ОТЧИМ РАДИО. ГУЛЬЕРМО МАРКОНИ
Февраль 2009
Вернуться к номеру >>

Автор: Андрей Медведев
Раздел: Лабиринт
Теги: технологии, история, персоналии, Европа



«Дело не в личной славе, а в общей пользе деятельности того или иного лица. Ведь не будете же вы отрицать полезность работы Маркони? Деловой, коммерческий подход к изобретению иногда бывает не менее ценным, чем само изобретение».

А. С. Попов, «отец» радио

 

Историческая зарисовка.

Санкт-Петербург, 25 апреля (7 мая) 1895 года

Александр Степанович Попов особо не волновался. В конце концов, сегодняшний опыт ничем не отличался от проведенного несколько месяцев назад в садике Кронштадского военного училища, если не считать того, что сегодня за ним наблюдают члены Русского физико-химического общества. 36-летний изобретатель склонился над передатчиком и отстучал «морзянкой» два слова первой в мире радиотелеграммы: «Генрихъ Герцъ», – одновременно демонстрируя собравшимся возможности своего аппарата и отдавая дань достижениям великого ученого.

 

В 1896 году среди множества прибывших в Англию лиц внимание таможенников привлек 22-летний итальянец, отрекомендовавшийся как Гульермо Маркони. Впрочем, внимание привлекал не сам итальянец – мало ли кто приезжает в величайшую державу мира! Заинтересовал таможенников его багаж. В запечатанных коробках, по словам приезжего, было ценное научное оборудование. Но кто в таких случаях верит на слово? И таможенники приступили к досмотру под вопли темпераментного итальянца – видимо, серьезно опасавшегося за свой багаж.

В коробках оказались передатчик Герца образца 1887 года и приемник, похожий на аппарат Оливера Лоджа, продемонстрированный тем в 1894 году и практически точно повторявший аппарат Попова 1895 года. Правда, британские таможенники таких тонкостей не знали. С них было достаточно того, что содержимое кофров итальянца соответствовало указанному в декларации «научному оборудованию». Гульермо Маркони получил разрешение на въезд в страну и отправился к стоянке кэбов, все так же бормоча себе под нос что-то нелестное в адрес тупых таможенников, чуть не переломавших его приборы.

 

Наш пострел везде поспел

Гульермо Маркони появился на свет 25 апреля 1874 года в Болонье. Его отец, Джузеппе, был богатым землевладельцем, а мать – в девичестве Анни Джеймсон – приходилась дочерью известному шотландскому производителю виски Эндрю Джеймсону. Детство будущего радиомагната проходило так, как и положено наследнику богатой семьи – вилла, богатый дом в Болонье, домашние учителя… Потом Маркони поступил в техническое училище в Ливорно. Но там он только числился. На самом деле Гульермо продолжал получать домашнее образование. Специально для этих целей папенька нанял для своего отпрыска «особого» учителя – преподавателя Болонского университета Аугусто Риги. Тот регулярно приезжал в поместье Маркони, чтобы наставлять будущего изобретателя в физике.

Надо сказать несколько слов об этом незаурядном человеке. Аугусто Риги был фанатиком беспроводного телеграфа. Он повторил опыты Герца и других первопроходцев в деле передачи радиосигналов и написал около 250 научных статей на эту тему.

Риги серьезно заинтересовал своего ученика беспроводным телеграфом, и под его руководством Маркони приступил к опытам на чердаке и в парке собственного поместья. Аугусто регулярно сообщал Гульермо обо всех новостях в области радиодела – в том числе и об опытах Попова, с которым находился в переписке. Ни Попов, ни Герц, ни Бранли не патентовали своих достижений, зато регулярно публиковали описания научных опытов и полученных результатов. Между прочим, сам Аугусто Риги никогда и не скрывал того, что пользовался чужими научными достижениями, открыто признавая первенство названных ученых.

Весной 1895 года под руководством Риги Маркони осуществил успешную передачу радиосигнала. В интервью, данном в 1912 году, он утверждал: дистанция радиопередачи составляла около 2,5 км. А через год двадцатидвухлетний Маркони уже ступил на берега туманного Альбиона с двумя приборами в запечатанных кофрах.

