обременяя их все новыми налогами и вводя законы, которые были на руку только британцам, а американцев ставили во все более невыгодное положение. Среди жителей колоний нарастало недовольство, но о желании получить независимость речь пока не шла. Американцы хотели всего лишь немного улучшить свое положение и получить право отстаивать свои интересы в британском парламенте. Понятное дело, английские лорды не соглашались на это ни под каким предлогом. Так что лишенные возможности официально влиять на финансовое и политическое положение в своей стране, американцы вынуждены были объединиться, чтобы хоть что-то изменить.

По традиции во многих крупных американских городах существовали неформальные группы людей, собирающиеся для того, чтобы хоть как-то повлиять на политическую жизнь города и штата. Эти клубы по интересам, объединявшие в основном людей среднего класса – ремесленников, юристов, торговцев, мастеров, плотников, столяров, печатников, корабельщиков, каменщиков, фермеров и моряков – не ставили перед собой задачи свергнуть колониальное правительство. Однако давление метрополии все больше беспокоило жителей заокеанских колоний. Так что во многих политических клубах, имевших в те времена самые разные названия вроде «Девять лояльных», «Клуб бостонского комитета», «Товарищи Пенсильвании» или «Тесная компания» из Коннектикута, все чаще говорили на одну и ту же тему: как повлиять на решения британского правительства и отменить грабительские налоги и гербовые сборы в Америке. Но эти люди не имели избирательных прав и сделать это на законных основаниях никак не могли. Из таких недовольных властью, политически подкованных и активных людей и было создано тайное общество «Сыны свободы», призванное объединить оппозиционеров и любой ценой изменить ситуацию в колонии.

Официально эта организация была основана в ноябре 1765 году для политической кампании против введения гербового сбора в американских штатах. Первую ее ячейку создали Джон Лам и Айзек Сирс в Нью-Йорке, но совсем скоро отделения «Сынов свободы» появились во многих крупных городах колонии. Нередко это название принимали уже существующие там политические кружки оппозиционеров. А самые многочисленные ячейки, например, в Нью-Йорке, Коннектикуте или Массачусетсе, смогли создать практически полувоенные структуры и даже подготовить собственные службы диверсантов и разведчиков. «Сыны свободы» организовывали многочисленные демонстрации, выступления и акции протеста, подавали прошения и петиции властям и даже поджигали конторы метрополии и нападали на их служащих.

Но самым большим и выдающимся отделением «Сынов свободы» была организация, функционирующая в Бостоне. Со временем именно ее стали отождествлять с «Сынами свободы», как-то позабыв об основателях из Нью-Йорка. Впрочем, по времени появления этот «филиал» ненамного отстал от первого – бостонскую ячейку основал Сэмюэль Адамс в конце все того же 1765 года. Члены этой организации боролись против произвола колониальных властей и размещения британских войск в Америке, выступали за избирательные права для рабочих, проводили многочисленные акции и демонстрации и бойкотировали британские товары.

Нарушителей бойкота, которые все же отваживались покупать вещи из метрополии, члены тайного общества вымазывали смолой и валяли в перьях. А когда в 1768 году в Бостоне решено было расквартировать британские войска, плотники и каменщики, состоявшие в рядах «Сынов свободы», наотрез отказались строить для них казармы, даже когда им предложили двойную оплату за их услуги.

«Сыны свободы» встречались в Бостоне около приметного старого вяза, который с тех пор получил название Дерево Свободы, а ныне является туристической достопримечательностью. Тут революционная группа разрабатывала планы своих акций, составляла тексты агитационных брошюр, а порой и планы диверсий. Разумеется, англичане вскоре стали преследовать членов «Сынов свободы» по закону, объявив их преступниками и называя их организацию «Сыны насилия». Однако члены Бостонской подпольной организации были непреклонны. Именно их выступления и борьба вошли в историю США как первые предпосылки будущей войны за независимость. Так, они были непосредственными участниками Бостонской бойни и предводителями всемирно известного «Бостонского чаепития». Они же активно содействовали проведению Первого и Второго Континентальных конгрессов, благодаря которым разобщенные штаты смогли выступить в войне за независимость как единое государство.

