Мари Лаво – незаконнорожденная мулатка-полукровка, ставшая верховной жрицей луизианского культа вуду и самой известной женщиной в истории Нового Орлеана. Эту влиятельную и властную даму называли не иначе как Королевой вуду. Одни считали ее великой провидицей и колдуньей, другие – всего лишь талантливой шарлатанкой. Но одно остается несомненным – Мари Лаво помнят как некоронованную королеву вуду вот уже почти два столетия.

 

Женщина по имени Мари Лаво

Несмотря на то, что про Мари Лаво ходит множество слухов и легенд, а истории о Королеве вуду знают в Новом Орлеане буквально все и каждый, фактов о ее жизни до 25-летия известно немного.

Мари Лаво родилась во французском квартале Нового Орлеана, предположительно, в 1794 году. Была она незаконнорожденной дочерью богатого владельца плантации Чарльза Лаво и одной из его рабынь – Маргариты Даркантель. Сам Чарльз был креолом, а в жилах Маргариты текла кровь раба-негра и индейской девушки. Так что внешность у Мари была примечательная: ее описывали как «высокую величественную женщину с вьющимися черными волосами, сверкающими черными глазами, красноватым оттенком кожи и по-европейски правильными чертами лица». Ее редко называли красавицей, но при этом сходились во мнении, что она, безусловно, была привлекательна и притягательна.

Несмотря на смешанное происхождение Мари, Чарльз Лаво неплохо относился к дочери. Он не признал малютку и не сделал своей наследницей в числе законных детей, однако дал дочери рабыни личную свободу и воспитывал в своем доме, обеспечив ей некоторое образование и приобщив к католической вере.

Девушка долго жила в доме отца и замуж вышла очень поздно для того времени, в 25 лет. В церковных книгах собора Святого Луи сохранилась запись о ее венчании, гласящая, что 4 августа 1819 года Мари Лаво сочеталась законным браком с вольноотпущенным квартероном Жаком Пари. Он был родом из Санто-Доминго и приехал с США только в 1809 году, получив свободу от рабства после революции на Гаити.

Молодожены поселились в небольшом доме на улице Святой Анны, который им подарил Шарль Лаво в качестве приданного Мари. Пока молодая жена вела хозяйство, Жак работал плотником. Считается, что именно муж-гаитянин впервые познакомил Мари с обычаями и ритуалами вуду, которые, как уроженец Гаити, знал не понаслышке. Она охотно приняла новое для себя верование и успела многому научиться, прежде чем ее супруг уехал, из которой уже никогда не вернулся.

Всего через два года после свадьбы Жак отправился на родину уладить какие-то дела с дальними родственниками. Но прошел год, и другой, и третий, а он так и не возвратился. Неизвестно, что случилось с ним в дороге или на Гаити, но через 5 лет после его исчезновения власти Нового Орлеана выдали Мари свидетельство о смерти супруга. Но задолго до этого перед Мари Лаво, которая уже тогда называла себя вдовой, встал вопрос – как одинокой женщине свести концы с концами и хотя бы прокормить себя. По неизвестным причинам Мари почему-то не рассматривала повторный брак.

 

Королева шантажа

Собравшись с мыслями и посчитав деньги, оставшиеся от приданого и накопленные вместе с мужем, женщина решила открыть парикмахерский салон. Ее услуги была не дешевы, Мари обслуживала только богатых женщин Нового Орлеана. Она оказалась весьма талантливым парикмахером, и вскоре салон мадам Лаво стал более чем популярен. Светские дамы расхваливали умелицу с золотыми руками и рекомендовали ее услуги родственницам и подругам. Так что всего через пару месяцев в салоне у Мари стали собираться сливки общества – представительницы местной элиты часами засиживались здесь, чтобы поправить прическу, сделать модную завивку, выбрать пудру, крем или маску для лица и, главное, просто поболтать. Дамы обсуждали личные и семейные дела, перемывали косточки мужьям и родственникам, сплетничали о соседях, друзьях и знакомых и даже делились личными секретами и сердечными тайнами. На хлопотавшую вокруг них темнокожую парикмахершу они не обращали никакого внимания, привыкнув не считать цветную прислугу за людей. Как же они ошибались!

