Неудивительно, что вера наших предков в потусторонний мир, населенный многочисленными духами и мифическими существами, со временем дополнилась верой в людей, способных напрямую общаться с представителями этого самого таинственного измерения. В тех, кто черпал из него силу, мог влиять на окружающую реальность, трансформируя ее по собственному желанию. В тех, кто был способен изменить судьбу человека – спасти его от страшного недуга или наоборот наслать порчу и сжить со свету. Понимал язык животных и растений, предсказывал будущее и повелевал стихиями. То есть в людей, которые могли творить самые настоящие чудеса.

 

Вопреки законам природы

      Представления древних славян о мироустройстве во многом отличались от современных, признанных официальной наукой. И вера в два сосуществующих и даже порой пересекающихся мира – яркое тому свидетельство. Именно это убеждение стало фундаментом для возникновения различных мифов и легенд – как о таинственных сверхъестественных существах, так и о тех, кто мог вступать с ними в контакт по своей воле, умел повелевать ими. В народе их именовали по-разному – колдунами, ведьмами, знахарями, ведьмаками, чародеями, ведунами, волхвами. У каждого из этих имен своя этимология, но в большинстве своем она схожа: так называли людей, которые – от рождения или в результате договора с нечистой силой – обладали магическими способностями.

      Практически в каждом селении бытовали свои предания о местных чародеях – и память о них, как и вера в их существование, не исчезли бесследно. И еще сейчас то тут, то там можно услышать о колдуньях или магах, способных бросить вызов законам природы. Некоторые сами провозглашают себя таковыми и всеми силами работают над созданием соответствующего имиджа в поисках известности и признания. Кто-то утверждает, что умеет общаться с духами умерших или читать чужие мысли. Кто-то делает упор на поиск пропавших предметов и людей или на исцеление страждущих от любых недугов. Не обходится и без гаданий, приворотов, снятия или наложения порчи, изготовления чудодейственных зелий и эликсиров. Способности, выходящие за рамки обычных – тех, которые можно объяснить с помощью науки или просто здравого смысла, – принято называть экстрасенсорными. Вот только прямых доказательств таких чудес обычно бывает не много. Правда, это не мешает людям и в наши дни верить в экстрасенсов и даже обращаться к ним за помощью.

      Что уж тогда говорить о наших предках, для которых окружающий мир был открытой книгой – увлекательной, интересной, но вместе с тем опасной и непредсказуемой. Это был период, когда человек еще только начинал искать ответы на многочисленные вопросы, задаваемые ему природой; пытался установить причинно-следственные связи и познать суть многих явлений. Стремился найти объяснение происходящему вокруг него и, конечно же, обнаружить хоть какие-то рычаги для управления окружающей реальностью. Именно тогда зародились первые древние верования – анимизм, тотемизм и магия.

      Анимистические представления в мировоззрении базировались на вере в одушевленность всей природы. Во многом благодаря этому после появятся такие мифические существа, как водяные, лешие, домовые, русалки и многие-многие другие. Тесно связан с анимизмом и тотемизм, позже переродившийся в некоторых регионах в полноценную религиозно-социальную систему, в центре которой находился культ тотема. Им мог быть любой предмет, растение, животное или даже явление, которому приписывалась родственная связь с сообществом, ему поклонявшимся.

      И, конечно же, магия. Так называется определенная система мышления и мировосприятия, при которой для влияния на события человек обращается за помощью к тайным силам. Есть все основания полагать, что изначально магия была напрямую связана с первобытными верованиями и «владели» ею все. Например, каждый первобытный охотник, отправляясь за дичью, возносил свои молитвы духам-покровителям или исполнял во славу их ритуальные танцы. Но со временем роль «проводника» или «посредника» между людьми и потусторонними силами стала уделом избранных. И тогда значение самого термина «магия» расширилось – так стали называть некие сакральные, тайные знания и учения, доступные лишь немногим. И именно эта система знаний давала силу и навыки, необходимые для воздействия на окружающую реальность. Характерно, что даже само слово происходит от шумерского imga (emga), что в переводе означало «мудрый» – так в древности именовали жрецов.

