Человек, далекий от археологии, порой и представить не может, что там, где сейчас высятся непроходимые леса, тысячу лет назад кипела жизнь. А между тем, в самых глухих вековых пущах нередко скрываются следы, оставленные людьми.

     Уникальные курганы раскопали белорусские ученые в Стародорожском районе. Вещи, найденные в захоронениях, доказывают: племена дреговичей жили здесь в давние времена, возделывали поля, воевали и вели торговлю аж с Арабским Халифатом!

     Любопытно, что буквально десятилетием ранее на картах археологов эта местность была самым настоящим белым пятном. Раскопок здесь не проводилось никогда, поскольку считалось, что местность эта бедна артефактами. Но, как говорится, не суди о книге по обложке.

     Исследования начались 4 года назад. За это время ученые вскрыли погребения в 3 курганных могильниках – у деревень Пастовичи, Прусы и Пасека.

     Что такое курганные могильники? По сути, это древние кладбища – россыпи курганов, которые всегда располагаются неподалеку от поселений и, как правило, возле реки, ручья или озера. Возможно, связано это с древнейшим представлением наших предков о том, что ирий (загробный мир) находится под водой. А может, все объясняется проще – сами поселения строили там, где есть вода, а кладбища, соответственно, вблизи жилья. Кто ж станет хоронить своих мертвых за десятки километров?

     Курганные могильники порой бывают весьма впечатляющих размеров. Например, вблизи Ганцевич насчитываются сотни курганов, которые тянутся почти на полтора километра. Что же касается Стародорожского района, то здесь все несколько скромнее. В лесу возле Пастович дремлют 44 погребения, неподалеку от Прусов – 42, а вблизи деревни Пасека – всего 10.

     Интересно, что речек, возле которых были основаны эти могильники, давно нет – едва различимы лишь старые русла. Теоретически, где-то здесь должны быть и остатки поселений X–XI веков. Но их найти пока не удалось, что, впрочем, и немудрено – вокруг густой лес, выросший за несколько столетий. И если курганы заметны даже среди деревьев, то следы жилищ время стерло полностью. Сейчас отыскать их можно разве что случайно…

 

Могилы на поселении железного века

     Раскопки курганов X столетия у деревни Пастовичи обернулись для археологов неожиданной удачей. Да, исследователям пока не попалось ни одного поселения тех людей, что хоронили своих мертвых в этих курганах. Зато выяснилось, что насыпи сделаны на том самом месте, где люди жили… в железном веке! А это начало I тысячелетия нашей эры! То есть почти за 1000 лет до появления здесь курганов! Среди самых древних находок – обломки керамики и частичка глиняного пряслица.

     – Это поселение, очевидно, было брошено задолго до появления там дреговичей. Дело в том, что в железном веке таких, как сейчас, долговременных мест, где жили люди, не существовало. Да, это были уже не стоянки, а именно поселения. Но их обитатели выжигали, допустим, какой-то участок леса, выкорчевывали пни и делали там поле. Первый год собирали хорошие урожаи, потому что новая почва была богата. Удобрения от своего скота они не использовали – не знали просто, что можно. Но когда земля истощалась, люди вынуждены были искать участки подальше, потом – еще дальше. И, наконец, поле оказывалось далеко, и нужно было двигаться уже поближе к нему, бросая насиженные места. Скорее всего, это поселение как раз и постигла такая судьба, – рассказывает старший научный сотрудник Института истории Национальной академии наук Олег Иов.

     Позже места вблизи Птичи облюбовали дреговичи, которые, по странному стечению обстоятельств, стали хоронить своих усопших как раз там, где сотни лет назад жили люди.

     

Топор, которого быть не должно

     – Когда мы стали обсуждать находки Стародорожскго района, некоторые мои коллеги утверждали, что этого здесь не должно быть, – говорит Олег Иов. – На археологической карте этот район вообще никак не отмечен. Я стал возражать, что там никто не копал, на что мне сказали, что и рядом, где копали, тоже ничего подобного нет.

