Кого и как наказали за кризис

 

            Как известно, острая фаза мирового экономического кризиса началась с банкротства банка-гиганта «Lehman Brothers», о котором было объявлено 15 сентября 2008 года.

            А уже через 2 недели в прессу просочилась информация: ФБР начнет расследование, призванное выявить виновников финансового коллапса, на тот момент уже обошедшегося стране в 500 млрд. долларов (о том, что все только начинается, тогда предпочитали не говорить).

            Прошло 2 года, но однозначного ответа на извечный вопрос «кто виноват?» общественность так и не получила, хотя версий за это время было выдвинуто предостаточно.

 

«Жирные коты» с Уолл-Стрит

            Первыми под шквал критики попали банкиры. Оно и неудивительно. Ведь проблемы с ипотекой начались, в общем-то, в банковском секторе. Американские финансисты настолько увлеклись выдачей жилищных кредитов, что перестали обращать внимание на кредитоспособность заемщиков. Мало того, эти самые весьма сомнительные долги вполне успешно перепродавались инвесторам как «прекрасно обеспеченные» пакеты облигаций. Ведь в теории считалось, что купленный в кредит дом всегда можно отобрать и продать, вернув потраченные деньги.

На практике очень быстро выяснилось: если нерадивых должников мало – проблем нет (дома продаются, деньги возвращаются), а если много – с вложенными капиталами можно попрощаться (сотню домов в маленьком городишке продать просто некому).

            В 2008-м с разгромной критикой в отношении «жирных котов» с Уолл-Стрит не выступал только ленивый. Их поносили последними словами в Белом доме, в Конгрессе, в Сенате… Но одновременно пичкали крупнейшие банки бюджетными деньгами, ссылаясь на то, что они слишком большие, чтобы позволить им умереть. Знаменитый «план спасения» Полсона обошелся Штатам в 700 млрд. долларов. А ведь были еще дополнительные и тоже немаленькие программы ФРС.

            Избиратели тем временем сделали свой выбор, выкинув республиканцев из Белого дома. Но и при демократе Обаме расследование причин кризиса шло ни шатко ни валко.

            Главный экономический советник нового президента Ларри Саммерс заявлял: «Мы не можем позволить себе экономику, которая столь часто и так сильно прогорает».

            Сам президент клятвенно пообещал: «Никогда больше американского налогоплательщика не возьмет в заложники банк, слишком крупный, чтобы разориться».

            Но ситуация с места не сдвинулась.

            Только в январе 2010-го специальная комиссия конгресса США заслушала показания руководителей крупнейших американских банков «Goldman Sachs», «JP Morgan Chase», «Morgan Stanley» и «Bank of America».

            У почтенных банкиров поинтересовались – как они, финансовые гуру с многолетним опытом, могли прозевать очевидные проблемы в многострадальной ипотеке? Ответ сводился к столь же простенькой максиме «Сам дурак». Маститые финансисты просто-напросто свалили все на несовершенство… государственного регулирования биржевых операций.

            Глава «Morgan Stanley» Джон Мэк так и сказал: «Финансовый кризис выявил то, что у регуляторов просто не было достаточных инструментов для защиты стабильности финансовой системы… Сложность финансовых рынков и финансовых продуктов заметно возросла в последнее время, в то время как регулирование и надзор не поспевали за этими темпами».

            На том дело, по сути, и завершилось.

            Правда, следом были введены в действие новые правила банковских операций, призванные вроде бы обезопасить человечество от повторения событий 2008 года. Но, как считают некоторые эксперты, самые чувствительные для себя позиции банкиры сумели отстоять. Кое-кто мог бы добавить – что неудивительно, ведь экономическую команду, собранную Обамой, чтобы разобраться с этими вопросами, сплошь составляли выходцы из тех самых банков – «слишком больших, чтобы позволить им лопнуть».

 

Согласно докладу Организации по экономическому сотрудничеству и развитию, на преодоление кризиса правительствами по всему миру было выделено более ОДИНАДЦАТИ ТРИЛЛИОНОВ (11 000 000 000 000) долларов. В том числе: 1,56 трлн. долларов в виде прямых денежных вливаний, 5,21 трлн. – в виде скупки активов, 4,64 трлн. – в виде гарантий.