      Со временем магия не только не исчезла, но и активно развивалась и, что важно, стимулировала развитие науки. Особенно, когда в магических практиках стали выделяться самостоятельные направления. Так, алхимия и извечный поиск философского камня стали основой для современной химии. Астрология – для физики и астрономии. Заклинания и ритуалы заложили базу для возникновения литературы, театра и многих других видов искусства. И даже мрачная некромантия послужила на благо – именно она позволила узнать больше о строении человеческого тела. Возможно, такая «генетическая» связь магии и науки и стала причиной того, что древних ученых нередко обвиняли в тесных контактах с нечистой силой. Человеку свойственно не просто отрицать то, что он не может понять, но и боятся этого. А значит, стремиться всеми силами отгородиться от неизвестного, чтобы обезопасить себя.

      Но все это было позже. А когда-то…

     

Мастера запретных искусств

      В давние времена, когда магия воспринималась именно как сакральные знания, дарующие своему владельцу силу и способности, появилась, по сути, новая профессия, а некоторых странах – целое сословие. К сожалению, практически не сохранилось достоверных письменных источников, которые позволили бы полноценно изучить славянские магические традиции, но все же проведенные археологические раскопки культовых мест – капищ – и сделанные в процессе находки дают информацию не только о язычестве в целом, но и о славянских чародеях в частности. А кроме этого, немало полезной информации можно получить и из этнографических и фольклорных исследований. Нередко в качестве источника называется таинственная «Велесова книга», однако большинство ученых отрицает ее подлинность.

     Вставка. Велесова книга

      Впервые информация о ней появилась в 50-х годах ХХ века, когда два русских эмигранта – Юрий Миролюбов и Александр Куренков – опубликовали в Сан-Франциско текст, якобы списанный с деревянных дощечек, созданных примерно в IX веке. Правда, представить на суд общественности сами дощечки авторы не смогли, объясняя это тем, что они были утеряны во время войны. Документ является собранием преданий, легенд, молитв, заклинаний и рассказов о древней истории славян в период с VII века до н. э. до IX века н. э.

     Изначально текст публиковался под названием «Дощьки Изенбека» по имени Али Изенбека, полковника и художника, который, со слов Миролюбова, и нашел расписанные плашки на полу библиотеки в одном из разграбленных и покинутых княжеских имений в России. По описанию, все они были приблизительно одного размера – 38 на 22 см – и толщиной не больше половины сантиметра. Каждая имела отверстие для крепления ремнем. Текст был выжжен или нацарапан шилом, а после покрыт маслом или лаком. Изенбек забрал находку с собой и бережно хранил ее. Но в 1941-м, после смерти полковника, дощечки бесследно исчезли.

     Миролюбов утверждает, что познакомился с Али Изенбеком в 1925 году в Брюсселе. Тогда же он узнал о таинственных письменах и приступил к их исследованию: пытался реставрировать дощечки, фотографировал их, переписывал и расшифровывал текст. Ему удалось сохранить один четкий и несколько размытых снимков находки. В тесной связи со всем этим делом упоминаются профессор брюссельского университета Александр Экк и его коллега Марк Шефтель, однако никаких документальных подтверждений тому, что дощечки видел кто-то, кроме Миролюбова, нет.

     Название «Велесова книга» появилось позже, когда документ уже взбудоражил все ученое сообщество и стал предметом пристального исследования. Основой для нового имени стало первое слово – ВЛЕСКНИГО – на дощечке №16, фотография которой и получилась наиболее четкой. Она, как и ряд других, была отравлена на экспертизу – вывод был однозначен: подделка. Эксперты в один голос утверждали, что снимок сделан не с дощечки, а с прорисовки на бумаге, а содержание самой «Велесовой книги» и ее язык свидетельствуют о фальсификации. С этим мнением солидарно большинство авторитетных исследователей – историков и лингвистов. Они датируют документ XIX или, что более вероятно, ХХ веком, акцентируют внимание на очень примитивной имитации древнего славянского языка, а в качестве наиболее вероятного «создателя» называют самого Юрия Миролюбова.

      Подтверждением теории о существовании неких тайных учений являются и наиболее распространенные на славянских землях названия подобных людей – ведьмы и ведьмаки, ведуны и ведуньи. Каждое из этих слов происходит от старославянского глагола «ведать» (знать). Достаточно часто определения были взаимозаменяемыми и использовались для одних и тех же персонажей, но в разных местностях. Однако существуют примеры, которые наглядно иллюстрируют различия между этими понятиями.

