МИЛЛИОН И БИЛЛИОН
Август 2010
Вернуться к номеру >>

Теги: политика, экономика, кризис



            Миллион и биллион

 

            Ожидая ответа на сакраментальный вопрос, когда же закончится кризис, и эксперты, и простые граждане по-прежнему обращают свои взоры на биржи – сердце современной экономики. Но сами биржевики, судя по всему, постепенно перестают понимать, что именно там происходит.

            Вот, например, легендарный финансист и либерал Джордж Сорос на старости лет (ему как раз на днях стукнуло 80) призывает к ужесточению государственного контроля над фондовыми рынками!

            А его ближайший соратник Стенли Дракенмиллер (c которым они «ходили на фунт» в 1992-м) и вовсе заявил о завершении биржевой карьеры. Современный рынок, по его мнению, стал слишком непредсказуемым!

 

            94% российских инвестиционных фондов в 2009 году оказались менее эффективными, чем… макака Луша.

            В январе 2009-го российские телевизионщики начали занятный эксперимент. Они предложили обезьянке по кличке Луша (из театра «Уголок дедушки Дурова») 30 кубиков с символикой крупных российских компаний. Луша выбрала из них восемь. Так сформировался «инвестиционный портфель», в который (виртуально, конечно) вложили 1 млн. российских рублей.

            Через год подвели итоги и были просто ошарашены (и наверняка пожалели, что не вкладывали в проект реальных денег). Доходность акций «обезьяньего портфеля» составила от 150 до 600%!

            Мало того, оказалось, что люди в течение этого года делали ставки с гораздо меньшей эффективностью и даже мечтать не могли о такой доходности.

            «94% всех российских фондов проиграли обезьяне! Все были в шоке! Как же теперь получить бонусы, может, их отправить в цирк?» – вопрошал главный редактор крупного журнала «Финанс» Олег Анисимов, которого попросили прокомментировать результаты эксперимента.

 

            Специалисты уже не раз предупреждали: биржи, при всей их оторванности от процессов реальной экономики, давно превратились в монстра, управлять которым человечество просто не в состоянии.

            Судорожное закручивание гаек, пропагандируемое новой администрацией Обамы и кабинетами Меркель и Саркози, пока существенно на ситуацию не повлияло. Биржи продолжает лихорадить. Сегодня котировки идут вверх, завтра – срываются в пропасть, послезавтра – выравниваются… А потом все повторяется еще и еще раз.

            И ладно бы биржи реагировали на действительно серьезные события (война в Ираке или Афганистане, безусловно, фактор для мировой экономики более чем существенный), но ведь зачастую сами брокеры не могут сказать, с чего вдруг фондовые рынки «пошли вразнос». А миллионы (и даже миллиарды) в процессе теряют отнюдь не только акулы с Уолл-Стрит, но и множество простых обывателей, вложивших в «стабильные и надежные» акции все кровно заработанное.

            Вот, например, в недавней истории с утечкой нефти в Мексиканском заливе среди главных пострадавших оказались британские пенсионеры. Ведь на протяжении десятилетий «Бритиш Петролеум» числилась среди лучших и надежнейших компаний Туманного Альбиона, а потому все пенсионные фонды без колебаний инвестировали в ее бумаги деньги своих вкладчиков. Но за время безуспешной борьбы с утечкой акции компании обвалились чуть не вполовину. Потери инвесторов оцениваются в десятки миллиардов долларов (хотя на ликвидацию проблемы сама компания затратила примерно 6 млрд.). Теперь, скорее всего, выплаты пожилым британцам придется урезать.

            Однако это экологическая катастрофа века, а ведь бывает и совсем по-другому. Ну какое влияние на глобальную экономику мог оказать, например, трагический, но все-таки частный факт захвата трех японских специалистов иракскими боевиками? Между тем, в 2004 году эта новость обвалила акции ВСЕХ ведущих компаний Страны восходящего солнца.

            Атипичная пневмония, птичий грипп, свиной грипп – за каждой из этих пиар-кампаний мирового масштаба стоят миллиардные доходы финансистов. И зачастую миллиардные же расходы государственных бюджетов и отдельных компаний. Любая газетная утка, если она грамотно и правдоподобно составлена, а потом и соответствующим образом преподнесена общественности, способна поставить на грань разорения целую страну, а то и регион.

            Иногда одного слова политика или «гуру» оказывается достаточно, чтобы экономику тряхнуло не меньше, чем при землетрясении на Гаити (его, кстати, фондовые рынки практически не заметили, несмотря на тысячи жертв).