 

Кризис – кризисом, а бонус – бонусом

            Особой темой для критики банкиров в кризисный период стали бонусы – специальные премии, традиционно выплачиваемые руководству крупных западных компаний (в том числе, естественно, банков) по итогам года. Причем часто такие выплаты сопоставимы с годовой зарплатой и исчисляются миллионами долларов.

            Причем в крупных банках долгое время считалось, что такие премии не должны зависеть от реальных результатов работы! Получалось: есть прибыль, нет прибыли – свои «кровные» президенты и гендиректора получат без проблем. Это якобы стимулировало топ-менеджеров не бояться рискованных, но более прибыльных операций. Результат мы имели возможность наблюдать воочию.

            Так вот, и в США, и в Европе президенты и премьеры «решительно требовали»: в кризис – никаких бонусов. Общественность их бурно поддерживала.

            Председатель комиссии конгресса США по расследованию причин кризиса Фил Ангелидес жаловался прессе: «Миллионы людей остались без работы, миллионы потеряли свои дома, а Уолл-стрит отметила год рекордной прибылью и огромными бонусами. Люди хотят понять, почему это произошло».

            А знаменитый инвестор Уоррен Баффет, несколько лет предупреждавший коллег-биржевиков об опасности безудержного кредитования, и вовсе разошелся, предложив отбирать у менеджеров разорившихся банков все имущество.

            «Нужно сделать так, чтобы гендиректор банка, который рухнул или перешел под контроль правительства или которому потребовалась помощь, был полностью уничтожен с финансовой точки зрения. Почему он должен чувствовать себя лучше, чем рабочий, уволенный из General Motors?» – заявил он в интервью телеканалу «Fox News».

 

Уоррен Баффет уже много лет получает фиксированную зарплату в 100 тыс. долларов, а о бонусах даже слышать не хочет.

 

            Банкиры яростную критику, как водится, почтительно выслушали, покивали, но сделали по-своему.

            Например, бывший руководитель «Merrill Lynch» Стэнли О’Нил, уволенный из-за убытков в 56 млрд. долларов, получил выходное пособие в 160 миллионов!

А гендиректор «Royal Bank of Scotland» Фред Гудвин, которого из глубокой ямы вытаскивало правительство Гордона Брауна, до сих пор получает от недоразоренного им банка пенсию в размере… 693 тыс. фунтов стерлингов!

            Самые ушлые умудрились выплатить бонусы из… антикризисной помощи, полученной от правительства! Потом их, правда, отобрали (не факт, правда, что везде и все), но это уже частности.

            Факт же состоит в том, что после недолгого испуга 2008 года банкиры спокойно продолжили работать по старым лекалам. И уже по итогам 2009-го бонусы в очередной раз рванули вверх. В США их общая сумма превысила 145 млрд. долларов – исторический рекорд! А в Великобритании премиальные за год выросли на 40%.

            По данным консалтинговой компании «Hay Group», в среднем по Европе общие доходы (оклад+премия+бонусы) топ-менеджеров выросли за прошлый год на 6%. В России – сразу на 25%!

            Причем, что интересно, в Европе больше всего заработали топ-менеджеры отнюдь не самых богатых стран. Лидером по средним размерам окладов оказалась Испания, которая уже через несколько месяцев дошла до грани государственного банкротства.

            Не помогли и законодательные меры. В сентябре 2010 года правительство Великобритании официально признало – введенный в прошлом году 50% подоходный налог на бонусы топ-менеджеров существенного эффекта не дал. Банкиры как получали миллионы, так и получают, просто придумывают им новые названия, позволяющие налог вовсе не платить. Так что государству, кроме головной боли, ничего не досталось. А между тем, как признался бывший министр финансов Алистер Дарлинг, за счет этого «суперналога» правительство надеялось собрать около 500 млн. фунтов стерлингов. Их планировалось пустить на создание рабочих мест для молодых британцев, не работающих более полугода. Теперь деньги придется искать в других местах.