      Ведьмами называли женщин, черпавших свои силы из природы или вступивших в добровольный или вынужденный союз со злыми духами, позднее – с самим дьяволом. Именно так они получали свои способности. Им приписывали участие в шабашах – «ведовских сборищах», – где присутствовал весь ковен (местное сообщество ведьм) для совместного отправления обрядов и проведения массовых оргий. Излюбленным местом для этого считались горы: у восточных славян – Лысая гора недалеко от Киева; у чехов и словенцев – Бабьи горы; у литовцев – гора Шатрия; у шведов – Блокула, одинокая скала посреди моря; у немцев – гора Брокен и многие другие. Расстояния не играли роли – каждая уважающая себя ведьма в совершенстве владела искусством полета по воздуху, используя для этого самые разнообразные приспособления – животных, предметы или колдовские мази и настойки. Проходили шабаши несколько раз в год, но для славянских ведьм самой важной датой был праздник Ивана Купалы, а для европейских – Вальпургиева ночь.

      Образ ведьмака в славянской мифологии во многом схож с образом ведьмы – только пол мужской. Однако есть предания, в которых этот персонаж наделяется руководящими функциями, то есть предстает в роли координатора и главы всех чародеев округи. Им практически всегда приписывали оборотнические способности. Считалось, что в каждом ведьмаке уживались две души – одна человеческая, а другая демоническая, которая могла выходить из тела и самостоятельно путешествовать по миру, если так было нужно хозяину. Как и ведьмы, ведьмаки могли быть прирожденными и «наученными». Первые чаще всего не имели ни усов, ни бороды, зато при тщательном осмотре на их теле можно было обнаружить небольшой хвостик с волосками. Выдавали их и глаза – неестественный цвет или форма зрачков (также бытовали легенды, что в зрачках ведьмаков все отражается в перевернутом виде). Те же, кто получил ключ к сакральным ведам уже после рождения, внешне были подобны обычным людям. В остальном же представители данного сословия ничем не отличались от своих «подруг» – колдовали, насылали порчи, использовали свои способности для сведения личных счетов с недругами, посещали шабаши, якшались с нечистой силой, проводили ритуалы и творили заклинания. В старости ведьмак – опять же, как и ведьма – обязательно должен был передать свои знания другому человеку – только так ему была гарантирована легкая смерть, после которой он даже мог сохранить в загробном мире свою силу. Однако наличие двух душ заставляло людей опасаться, что, умерев, ведьмак превратится в упыря, так что похоронный обряд всегда включал в себя все соответствующие меры предосторожности – отрубание головы, вбивание в сердце осинового кола, рассыпание на могиле маковых зерен или золы.

      Но существовали и иные предания о ведьмаках. В них они выступают как защитники людей от других представителей колдовского сословья или враждебных человеку мифических существ – упырей, вурдалаков, оборотней, чертей, кикимор. Такие персонажи, по преданиям, превосходно разбираются в травах и могут лечить болезни, снимают порчи и сглазы, удерживают людей от необдуманных поступков и вообще пресекают любое зло в адрес человеческого рода. После смерти эти ведьмаки не уходят в другой мир, а остаются на земле, чтобы защищать ту местность, в которой жили.

     

      Наиболее известный литературный образ ведьмака создал польский писатель Анджей Сапковский в цикле книг о Геральте из Ривии. Главный герой – странствующий охотник за монстрами, представляющими угрозу жизни людей – мастерски владеет мечом и обладает некоторыми сверхъестественными способностями. В созданном Сапковским мире ведьмаками не рождаются – ими становятся в процессе многолетнего обучения и в результате многочисленных мутаций. Выживают далеко не все, но те, кто проходят этот нелегкий путь, обретают невероятную силу, молниеносную реакцию и ускоренный метаболизм. По сути, ведьмаки – это наемники, которые за деньги защищают людей от чудовищ, однако мировоззрение главного героя цикла «Ведьмак» и его собственный кодекс чести оказываются гораздо более сложными. Литературный образ во многом отходит от мифологического, однако не противоречит ему.