 

Бостонская бойня

О событиях, произошедших в Бостоне 5 марта 1770 года, будущий второй президент США Джон Адамс писал так: «В тот день был заложен фундамент американской независимости». Действительно, случившаяся в тот день стычка между бостонскими рабочими и британскими солдатами положила начало открытому противостоянию колоний и метрополии, которое в итоге вылилось в войну за независимость США.

Впрочем, к тому моменту напряжение в колониях достигло немыслимой силы. В 1768-м метрополия обложила все мало-мальски значимые товары, импортируемые в колонии, очень высокими налогами. А поскольку Британия была монополисткой во многих отраслях и не позволяла ввозить на свои заокеанские территории товары из других стран, американцам приходилось покупать необходимые вещи по заведомо завышенной цене.

Массачусетская палата представителей в Бостоне начала кампанию против этих грабительских налогов. Так была написана петиция лично королю Георгу III и разосланы письма в палаты представителей остальных штатов, в которых бостонцы просили присоединиться к бойкотированию привозимых из Англии товаров.

Британское правительство отреагировало на это довольно резко: американским губернаторам было приказано немедленно разгонять все сопротивляющиеся торговле с колонией организации, а в Бостон отправили судно его величества «Ромни» с британскими солдатами на борту. Кроме того, в город было введено, по словам генерала Томаса Гейджа, «столько войск, сколько бы потребовалось для подавления восстания».

Разумеется, жители Бостона были не в восторге от новых соседей. По городу начала ходить анонимная листовка под названием «Журнал происшествий», рассказывавшая о стычках между местными жителями и военными британского корпуса. Обстановка еще больше накалилась, когда в листовке написали о том, что 22 февраля 1770 года солдатами был убит Кристофер Сайдер – «молодой человек одиннадцати лет». Эти известия скоро облетели весь город, об этом написали в «Бостонской газете», а его похороны стали самыми массовыми со времен основания города. Кристофера по праву считают первой жертвой американской революции.

Его смерть, разумеется, не могла пройти незамеченной – противостояние солдат и горожан стало уже совершенно неприкрытым. Город жил как на пороховой бочке, и достаточно было одной искры, чтобы прозвучал взрыв.

Бостонская же бойня началась, как это бывает, с пустяка.

Мальчишка, помощник торговца из небольшой лавки, потребовал от британского офицера уплатить долг. Тот выполнил эти требования, проигнорировав все оскорбления, которыми дерзкий юноша сопроводил свои требования. Однако это услышал рядовой, стоявший неподалеку, и сделал наглому юнцу замечание, потребовав уважительнее обращаться к офицеру. Тогда парень начал оскорблять самого рядового. В конце концов тот не сдержался и ударил паренька прикладом мушкета. Тем временем вокруг успела собраться немалая толпа зевак, в основном из рабочих и ремесленников. Толпа начала возмущаться, британцам начали припоминать все многочисленные обиды, на шум из казарм прибежали еще солдаты.

В это время кто-то стал бить в пожарный колокол и люди начали выбегать из домов, толпа росла и теснила солдат. Те построились для обороны и зарядили оружие. В нарастающей неразберихе только британский капитан Томас Престон не потерял самообладания и даже старался успокоить толпу, пытаясь убедить людей, что солдаты не станут стрелять без его команды, да и сам он стоял прямо перед своими людьми, так что пули полетели бы и в него. Однако толпу было уже не остановить. Люди всячески провоцировали солдат, кричали «Стреляй!» и бросали в британцев камни и комья грязи.

Наконец камень попал в рядового Монтгомери, тот от неожиданности выронил мушкет, а когда поднял его, закричал: «Черт побери! Огонь!» И выстрелили по толпе. В ходе этой стычки открывшие огонь солдаты застрелили троих, еще 11 горожан были ранены, и двое из них так и не смогли оправиться от ран.

