МАКСИМ. ЧЕЛОВЕК И ПУЛЕМЕТ
Июнь 2009
Вернуться к номеру >>

Автор: Андрей Медведев
Раздел: Лабиринт
Теги: технологии, оружие, история, персоналии



«Только варвар будет посылать своих солдат

 на верную смерть под огнем моих пулеметов»

Хайрем Стивенс Максим

Дурная слава

СССР, конец 60-х годов. На дальневосточных границах Советского союза неспокойно. Бывший лучший друг и союзник – Мао Цзедун – выдвигает к «северному брату» огромное количество территориальных претензий. На китайских школьных атласах и штабных картах Приморье и Приамурье значатся «временно оккупированными территориями Китая». Уже произошло несколько пограничных конфликтов – в том числе знаменитые бои на острове Даманском. Все с замиранием сердца ждут новой войны на Востоке.

И тут выяснилось, что штатное пехотное вооружение советской армии ничего не сможет противопоставить массовым атакам китайцев, если они начнут переходить границу «мелкими группами в сто–двести тысяч человек». Остановить такую атаку мог только огонь… старых, давно снятых с вооружения пулеметов «Максим», знакомых нам по фильмам про гражданскую и Великую Отечественную войну.

И вот в срочном порядке все арсеналы Совет-ского Союза начали расконсервацию дедушек-«Максимов». Для переброски древнего оружия на Дальний Восток сформировали специальные эшелоны. Война, к счастью, так и не началась. «Максимы» снова вернулись в арсеналы, и в более чем восьмидесятилетней истории этого оружия была поставлена точка.

 

А началось все весной 1885 года, когда на выставке изобретений в Южном Кенсингтоне коренастый бородач Хайрем Максим впервые продемонстрировал свой пулемет. Оружие выглядело настолько маленьким и безобидным, что лорд Уолсли, глава военного министерства Британской империи, спросил изобретателя:

–Не можете ли вы построить что-нибудь покрупнее?

–Более крупное оружие не станет убивать людей быстрее, – ответил Хайрем.

Мистер Максим как в воду глядел. Его изобретение завалило трупами поля сражений в Африке, Азии, Европе, и имя создателя слилось с именем его смертоносного детища в единое целое. Хайрем Стивенс прославился именно как создатель первого станкового пулемета. Остальные 270 его изобретений на сегодняшний день известны далеко не каждому специалисту – и это несмотря на то, что многие из них окружают нас в повседневной жизни.

Мы постараемся рассказать о неизвестных изобретениях инженера-самоучки, но не уделить внимания его основному детищу будет просто невозможно. Потому что Максим – это воистину «человек и пулемет».

 

«Гаммельнский крысолов» из Броквей Миллз

«Человек-пулемет» родился 5 февраля 1840 года неподалеку от городка Сэнжервиля (США, штат Мэн). Он был потомком эмигрантов-гугенотов, бежавших из Франции в далеком XVII веке и, после долгих скитаний по Европе, осевших в Северной Америке. Здесь Хайрем провел первые четырнадцать лет жизни и окончил 5 классов школы. В последующие годы изобретатель активно занимался самообразованием, но никаких учебных заведений больше не посещал.

 

Штат Массачусетс считался одной из «житниц» США. В окрестностях Ист Каринфа и в самом городе находилось огромное количество мельниц и зернохранилищ. Мыши – и полевые, и домовые – были настоящим бичом местных жителей. Грызуны стаями бегали по городу и окрестностям. Головастый подросток изобрел мышеловку, которая подвешивалась на уровне земли между колесами повозки и ловила мышей на ходу. Это изобретение скоро стало весьма популярным в округе, но не имело ничего общего с привычной нам мышеловкой, создание которой некоторые также приписывают Хайрему Максиму.

 

В четырнадцать лет Максим отправляется «в люди». Он поступает в ученики к каретному мастеру в городке Ист Каринф в штате Массачусетс. И уже здесь талантливый подросток создает свое первое «детище» – автоматическую мышеловку.