 

            Впрочем, там, где спасовала бюрократическая система, пытаются пустить в ход юридические аргументы. Разорившиеся инвесторы, банки и отдельные правительственные структуры затевают по всему миру иски против финансистов, ответственных за провал конкретных операций. Эффекта в мировом масштабе от этих мер ожидать вряд ли стоит, но поправить дело той или другой конторы они в некоторых случаях способны.

            Вряд ли, конечно, осужденный французским судом трейдер Жером Кервьель вернет банку «Societe Generale» 5 млрд. евро. Он их просто потерял, совершая незаконные операции. А вот 50 топ-менеджеров банков, которых намерена засудить штатовская госкорпорация по страхованию вкладов (FDIC), рискуют лишиться до миллиарда долларов. Так что принцип, провозглашенный Баффетом, отчасти может быть претворен в жизнь. Тем более что FDIC имеет определенный опыт в делах такого рода. После банковского кризиса 80-х годов прошлого века ей удалось взыскать с банкиров примерно 5 млрд. долларов.

            Правда, даже такие внушительные (для частных лиц) суммы – лишь капля в море по сравнению с кризисными расходами самой FDIC. Только за последние два года ей пришлось выплатить вкладчикам примерно 300 разорившихся банков около 75 млрд. долларов.

 

Неуязвимый «Goldman Sachs»

            Весьма важной судебной операцией по возвращению растраченного обещал стать процесс против одного из крупнейших банков США – «Goldman Sachs». В апреле 2010 года соответствующий гражданский иск был внесен в суд Южного округа Нью-Йорка Комиссией по ценным бумагам и биржам США (SEC).

            Самых, наверное, успешных американских банкиров современности обвиняли… в игре против собственных инвесторов. Связанный с «Goldman Sachs» хедж-фонд «Paulson» продавал клиентам банка пакеты ценных бумаг (в основном деривативов, основанных на ипотечных облигациях), после чего сам начинал играть на их понижение (проще говоря, вкладывал деньги клиентов в заведомо убыточные сделки). SEC утверждала, что банк был в курсе этих операций, но ничего не предпринял для защиты интересов инвесторов. Примерный убыток оценили в 1 млрд. долларов. Причем эксперты утверждали, что это минимально возможная оценка.

            Дело сразу привлекло внимание как в США, так и за рубежом. Среди крупнейших пострадавших вкладчиков числились крупные банки Германии и Великобритании. В Берлине и Лондоне всерьез обсуждалась возможность подключиться к иску с собственными претензиями.

            В самих Штатах замаячила перспектива иска со стороны крупнейшей страховой компании США – AIG. Если бы SEC удалось доказать факт мошенничества «Goldman Sachs», страховщики могли бы претендовать на возмещение примерно 2 млрд. долларов страховых платежей.

            Зашевелилась и прокуратура. Стало известно, что расследование по аналогичным обвинениям может быть начато против 8 других известных банков страны.

В «осведомленных кругах» сразу заговорили о «политическом заказе» из Белого дома.

            Громкий процесс против «Goldman Sachs» прекрасно проиллюстрирует заботу новой администрации о благе граждан, пострадавших от кризиса, и покажет ее независимость от «жирных котов» с Уолл-Стрит, утверждали аналитики и журналисты.

            Очень вовремя в прессу просочились подробности голосования в самой Комиссии. «За» подачу иска проголосовали два члена-демократа, а также председатель комиссии Мэри Шапиро, в то время как оба республиканских члена SEC были «против». Вспомнили и о том, что многие видные республиканцы начинали свою карьеру именно в «Goldman Sachs». Например, несколько лет исполнительным директором и председателем совета директоров банка был Генри Полсон, последний министр финансов Джорджа Буша-младшего.

            В общем, политическая конъюнктура вроде бы складывалась не в пользу банкиров.

            Они сами ушли в глухую оборону. Ходили слухи, что в жертву могут принести главу «Goldman Sachs» Ллойда Бланкфейна. Но его отставки так и не дождались.

