Бесконечные золотые пляжи, фейерверк культур и традиций, редкие животные и удивительные фрукты, гармоничное сочетание древности и прогресса – вполне объяснимо, почему поток туристов в Малайзию с каждым годом становится все больше. Только вот они видят лишь одну сторону медали. Давайте посмотрим на «горную страну», как ее называли индийские купцы, изнутри.

      

     Едва ли найдется в современном мире государственный герб, который обойдет малазийский по сложности и числу элементов. На нем изображены символы и цвета всех штатов, федеративных и нефедеративных княжеств, входящих в состав государства Малайзия. Тут тебе и национальные кинжалы-крисы, и арековая пальма, и мост над водой, и дерево малакка, и птица-носорог. Гербовые цвета всех старинных княжеств представлены на национальном символе в виде параллельных прямоугольников. Кроме того, герб содержит полумесяц и звезду с 14 лучами – знаки ислама. Все это богатство охраняют с двух сторон могучие тигры. Присутствует здесь и красный цветок гибискуса – еще один национальный символ, чьи пять лепестков означают пять заповедей ислама.

     Флаг Малайзии, гораздо более привычный для европейского взгляда, носит ласковое прозвище «Славный полосатый». Полотнище из 13 поперечных красно-белых полосок присутствовало еще на стяге Ост-Индской компании – просто теперь в кресте вместо «Юнайтед Джек» разместились полумесяц со звездой.

     Малайзия – страна приморская: ее западная и восточная части разделены Южно-Китайским морем. Эти регионы разительно отличаются друг от друга. Западный густо населен, здесь развивается промышленность, бешеными темпами идет добыча нефти, в огромных количествах штампуются компьютерные составляющие. Восточные провинции не так многолюдны и живут преимущественно за счет туризма. Но, несмотря на огромное расстояние между регионами, Малайзия – единая страна, которая гордится своей не так давно полученной независимостью.

     Хотя Малайзия – монархическое государство, король не наследует трон, а избирается из числа правителей 9 штатов федерации. Вообще-то, в составе Малайзии больше штатов, но не все имеют право выдвигать кандидата на пост верховного правителя. Каждые 5 лет семь малазийских султанов, один раджа и еще один правитель с непроизносимым титулом Янг Дипертуар Бесар собираются вместе и избирают короля. Как правило, предпочтение отдается самому старшему или тому, кто дольше всех занимает свой пост. И, по большому счету, такой подход имеет право на существование – ведь король не управляет страной, а выполняет сугубо представительские функции.

     Законы в Малайзии очень строгие, но это дает хороший результат: уровень преступности в стране действительно низкий. Расслабляться, правда, не стоит: умыкнуть кошелек на рынке или в метро у вас могут легко, но вот серьезные преступления в стране – редкость. Особенно связанные с наркоторговлей: за продажу или транспортировку даже легких наркотиков здесь предусмотрена смертная казнь. Причем это правило действует, в том числе, и применительно к иностранцам.

     С 2006 года малазийское правительство ведет беспрецедентную войну за чистоту малайского языка. Депутаты парламента, которые без соответствующего разрешения осмелятся употребить в публичном выступлении английское слово, будут вынуждены заплатить штраф, причем немалый – почти 300 долларов. Точно так же за систематическое нарушение лексических и грамматических норм в телепередачах и рекламных материалах стали наказывать специалистов от рекламы и медиа-бизнеса. Естественно, в школе изучению родного языка уделяется очень большое внимание.

     Кстати, школьная программа в Малайзии уникальна. В нее включен необычный предмет – разработка дизайна гоночных машин для «Формуры-1». Казалось бы, зачем это детям? А все дело в том, что этот вид спорта очень популярен в стране, которая стремится стать мировой столицей авто- и мотогонок. Уже сегодня недалеко от Куала-Лумпура выстроенная роскошная трасса, качество которой позволяет проводить не только отборочные этапы гонок, но и Гран-при.

     Впрочем, если ребенка не интересуют болиды, он не обязан посещать такие занятия. Введение «предмета по интересу» стало еще одним мудрым новшеством малазийской системы образования.