Хайрем, как видно, имел не только светлую голову, но и непоседливый характер. В Ист Каринфе он надолго не задержался. Его юность прошла в странствиях по восточным штатам США и Канады. Максим перепробовал множество профессий – был плотником, каретником, маляром, подрядчиком, даже профессиональным борцом.

Но с наибольшей охотой ему предлагали работу… бармена. Сам Хайрем «не брал в рот ни капли» и при этом был достаточно силен, чтобы самостоятельно утихомирить разошедшихся клиентов. Юноша не чурался никакой работы, а свободное время уделял изучению естественных наук и механики.

Гражданская война в США, так или иначе коснувшаяся многих других выдающихся людей Америки, прошла мимо Максима. Он не испытывал большого желания надеть серый или голубой мундир – возможно, из-за того, что два его брата погибли в этой междоусобной бойне.

Когда Хайрему исполнилось двадцать лет, его дядя, инженер Леви Стивенс, пригласил молодого человека на работу в свою мастерскую, занимавшуюся изготовлением автоматических газогенераторов для домашнего освещения. Максим прибыл в Питтсбург и с ходу погрузился в работу. Несмотря на то, что дядя нанял его только в качестве чертежника, он сразу предложил несколько способов усовершенствовать выпускаемую модель газогенератора. Стивенс с удовольствием выслушал дельные предложения племянника и, донельзя довольный его талантами, начал внедрять в производство новую модель.

Однако удовольствие быстро сменилось недоумением, а потом и раздражением. Не успел Леви перестроить производство с учетом изменений, как Максим принес новый пакет «рационализаторских предложений». Когда это повторилось в третий, а затем в четвертый раз, дядя предпочел под благовидным предлогом уволить излишне резвого племянника.

Но Хайрем не унывал. В 1864 году он отправился из Питтсбурга в Бостон, затем – в Нью-Йорк. Молодой человек легко находил работу и не особо огорчался, оставляя ее. Главным для Максима стало изобретательство.

 

Жалость доктора Гатлинга

Именно в годы Гражданской войны в США была сделана попытка изобрести пулемет. Как гласят легенды, доктор Ричард Гатлинг не мог смириться с тем, что многие солдаты – что у северян, что у южан – умирали не от пуль и клинков, а от… голода. Гатлинг решил изобрести оружие, эффективно уменьшающее размеры армий. В результате на свет появилась внушительного вида конструкция с пакетом из шести стволов. Они вращались вручную и патроны из расположенного сверху магазина под собственной тяжестью проваливались в патронники.

Картечницу Гатлинга часто клинило, скорострельность была невысокой, но она получила довольно широкое распространение. Во Франции громоздкое и сложное оружие назвали митральезой, а англо-шведская компания «Норденфельд» начала массовое производство картечниц и продвижение их на мировой рынок.

 

 

Важнее пулемета

Первое запатентованное изобретение Хайрема Максима – тепловые щипцы для завивки волос – уж точно получило большее распространение, чем его пулемет. Но не прославило имя своего создателя.

 

Навыки борца пригодились Максиму. Уже в Англии, в преклонных годах, он вступил в бой с уличным грабителем и задержал его до подхода полиции.

 

Легенды о пулемете

Первые попытки Максима создать автоматическое оружие относят к 1873 году. Много лет спустя изобретатель напишет, что именно в это время, на охоте, ему пришла в голову мысль о пулемете: «Мне довелось стрелять из спрингфилдовской винтовки, и я был поражен грубой силой отдачи. Мне пришла в голову идея, что было бы, наверное, возможным заставить эту энергию заряжать и выстреливать оружие...»

Однако тогда получается, что между рождением замысла и испытаниями первого образца прошло более 12 лет, а от начала практических работ идею отделяло девять лет. Учитывая, что все свои предыдущие изобретения Максим не откладывал в долгий ящик, похоже, мы имеем дело именно с легендой. Тем более что некоторые факты указывают – пулеметом Хайрем занялся не ранее 1881 года.