     Предмет, который вызвал столько споров, – обыкновенный топор, вполне универсальный. Такие были хороши как в бою, так и для рубки в лесу веток для костра.

     – Почему-то считается, – рассуждает ученый, – что чем больше топор, тем он «боевитее». И в кино это тиражируется. Но на самом деле это не совсем так. Да, использовались так называемые секиры – топоры с широким лезвием. Их назначением была, в основном, обработка древесины и строительство. Но были и универсальные топоры. Их отличали небольшие размеры и малый вес. Наконец, были и исключительно боевые топорики – еще меньше и легче, чем универсальные, с очень узким лезвием. Ведь в сражении важно как можно дольше устоять на ногах, сберечь силы. Вот, исходя из этого, и старались оптимизировать вес оружия. И это не только у славян, но и у скандинавов, и у других народов.

     Топор извлекли из погребения древнего воина, которое расположено вблизи современной деревни Пастовичи. Артефакт лежал возле правого колена костяка и был упрятан в матерчатый мешочек (точнее, в то, что от него осталось). Любопытно, что по древним верованиям топор соотносили с богом грозы Перуном. Острое орудие считалось мощнейшим оберегом от злых сил и всевозможной порчи.

     – Региональные курганы сильно отличаются от тех, которые насыпали вблизи больших городов, – продолжает свой рассказ археолог. – Допустим, курганы Белорусского Побужья. Там никогда вообще оружия не было. Хотя раскопано около трехсот погребений. Там у мужчин – только ножи. Даже не боевые. А топоров вообще нет.

     Исходя из этого, находка боевого или универсального топора в кургане о многом говорит специалистам. И в первую очередь о том, что тысячу лет назад это место отнюдь не было таким уж захолустьем – здесь жили не только крестьяне, но и воины. К тому же не бедные. Последний факт подтверждает добротный мужской перстень на руке ратника из-под Пастович. Довольно крупный, охватывающий палец в полтора оборота…

     Впрочем, перстни в курганах Старых Дорог – особая тема. Их за время раскопок удалось обнаружить пять штук. И все разные и интересные – каждый по-своему.

     

Перстни воинов и модниц

     Перстень, обнаруженный в погребении воина из-под Пастович, относится к одному из самых распространенных типов.

     – Такого рода украшения в курганах древнерусского времени встречаются повсеместно, – комментирует находку Олег Иов. – Они довольно простые: толстенькая проволока, заостренная по краям, и она вокруг пальца заворачивается, с заходящим кончиком. Это такие безразмерные перстни, которые можно было на любой палец надеть и поджать затем.

     Скорее всего, кольцо сделано из серебра. Хотя в этом у археологов пока нет абсолютной уверенности. Украшение еще не успели очистить, и оно на поверку может оказаться из так называемой оловянистой бронзы, которую широко использовали в раннем Средневековье. Металл этот белый, а не желтый и, в отличие от серебра, довольно хрупкий – легко ломается, особенно после долгого лежания в земле.

     Зато еще один перстень, также из захоронения близ Пастович, точно выполнен из серебра очень высокой пробы – не ниже девятисотой! Он сплетен из множества тоненьких проволок и не имеет аналогов среди артефактов, найденных в Беларуси. Ученые предполагают, что кольцо отлили из расплавленных арабских монет. Такая практика тысячу лет назад была вполне распространенной.

     История обнаружения украшения интересна сама по себе. Дело в том, что до ученых на курганах побывали так называемые «черные археологи».