     Среди народностей, проживающих в Малайзии, стоит особо выделить племя баджо – морских цыган. Эти кочевники до сих пор живут либо в домах, стоящих в море на сваях, либо просто в лодках. Пропитание себе они добывают, продавая морскую рыбу, а также – ловлей жемчуга. Для того чтобы ловцы-баджо могли нырять на большую глубину, еще в детстве им перфорируют барабанные перепонки. Ребенок неделю лежит с кровотечением из носа и ушей, но зато потом 30–40 метровые глубины ему нипочем.

     По конституции в Малайзии провозглашена свобода вероисповедания, но официальная религия – ислам суннитского направления. Впрочем, так было не всегда. В Средние века жители этого региона исповедовали индуизм. Но в XIV веке сюда проникла из Малой Азии религия Магомета. В эту пору никакой Малайзии, понятное дело, не существовало – эта земля делилась на множество мелких княжеств и королевств, где каждый раджа или султан имел претензии к соседу и, как следствие, все беспрестанно воевали. И когда к полуострову Малакка и островам Малайского архипелага прибыли британские колонисты, для них не составило никакого труда подчинить себе все эти микрогосударства скопом.

     Идею английской королевы нажиться на чужих ресурсах оценил голландский король – и британцы перестали единолично распоряжаться в регионе. Сферы влияния распределялись долго, не обходилось без конфликтов, а местному населению оставалось наблюдать, как два европейских гиганта делят чужие богатства. В конце концов, в 1824 году, волевым решением британской короне отошло то, что стало впоследствии Малайзией, а голландцы забрали себе острова, которые сегодня входят в состав Индонезии.

     Нет нужды описывать условия жизни и судьбу европейских колоний в XIX веке. Но в 1957 году Малайзия получила независимость. И сумела распорядиться ею на удивление мудро: сегодня ВВП на душу населения уже перевалил за 10 тыс. долларов, и страна становится все более и более комфортной для жизни. Это закономерно повышает иммиграцию.

     Сегодня этнические малайцы составляют чуть более 50% населения. Есть в стране и аборигены, именующие себя «Оранг Асли», что переводится как «изначальные люди». Их тут около 11%, но они не представляют социальной силы – живут в джунглях и демонстрируются туристам в качестве местной экзотики. Правительство не дает аборигенов в обиду, а сами Оранг Асли не вмешиваются в политику.

     Совсем другое дело – китайцы и индийцы, составляющие 24% и 8% населения соответственно. Игнорировать их не получается: религии у них другие, распространенный в стране суд шариата для них – пустой звук. При этом и китайцы, и индусы переехали в Малайзию довольно давно и успели наладить бизнес, взять в свои руки розничную торговлю, ресторанные сети, сферу услуг. В общем, чувствуют себя равными с хозяевами страны. А порой и лучше: если верить официальным данным министерства экономики Малайзии, в руках этнических малайцев сосредоточено не более 30% народного богатства страны.

     Что касается религии, то около 60% населения относят себя к мусульманам, еще 20% – буддисты, 9% – христиане, а дальше идут представители индуизма, джайнизма, сикхи, язычники и атеисты. Теоретически, гражданин Малайзии может сменить вероисповедание. Однако за прошедшие 10 лет менее 100 малазийцев испросили разрешения на это, причем 84 человека проживали в штате Негри-Сембилан, самом веротерпимом в Малайзии. В других областях за такое ходатайство человек может получить 6 ударов палкой, штраф в 1400 долларов и даже 3 года тюрьмы. Зато те, кто верны пророку, получают немало преференций в соответствии с политикой «позитивной дискриминации», введенной премьер-министром Тунку Абдул Разаком. Только этнические мусульмане могут занимать государственные должности, брать кредиты и ссуды в исламских банках под мизерные проценты, получать стипендии для обучения.

     Впрочем, местный ислам имеет, так сказать, человеческое лицо. Тут не побивают камнями, женщины не носят хиджаб и занимают немало высоких должностей в администрации и в бизнесе. Есть, конечно, заведения, где ношение хиджаба обязательно и где присутствуют традиционные элементы «разделения полов». Примером может служить Международный Исламский университет.

     Малазийский Сингапур

     Независимость не всегда желанна. Эту истину сполна познали жители Сингапура, который в течение 2 лет входил в состав Малайзии. В общем-то, идея объединить два освобожденных государства в одно принадлежала британской короне. Предполагалось, что единый рынок должен оживить экономику, сократить расходы на развитие инфраструктуры и повысить уровень безопасности страны.