 

Изобретатель «на все руки»

И изобретения сыпались как из рога изобилия – газогенератор, динамо-машина, способ предотвращения опрокидывания судов, бронежилет, велосипедное колесо со спицами, хронометр, автоматический разбрызгиватель для пожаротушения и многое другое. Включая пылесос, размешивая в чашке «натуральный» растворимый кофе или лечась ингалятором для бронхов – мы пользуемся изобретениями Хайрема. Даже классная доска, неизменный атрибут школы, – его творение.

Любимыми «стихиями» изобретателя были газ и пар. Он разрабатывал новые образцы манометров и клапанов, вакуумных насосов, карбюраторов, регуляторов и горелок. На деньги, полученные от патентов, Максим в 1873 году создает небольшую компанию «Maxim Gas». Он организует газовое освещение почтового отделения на Манхеттене, курорта в Саратоге, гостиницы в Атланте и изготавливает яркий газовый прожектор, вскоре ставший обязательным для всех локомотивов на железных дорогах Восточного побережья США.

 

И снова Эдисон

Когда эпоха газового освещения отошла в прошлое, Максим активно включился в «электрическую гонку». В 1878 году в Нью-Йорке появилась «United States Electric Lighting Company». Хайрем получил в ней пост главного инженера. Руководство компании стремилось «застолбить» рынок дуговых ламп. Однако ее изделия годились только для уличного освещения. Для домашнего необходимо было создать лампу накаливания. Эта работа и стала основной для Максима.

Однако дорогу изобретателю «перебежал» Томас Алва Эдисон. Началась «гонка за лампочкой».

Максим подал свою патентную заявку на один день раньше Эдисона, но… патент получил будущий «король электричества». Произошло это 5 октября 1878 года. До сих пор ходят слухи, что Эдисон подкупил чиновников и те «завернули» заявку Хайрема.

Как бы то ни было, два изобретателя с этого дня и на всю жизнь возненавидели друг друга. Томас Эдисон называл Максима не иначе, как «этот пират», а когда Хайрем стал «человеком-пулеметом», устроил целую компанию в печати, именуя бывшего соперника «продавцом смерти».

Для Максима, в свою очередь, навязчивой идеей стало «побить» Эдисона. Чем он успешно занялся.

 

Не на жизнь, а насмерть

К своему изобретению «король электричества» и «человек-пулемет» шли абсолютно разными путями. Первые лампы изготавливались с угольной нитью накаливания, которая быстро перегорала.

Как известно, Эдисон поставил бесчисленное количество экспериментов, подбирая для своей лампы наиболее долговечную нить. Наилучший результат дал южно-японский бамбук. Эдисон немедленно оформил патентную заявку и вложил кругленькую сумму в бамбуковые плантации на острове Кюсю.

Максим шел совсем другим путем. Он не стремился заменить угольную нить. Хайрем искал материал, способный увеличить ее долговечность. И нашел – это оказался обычный бензин, вернее, его пары. Они разлагались на самых тонких и горячих участках нити, тем самым охлаждая ее и увеличивая срок службы.

 

Сначала Хайрем изобрел и запатентовал способ осаждения углерода из паров углеводорода. Новые нити стали еще более долговечными, и Эдисон вынужден был скопировать изобретение Максима. Потом изобретатель-самоучка патентует регулятор, позволяющий выровнять напряжение во всех лампах сети. Эдисон устанавливает первую систему электрического освещения на пароходе «Колумбия», а через шесть месяцев, в октябре 1880 года, Максим организовывает электрическое освещение первого здания в США – «Equitable Life Assurance Company» в Нью-Йорке.

Однако это были всего лишь тактические победы. Войну с Эдисоном Максим проиграл. Во-первых, «король электричества» создавал всю инфраструктуру – лампу, генератор, сеть – в то время как Максим бился только над усовершенствованием лампы накаливания. Во-вторых, проверка, произведенная новым управляющим корпорации «U.S. Electric Lighting» Чарльзом Флинтом, показала: компания не имеет общей системы электроосвещения, ее патентная база ненадежна, а заправляет всем главный инженер, одержимый лишь одной идеей – побольнее «наступить на мозоль» Эдисону.