Вот тут и возникает первый вопрос – кого же считать «автором» привезенных в Англию приборов? Маркони, не имеющего никакого образования, кроме домашнего, или Риги, под руководством которого он ставил свои опыты под Болоньей? А может быть, Попова, в своих письмах и публикациях подсказавшего Риги, что и как? Вопрос тем более интересный, если учесть, что до 1897 года Маркони, по его словам, был занят ремонтом оборудования, испорченного при досмотре чрезмерно подозрительными английскими таможенниками.

Это как же должны были раскурочить эти не самые сложные приборы англичане, чтобы автор (не имеющий недостатка в деньгах) ремонтировал их с октября 1896 по май 1897 года?!

Кстати, в истории переезда Маркони из Италии в Англию есть еще одна пикантная подробность. В сентябре 1896 года Италия призвала Гульермо «в стройные ряды». Однако, по-видимому, желание «делать деньги» было для юного коммерсанта гораздо важнее его гражданского долга. С помощью отца он устроил себе формальное прохождение службы – числился курсантом военно-морского училища… при итальянском посольстве в Лондоне! На прощание папа с мамой обеспечили сына не только деньгами, но и целой кучей рекомендательных писем к представителям не только научной, но и политической элиты Великобритании. Например, среди адресатов этих писем был сэр Уильям Приз, начальник британского Почтового ведомства.

 

Постоянные интересы

У Британии нет ни постоянных врагов, ни постоянных союзников. Есть только постоянные интересы. Этот императив английской политики был известен всем задолго до Дизраэли или Черчилля.

Одним из самых постоянных интересов туманного Альбиона была огромная, и в то время постоянно расширяющаяся, колониальная империя. «Просвещенным мореплавателям», как называли себя англичане, было дело до всего и повсюду. И поэтому обеспечение постоянной и устойчивой связи стало для Британской империи проблемой номер один. И того, кто смог бы эту проблему решить, ждали почет, слава и богатство.

Неудивительно, что и финансовые, и политические воротилы Великобритании (что по сути одно и то же) разглядели в предложении Маркони золотое дно и особо не задумывались о вопросах авторства. «Если все, о чем вы говорите – правда, то мы с вами будем миллионерами», – сказал молодому изобретателю Годфри Айзекс, президент компании Маркони. Карьера итальянца двинулась вперед семимильными шагами. Адмиралтейством и Почтовым ведомством в его распоряжение были переданы целые лаборатории. В мае 1897 года Маркони удалось осуществить радиопередачу на расстояние 9 миль. В июле того же года он основал «Компанию беспроволочного телеграфа и сигналов».

2 июля 1897 года итальянец получил патент на «свои» приемник и передатчик. Многие называют годом выдачи патента 1896-й – но это не так. В 1896-м Маркони получил только приоритетную справку и требование в течение девяти месяцев предоставить полное описание изобретения. Кстати, в срок изобретатель не уложился – именно тогда он объяснил задержку в подаче описания поломками аппаратуры на таможне. Тем не менее, патент был получен. Правда, осторожные англичане ограничились формулировкой «усовершенствования в передаче электрических импульсов и сигналов и в соответствующей аппаратуре». Маркони, наверное, был на седьмом небе от счастья. Патент – это монополия, монополия – это миллионные прибыли… Но не все было гладко.

Патент Маркони признали только итальянцы. Впрочем, их легко понять: великих итальянских ученых можно пересчитать по пальцам одной руки – а тут сразу целый изобретатель радиосвязи! Но ни Североамериканские Соединенные Штаты, ни Франция, ни Германия, ни Россия не подтвердили этот патент.

Американцы со свойственной им прямотой назвали Маркони плагиатором и сослались на патенты Никола Теслы и работы Томаса Эдисона. Что же касается немцев, французов и русских, то они дипломатично заявили, что изобретение Маркони «не содержит в себе новизны» и указали на исследования и публикации А.С. Попова.

В общем, миллионные прибыли уплывали из рук. На первых порах Маркони занимался установкой аппаратов беспроволочной связи на плавучих и наземных маяках вокруг Англии. Новое средство связи вело себя весьма капризно, расстояние передачи измерялось километрами, установки постоянно выходили из строя – как положено у лабораторных, непромышленных образцов.