После всего случившегося губернатор Томас Хатчинсон едва сумел успокоить толпу, которая порывалась расправиться со всеми расквартированными в городе английскими солдатами, а заодно и со всеми англичанами в Бостоне вообще.

После произошедшего все британские войска были выведены из города, участвовавшие в Бостонской бойне солдаты и раненный в плечо капитан Томас Престон арестованы и отданы под трибунал. 27 марта состоялся суд, который обвинил 8 оставшихся в живых солдат, капитана и 4 жителей Бостона в убийствах. В результате солдаты были приговорены к смерти, а гражданские высланы из Массачусетса.

Однако все эти меры ничего не могли исправить – первый камень в фундамент американской революции был уже заложен.

 

«Бостонское чаепитие»

После Бостонской бойни «Сыны свободы» поняли, что войны не избежать, и начали готовить запасы оружия и снаряжения. Они не только закупали ружья в соседних штатах и привозили в Массачусетс контрабандой, но и захватывали склады британцев. Они нашли удобные места для встреч за городом, где собирали отряды добровольцев и проводили учения, пытаясь подготовить ремесленников, торговцев и моряков к будущему противостоянию. Они даже организовали систему разведки и слежки за войсками британцев.

Но любой войне и революции, помимо причины, нужен еще и повод. Причин восстать против метрополии у американцев было достаточно, но нужен был решающий толчок. И британцы, сами того не ведая, дали «Сынам свободы» прекрасный повод развязать долгожданную войну.

Последней каплей для американцев стал подписанный в 1773 году Чайный закон.

На тот момент Британская Ост-Индская компания имела монопольное право на ввоз чая в Америку. И английский парламент, желая получить с этого максимум прибыли, постоянно вводил новые налоги на востребованный и потому прибыльный товар. Кроме налога, который платила сама Ост-Индская компания, компенсируя его за счет повышения цены, были введены и так называемые Тауншендские пошлины для колоний – по 3 пенса за фунт листьев. Конечно, новые пошлины были встречены протестами, и вскоре в колониях расцвела контрабандная торговля. Чай из Голландии был куда дешевле английского, и практически все американские торговцы продавали своим покупателям именно его. Так продолжалось до 1773 года, когда парламент, пойдя на уступки постоянно терпящей убытки Ост-Индской компании, не отменил Тауншендские пошлины.

Казалось бы, американские торговцы должны были обрадоваться такому положению дел, но вышло как раз наоборот. И дело не только в том, что парламент опять распорядился будущим Америки по собственному желанию. Главная проблема была в том, что поставки контрабандного чая из других стран были уже хорошо налажены и более дешевый английский чай угрожал не только частному бизнесу отдельных торговцев, но и экономике колоний в целом. Так что «Сыны свободы», многие из которых как раз были торговцами, выступили против этого закона.

Так что, когда осенью 1773 года в колонии было отправлено 7 кораблей с грузом чая – более 2 тыс. ящиков с чаем весом около 600 тыс. фунтов – на борту, «Сыны свободы» по всей стране начали призывать бойкотировать эту поставку. В результате акций протеста в Чарльстоне, Филадельфии и Нью-Йорке грузополучателей вынудили уйти в отставку, так что принять чай стало попросту некому. Чарльстонский чай был конфискован таможней, а корабли из Нью-Йорка и Филадельфии вернулись в Англию с грузом, но без денег. Не удалось устранить грузополучателей только в Бостоне. Дело в том, что там английским чаем намеревались торговать сыновья самого губернатора Хатчинсона, и тот, уповая на свою власть, решил, что уж ему-то горстка революционеров не страшна.