      Книги завоевали популярность широкого круга читателей и высокие оценки критиков. По мотивам произведений о Геральте из Ривии был снят телесериал «Ведьмак», выпущены две компьютерные игры и поставлена рок-опера «Дорога без возврата».

     

 Ведунами и ведуньями в народе считали тех, кто был – чаще всего от рождения – одарен сверхъестественной мудростью. Возможно, так когда-то называли древнеславянских жрецов, посвященных во все тайны природы. Они понимали язык растений и животных, могли управлять стихиями и погодными явлениями. По сути, такие способности приписывались и ведьмам с ведьмаками, но те добивались своего с помощью магического воздействия, тогда как ведуны именно знали и понимали законы устройства окружающего мира. Они могли предсказывать будущее, обладали даром целительства. Еще одним распространенным названием таких персонажей были «вещун» и «вещунья». Нередко их считали посредниками между людьми и богами. Изначально образы ведунов и ведуний были положительными или нейтральными. В преданиях они чаще всего представляются как отшельники, живущие в гармонии с природой, но отзывчивые к просьбам человека и не стремящихся навредить ему. Здесь можно заметить их близость к таким персонажам, как волхвы – особый класс людей, пользовавшийся в древности уважением и почитанием. Мудрость волхвов заключалась в обладании учениями и тайнами, недоступными обычным людям, и в зависимости от культурного развития народа могла простираться от простого знахарства до действительно научного знания. У кельтов схожими характеристиками наделялись друиды.

     Но шло время, и грань между представителями «запретных искусств» стиралась: более поздние легенды уже не делали особого различия между ведунами, ведьмаками и колдунами (это определение было наиболее распространено на землях Русского Севера, народы которого в основном наделяли магическими свойствами именно мужчин). Таких людей просто считали особенными, отличными от других и чаще всего опасными.

      

     

Кузнецы, мельники и бабки-повитухи

      Исследователи нередко отмечают, что славянское жречество находилось лишь в стадии формирования, когда было вытеснено христианством, и потому не переросло в полноценное самостоятельное сословие, как это случилось у некоторых народов. Принято считать, что основными функциями наших чародеев были знахарство – лечение с помощью заговоров, ритуалов и вполне естественных лекарственных средств; предсказания и гадания; бытовая магия – любовная и защитная. Но с другой стороны, в каждом регионе Беларуси, России или Украины – да что там, практически в каждой деревне! – вам расскажут о местной ведьме или колдуне. И даже больше – магические способности приписывались представителям многих профессий, которые сейчас нам кажутся совершенно обыденными. Наши предки верили, что те же кузнецы и мельники напрямую связаны с потусторонним миром – и неудивительно, ведь они занимались настоящим волшебством: управляли стихиями, подчиняли себе природные явления и превращали одно вещество в другое. А бабки-повитухи? Вокруг каждой из них формировался такой мистический ореол, что почести, которые односельчане им выказывали, отражали лишь малую толику уважения. И в этом тоже нет ничего странного: эти женщины, чаще всего немолодые, выполняли важную и ответственную миссию – первыми встречали новорожденного в этом мире. Именно потому считалось, что они могли не только повлиять на его здоровье, но и определить будущую судьбу.

      Если в округе у коров исчезало молоко или овцы и козы начинали паршиветь, свежий надой скисал в один миг или опара на тесто не поднималась ни у одной хозяйки, люди знали – все дело в ведьме. А еще она могла наслать засуху или град, чтобы уничтожить урожай, или навести сглаз или порчу одним только взглядом. Да и в общем была причиной практически всех бед и невзгод, случающихся с человеком. 

     Кстати, со временем на славянских землях колдовство стали считать женским занятием, мотивируя это их более тесной связью с природой, чем у мужчин. Такое поверье отражено в большинстве легенд о происхождении ведьм. В числе наиболее популярных общих для обоих полов сюжетов можно назвать разве что детей-подменышей. Нечистая сила или какое-то из мифических существ похищали человеческого ребенка и воспитывали как своего, параллельно приобщая его к сакральным знаниям, раскрывая тайны и секреты, наделяющие человека магической силой и сверхъестественными способностями. Повзрослев, такие дети возвращались в мир людей и становились чародеями.