     – Сложно сказать, что именно они стремились найти, ведь в захоронениях на территории нынешней Беларуси практически никогда не встречаются действительно дорогие вещи. Скажем, оружие, инкрустированное изумрудами и рубинами, или золотые чаши, которые так вожделеют заполучить кладоискатели, – удивляется Олег Иов. – Максимум, что можно раздобыть, – это вот такой серебряный перстенек. Но при этом после «черных археологов» захоронение можно считать загубленным. Мы уже не сможем восстановить погребальный обряд, а сотни мелких предметов, например, какие-нибудь редкие стеклянные бусины или кусочки сохранившейся ткани, обладающие большой ценностью для науки, будут потеряны или уничтожены навсегда…

     Так или иначе, но после «черных копателей» в Пастовичах осталась «кладоискательская яма». И вот в ней детишки из местного летнего лагеря, помогавшие ученым вести раскопки, обнаружили много всего интересного. В тот день ребята выпросили у археологов металлоискатель и отправились с ним гулять по окрестностям. Результатом такого вояжа стало пополнение коллекции артефактов упомянутым витым серебряным перстнем, стамеской, частью железного ножа и подковкой на каблук сапога (последние три находки более позднего времени).

     Еще одно женское колечко попало в руки исследователей во время раскопок кургана неподалеку от деревни Пасека.

     – Этот перстень такой маленький, что я бы, например, и на мизинец его не надел, – делится впечатлениями Олег Иов. – А вот из чего он сделан, пока сказать не могу. Кольцо отдали специалистам на изучение.

     Наконец, два перстенька, на сей раз из бронзы, археологи нашли в кургане близ деревни Прусы. Судя по обилию украшений, похоронена здесь была явно модница из состоятельных местных жительниц. Интересно, что перстни, перевитые искуснейшим орнаментом, оказались разомкнутыми. Быть может, это как-то связано с верой наших предков в то, что сплошное кольцо препятствует выходу души из тела?

     Вообще же, надо сказать, что все найденные в Стародорожских курганах перстни не смыкались плотно. Кроме одного – витого, из «кладоискательской ямы». Но как раз он мог быть не надет на палец покойного, а прикреплен к его поясу. Такая практика тоже существовала в те времена.

     – У этой женщины, – Олег Иов возвращается к захоронению в Прусах, – мы также нашли серебряные серьги. Именно серьги, которые продевались в мочки ушей. В то время они уже существовали. Хотя повсеместно бытует мнение, что в раннем Средневековье у славян были распространены исключительно височные кольца.

     Однако самой большой удачей за время раскопок ученый считает… крупную серебряную бусину, найденную в том же погребении. И даже не ее саму, а то, что удалось обнаружить внутри украшения.

     

Перстни и кольца в народной культуре белорусов 

     Кольцо. Его круглая форма издревле символизировала солнце, магическое колесо, способное уберечь от всякой опасности. Считалось, что оно могло не только отражать атаку злых сил, но и воспрепятствовать несвоевременному расставанию тела с душой.

     Возможно, именно поэтому большинство колец, найденных в захоронениях, разомкнуты, а не спаяны намертво. А на Гомельщине даже бытовало поверье: если покойного в последний путь отправить с перстнем на пальце, то на том свете к нему будут цепляться ужи. Не отсюда ли обычай вешать кольца умершим на пояс на специальных шнурках? Такие находки нередко попадают в руки археологов при раскопках курганов XI–XIII веков. Впрочем, встречаются и захоронения, где украшения вполне традиционно надеты на пальцы рук. Вероятно, дело здесь в верованиях, которых придерживались те или иные племена.

     В фольклоре перстень, как правило, символизирует брак, а иногда и замещает собой жениха или невесту. Представление это, хотя и пришедшее из язычества, христианская церковь поддержала и освятила своим авторитетом. В народном восприятии потеря обручального кольца означала несчастливую семейную жизнь или даже смерть одного из членов семьи. Невеста, которая впервые входила в дом жениха, ломала запасное колечко и бросала его в печь. По сути, это было метафорическое принесение своей девственности в жертву мужу.