Поэтому в 1880 году Максима под благовидным предлогом отправляют в Европу. Свою долю в компании он теряет. Правда, взамен получает гонорар, приличную зарплату и пост руководителя дочернего предприятия «Maxim-Weston» в Лондоне.

Хайрем, обиженный и оскорбленный, уезжает в Великобританию. Больше никогда – до самой смерти – он не ступит на землю Соединенных Штатов. Ошеломляющий успех на Электрической выставке 1881 года в Париже, где он наряду с Эдисоном получает орден Почетного легиона и целый номер выставочного журнала посвящается его достижениям, – лишь подслащение горькой пилюли. Но именно здесь, обозленный на всех и вся, он услышит роковые слова. В застольной беседе один из приятелей скажет ему: «Брось ты эту химию и электричество. Если хочешь заработать кучу денег, придумай что-нибудь, что поможет этим европейцам резать друг другу глотки с большей эффективностью».

С этого момента Максим начинает работу над своим главным детищем – пулеметом.

 

«Дьявольское оружие»

Максим не стал откладывать дело в долгий ящик и засел за изготовление чертежей. Знакомые утверждали, что он работал как одержимый, с видом человека, стремящегося отомстить кому-то за недавнее поражение. Уже осенью 1882 года на листах ватмана вырисовалась будущая конструкция. Хайрем не стал изобретать велосипед. В основу его пулемета легли идеи Генриха Бессемера, предложившего проект автоматического оружия почти на 40 лет раньше. Автоматика больше всего напоминала конструкцию двухтактной паровой машины – весьма хорошо знакомого Максиму механизма. Только роль пара здесь выполняли пороховые газы, а поршня – массивный затвор.

  

Предшественники Максима

В 1718 году англичанин Джеймс Пакль изобрел «Защиту» – 11-тизарядное барабанное кремневое орудие. Его скорострельность – 63 выстрела за семь минут – намного превосходила любые показатели того времени (обычный пехотный мушкет делал не более трех выстрелов в минуту). В подробном описании своего детища душка Пакль отметил, что против турок надлежит использовать не круглые, а более травматичные кубические снаряды.

А в 1854 году Генрих Бессемер, более известный своими открытиями в области металлургии, запатентовал автоматическую пушку. «Изюминками» конструкции были унитарный (состоящий из гильзы с зарядом и снаряда) патрон, а также система автоматики, работающая за счет пороховых газов. Изобретение Бессемера осталось невостребованным из-за того, что опередило свое время – унитарный патрон в середине XIX века еще находился в разработке.

 

Все наоборот

Обычно конструкторы создают новое оружие под какой-то уже имеющийся боеприпас. В случае с пулеметом Максима все обстояло с точностью до наоборот. Убедившись, что ни один из видов дымного пороха, используемого в Великобритании, не может обеспечить бесперебойной работы автоматики, Хайрем и Хадсон из пропитанного нитроглицерином хлопка создают первый бездымный порох.

 

 

Оружие не для бедных

Максим выполнил пожелание Уолсли и построил… точную копию своего пулемета, стреляющую 37-миллиметровыми снарядами весом в полкило каждый. Однако покупателей на этот «супермаксим» так и не нашлось – уж больно дорогим он был в обслуживании. Король Дании, наблюдая как на демонстрационных стрельбах «пулемет-полупушка» глотает ленты со снарядами, в ужасе воскликнул: «Эта пушка за два часа сделает мое королевство банкротом».

В конце концов, Хайрем продал-таки пулемет-переросток бурам. Те активно использовали «супермаксим» против местных племен, которые прозвали монструозное творение «пом-пом».

 

Однако, несмотря на кажущуюся простоту, пулемет Максима насчитывал около 280 деталей, и большую часть из них английские заводы произвести пока не могли. Поэтому Хайрем написал письмо в Штаты своему брату Хадсону Максиму с просьбой срочно нанять и отправить в Англию несколько механиков. Для выпуска оружия была создана компания «Maxim Gun» с уставным капиталом в 50 000 фунтов. Все было готово, чтобы явить миру новое чудо-оружие…

Однако испытания 1883 года показали ненадежность пулемета и, несмотря на все старания Максима, оружие не заинтересовало ни одну армию мира. Потребовалось еще два года на доработку «прототипа». Ствол стал нарезным, появился кожух водяного охлаждения, калибр был изменен в соответствии с британскими стандартами.