     По народным представлениям, ведьмой становилась седьмая дочь, если в семье не было ни одного мальчика; представительница третьего подряд поколения внебрачных дочерей или младенец, чьи родители сами были колдунами. Повлиять могли и внешние факторы – проклятия или ритуалы, проведенные над ребенком, когда тот еще находился в утробе матери. Но это речь о прирожденных. И именно от них приобретали свои знания и способности «наученные» – например, могли получить их от умирающей ведьмы. Таких в народе опасались сильнее, хотя колдовская сила прирожденных была больше. Возможно потому, что от людей, сознательно обрекших себя на общение с нечистью, никто не ждал ничего хорошего и доброго. Считалось, что прирожденная ведьма может отменить свое заклинание, тогда как «наученная» – никогда.

     Ведьмам приписывали способность превращаться в различных зверей, а также брать животных к себе на службу. Наиболее часто колдуньи принимали облик кошек и ворон, змей и жаб. Их спутниками и помощниками, как правило, становились эти же существа. Как тут не вспомнить подсознательный мистический страх перед черной кошкой, отголоски которого можно найти и у наших современников (справедливости ради отметим, что в Северной Англии владеть черной кошкой издревле считалось особым счастьем). Нередко можно услышать фразу о «ведьмовской подруге», но не стоит ошибаться: если верить преданиям, никакая это не «подруга» – это колдунья собственной персоной! А прислуживающие чародеям коты традиционно были полосатыми.

     

      …По сей день кошку окружают различные домыслы. Кошачьи зрачки – узкие щелки днем и сверкающие желтые шары ночью – подразумевают связь с луной и подчеркивают умение зверя заглядывать в будущее. Говорят, что кошки по ночам похищали у младенцев дыхание. Они также умеют предсказывать погоду. Когда кошки носятся и кувыркаются, это значит, что поднимается ветер, когда моют уши – собирается дождь. Если они усаживаются спиной к очагу, можно ожидать мороза и бури.

     «Колдуны и ведьмы» Брендон Лейан

     

 Казалось бы, если ведьмы своими чарами приносили людям столько вреда, почему те терпели подобных соседей? Неужели магическая сила колдунов была столь велика, что даже вся деревня, объединившись, не смогла бы с ними справиться? Ведь существует достаточно сказочных сюжетов, где главный герой ловкостью или интеллектом побеждает злую чародейку. Да и народных преданий о том, как люди проучили колдунью, бытует немало. Однако у славян никогда не было открытой враждебности к чародеям. Их опасались, но и уважали за те знания, которыми они владели. На наших землях не пылали костры инквизиции, в которых тысячами гибли невинные девушки. Конечно, сохранились исторические документы о судебных разбирательствах по обвинению в колдовстве, но речь там шла не о «подозрении», а о конкретных жалобах частных лиц на вред, якобы причиненный ведьмой. Да и наказания не были столь жестоки. Примечательно, что церковная иерархия вообще мало интересовалась такими исками, воспринимая их как отголоски архаичных народных верований.

     Многие исследователи видят причину в том, что восприятие магии славянами и западноевропейскими народами заметно отличалось. Произошло это, вероятно, как раз вследствие того, что у нас чародейство не получило такого активного развития, не разветвилось на многочисленные течения и школы, не переродилось в «чернокнижье» и тайные сообщества, а сохранилось на бытовом уровне практически в исконном виде и близости к древним верованиям. Источником силы наши предки считали все же гармонию с природой и понимание ее глубинных законов, а не только связь с нечистой силой и злыми духами.

     Вот и сложилось испокон веков, что на славянских землях ведьмы и ведьмаки, ведуны и ведуньи, колдуны и чародеи жили бок о бок с обычными людьми. Иногда мирно, иногда не очень. Но все же в трудную минуту к ним шли за помощью, веря, что их сакральные знания и тайные учения помогут справиться с бедой и неизвестным. А что оставалось делать – ведь даже в наше время окружающий мир иногда подбрасывает загадки, над которыми ломают голову ученые с мировыми именами. А уж искать этому сверхъестественное объяснение или верить в силу науки – личный выбор каждого.

     

     

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.