            За примером далеко ходить опять-таки не надо. Пару лет назад Владимир Путин в жесткой форме отчитал руководителей металлургического концерна «Мечел», пообещав, в частности, прислать к ним «доктора». Уже через час акции компании ушли в крутое пике, потеряв 30% стоимости (почти 5 млрд. долларов!). Радикальное лечение получилось.

            Недавно российский премьер, похоже, решил исправить положение, в нескольких фразах похвалив тот же «Мечел» за достижения. Правда, на благодарности биржа оказалась куда менее падка. Котировки компании выросли всего на 0,6 млрд. долларов (менее 8%).

            Журнал «Власть» не поленился подсчитать, что каждое критическое слово Владимир Владимировича (всего их было 108) обошлось компании в 44,4 млн. долларов. А каждое из 68 добрых слов «потянуло» всего лишь на 9,8 млн. Полностью поправить нанесенный ущерб мог бы доклад Путина из 644 слов – заключает издание.

            А вот чтобы буквально озолотить финансистов, вложившихся в зерновые фьючерсы, длинных речей не понадобилось. После введения по указанию Владимира Владимировича запрета на вывоз российского зерна доходность некоторых игроков на этом рынке достигла 3000%! Цены на хлеб уже начали расти по всей России, а биржевые дельцы увеличили вложенные капиталы в 30 раз. Хватит и на масло, и на икру.

            Ну да бог с ними, с политиками. Бывают в мировой экономике случаи и вовсе смехотворные.

 

            Некоторые СМИ успели обвинить группу влиятельных трейдеров (вроде швейцарского «Glencore», который еще со времен Ельцина обслуживает интересы ряда крупных нефтяных и металлургических компаний, а заодно торгует и зерном) в лоббировании российского зернового эмбарго. Решение правительства (классический форс-мажор с точки зрения международного права) позволило разорвать заключенные еще в прошлом году контракты с низкими ценами (засухи и пожаров никто не ожидал) и перепродать зерно уже по новым (рекордным) ценам. Кремль ситуацию не комментирует, а сами трейдеры, конечно, все отрицают.

 

Нарочно не придумаешь

            Субботний гонконгский вечер в мае 2005 года не предвещал никаких потрясений. Оставленная на дежурстве в редакции журналистка «China News Service» развлекалась составлением обзора валютно-финансовых рынков. Но так как в экономике девушка разбиралась слабо, то «работа» ее сводилась к компилированию различных сообщений местных газет. Особенно ей «удался» пассаж о возможных последствиях ревальвации китайского юаня.

            «China News Service» – агентство, специализирующееся на новостях для китайцев, живущих за границей, и работающее в тесном контакте с Госсоветом КНР. Основано в 1949 году.

 

            Итог вечернего труда был выложен на ленту агентства, замечен пекинской газетой «People’s Daily» и срочно отправлен в перевод на английский язык.

            Переводчик оказался тоже не промах. В результате на сайте газеты появилось категорическое сообщение, что правительство КНР после переговоров с американской делегацией (действительно состоявшихся примерно в то время) обнародует решение ревальвировать юань в течение месяца на 1%, и на 6% – в течение года.

            Версия показалась правдоподобной, и на следующий день биржа взорвалась. Телефоны раскалялись, количество отправленных электронных писем зашкаливало, доллар начал резко падать, потом столь же резко рванул вверх. В течение суток рынок с ежедневным оборотом примерно в 1 000 000 000 000 (ТРИЛЛИОН) долларов находился в подвешенном состоянии!

            Нередко причиной паники оказываются обычные брокеры, обслуживающие те или иные корпорации. Ведь, по традиции, мало кто из владельцев ценных бумаг торгует ими напрямую – большинство поручает операции специализированным компаниям.

            Именно они унаследовали место биржевых маклеров, которые в стародавние времена зычным голосом должны были докричаться из «ямы» (специальной площадки на бирже, где физически торговали теми или иными бумагами) до потенциальных покупателей или продавцов.

            Но и специалисты время от времени совершают ошибки. Интенсивность работы растет, смены удлиняются, к концу дня многие трейдеры уже слабо понимают, что вокруг происходит. И от их невнимательности, банальной усталости, неудачно нажатой клавиши или пролитого на клавиатуру кофе может пострадать не только компания-клиент, но и весь рынок.

            Ошибки, кстати, чаще всего происходят ближе к концу рабочего дня. Особенно в последние полчаса работы.