     Однако малайцы и населяющие Сингапур китайцы общего языка не нашли и искать явно не хотели. Политика «позитивной дискриминации» вызывала возмущение сингапурцев, а Объединенная малайская национальная организация (крупнейшая политическая партия Малайзии) неожиданно потерпела поражение на выборах депутатов в Законодательную Ассамблею. Появилось вполне обоснованное опасение, что хорошо развитая экономика Сингапура «перетянет на себя политическое одеяло» и приведет к переносу столицы. А это, в свою очередь, поставит под вопрос само существование исламского государства: ведь Сингапур – буддийская страна.

     Уже 21 июля 1964 года (через 11 месяцев после объединения) в Сингапуре вспыхнуло вооруженное восстание, в результате которого погибло 23 человек и несколько сотен было ранено. Дальше стало только хуже – жертв становилось все больше, ситуация накалялась. Был введен комендантский час, а малайские экстремисты даже призывали к аресту и суду премьер-министра Сингапура Ли Куан Ю.

     В такой суровой обстановке союз просуществовал до августа 1965 года, когда парламент Малайзии единогласно проголосовал за исключение Сингарупа из состава федерации. Сингапурские делегаты на голосовании не присутствовали, а Ли Куан Ю, провозглашая вынужденную независимость своей страны, выглядел несколько опечаленным.

     Грязное устье

     Все богатства страны закономерно скапливаются в столице. В нашем случае – в Куала-Лумпуре. Название это можно перевести как «грязное устье». Однако не стоит пугаться: Куала-Лумпур – город довольно аккуратный (хотя сливающиеся у города реки Кланг и Гомбак устрашают цветом своих вод) и молодой. Первый камень будущего мегаполиса был заложен в 1857 году, когда Малайзия еще числилась британской колонией, так что в целом вид у столицы вполне европейский. Тут можно наткнуться на викторианское здание, соседствующее с мечетью, на домик в винтажном немецком стиле, подпирающий мавританский арочный дворец. Как мы уже говорили, и население Малайзии, и ее архитектура – многонациональны. Но Куала-Лумпур – это настоящее вавилонское столпотворение. Кого тут только нет – и этнические малайцы, и китайцы, и тамилы, и бенгальцы, и сенои, и джагуны, и множество других народностей, о которых средний европеец не знает практически ничего.

     Зато весь мир в курсе, какой огромный процент промышленного производства сосредоточен в этом уголке Юго-Восточной Азии. Тут собирают автомобили (в Малайзии есть собственный автопром, выпускающий марку Proto), производят высокотехнологичную электронику; тут же сконцентрированы и многочисленные фабрики, выпускающие пальмовое масло, текстиль, сельскохозяйственное оборудование.

     Коротко и по существу:

     – В Малайзии построено более 65 тыс. км дорог прекрасного качества (это в полтора раза больше окружности Земли).

     – Здесь проживает более 60 этнических групп.

     – Эта страна, наравне с Великобританией, занимает первое место по объему кредитования населения и бизнеса и четвертое – по степени защищенности инвестиций.

     – Чтобы вымыть все 16 000 окон одной из башен Петронас, нужно больше месяца работы целой бригады мойщиков.

     – Почти 60% экономики страны составляет сектор услуг, еще 33% – туризм и лишь 8% – производство.

     – Столица островного штата Саравак, город Кучинг, дважды выигрывала конкурс Всемирной организации здравоохранения на звание «Самого здорового города мира» – в 2002 и в 2006 годах. 

     Вид сверху

     Само понятие «небоскреб» очень часто противопоставляется традиционному пониманию архитектурной красоты, хотя бывают и приятные исключения. Такие, как знаменитый Эмпайр-стейт-билдинг и небоскреб Крайслер в Нью-Йорке, Алмазная Башня в Дубае, Геркулесовы Столпы в Андалусии… Несомненно, следует признать красивыми и башни-близнецы Куала-Лумпура, принадлежащие нефтяному концерну Петронас. До 2003 года эти сооружения были самыми высокими зданиями в мире.