Предприимчивая Мари внимательно слушала болтовню клиенток, запоминала и вела подробную картотеку. Так что вскоре все великосветские тайны Нового Орлеана были в ее руках. И она сумела их использовать, шантажируя тех, о ком узнала хоть что-то стоящее. Прошло совсем немного времени и все болтливые женщины Нового Орлеана, а также их мужья, дети, родственники, друзья и даже случайные знакомые оказались полностью во власти мадам Лаво. И еще не став Королевой вуду, она могла по праву называться королевой шантажа.

На вырученные таким путем деньги Мари вскоре открыла небольшой публичный дом на берегу озера Поншартрен. Предприимчивая мадам Лаво справедливо рассудила, что полезные в ее новом «бизнесе» сведения можно получать не только от светских сплетниц, но и от их супругов. Так что девушки, работавшие в борделе, исправно доносили ей все, о чем болтали при них богатые клиенты, и даже сами расспрашивали их о том, что велела узнать хозяйка.

Но даже этой власти мадам Лаво было мало. Ведь белые аристократы составляли ничтожно малый процент населения Нового Орлеана. И пусть они приносили ей стабильных доход и уверенность в завтрашнем дне, настоящую власть в городе мог получить только тот, кто управлял умами куда более многочисленных чернокожих и полукровок, рабов и вольноотпущенников. Кроме того эти люди, будучи слугами и работниками в богатых домах, в отличие от притихших и опасавшихся теперь мадам Лаво сплетниц, могли и дальше снабжать ее ценной информацией о своих хозяевах.

Но как добиться доверия и послушания от тех, кого нечем шантажировать? Мадам Лаво вскоре нашла ответ и на этот вопрос – религия вуду.

 

Тайные знания

Культ вуду тайно практиковали многие в Новом Орлеане, он процветал там с тех пор, как туда были доставлены первые рабы из Африки. Суеверия и ритуалы буквально пропитывали всю жизнь чернокожих, метисов и даже их белых хозяев. Жрецы и жрицы вуду были весьма уважаемы и к ним частенько обращались за теми или иными услугами и нищие рабы, и состоятельные вольноотпущенники, и богатые землевладельцы. Так что слухи о новоорлеанских тайных собраниях, жертвоприношениях и оргиях, постоянно проходивших на берегах реки, озера и в прибрежных заливах, были вполне обоснованными.

Вскоре эти сборища стали настолько частыми и многочисленными, что просто не могли не взволновать власти. Так что в 1817 году городской совет Нового Орлеана принял постановление, запрещающее чернокожим собираться для танцев или других целей в любой из дней, за исключением воскресенья, и только в специально установленном мэром месте. Отменить собрания вовсе отцы города так и не смогли. Во-первых, это могло привести к немедленному восстанию. Во-вторых, рабам и вольноотпущенным по закону полагался один выходной день в неделю, и запретить им собираться в это время для совершения ритуалов вуду и, главное, привести этот закон в исполнение, было попросту невозможно. Официальным местом встречи адептов вуду стал пустырь за Французским кварталом на улице Норт Рэмпарт, который прозвали площадь Конго. По воскресениям там собиралась большая толпа. Негры танцевали и пели, славя богов и духов Лоа, а белые приходили посмотреть это удивительное представление.

Но площадь Конго была не единственным местом в Новом Орлеане, где проводились церемонии. Настоящие моления и жертвоприношения проходили на берегах озера Поншартрен. Во времена, когда Мари Лаво только начинала свое знакомство с вуду, здесь заправлял Доктор Джон. Среди адептов культа сложилась строгая иерархия, и главного жреца все уважительно называли Доктором, а верховная жрица носила титул Королевы. Джон Монтень, он же Доктор Джон, был одним из самых известных жрецов культа в истории Нового Орлеана. Об этом вольноотпущенном рабе ходило немало слухов – многие верили, что когда-то он был принцем в Сенегале, но его взяли в плен испанцы и продали в рабство на Кубу. Получив вольную, он приехал в Новый Орлеан, занялся колдовской практикой и весьма преуспел, успешно предсказывая будущее, заговаривая болезни, снимая и накладывая проклятия. Вскоре он обзавелся не только постоянными клиентами, но и домом, несколькими женами и любимой ученицей. Стоит ли удивляться, что ею стала та самая Мари Лаво?