            В 2001 году сотрудник швейцарского банка «UBS Warburg» умудрился перепутать цифры в заявке на продажу. И вместо 16 акций японской компании «Dentsu Inc» по 600 тыс. йен выставил на торги 610 тыс. акций по 6 йен каждая. «Скромненькая» опечатка обошлась банку почти в 100 млн. евро и, казалось бы, должна была стать наглядным уроком для всех.

            Но четыре года спустя рекорд побил японский трейдер из компании «Mizuho Securities». В деле, кстати, тоже фигурировали 610 тыс. акций. Перепутав цену с количеством, брокер выкинул их на рынок по цене всего в 1 йену. Ошибку заметили очень быстро, но автоматизированная система токийской биржи отменить сделку не дала. Убыток оказался рекордным и составил, по примерным оценкам, 341 млн. долларов!

            Хозяева компании J-Com, увидев, по какой цене котируются их акции буквально на второй день после выхода на рынок, наверняка пережили состояние, близкое к предынфарктному. Но не лучше чувствовал себя и весь японский рынок в целом – пока с ситуацией разбирались, главный индекс токийской биржи успел просесть на 300 пунктов.

            Через пару дней все биржевое начальство ушло в отставку. Но громкое разбирательство по поводу этого случая чуть не дошло до суда.

            По похожей причине в 2001 году главный немецкий показатель DAX обвалился ни много ни мало на 15%. Руководству франкфуртской биржи пришлось срочно аннулировать множество сделок.

            Иногда, правда, ошибки имеют обратный эффект. В ноябре 2002 года некий британский брокер по ошибке выставил котировки компании «Ryanair» не в евро, а фунтах. В результате основной индекс лондонской биржи взлетел на 61%!

            Последний курьезный случай, как считается, произошел 6 мая 2010 года. Очередной резкий спад на американских биржах продолжался всего несколько минут. Но за это время основные индексы успели снизиться на 1000 пунктов – рекордное единовременное падение за всю историю!

            При этом никаких особых потрясений в мире не наблюдалось. Зато источники, близкие к расследованию Федеральной комиссии по ценным бумагам США, утверждают, что коллапс стал результатом ошибки одного-единственного брокера Чикагской биржи, который вместо буквы «m» (миллион) указал в заявке «b» (биллион, т.е. миллиард), тем самым случайно завысив цену в 1000 раз! А так как он акции только продавал, то рынок ушел в нокдаун. За 15 минут американские биржи потеряли примерно 1 000 000 000 000 (ТРИЛЛИОН) долларов.

            На следующий день все сделки, заключенные с отклонением более 60% от утренней цены, были отменены.

            В оправдание брокеров можно лишь сослаться на максиму, что человеку свойственно ошибаться, а заодно повздыхать по поводу глобализации. Ведь если в знаменитый «черный вторник» 1929 года, с которого началась Великая депрессия, было продано около 13 млн. акций, то 6 мая 2010-го оборот достиг 10,3 млрд.!

            Иногда, правда, причиной беды становится не горение на работе, а простые человеческие слабости.

 

            В России в сентябре 2003 года весь рынок покатился вниз из-за сделки всего-то на 831 доллар 50 центов. За эту крошечную по биржевым меркам сумму были приобретены 19 акций «Норильского никеля».

            Но дело в том, что индекс РТС пересчитывается каждые полчаса, а с 13.30 до 14.00 никаких других сделок по «Норникелю» не проводилось. В итоге его бумаги на основании этой самой микро-операции были оценены на 44% ниже предыдущего уровня! И это потянуло на дно всю российскую статистику.

 

Ничто человеческое им не чуждо

            В ночь с 29 на 30 июня 2009 года немногочисленные брокеры, страдавшие бессонницей у своих компьютеров, наблюдали невероятную картину: цена нефти марки «Brent», с вечера остановившаяся на уровне 71 доллар за баррель, вдруг бодро поползла вверх и к утру же штурмовала отметку в 74 доллара.

            Казалось бы – ничего удивительного. К колебаниям нефтяных курсов все уже как-то привыкли. Но дело было в том, что ночью и ранним утром торговые площадки работают ни шатко ни валко, а тут вдруг какая-то небывалая активность – тысячи (!) контрактов на покупку «черного золота» от имени крупного нефтяного трейдера «PVM Oil Futures».

            Уже на следующий день все упомянутые сделки были аннулированы, цена на нефть обвалилась до 69 долларов за баррель (да-да, ниже предыдущего уровня сразу на 2 доллара), а финансовые власти Великобритании начали расследование произошедшего. Завершилось оно совсем недавно.