Однако наблюдения за работой этих радиостанций позволили Гульермо Маркони заметить, что дистанцию передачи можно серьезно увеличить, используя промежуточные антенны – как мы бы сейчас сказали, ретрансляторы. В следующем, 1898 году, для передачи через Ла-Манш (28 миль) он использовал несколько промежуточных антенн высотой около 50 м, поднимаемых при помощи аэростатов и воздушных змеев.

1898 год вообще был значительной вехой в истории развития радиосвязи. В Англии она впервые заменила собой телеграф. Когда телеграфные провода в Уэльсе оказались оборваны снежной бурей, Маркони по радио передал сообщение журналистов о неминуемой смерти лорда Гладстона. Великолепный рекламный ход! В этом же году открылись два первых радиозавода: в Чемсофорде – завод Маркони, а в Париже – завод Эжена Дюкрете, начавший выпуск радиотелеграфных аппаратов Попова.

В 1900 году Маркони включает в конструкцию радиоприемника катушку настройки и на этом основании получает новый патент. Но и его основной конкурент не сидит сложа руки. Годом раньше Попов добавляет в схему своего прибора «головные телефоны» – в просторечье, наушники – и в этом виде патентует свое детище.

 

Монополия снова уплыла из рук предприимчивого итальянца. На Парижской международной электротехнической выставке именно работы Попова были отмечены большой золотой медалью. Неудачей закончилась и попытка через подставных лиц договориться со своим основным конкурентом.

 

Историческая зарисовка

15 ноября 1900 года агент фирмы Маркони Джеймс Виленкин (теперь она называлась «Компания беспроволочной телеграфии Маркони») через В.А. Триумфова обратился к Попову с предложением выехать в Лондон и «утрясти» с Гульермо Маркони спорные вопросы.

«Компания Маркони, – писал Виленкин в своем письме, – желает эксплуатировать свой патент в России, но для того, чтобы двум однородным изобретениям не конкурировать, желает войти в соглашение и действовать совместно на известных условиях. Компания будет рада подобному соглашению. Но если условия господина Попова окажутся для компании невыгодными, то никто претензий выражать не может». Аналогичное письмо было отправлено П.М. Волконскому.

Насколько известно, Попов от переговоров с Маркони отказался, хотя падкие до сенсаций журналисты, пронюхав о письмах, сразу же тиснули в «Петербургской газете» сообщение, будто «известный ученый Попов» вот-вот выедет в Лондон для передачи своего изобретения «группе английских капиталистов».

 

Английские правящие круги тоже начали сомневаться – на ту ли лошадку они поставили. Пока Маркони не только не обеспечил инвесторам фантастических прибылей, но и не предложил «просвещенным мореплавателям» действительно надежной связи. Передача на несколько десятков миль через ретрансляторы мало отличалась от обычного проводного телеграфа – как по затратам, так и по эффективности. Маркони нужен был триумф. И этот триумф наступил в 1901 году.

 

А был ли мальчик?

12 декабря 1901 года Маркони принял первую в мире трансатлантическую радиограмму. Отправитель находился в Корнуэлле (Англия), а сам изобретатель вместе с двумя ассистентами – в гавани Сент-Джонс на острове Ньюфаундленд. Расстояние между приемником и передатчиком составляло почти 2200 миль (3520 км). Вот это достижение!

Однако с этим достижением тоже не все было чисто. Во-первых, «радиограмма» представляла собой одну-единственную букву «S», переданную «морзянкой», – три точки. Во-вторых, для приема этих точек Маркони пришлось использовать 130-метровую антенну, поднятую вверх на аэростате.