     От исследователей не укрылся и тот факт, что в народной культуре значение кольца носило подчеркнуто эротический характер. Особое значение уделялась кольцам в сказках. Перебрасывание волшебного перстенька из руки в руку вело к исполнению всех желаний.

     

О чем расскажет серебряная бусина?

     Крупная, тяжелая, вся усыпанная изящными маленькими шариками, серебряная бусина лежит на столе археолога.

     – Посмотрите, – увлеченно говорит Олег Иов, тыкая в бусину из кургана под Пруссами кончиком карандаша, – она выполнена в технике филиграни. Сначала между собой спаиваются тоненькие проволочки, а затем на них по всей площади напаиваются шарики, так называемая зернь. Такие бусины бывают небольшие, но мне повезло: эта как раз огромная и очень искусно выполненная. Трудно представить, сколько нужно было ювелиру времени, чтобы ее сделать! Поэтому и ценились они дорого.

     Подобного рода украшения были распространены среди племен дреговичей – можно даже сказать, являлись этническим признаком. Дреговичи, в свою очередь, как раз жили по берегам Птичи и ее притоков. Так что, скорее всего, это произведение ювелирного искусства создал кто-то из местных мастеров. Но вот само ожерелье, на которое была нанизана бусина, явно проделало долгий путь.

     – В кургане, в районе груди костяка мы нашли множество бусин из стекла. Разных цветов, с разными орнаментами. Это сейчас стекло ничего не стоит. А тогда техника его получения была очень сложной, тем более трудно было сделать цветное стекло. Поэтому и ценилось оно чуть ли не на вес золота. Так вот, мы собрали все бусины, в том числе и вот эту, серебряную. А внутри у нее я обнаружил кусочек ниточки, на которой держалось все ожерелье. Это большая удача для археолога! Потому что в почвах Беларуси ткани очень плохо сохраняются! – делится впечатлениями Олег Иов.

     Вскоре ниточка из бусины была отдана на анализ специалистам из Санкт-Петербурга. Результаты оказались поразительными. Выяснилось, что сделана она была из верблюжьей шерсти. Исходя из этого, ученый предположил, что и все ожерелье было привезено из Арабского Халифата. Уже здесь его разомкнули, чтобы поместить в середину изделие местного ювелира – зерненую серебряную бусину.

     – Вот она, торговля! – восклицает ученый. – Вы видите? Скорее всего, бусы арабского происхождения привезли с торгов откуда-то с Волги. В Арабском Халифате (и об этом есть упоминания в исторических документах) очень ценились шкурки пушных зверей, особенно черно-бурая лисица. Поэтому скандинавы и славяне везли на продажу меха, а поскольку в то время в Арабском Халифате были открыты серебряные рудники, оттуда сюда шел поток арабского серебра. И, ясное дело, всевозможных товаров.

     Выходит, хотя Птичь с ее притоками и находилась несколько в стороне от основных торговых путей, а все же купцы добирались и сюда, привозя с собой «заморские чудеса» – специи, тончайшие ткани и работы лучших ювелиров.

     А быть может, бусы местной красавице подарил молодой скандинавский воин, побывавший в Арабском Халифате, а затем осевший здесь… Или снова ушедший на корабле куда-то вниз по реке, чтобы никогда не вернуться. Быть может, она ждала его, выходила на берег, тоскливо перебирала цветные бусинки, повторяла знакомое имя. А он уже не мог прийти, потому что погиб в быстрой и кровавой схватке… Впрочем, такие версии не для ученых, а для поэтов.

     Что же до науки, то благодаря украшениям, найденным в могильнике под Прусами, археологи смогли четко датировать захоронение и отнесли его к началу XI века – времени, когда торговля между Севером и Югом расцветала, и через земли, которые сейчас занимает Беларусь, проходил легендарный путь «из варяг в греки».

     

Защити меня, бусинка!