Мари манил культ вуду и та власть, которую получали опытные и талантливые колдуны. Поначалу она просто приходила на собрания на пустыре за Французским кварталом, потом начала искать помощи у более опытных коллег, меняя учителей одного за другим. Так она в 1826 году познакомилась и со своим вторым мужем, квартероном Луи-Кристофом Дюмин де Клапионом. И пусть они не венчались в церкви, их брак был скреплен ритуалами вуду и Мари родила новому мужу ни много ни мало 15 детей. Но даже счастливая семейная жизнь не смогла свернуть мадам Лаво с намеченного пути. Она хотела стать самой почитаемой жрицей Нового Орлеана и даже сумела уговорить самого Доктора Джона взяться за ее обучение. Она закрыла парикмахерскую и все силы приложила к тому, чтобы стать профессиональной колдуньей. Всего через несколько лет ее учитель ушел на покой, передав ей все свои знания.

 

Королева вуду

В начале 1830-х в Новом Орлеане было сразу несколько жриц, претендующих на высокое звание Королевы вуду. Многие не прочь были возглавить и воскресные танцы на площади Конго и тайные церемонии у озера Поншартрен. Но Мари Лаво обошла их всех. Некоторые претендентки уступили более амбициозной сопернице по доброй воле, других она устранила при помощи уже привычного ей шантажа, с третьими, по слухам, расправились по указке Мари злые духи. Так или иначе, но в 1830 году мадам Лаво стала по праву именоваться Королевой вуду Нового Орлеана.

Взяв дело в свои руки, Мари перестала делать из обрядов священное таинство и превратила их в настоящее зрелище. Она собиралась использовать культ в своих целях и потому рекламировала его всем и каждому. Для начала Мари начала приглашать на воскресные танцы на площади Конго зрителей – полицию, прессу, золотую молодежь и влиятельных людей города. С них взималась плата, и это сделало вуду весьма выгодным делом, а Мари – еще более состоятельной женщиной. Теперь в ритуалах и церемониях участвовали не все пришедшие, а только тщательно отобранные танцовщики и танцовщицы, среди которых была и сама Мари. Она выступала со своим гигантским питоном по имени Зомби, и эта пара пользовалась среди зрителей огромным успехом. Всем остальным адептам культа дозволялось только наблюдать, петь гимны и играть на музыкальных инструментах.

Изменились и обряды, проводимые на озере Поншартрен. Теперь охотники за острыми ощущениями могли за довольно внушительную сумму посетить тайные собрания культистов, увидеть, как огромный питон Мари душит черных петухов и кур, и даже причаститься их кровью в ходе ритуалов. Ходили слухи, что мадам Лаво даже организовывала тайные оргии для богатых любителей запретных развлечений. Имея опыт содержания борделя, она легко организовывала встречи белых мужчин с прекрасными негритянками, мулатками и квартеронками. А потом подробности этих «тайных» сборищ становились или поводом для шантажа, или достоянием широкой общественности.

Судить о размахе праздников вуду под началом мадам Лаво можно по одной из заметок в местной газете. Молодой репортер подробно описал, как в Новом Орлеане отпраздновали День святого Иоанна 23 июня 1872 года. Журналист пишет, что «после прибытия Мари Лаво толпа запела ей величальную, потом воздвигла огромный костер, чтобы разогреть котел и довести его содержимое до кипения. В котел влили воду из сосуда для пива, соль, черный перец, разрезанную на три части черную змею, символизирующую Троицу, кошку, черного петуха и различные порошки. Между тем Мари Лаво приказала всем присутствовавшим раздеться, что они и сделали, распевая при этом монотонно хором и повторяя: «Мадам Мари». В полночь все залезли в озеро, примерно на полчаса, чтобы остудиться, а потом выбрались на берег и еще целый час пели и танцевали. В это время Мари произнесла проповедь, а потом позволила празднующим отдохнуть с полчаса или заняться любовью. После отдыха все поели, спели еще несколько песен, до того момента, пока не был подан знак погасить огонь под котлом. Четыре нагих женщины залили огонь водой, а потом содержимое котла перелили в сосуд. Мари приказала всем одеться, затем прочитала еще одну проповедь. День уже заканчивался, и все разошлись по домам».

Мари не стеснялась приурочивать ритуалы вуду к христианских праздникам. Кроме того, будучи с рождения католичкой, она привнесла в традиционные обряды кое-что новое, например, святую воду, миро и ладан, статуэтки святых и даже христианские молитвы. Разумеется, церковь категорически не одобряла подобные изыски, но влияние Королевы в Новом Орлеане было уже так велико, что ни один священник не решался причинить ей вред или хотя бы дурно отозваться о ней в воскресной проповеди.