            Вместо этого в течение нескольких месяцев господин Бланкфейн не пропадал с экранов телевизоров. Он отметился, наверное, во всех популярнейших шоу на всех самых влиятельных телеканалах (ABC, CNBC, CBS, Bloomberg TV, CNN, Fox News). Пиар-кампания строилась по всем правилам.

            Одновременно «Goldman Sachs» значительно увеличила и так немаленькую армию юристов. На защиту банка был призван Грегори Крэйг – легендарный адвокат, фактически спасший от импичмента Билла Клинтона.

            Ну а так как лучшая защита – нападение, то на Комиссию по ценным бумагам обрушился ответный вал критики.

            Во-первых, газеты и телевидение вдруг вспомнили, что именно SEC должна была контролировать состояние фондовых рынков. Что же она делала, если в стране разразился такой масштабный кризис?

            Во-вторых, всплыла история с неким господином Алленом Стэнфордом, который организовал самую настоящую финансовую пирамиду, нагрев вкладчиков на 7 млрд. долларов. О его деятельности SEC стало известно еще в 1997 году. Потом она еще трижды (!) проверяла деятельность этого «финансиста», каждый раз приходя к выводу, что весь его «бизнес» очень напоминает мошенничество. Но по какой-то странной причине дело против него так и не было открыто аж до 2005 года. И что интересно, сообщение о судебном преследовании «Goldman Sachs» появилось аккурат в тот день, на который назначили слушания конгресса о бездействии SEC в деле Стэнфорда… Занятное «совпадение».

            Наконец, общественности поведали о результатах внутреннего расследования, проведенного в SEC. Оказалось, что в разгар биржевого обвала 2008 года ее высокопоставленные сотрудники… смотрели в интернете порнографию. Один крупный чиновник, как оказалось, занимался этим «достойным» делом натурально по 8 часов в сутки. Ясное дело, со служебного компьютера и в рабочее время. В целом под подозрением оказался 31 сотрудник ведомства!

            В общем, к июлю пыла у Комиссии серьезно поубавилось, и вскоре появилось официальное сообщение: суда не будет, обвинение в мошенничестве с «Goldman Sachs» снимается, но банк уплатит 550 млн. долларов штрафа за «неполное предоставление инвесторам информации».

            Самим пострадавшим клиентам при этом достанется только 250 млн. долларов. Все остальное уйдет в доход бюджета. Это при том, что только два крупнейших инвестора, британский банк RBS и немецкий IKB, по имеющимся оценкам, могли потерять до 990 млн. долларов.

            Так что «Goldman Sachs» отделался легким испугом.

 

А судьи кто?

            Потерпев обидное фиаско с банками, власти разных стран взялись за рейтинговые агентства.

Теоретически именно они должны были вовремя сигнализировать бизнес-сообществу о надежности или, наоборот, ненадежности ценных бумаг различных компаний и банков.

            Причем рынок этот был по сути монополизирован тремя крупнейшими «высоко профессиональными» американскими агентствами «Moody’s», «Standard & Poor’s» и «Fitch Ratings».

На деле оказалось, что «надежность» зачастую определялась «потолочным» методом, а ее уровень вполне мог быть прямо пропорционален сумме, уплаченной соответствующему агентству за «консультацию». В итоге «мусорные» (или, как еще любят выражаться, «токсичные») бумаги получали марку супер-надежных, в то время как их реальная цена стремилась к нулю.

            Причем впервые это выяснилось еще до острой фазы кризиса, в 2007 году. Тогда американские контролеры уличили европейское отделение агентства «Moody’s» в завышении рейтингов печально знаменитых ипотечных облигаций. При этом рейтинг был сразу на 4 (!) уровня выше положенного, и, как заподозрили проверяющие, не в результате случайной ошибки.

            Как сказал однажды член исполнительного совета Европейского Центробанка Лоренцо Бини: «Стоило бы поинтересоваться, почему иногда агентства заинтересованы в движении рынка в том или ином направлении». Но в тот момент вопрос никого не волновал. Есть рейтинги – прекрасно. «Мелкие» недочеты в методике можно исправить в рабочем порядке.