     Вид с вершин башен захватывает дух и леденит кровь. Потому, кстати, они весьма популярны в кино. Персонажи Шона Коннери и Кетрин Зета-Джонс, похитив 8 млрд. из банка «Петронас», бегут от преследования по украшенному иллюминацией подвесному мосту между башнями. В российском фильме «Код Апокалипсиса» дублерша Анастасии Заворотнюк, чемпионка России по скайдайвингу, совершает прыжок с того же самого моста. В этом случае не обошлось без проблем: спортсменка зацепилась парашютом за линию электропередач и на весь день оставила без света одну из улиц Куала-Лумпура. В документальном сериале «Жизнь после людей» башни упоминаются два раза – предполагается, что мост обрушится уже через 75 лет после исчезновения человечества, а через 5 веков не выдержит одна из башен и, падая, уничтожит свою соседку.

     Наравне с башнями Петронас визитной карточкой Куала-Лумпура была и остается телебашня Менара. Она занимает 7 место в мире среди наиболее высоких телекоммуникационных сооружений. Как и многие другие современные конструкции малазийской столицы, Менара строилась в духе исламской архитектуры. К примеру, главный холл башни выполнен в технике мукарнах, или «сотового свода» – декор и сама форма потолка составлены из множества рельефных шестиугольников и напоминает пчелиные соты.

     

     Негласный девиз современной Малайзии – во всем быть первой и лучшей. И древняя культура, а также богатое наследие ушедших веков, ей в этом помогают. К примеру, где находится самая высокая в мире религиозная скульптура, спросим мы себя? Христос-Искупитель в Рио-де Жанейро? А вот и нет. Статуя индуистского бога Муругана в Бату-Кейвз на 3 м выше – в общей сложности 42,7 м в высоту.

     Белая кровь красного орла

     Ориентация на туристическое направление в экономике вполне понятна. Немногие страны могут похвастаться такими прекрасными ландшафтами, как Малайзия. «Жемчужиной» туробъектов следует назвать архипелаг Лангкави – цепочку маленьких тропических островков, растянувшихся вдоль северо-западного побережья Малайзии в теплых водах Андаманского моря. Архипелаг назван по имени самого крупного острова – покрытого мангровыми зарослями уютного и полупустынного кусочка суши размером с Сингапур. В переводе «Лангкави» значит «красный орел». И здесь действительно водятся орлы с крыльями кирпично-красного цвета. Райский остров с каждым город становится все более популярным у туристов, а окутывающие его предания делают его привлекательным вдвойне.

     Самая известная легенда повествует о прекрасной принцессе Махсури, жившей на острове в стародавние времена. Девушка была необыкновенно хороша собой, чиста душой, добра, умна – то есть обладала всеми качествами, необходимыми для того, чтобы вызвать ненависть подруг и родни. Ее сестра оклеветала Махсури, обвинив ее в супружеской измене – одном из самых страшных преступлений на острове. Как ни защищалась красавица, как ни клялась – никто ей не поверил. Ее приговорили к смерти. Но когда нож палача вонзился в ее грудь, брызнула не красная, как у обычных людей, а белая кровь, доказывающая невиновность Махсури. Умирая, принцесса прокляла остров на 7 грядущих веков. И действительно, вплоть до конца XX столетия он оставался бедным, отсталым и малонаселенным. Народ жил за счет примитивного сельского хозяйства, был далек от цивилизации и только тайком вздыхал по невинной, но мстительной Махсури.

     Но в 80-е годы XX века, проклятие, судя по всему, утратило силу: Лангкави начал стремительно развивать свою экономику – в первую очередь, туристический бизнес. Было построено несколько комфортабельных отелей, аэропорт, создана сеть хороших дорог и прочая инфраструктура. А главным культовым местом на острове остается Макам-Махсури – мавзолей принцессы.

     Остров настолько велик, что у него есть своя столица – Куах. «Куах» по-малайски значит «соус». Это странное название тоже объясняет легенда: в незапамятные времена состязались два великана и во время борьбы опрокинули миску с соусом карри. Так и появился город.

     Война за еду

     Казалось бы, период голода и нищеты в Юго-Восточной Азии остался далеко позади. Давным-давно выросли по всему побережью Индийского океана современные города. И все равно между соседями по региону продолжается война за еду. Правда, сегодня речь идет не о поиске пропитания, а о патенте на национальное достояние, которым является традиционная кухня.