Первая партия чая была доставлена в Бостонскую гавань 27 ноября на корабле «Дартмут». Предводитель общества «Сыны свободы» Сэмюэл Адамс немедленно организовал акцию протеста, на которую собрались тысячи людей. Они требовали немедленно отправить судно с английским чаем обратно в метрополию и всячески мешали его разгрузке. Однако губернатор был непреклонен и запретил капитану покидать гавань Бостона. Спустя некоторое время прибыли еще два корабля – «Элеанор» и «Бивер. Акция протеста продолжалась, суда стояли в гавани с грузом на борту и не могли уплыть, напряжение нарастало.

Разрешилось все 16 декабря. В 10 утра представители «Сынов Свободы» собрались на небольшой митинг и, видя, что бойкот ни к чему не ведет, спланировали очередную акцию протеста. Вечером того же дня добровольцы из числа «Сынов свободы» и местной милиции переоделись в костюмы индейцев племени мохоков, чтобы подчеркнуть свою принадлежность Северной Америке, и раскрасили свои лица для маскировки. Они пробрались на корабли и всего за три часа сбросили в воду 342 ящика чая весом около 70 тыс. фунтов. Больше никаких беспорядков участники акции протеста на бортах кораблей не учинили. Более того, на следующий день после «Бостонского чаепития» они даже заменили сорванный ими замок на двери в трюм одного из кораблей. Так что все имущество моряков осталось целым и невредимым, и сами они не получили ни царапины.

Британцы ответили на «Бостонское чаепитие» жесткими мерами. Весной 1774 года был принят ряд законов, которые впоследствии окрестили «Нестерпимыми актами». Один из них полностью закрывал для торговли Бостонский порт, что не только поместило город в экономическую блокаду, но и подорвало экономику всей колонии Массачусетс. Другой освобождал всех королевских чиновников от колониального суда – теперь их преступления должны были рассматриваться только в метрополии. Кроме того, во всех колониях вводился так называемый «Акт о постое», согласно которому британские солдаты получали законное право жить в домах поселенцев по своему выбору. После принятия «Нестерпимых актов» стало ясно, что мирным путем конфликт метрополии и колоний уже не разрешить.

Так что можно считать, что именно с «Бостонского чаепития» началась открытая борьба североамериканских колоний против Британской короны.

 

Два великих Конгресса

«Сыны свободы» многое сделали не только для того, чтобы развязать войну за независимость, но и для того, чтобы американские штаты смогли ее выиграть.

В самом начале восстания колоний против метрополии каждая из них провозгласила себя самостоятельным и независимым государством. По сути дела, именно этот смысл тогда и вкладывался в слово State, или «Штат». Так что на американском континенте внезапно появилось 13 суверенных политических образований, каждое их которых имело свои законы, налогообложение, государственный и чиновничий аппарат и все прочее. И когда в 1776 году колонии заявили о выходе из состава Британской империи, с юридической точки зрения войну метрополии объявили 13 только что образованных суверенных государств. Даже их название «Соединенные Штаты Америки» в тот момент следовало бы переводить скорее как «Союзные Государства Америки».

«Сыны свободы» прекрасно понимали, что восстание отдельных и разобщенных стран, к тому же небольших и неокрепших, против гигантской Британской империи обречено на сокрушительный провал. И, чувствуя ответственность как идейные вдохновители этого восстания, приложили немало усилий к тому, чтобы убедить все 13 штатов объединиться и выступить единым фронтом.

Для этого они организовали проведение в Филадельфии в штате Пенсильвания Первого и Второго Континентального конгрессов. На этих встречах была не только выдвинута и принята идея о создании Конфедерации, но и разработана и согласована общая позиция этого вновь образованного государства, включавшего в себя 13 американских штатов. Это положило начало слаженной войне против общего врага – и, по мнению историков, только это и позволило США обрести желанную независимость.

 

Скачка Пола Ревира

«Сыны свободны» не оставались в стороне и во время разгоревшейся войны за независимость. Многие из них стали отличными офицерами, предводителями партизанских отрядов, разведчиками и шпионами, их имена вошли в историю. Один из них Пол Ревир.