            В итоге выяснилась такая история. 28 июня брокеров той самой «PVM Oil Futures» в порядке укрепления корпоративного духа пригласили на вечеринку в престижный гольф-клуб, где труженики биржевой нивы славно погуляли. Да так, что некоторые не могли остановиться и на следующий день.

            Истории неизвестно, сколько сотрудников после оного мероприятия мучались на рабочем месте острым похмельным синдромом, но некий Стивен Перкинс, не найдя в себе сил явиться в офис, решил работать, не выходя из дома. Благо, современные технологии пришли ему на помощь, и никаких проблем с подключением к серверу биржи с домашнего ноутбука у него не возникло.

            Результатом этого ударного труда и стало заключение 7125 контрактов (69% всех утренних торгов!) на общую сумму 520 млн. долларов. Этого оказалось достаточно, чтобы раскачать слабенькую утреннюю статистику до масштабов глобального экономического тренда.

            Сам герой потом рассказывал, что «не помнит всего, что произошло в тот день, так как был сильно пьян».

            Естественно, никаких прав на совершение подобных сделок Перкинс не имел. В его функции входило только выполнение заказов клиентов, т.е. чисто техническая работа. Но в пьяном угаре он об этом и думать забыл.

            Итог: Перкинса уволили, приговорили к штрафу в 72 тыс. фунтов и на 5 лет отстранили от работы на бирже. Впрочем, это не помешало ему уже через неделю устроиться в некую швейцарскую компанию.

 

            Британские СМИ сначала радостно подхватили тему «пьяных контрактов». А потом призадумались…

            Покопавшись, журналисты обнаружили еще несколько похожих историй. А газета «Daily Telegraph» огорошила читателей итогами своего расследования: виски, шампанское бутылками, наркотики вовсе не такая уж экзотика среди лондонских «белых воротничков»… Треть из них серьезно «поддают» два раза в неделю, примерно половине для «разгрузки» хватает одного раза. Статистика, конечно, неточная, но масштабы поражают воображение. А ведь в руках этих людей деньги, сравнимые с бюджетами небольших стран!

 

            Вывод: один неправильный человек в правильном месте и в правильное время способен манипулировать рынком нефти в глобальных масштабах! Нужно ли удивляться, что мировую экономику по-прежнему лихорадит?

            С каждым годом сообщений об ошибках становится все больше. И теперь уже по всему миру говорят о скорой замене «несовершенного человека» роботизированными системами или, как их называют на биржевом жаргоне, «черными ящиками».          

 

Вкалывают роботы, а не человек

            С момента своего появления и практически до конца XX века биржи являлись местом общения узкого круга избранных.

            То, что при этом брокеры и маклеры использовали для работы телефон и телеграф, а потом и Интернет, ситуации принципиально не меняло. Они по-прежнему оставались кастой профессиональных игроков, которым все остальные вынужденно доверяли совершать сделки от своего имени.

            На нью-йоркской бирже NYSE (собственно, крупнейшей в мире) насчитывалось всего 1366 официальных членов, причем места продавались и покупались, и за каждое нужно было выложить около 3 млн. долларов. Самостоятельно выйти на биржу было просто невозможно, а брокерские услуги стоили очень и очень дорого.

            И лишь в 1987 году новая биржа Nasdaq, ставшая главным конкурентом NYSE, запустила первую систему электронных торгов. Теперь доступ к биржевой информации можно было получить через Интернет, минуя брокера. Первые несколько лет в успех проекта никто не верил. Это сейчас без электронных операций биржи не могут прожить и дня. А тогда новации воспринимались крупным бизнесом в штыки.

             Но к концу 90-х сомнений в полезности электронной площадки уже ни у кого не оставалось. И до идеи заменить брокера-человека компьютером или, высокопарно выражаясь, брокером-роботом оставался всего один шаг.

            Первые роботы-брокеры появились в начале XXI века. Уже в августе 2001 года машина, разработанная в IBM, впервые публично состязалась с 6 добровольцами. И показала прекрасные результаты. Средняя эффективность робота оказалась на 7% выше.

            Результаты этого турнира, правда, убедили не всех.

            С одной стороны, преимущества машины очевидны. Скорость, с которой она способна обрабатывать данные, для человека недостижима. Современный компьютер может анализировать и заключать миллионы сделок в минуту. Остается только один вопрос – каким алгоритмом руководствуется «робот» при принятии решения покупать/продавать?