     Недавно министр туризма Малайзии Нг Йен Йен от имени правительства выразила недовольство тем фактом, что другие страны якобы «присвоили» изобретение знаковых блюд малайской кухни. В первую очередь речь идет об остром супе лакса и курином рисе. Далее следуют рис на кокосовом молоке наси лемак и суп с травами и ребрышками бак-кух-тех. «Мы не можем позволить другим странам «экспроприировать» нашу еду. У нас есть все права отстаивать нашу кухню», – заявила госпожа министр. В ближайшее время ведомство Нг Йен Йен должно разработать список малазийских блюд, которые планируется запатентовать, раз и навсегда оградив их от посягательств индонезийцев, сингапурцев, китайцев, тайцев и так далее…

     Вроде бы, вопрос не такой уж серьезный. Но зерна упали на благодатную почву. Наверняка, госпожа министр не случайно выступила в разгар «дипломатической войны» с Индонезией. Конфликт был спровоцирован рекламным роликом, созданным компанией Discovery в рамках туристической кампании Малайзии. В качестве одной из «завлекалочек» в нем был представлен традиционный танец острова Бали. Это вызвало шквал возмущения среди индонезийцев, которые с криками «задавим Малайзию» сожгли государственный флаг конкурентов и забросали тухлыми яйцами их посольство в Джакарте.

     Макаки и волосатые фрукты

     Если вам зададут вопрос, что стоит есть в Малайзии, на него можно ответить – все. Природное разнообразие страны впечатлит даже самого занудного естествоведа. Сотни видов рыб и морских гадов, великолепие экзотических цветов, десятки видов обезьян… В общем, оживший учебник биологии.

     Растительное и особенно фруктовое разнообразие Малайзии просто невероятное. О половине фруктов, которые растут в здешних джунглях, европейцы и слыхом не слыхивали. Есть, конечно, и «модная» экзотика, типа дуриана и рамбутана, о которых мы поговорим подробнее, потому что уж очень тесна их связь с малазийской культурой.

     Название «рамбутан» происходит от малайского слова, означающего волосы. Фрукт этот действительно «волосатый», и в его шевелюру любят заползать муравьи и прочая живность, так что перед употреблением плод нужно хорошенько потрясти и помыть. Но, несмотря на сомнительный внешний вид, рамбутан имеет свежий и приятный вкус и, по убеждению местных жителей, его полезно есть в жару.

     Чего нельзя сказать о дуриане. Представьте: прогуливаетесь вы по улице Куала-Лумпура, любуетесь магазинчиками и сувенирными лавками, и тут вам в нос ударяет отвратительный запах гнилого лука. И вы понимаете, что исходит он от уличного лотка, где продают дуриан – плод, похожий на большую зеленую шишку с острыми шипами. Белесую мякоть дуриана едят руками, надев предварительно полиэтиленовые перчатки. Без этой меры предосторожности руки будут неприятно пахнуть не один день.

     А еще в джунглях острова Борнео можно найти уникальное «ходячее дерево». Его корни начинают расти почти от середины ствола. В поисках живительной влаги дерево «передвигает» их – и в итоге через год может отползти на несколько метров от своего предыдущего места жительства.

     Порой создается ощущение, что самая фантастическая выдумка в Малайзии становится реальностью. Хотите самый высокий в мире небоскреб – пожалуйста. Ищете сложное и изысканное блюдо – получите. Мечтаете посетить восточный базар – вам сюда. Интересуетесь электроникой или планируете купить современный автомобиль – адрес все тот же… Словом, если есть на свете рай, то это Малайзия.

     По подсчетам биологов, центральные районы Малайзии населяет более 33 тыс. макак. Причем эти непосредственные животные явно не чувствуют себя «меньшими братьями», что выражается в их беспардонном отношении к туристам и их вещам. Вырванная из рук банка с прохладительным напитком или даже дорогой фотоаппарат, купальник или полотенце, украденные с балкона номера в отеле – несть числа преступлениям маленьких вредителей. Так что, увидев макаку, не стоит предлагать ей корочку хлеба в надежде на благодарность.

     

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.