            По факту проверки ситуацию подправили, но уже через пару месяцев стало понятно – рейтинг нужно снижать еще раз. И вновь оценщики этого не сделали. Лишь в 2008-м, под давлением вала негативной информации с бирж, рейтинги, наконец, стали приводить в норму. Но было уже поздно.

            Добавим еще, что в течение нескольких последних лет объективность измерений ставилась под сомнение многими политиками и экономистами, подозревавшими, что большая американская тройка оценщиков действует в «патриотических» интересах, выставляя американскую экономику в более выгодном свете, чем она есть на самом деле.

            Единственным, кто нашел пару слов в защиту «Moody’s», «Standard & Poor’s» и «Fitch Ratings», оказался Уоррен Баффет: «Я полагаю, они ошибались точно так же, как все остальные 300 миллионов американцев». Вероятно, правильнее было бы сказать, что они ошибались потому, что так хотели их клиенты. А слово клиента – закон.

            Когда с первым шоком от кризиса разобрались, за рейтинги и их авторов взялись всерьез. Тема обсуждалась на уровне Большой Двадцатки. Отдельной резолюцией разродилась Еврокомиссия. Потом, наконец, подошел черед национальных парламентов.

            В Германии вопрос решили просто – ужесточили государственный контроль за оценщиками. Теперь им придется ежегодно проходить аудит, а за конфликт интересов (оценка надежности с одновременным консультированием изучаемой компании) им светит штраф в размере от 200 тысяч до 1 миллиона евро.

            По верхней планке оценивается и составление рейтинга в отсутствие надежных сведений или сохранение неподтвержденного такими сведениями ранее выданного рейтинга. Недавно, например, были отозваны все рейтинги Туркмении, которую никто реально не обследовал в течение последних 8 лет!

            В Штатах дела повернулись еще жестче.

            Во-первых, теперь американские компании не могут обращаться к рейтинговым агентствам напрямую. Кто и кого будет оценивать – решит специально созданный комитет. Он установит стоимость оценки. Эдакий Госплан в сверхсвободной рыночной экономике.

            Во-вторых, в соответствии с законом Додда–Фрэнка рейтинги теперь являются юридически обязывающим документом. Провел оценку – будь добр отвечать за результаты. Более того, Комиссия по ценным бумагам получила право преследовать агентства за информацию, повлекшую серьезные последствия. Ну а мировой кризис – куда уж серьезнее. Так что теперь их руководители, видимо, запасаются валерьянкой и расширяют штат юристов.

            Крыть большой тройке оказалось нечем, но повод отомстить вскоре нашелся.

            Встав в позу кающегося грешника, рейтинговые агентства кинулись в массовом порядке пересматривать собственные оценки. Причем очень сурово прошлись по суверенным рейтингам стран, выступавших с особо жесткой критикой. Из элиты элит (рейтинг ААА) выкинули Грецию, Испанию и Португалию. Записали в аутсайдеры штат Калифорния вместе со Шварценеггером (эта территория никак не может рассчитаться с колоссальными долгами и живет вовсе без бюджета). Войдя в раж, стали прозрачно намекать, что и в рейтинге самих США не очень-то уверены. Но до поры до времени сдержались.

            Особенно не повезло старушке-Европе. Там как раз грянул греческий кризис, и эксперты всерьез заговорили об угрозе существования евро как единой региональной валюты. Плюс на горизонте замаячила перспектива банкротства других стран еврозоны. Тут-то и подоспели аналитики-оценщики.

            Их прогнозы (может быть, на этот раз и справедливые) только усилили панику на рынках, и евро несколько месяцев катился вниз. Потом оказалось, что все не так плохо, как представлялось поначалу, и единая валюта потихоньку стала выравниваться. Но кое-кто уже успел сколотить себе на этих «гонках» огромные состояния.

Так что и в новых, более жестких условиях рейтинговым гигантам есть, где развернуться.

 

Исландские новации

            Поиски виновных по всему миру проходили примерно по одному сценарию. И примерно с одинаковым результатом. Самым невезучим лепили многомиллионные штрафы. На более удачливых всего лишь выливали ушат грязи в СМИ и с парламентской трибуны. Самым хитрым и вовсе удавалось отвертеться – мол, мы вас давно предупреждали, а вы не слушали.