В 1885 году Максим наконец патентует свое изобретение. Учитывая горький опыт борьбы с Эдисоном, он оформляет множество патентов – на сам пулемет и отдельные узлы его конструкции. Дополнительно патентуется и принцип работы автоматики «максима». И вот наступает день демонстрации «дьявольского оружия».

Максим без труда на глазах у потрясенных сотрудников с расстояния в 300 ярдов (около 270 м) перерезает дерево метрового обхвата. И тем не менее, лорд Уолсли просит изобретателя построить «что-нибудь покрупнее».

 

Казалось, можно было праздновать победу. Однако на пути мирового признания нового оружия стояли два препятствия – генералы и «Норденфельд», а точнее, торговый представитель этой компании Базиль Захарофф.

 

Первый триумф

Весной 1887 года картечница «Норденфельд» и пулемет Максима впервые сошлись в споре за первенство – и за многомиллионные контракты в будущем. Совместные испытания проходили перед августейшими очами австро-венгерского императора Франца-Иосифа. Сначала правитель «лоскутной монархии» благодушно наблюдал, как солидное и основательное изделие «Норденфельда», окутываясь дымом от собственных выстрелов и поблескивая на солнце никелированными деталями, отстреливало свои 150 выстрелов в минуту. Потом настала очередь Хайрема. Он поудобнее устроился на пулеметном сидении и взялся за рукоятки своего несуразного и уродливого по сравнению с красавцем-«Норденфельдом» оружия. По сигналу Максим открыл огонь. Через полминуты, выпустив 300 пуль, он поклонился императору и предложил взглянуть на мишень. На ней был выписан императорский вензель «FJ».

 

Захарофф и генералы

Для рекламы своего пулемета Хайрем придумал несложный трюк – ленты демонстрационных образцов делались чуть длиннее стандартных и вмещали не 250, а 333 патрона. При скорострельности 600 выстрелов в минуту пулемет «выплевывал» 666 патронов за минуту и семь секунд. Лишних секунд никто не замечал, зато «дьявольское оружие» со скорострельностью 666 выстрелов вызывало у всех едва ли не мистический страх и восхищение.

Но торговый представитель «Норденфельда» Базиль Захарофф и не думал сдавать свои позиции без боя. В борьбе за выгодные заказы он не брезговал даже методами «нерыночной конкуренции». Когда Максим предложил свой пулемет итальянцам, Захарофф сумел снова настоять на совместном испытании, а накануне напоил пулеметчика конкурентов до такого состояния, что тот не смог не только стрелять, но даже наводить оружие. Базиль не стеснялся даже подменять конкуренту боеприпасы на некондиционные и просто портить детали оружия.

В конце концов Хайрем сдался. В 1888 году он подписал с хозяевами неистового Захароффа договор, и две компании объединились в «Maxim–Nordenfeldt». Интересно, что среди прочих условий был пункт о… Базиле Захароффе. Любой другой на месте Максима приложил бы все усилия к тому, чтобы докучливый «менеджер по продажам» (именно так можно «перевести» должность Захароффа на современный лад) вылетел из компании с «волчьим билетом». Но Хайрем предпочел более изощренную и выгодную для дела месть. Теперь Базиль Захарофф должен был лично заниматься продвижением пулемета «максим» на новые рынки сбыта. Этот же пункт повторялся и в договоре 1896 года, когда «Maxim–Nordenfeldt» переходила в собственность компании «Виккерс».

 

«Проворство» Захароффа

«Таланты» Захароффа англичане ощутили на собственной шкуре в ходе Галлиполийской операции. Когда британский экспедиционный корпус высадился в Дарданеллах, турки устроили ему кровавую баню. Выбираясь из лодок, английские пехотинцы попадали под шквальный огонь множества «Максимов». Впоследствии выяснилось, что пулеметы туркам продал британский подданный и торговый представитель британской компании «Виккерс» Базиль Захарофф.