            И вот здесь пока не все гладко. Как перевести в программный код многолетний опыт и интуицию финансиста вроде Сороса или Баффета? Как научить компьютер отличать газетную утку от реальной информации? И таких вопросов множество.

            С другой стороны, программисты, занимающиеся алгоритмами для биржевых торгов, изъясняются таким запутанным техническим языком, что даже самый гениальный финансист, если у него нет специального образования, просто не способен их понять.

            Так что пока в мире не изобретен полноценный искусственный интеллект, биржевым роботам доверяют только текущие операции, а в стратегическом планировании финансисты продолжают полагаться на собственные извилины. Ну, или на советы признанных гуру.

            Хотя технически биржевые роботы – целая индустрия. Им нужны особо быстрые и надежные линии связи, мощнейшие сервера, постоянно пополняющиеся и стремящиеся к бесконечности базы архивных данных, особые (и очень дорогие) программные продукты.

            Так что машины уже изменили мировой финансовый рынок, и, как утверждают многие, не в лучшую сторону. Некоторые эксперты убеждены – времена массового участия в игре на котировках, которую и сейчас предлагает «Forex», уже в прошлом. Игроки-одиночки просто не выдерживают конкуренции с электронными «мозгами» машин. А шанс на сделку века в результате гениального озарения выпадает лишь избранным.

            Доля гиперактивных инвесторов (более 2 сделок в минуту) на рынках растет. Пока она еще не подавляющая. В среднем по миру доля машинных сделок в прошлом году составляла процентов 30. Но в некоторые особенно активные периоды достигала почти половины.

            В общем, специалисты убеждены: еще год-два-три и роботы полностью вытеснят людей. Брокерам придется переквалифицироваться в программистов и изобретателей новых алгоритмов.

            Кстати, на пике кризиса самые отчаянные попытались обвинить в происходящем машины. Им не поверили. Хотя, может быть, и зря. Есть у машинных биржевых игр недостатки, которые вполне могут вылиться в глобальную проблему для всего мира.

            Во-первых, многократно увеличилась вероятность цепной реакции при биржевой панике. Ее хорошо знали и старые биржи. Кто-то начинает продавать, сосед, оглядываясь на него, тоже потихоньку избавляется от активов – и, смотришь, уже весь рынок пустился в безудержную распродажу. И цены все падают, падают, падают…

            Так вот, люди, в силу ограниченности своих физических возможностей, в панику впадают медленнее. А робот «думает» на несколько порядков быстрее. Брокер и оглянуться не успеет, как компьютер все распродаст и будет радостно демонстрировать хозяину убытки, которые сама машина считает минимальными.

            Майская история на американских биржах это прекрасно продемонстрировала. Кто бы ни нажал спусковой крючок обвала – компьютеры его мощно поддержали. Не успели биржевики опомниться, как посыпались самые стабильные и надежные брэнды: «Procter&Gamble» упала на 37%, «Apple» – на 22%, а компания «Accenture» стоила сущие копейки (ее акции подешевели на 99%). Весь процесс занял минуты.

 

            Во-вторых. Роботов пока не научили подстраиваться под ситуацию. Они действуют исключительно по программе. И параметры их работы задают большие боссы, заботящиеся только об одном – максимально высоких и максимально быстрых прибылях.

            Как показало последнее исследование «Goldman Sachs», большинство кампаний, использующих биржевых роботов, отказывается от пассивных (основанных на долгосрочном анализе рынка) алгоритмов в пользу агрессивных (базирующихся на анализе текущей ситуации за часы, а иногда даже минуты). А непосредственные пользователи еще и выбирают самые «агрессивные» настройки.

            В условиях процветания (когда важно первым ухватить акции по выгодной цене) это, может быть, и срабатывает. Но при кризисном развитии событий делает систему еще более нестабильной.

            Вот такая вот неожиданная ипостась предреченного фантастами восстания машин.

 

От спекуляций на бирже следует воздерживаться в двух случаях: если у вас нет средств и если они у вас есть.  Марк Твен

 

Финансисты поддерживают государство точно так же, как веревка поддерживает повешенного.  Ш. Монтескье

 

Маклер – человек, который перебрасывает ваши деньги из акции в акцию, пока они не исчезнут.  Вуди Аллен

 

Эксперт – человек, который совершил все возможные ошибки в очень узкой специальности.  Нильс Бор





Спешите подписаться на журнал “Планета”!