Скромный и ничем, в общем-то, не примечательный член общества «Сыны свободы» и понятия не имел, что прославится на века. А между тем строки о нем есть в каждом учебнике истории США. Это событие, не раз описанное на страницах книг и научных трудов, вошло в историю под названием «Скачка Пола Ревира». Так кто же такой Пол Ревир и как ему удалось прославиться после всего одной поездки на лошади?

Ревир не был видным политическим деятелем или оратором, однако глубоко разделял идеи и убеждения «Сынов свободы» и, вступив в их ряды, помогал им чем мог. Талантливый ювелир и гравировщик, он собственноручно создал один из символов этого тайного общества – Чашу «Сынов свободы». Он же изготовил клише для целого ряда злободневных гравюр на политические темы, среди которых была и знаменитая гравюра с изображением Бостонского расстрела, произошедшего 5 марта 1770 года.

А с декабря 1773 по ноябрь 1775 года Ревир был одним из официальных курьеров бостонского отделения «Сынов свободы» и побывал как минимум в 18 поездках с важными поручениями. Однако судьбоносной для него стала одна, случившаяся 18 апреля 1775 года. Один из членов общества Джозеф Уоррен сообщил Ревиру о том, что британские королевские войска собираются напасть на город Лексингтон, чтобы захватить в плен лидеров движения за независимость Сэмюэла Адамса и Джона Хэнкока. Ему удалось узнать, что британские военные грузятся на корабли и собираются отплывать из Бостона в сторону Кембриджа и Конкорда, однако эти города, по мнению Уоррена, были вне опасности – предупредить о предстоящей акции британцев надо было только Адамса и Хэнкока.

Сам Ревир, к тому времени уже опытный революционер, имевший немалую агентурную сеть, договорился с пастором одной из местных церквей об условном сигнале для повстанцев. Увидев, как именно британцы покинут Бостон, священник должен был поднять один фонарь на шпиле часовни, если бы они отправились к Лексингтону по земле, и два, если бы они отправились на кораблях по реке.

Однако эти судьбоносные новости предстояло еще доставить, так что Пол Ревир отправился в путь. Избегая британских патрулей, курьер проехал городки Сомервилл, Медфорд и Арлингтон. Везде на своем пути он предупреждал повстанцев о том, что приближаются вражеские войска. А те, в свою очередь, разносили это послание дальше. До Хэнкока и Адамса Ревир добрался только к полуночи, коротко посовещавшись, они пришли к выводу: для ареста всего двоих, пусть и не последних, повстанцев собраны слишком большие силы. Опытные революционеры предположили, что британские войска пойдут не только на Лексингтон, но и на Конкорд. Тогда Ревир, получив в сопровождающие Сэмюэля Прескотта, помчался уже в Конкорд, все так же предупреждая всех сторонников восстания о приближающейся беде.

По пути Ревиру и Прескотту не повезло попасться британскому разъезду. Ревир, конь которого был уже крайне измотан, был взят под стражу до выяснения обстоятельств, а вот Прескотт сумел уйти от погони и добраться до Конкорда. Впрочем, пленение Ревира уже никак не могло повлиять на ситуацию, тот уже успел предупредить достаточное количество людей, так что повстанцы успели вооружиться, собраться и дать британским войскам организованный отпор.

После освобождения из непродолжительного плена вернуться в родной Бостон Ревиру удалось далеко не сразу – город к тому моменту был уже осажден. Так что домой он попал только в 1776 году и там сразу же вступил в ряды армии в чине майора. Неудивительно, что такой человек стал национальным героем.

 

«Сыны свободны» не оставили страну и после обретения долгожданной независимости. Многие из них, поднаторев в политологии и юриспруденции за годы подпольной борьбы и политического противостояния с Британией, стали впоследствии видными историческими и политическими деятелями. Так из их рядов вышли первый губернатор штата Массачусетс Джон Хэнкок, философ и соавтор Декларации независимости США Сэмюэль Адамс и даже второй президент США Джон Адамс.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.