 

Но кроме Захароффа были еще и генералы. Принято считать, что, увидев очередное стреляющее приспособление, пожилые люди с пышными эполетами приходят в детский восторг и уже не хотят расставаться с новой игрушкой. Тем не менее, многие считали изобретение Максима всего лишь занятной и дорогостоящей диковинкой, не годящейся для боя. В России самым ярым противником нового оружия стал генерал Драгомиров.

 

Скепсис по-русски

8 марта 1888 года российский император Александр III лично испытал пулемет Максима и был восхищен «дьявольским оружием». Однако виднейший военный теоретик того времени отнесся к заморской диковине весьма скептически. Драгомиров писал о пулемете: «Если бы одного и того же человека нужно было убивать по нескольку раз, то это было бы чудесное оружие, так как при 600 выстрелах в минуту их приходится по 10 на секунду. На беду для поклонников столь быстрого выпускания пуль, человека довольно подстрелить один раз, и расстреливать его затем вдогонку, пока он будет падать, надобности, насколько мне известно, нет».

 

Все кому не лень клеймят «тупоголовых пузатых русских генералов и царя-идиота», не оценивших «гениальное изобретение». Но такой же вердикт вынесли и американцы, и французы, и австрийцы, и немцы. Никто просто не знал, что делать с непонятным оружием – да к тому же еще весьма дорогим и «прожорливым». Пулеметы сдавали в крепости, запирали в цейхгаузы до лучших времен – и вообще придумывали им самое нелепое применение. Заказывали их у Максима «чтоб было».

В той же самой России, вернее, в российском флоте, без малого триста пулеметов украшали собою марсовые площадки броненосцев и крейсеров. По-другому и сказать нельзя – на военных кораблях, чьи пушки стреляли на 5–6 км, пулеметы с их дальнобойностью в 1000 м могли служить только украшением.

Одни только англичане поняли все преимущества нового оружия. Пулеметы они использовали в колониальных войнах.

 

«У нас есть максим, а у них его нет»

Что такое колониальная война конца XIX века? Это когда небольшой отряд должен на протяжении многих часов выдерживать атаки плоховооруженного, но многочисленного и упорного противника. Бесчисленное количество таких войн Англия вела на Черном континенте. Именно там подданные Ее Величества использовали новое оружие.

 

Чисто английское убийство

2 сентября 1898 года у Омдурмана англо-египетская армия встретилась с войсками махдистов. Десяти тысячам англичан и египтян противостояло 100 тыс. мусульман-фанатиков. Да, на всю эту орду имелось всего 30 тыс. винтовок. Но даже численность вооруженных огнестрельным оружием повстанцев была в три раза больше, чем количество правительственных войск. Тем не менее англичане одержали победу с разгромным счетом: 20 тыс. убитых махдистов – и всего 150 английских солдат! Причем 15 тыс. повстанцев уничтожил пулеметный огонь. Это было не сражение, а массовый расстрел. Английские военные корреспонденты честно писали: «В прошлом мы выигрывали наши войны натиском, мастерством и храбростью наших офицеров и солдат, но наша последняя кампания была выиграна очень тихим джентльменом, живущим далеко в Кенте».

 

И до начала ХХ века пулемет Максима использовался скорее как оружие массовых расстрелов. В то, что он сможет остановить хорошо подготовленную регулярную пехоту, никто не верил.

Только после англо-бурской и особенно русско-японской войн генералы начали понимать, на что способен «максим» в современном бою. Сражение под Мукденом показало – подготовленная пехота несет такие же потери, как и плохо вооруженные повстанцы. Тогда русская пулеметная батарея, оснащенная шестнадцатью «максимами», отбила череду японских атак. Выпустив десятки тысяч пуль, пулеметы остались в отличном техническом состоянии, а подступы к позициям были усыпаны мертвыми телами – как выяснилось впоследствии, составившими более половины погибших солдат с японской стороны.