     Бусы в народном восприятии издревле были связаны с магией и волшебством. Считалось, что, замыкаясь на шее, они предохраняют тело человека от проникновения злых сил. На свадьбах невесты, как правило, красовались в нескольких рядах бус. А все потому, что именно в этот день, по народным представлениям, молодожены были особенно уязвимы для колдовства. Бусы широко использовали и в святочных гаданиях. Девушки складывали их в шапку и подбрасывали, веря, что та, чье ожерелье выпадет первым, раньше всех выйдет замуж.

     Известно, что уже в раннем железном веке существовала мода на бусы. Бусинки делали из разноцветного стекла, янтаря и сердолика. Как правило, на одну нитку нанизывали разные бусины, но старались придерживаться принципа симметрии. Иногда их пришивали к одежде вместо пуговиц или даже расплачивались, как деньгами.

     В более позднее время охранную функцию бус переняли на себя ленты в волосах. И, тем не менее, ожерелья продолжали носить. Больше всего ценились те, что были сделаны из янтаря, жемчуга, граната.

     

Как найти курган?

     Под конец беседы Олег Иов вдруг «цепляет» довольно интересную тему. Как найти курган?

     На первый взгляд, все довольно просто. Курган – это такой земляной холмик. Но есть одно «но»: всякий курган – холм, но не всякий холм – курган…

     – У меня бывали случаи, когда мы начинали раскопки и уже в процессе выясняли, что копаем совсем не курган. Скажем, в Беловежской пуще. Были зафиксированы два захоронения. Начали работать. Оказалось, что это просто насыпи. Рядом располагалось колхозное поле, и вот оттуда, видимо, зачем-то сгребли землю. Со временем эти кучки поплотнели и сделались похожими на курганы, – улыбается ученый.

     Итак, как же наверняка определить, курган перед вами или нет? Оказывается, есть способы. Во-первых, неподалеку от древнего погребения должна быть вода. Искать нужно речку, ручей или, быть может, пересохшее старое русло.

     В курганах, как правило, хорошо видны слои. Один из языческих похоронных обрядов – выжигание земли, прежде чем положить на нее тело, а иногда – и разведение костров над курганом. Эти угольные прослойки будут прекрасно читаться при раскопках. И, наконец, один из вернейших признаков – ровики.

     – Следы ровиков заметны всегда, – делится секретами археолог. – Ровик – это когда люди становились вокруг и делали насыпь. Они брали землю, а значит, оставались такие «траншейки».

     Казалось бы, зная о ровиках, отыскать древнее погребение легче легкого. Но дело в том, что со временем земля на кургане оползает и полностью закрывает канавки. Вот почему в большинстве случаев их нельзя найти «слету». Обнаруживаются они, только если снять слой земли возле самого подножья захоронения. Интересно, что и в самих «траншейках» исследователи тоже иногда находят следы обрядов – как правило, угли от костров.

     – К сожалению, у нас до сих пор считается: чем больше в количественном отношении раскопано, тем лучше проведена работа. Но это не так. Когда археологи вынуждены работать быстро, многое упускается из виду. Наши соседи – например, поляки – копают очень медленно. Но зато тщательно. Для них хороший тон – вскрывать не только сам курган, но и площадку возле него, потому что там тоже могут быть интересные находки. Вот в Стародорожском районе мы как раз копаем медленно, и это вселяет надежду, что мы действительно сможем получить полную картину – какой была здесь жизнь в X–XI веках, какие обряды исполняли, каких верований придерживались…

     На прощание Олег Иов показывает большой горшок, склеенный из осколков. Их тоже нашли в кургане при раскопках в Стародорожском районе. И этот сосуд, неровный, с прорехами в тех местах, где черепков недостает, и сам напоминает историю этих мест. До конца не изученную, таинственную, с заплатами белых пятен.

     Да, не судите о книге по обложке. Раскопки продолжаются, и кто знает, какие еще открытия ждут ученых под Старыми Дорогами.

     

     

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.