            Кое-где сменили правительство. Дело житейское и рутинное. Хотя и вовсе не обязательное. Вот, например, во Франции полстраны ходит по улицам с транспарантами, блокирует аэропорты и нефтеперерабатывающие заводы, начинает поколачивать полицию, и ничего, Саркози как ни в чем не бывало гнет свое – на пенсии денег нет, все съел кризис.

            Кто кого в итоге переборет – неясно. Но такой моды на демонстрации трудящихся в Европе не было давно. Протестуют повсеместно: во Франции, в Великобритании, в Испании, в Португалии, в многострадальной Греции. Последних бастующих греческой полиции пришлось натурально выбивать из развалин Акрополя.

            Но больше всех отличилась Исландия. Там решили просто. Раз в экономике творится черт знает что, кто-то должен ответить. И этот кто-то – бывший премьер-министр Гейр Хорде. И речь вовсе не об отставке. Решением парламента (33 голоса против 30) этого крупного государственного деятеля решено отдать под суд. За бесхозяйственность.

            Справедливости ради стоит отметить – исландцам есть на что жаловаться. Страна пострадала от мирового кризиса как ни одна другая. Акции обесценились в 10 раз! Курс кроны упал в 2 раза. Реальные доходы населения – на 20%. Внешний долг страны в 9 раз превосходит ВВП!

Одна из самых преуспевающих стран Европы за несколько недель стала нищей!

            Ко всему прочему в Исландии обанкротились чуть ли не все частные банки, из-за чего на маленькую островную республику жутко осерчали соседи – Великобритания и Нидерланды. В исландских банках граждане двух этих стран потеряли более 5 млрд. евро (а все потому, что исландцы успешно завлекали их высокими процентами по депозитам, но никаких гарантий возврата не давали, о чем прозорливо умалчивали).

            Лондон и Амстердам стали давить на Рейкьявик. Но денег новому правительству взять было неоткуда. Была надежда на ЕС (Греции ведь отвалили 100 миллиардов), но туда Исландию не пустили все те же англичане с голландцами. Мол, пока не рассчитаетесь – никакого членства с дотациями.

            Попробовали спросить у народа – тот дружно ответил: денег нет!

            С горя наследники викингов решили хотя бы поквитаться с растратчиками. Создали специальную комиссию во главе со специальным прокурором Олафуром Хаукссоном. А когда тот пришел с отчетом, нация содрогнулась.

            Министр финансов Стейнгримур Сигфуссон высказался наиболее мягко и почти поэтически: «Доклад содержит историю ограбления страны группой лиц, так это явление и следует называть. Приватизация всего и вся на годы стала самоцелью правительства, а необузданная жадность была возведена в статус добродетели».

            Выяснилось, в частности, что бывшие владельцы теперь уже национализированных банков прекрасно понимали, что происходит. И никаких надежд выплыть не питали. А потому просто готовили пути к отступлению, вывозя огромные суммы за рубеж и беззастенчиво беря кредиты у собственных тонущих банков. Картинки частной жизни этих бизнесменов, шокировавшие их соотечественников, для нас покажутся до боли знакомыми. Примерно в таких словах обычно описывали СМИ быт российских олигархов.

            Прежнее правительство, как полагают авторы доклада, обо всем знало, но не вмешивалось. В тексте поименно названы 12 высоких чиновников, несущих личную ответственность за экономический коллапс. Но не повезло только премьеру. За остальных не набралось достаточно голосов в парламенте.

            А так бы сидеть им на одной скамье подсудимых в особом суде, созданном для подобных дел еще в 1905 году и с тех самых пор ни разу не созывавшемся. Теперь же компанию бывшему премьеру составляют два крупнейших исландских финансиста Хрейдар Мар Сигурдссон и Магнус Гудмундссон, заправлявшие крупнейшим частным банком страны «Kaupthing». Самые популярные экономисты до кризиса, теперь они чуть ли не самые ненавистные для исландцев фигуры. По всей стране их портреты украшают писсуары ресторанов и мишени для игры в дартс и стрельбы из лука.

            Остается подождать вердикта.