Королеву вуду теперь знали и поддерживали буквально все. Многие богачи были у нее под каблуком, ведь она знала их страшные тайны, их жены приходили к ней погадать или попросить помощи в любовных делах, а чернокожие слуги боялись Мари до дрожи. Судьи и политики платили ей по тысяче долларов за то, чтобы она помогла им победить на выборах, богатые белые женщины отдавали по десятке за пузырек приворотного зелья, и только чернокожим мадам Лаво почти всегда помогала бесплатно. За услугами знаменитой колдуньи приезжали издалека, многие гости города приходили в дом Мари Лаво просто засвидетельствовать свое почтение, о ней постоянно писали в прессе.

 

 

Пусть многие считали Мари Лаво талантливой мошенницей и аферисткой, некоторые истории, которые про нее рассказывают, заставляют думать, что Королева вуду действительно могла творить чудеса.

Однажды к Мари обратился богатый мужчина, сына которого обвиняли в убийстве и должны были приговорить к повешению. Безутешный отец пообещал, что подарит мадам Лаво собственный дом, если она сумеет сделать так, чтобы его сына признали невиновным. Та согласилась и начала подготовку. Утром в день суда она пришла в церковь, положив в рот три стручка красного острого перца. Там она несколько часов подряд молилась и заговаривала заветные стручки, шептала на воду, а потом прямиком отправилась в здание суда. В зале заседаний она разложила по стручку перца под сиденье каждого из трех судей, которые вели дело об убийстве, а стулья присяжных обрызгала водой. И, к удивлению всех присутствующих, спустя всего час после начала слушания, юношу признали невиновным, а убийство – самообороной. Молодой человек был оправдан и отпущен, а его счастливый отец сдержал свое слово и переписал большой дом в центре Нового Орлеана на Мари Лаво.

Неудивительно, что после этого происшествия многие начали считать Королеву едва ли не всемогущей.

 

 

Теперь одна только угроза ее проклятия заставляла людей делать все, что пожелает мадам Лаво. Говорят, Мари придумала особую хитрость. Любой житель города в любой момент мог увидеть на своем пороге небольшую куколку вуду. Такое послание трактовалось однозначно: нашедший этот предмет человек проклят и должен идти на поклон к Королеве. Она всегда была готова помочь несчастному за плату или, в случае с чернокожими рабами и прислугой, за небольшую услугу. Например, рассказ о том, что происходит в хозяйском доме, о чем землевладелец говорил со своим партнером за обедом, нет ли каких-нибудь проблем у хозяйки или ее детей. Эти небольшие услуги стали поистине бесценным кладезем информации и, узнавая о хозяевах от слуг, Мари слыла в городе ясновидящей, знающей о людях всю подноготную.

Еще одним инструментом и визитной карточкой известной колдуньи стали особые талисманы вуду – гри-гри. Эти небольшие амулеты представляли собой матерчатые мешочки, в которые мадам Лаво в зависимости от конечной цели клала травы, камни, кости, волосы, обрезки ногтей, кладбищенскую пыль, соль, специи, птичьи перья и многое другое. Потом она шептала над мешочком секретные заклинания и отдавала заказчику. Мадам Лаво могла наколдовать буквально все – здоровье, деньги, удачу, любовь. Так, азартные игроки ехали через полстраны, чтобы купить у нее красный фланелевый мешочек с магнитом, притягивающий удачу, или замшевый гри-гри, наполненный зубами акулы, смоченными в голубиной крови. Если на таком амулете написать сумму, которую игрок хочет выиграть, он непременно ее получит.

Нередко у мадам Лаво заказывали и гри-гри, чтобы наслать на кого-нибудь порчу. Мари изготавливала такие мешочки из савана покойника, умершего 9 дней назад. Внутрь она зашивала сушеную одноглазую жабу, мизинец чернокожего самоубийцы, высушенную ящерицу, крыло летучей мыши, глаза кошки, совиную печень и сердце петуха. Такие амулеты положено было прятать в вещах будущей жертвы. Говорят, их покупали многие чернокожие рабы, чтобы свести счеты со своими жестокими хозяевами.