Сообразив, что к чему, вся Европа начинает спешно заказывать пулеметы или приобретать лицензии на их производство. К началу Первой мировой войны только в германской армии насчитывалось 12 500 изделий господина Максима, а к концу ее – уже более 100 тыс. «Дьявольское оружие» загнало воюющие стороны в тупик позиционной войны, свинцовой метлой выметая атакующие пехотные цепи. Оно породило военную авиацию, танки, огнеметы. И даже применение химического оружия – сначала немцами, а потом и войсками Антанты – было попыткой вырваться из того тупика, в который загнал сражавшихся пулемет Хайрема Максима.

 

Авиатор Хайрем Максим

После слияния с «Норденфельдом» Хайрем Максим предоставил все труды по продвижению своего изобретения «менеджерам» вроде Захароффа. Сам же занялся новыми изобретениями. Максим пытался построить воздушную торпеду, разработать электрическую систему для наводки орудий, создать взрыватели замедленного действия – все сразу. На опытах и экспериментах денег он не экономил. Результат не заставил себя ждать – в 1894 году убытки компании составили 21 тыс. фунтов, в 1895-м – 13 тыс. Совладельцы были в шоке. В следующем году братья Виккерс выкупили доли Максима и других акционеров. Опытные дельцы сразу же получили 138 тыс. фунтов чистой прибыли!

Между прочим, «в нагрузку» к пулемету братья получили права и на один из первых аэропланов.

Да, Хайрем Максим «отметился» и в завоевании воздушного пространства.

Работу над созданием летательного аппарата Максим начал в конце 80-х годов XIX века. К 1894 году аэроплан был готов. «Сердцем» воздушного корабля стали специально спроектированные и построенные самим изобретателем паровые машины с фантастической удельной мощностью – 1 л.с. на 2,7 кг. Аэроплан был огромен – 38 м в длину, 31 м в размахе крыльев. Махина весила 3,5 тонны и возвышалась над землей на 11 м.

Пробный полет состоялся 31 июля 1894 года. Машина с Максимом и двумя пассажирами оторвалась от разгонного рельсового пути и пролетела 200 м. От набора высоты ее удерживали лишь страховочные направляющие рельсы. Однако в конце «железнодорожной» взлетной полосы одно из колес заклинило и паровая птица Максима разбилась.

До сих пор не утихают споры – можно ли считать это полетом. С одной стороны, аэроплан вроде бы летел, но с другой – какая-то связь с землей сохранялась до самого крушения. Занятно, что аэроплан с бензиновым двигателем, построенный Максимом в 1910 году, так и не смог оторваться от земли.

 

Став в 1900 году британским гражданином, Хайрем получил из рук королевы Виктории рыцарское звание – в знак признания заслуг за оружейное обеспечение в Судане и в битве при Омдурмане.

Сэр Хайрем Максим, являющийся автором 271 изобретения, умер 24 ноября 1916 года в английском городе Стратхем в собственной постели. Некрологи появились лишь в нескольких британских и американских газетах. Зато пресса пестрела сообщениями о миллионах других смертей – и виновником большинства из них был пулемет Максима.

 

Кроме того

* Для удобства применения пулемета в 1885 году Хайрем Максим начал выпускать ленты на 250 патронов. Именно такая их вместимость сохраняется и по сей день во многих современных пулеметах.

* Ручной пулемет Калашникова требовал замены ствола через каждые 150 выстрелов. Пулемет Максима в конце 1899 года произвел 15 тыс. выстрелов без каких-либо серьезных затруднений.

* Максим придумал универсальную турель для крепления: руководство по использованию гласило, что пулемет можно крепить на чем угодно – от лодок до велосипедов. Правда, позже этот раздел пришлось пересмотреть, когда один «сообразительный» лейтенант пристегнул пулемет к спине мула и установил переключатель в режим автоматической стрельбы…

* Вместе со своим сыном, Хайремом Перси, Максим сделал изобретение, давшее толчок к появлению понятия «спецподразделение» и «спецоперация» – глушитель звука выстрела.





Спешите подписаться на журнал “Планета”!