И все же темнокожие не считали Мари Лаво злой. Что ж, в чем-то они были правы. Несмотря на свою любовь к деньгам и власти, за свою долгую жизнь эта женщина сделала немало хорошего – она действительно помогала больным, лечила детей и даже ухаживала за умирающими от желтой лихорадки. Она нередко ездила в тюрьмы навещать смертников, которых ждала виселица. Порой по договору с семьей она приносила приговоренным традиционное новоорлеанское блюдо из морепродуктов – гамбо. Готовила она его по собственному рецепту, и попробовавший угощение человек той же ночью спокойно и мирно умирал в своей камере, избежав позорной казни через повешенье.

 

     

Еще одна широко известная легенда о Мари Лаво гласит, что в Новом Орлеане жила красивая молодая девушка из хорошей, но небогатой семьи. Как-то к ней решил посвататься очень богатый мужчина. Разумеется, родственники сразу же согласились на столь выгодный брак. Не учли они только одного – невесте было всего 16, а вот будущему жениху шел восьмой десяток. К тому же девушка уже была влюблена в молодого, но бедного парня, который как раз отправился в другой город на заработки. Стоит ли удивятся, что она заупрямилась и отказалась идти к алтарю со стариком?

Ни уговоры, ни угрозы на девушку не действовали. Отец даже высек ее плетью и запер в комнате, посадив на хлеб и воду. Но и это не заставило ее переменить своего решения. Престарелый жених даже начал беспокоиться, не получит ли он в результате таких уговоров вместо красавицы невесты ее хладный труп. Тогда-то и решено было обратиться к Мари Лаво. Родственники упрямицы надеялись, что всего пара капель любовного зелья, приготовленного Королевой вуду, сможет заставить ее согласиться на брак.

Жених и отец невесты поговорили с мадам Лаво, и та уверила их, что сумеет решить их проблему. Погадав будущему новобрачному, Мари сказала: «Свадьба будет. Гостей много вижу и невесту молодую». Затем она дала жениху гри-гри с волшебным порошком и навестила невесту. После этой встречи девушка стала на удивление покладиста, согласилась на свадьбу и даже настояла, чтобы дату венчания назначили поскорее.

Пышное торжество, наконец, состоялось. После церемонии в церкви гостей пригласили на обед, а после дали бал. Молодожены вышли на середину зала, чтобы станцевать первый танец, но сделав буквально пару па, новоиспеченный муж схватился рукой за грудь и упал замертво. Так молодая девушка в одночасье сделалась очень богатой вдовой. Говорят, первое, что она сделала в этом качестве, это вызвала из соседнего города своего возлюбленного. И, разумеется, не забыла отблагодарить мадам Лаво.

 

 

Талантливо управляя людьми и используя то кнут, то пряник, предприимчивая мадам Лаво безраздельно правила Новым Орлеаном почти 40 лет. Но годы брали свое. В 1869 году Мари провела свою последнюю официальную церемонию в качестве Королевы вуду, объявив, что с этого дня уходит на покой. Она удалилась в свой дом на улице Святой Анны и вела довольно замкнутую и уединенную жизнь, много времени проводя в церкви. Но несмотря на проснувшуюся в ней религиозность, Мари Лаво продолжала заниматься магией и не отказывала в помощи просящим, делая для них амулеты и совершая ритуалы.

Несмотря на это в ее некрологе, опубликованном всего через два дня после смерти почтенной Королевы вуду 15 июня 1881 года в новоорлеанской газете Daily Picayune, пожилую женщину выставляли едва ли не святой. Статья утверждала, что Мари жила благочестивой жизнью, не жалея сил лечила больных, неустанно молилась за здоровье немощных и души осужденных и умерла, как истинная католичка.

 

Однако история Мари Лаво на этом не заканчивается. Многие верят, что Королева вуду продолжает командовать духами Лоа даже с того света. Так что ее могила стала местом паломничества не только для жителей Нового Орлеана, но и для тысяч приезжих. Здесь до сих пор проводят ритуалы и приносят жертвы и подарки – цветы, свечи, бусы, самодельные куклы.

Многие верят, что дух мадам Лаво способен исполнять желания. Для этого просящий должен прийти к склепу, три раза обойти вокруг него, отмечая каждый новый круг нарисованным на стене крестом. Потом надо трижды постучать в дверь усыпальницы и четко проговорить в нее свое желание. Разумеется, за его предполагаемое исполнение придется заплатить, оставив на могиле мадам Лаво три монетки. А если оно действительно осуществится, стоит еще раз прийти к склепу и оставить Мари в благодарность еще одно подношение.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.