А было еще и в-третьих, и в-четвертых… Вспоминая этот, несомненно, самый важный в жизни день, Маркони постоянно путался в деталях. То антенну поднимал аэростат, то воздушный змей. То стоял густой туман, то он видел свой змей, «парящий высоко в небе». Говоря об использованном оборудовании, Маркони и его «ассистенты» Кемп и Пейджет называли разные типы когереров и различную конфигурацию аппарата. Наконец, в 1902 году, ставя аналогичные опыты на борту трансатлантического лайнера «Филадельфия», Маркони не смог получить днем передачу более чем на 700 миль. И только ночью удалось достичь расстояния в 2000 миль – все равно меньшего, чем в 1901 году. Да и современная наука утверждает, что днем на такие расстояния средние волны не проходят – а до практического использования УКВ-диапазона Маркони было как до Луны. Так был ли сигнал? Или мы имеем дело с еще одним рекламным трюком?

Современные исследователи деятельности Гульермо Маркони обнаружили еще один неприятный факт. «Изюминкой» рекордного радиоприемника Маркони был «Итальянский морской когерер» – ноу-хау изобретателя, запатентованное им в том же 1901 году. Этот приборчик представлял собой не наполненную угольными или металлическими опилками колбу, а капельку ртути между двумя проводящими контактами, откуда его второе название – ртутный когерер.

Однако этот самый ртутный когерер был изобретен индийским ученым Джагдишем Чандрой Бозом еще в 1899 году. В этом же году Боз продемонстрировал свои приемник и передатчик в Лондоне. Джагдиш Чандра Боз был сторонником свободного распространения идей в науке и только в 1901 году под давлением друзей запатентовал свой когерер в Североамериканских Соединенных Штатах. Может, Маркони самостоятельно додумался до аналогичного изобретения? Возможно. Вот только итальянец позднее никак не мог объяснить, как он дошел до этой идеи. По словам Гульермо, «Итальянский морской когерер» был разработан его другом, морским инженером Луиджи Солари. Но сам Солари позднее отрицал свое авторство. Возможно, ларчик открывается просто – в Лондоне радиоприемник Боза осматривали лорд Релей и лорд Листер (президент Королевского Физического Общества). Кто-то из них вполне мог поделиться своими наблюдениями с Маркони, который, как мы уже видели, с чужими изобретениями особо не церемонился. Вернувшись в Европу, он с еще большим азартом занялся продвижением своего детища.

 

Все средства хороши

К 1904 году кроме радиостанций «Маркони» свои сигналы в эфир посылали франко-русские «Попов-Дюкрете», немецкие «Телефункены» и «Сляби-Арко», русско-немецкие «Сименс и Гальске». В борьбе с конкурентами Гульермо Маркони прибегал к просто драконовским мерам – вместе с радиостанцией он предоставлял заказчику и радиста. Никто другой не имел права обслуживать аппаратуру. Радистам, работающим на Маркони, строжайше запрещалось отвечать на сигналы станций других фирм (опытный радист вполне мог по звуку сигнала отличить «Дюкрете» от «Телефункена»). Запрет распространялся даже на те случаи, когда «конкуренты» передавали жизненно важную информацию или сигналы бедствия.

По-видимому, именно на волне конкурентной борьбы до катастрофы «Титаника» радисты в Англии использовали свой собственный, фирменный сигнал бедствия вместо пресловутого международного «SOS» (три точки, три тире, три точки «морзянкой»). Радист тонущего «Титаника» до последнего отстукивал в эфир призыв о помощи, принятый в «Маркони», но слышавший эту передачу американский корабль так и не понял, что за сигналы раздаются в эфире. Только гибель нескольких сотен человек показала всем трагическую нелепость подобной конкурентной борьбы.

 

В конце концов Маркони переиграл своего основного оппонента Попова. Но уже откровенно «по очкам». В 1909 году он получил Нобелевскую премию по физике «в знак признания заслуг в развитии беспроволочной телеграфии». Такую же премию мог получить и С.А. Попов, но тремя годами раньше русский ученый скоропостижно скончался от кровоизлияния в мозг. А мертвым, как известно, Нобелевку не присуждают. В том же году итальянский король назначил 34-летнего нобелевского лауреата членом Сената. По-видимому, долгожданное признание его заслуг и то, что основной «конкурент» сошел со сцены, окончательно вскружило голову темпераментному итальянцу. В 1916 году фирма «Маркони» возбуждает шестимиллионный (120 млн. современных долларов!) иск против американских производителей средств радиосвязи за нарушение патентных прав Гульермо Маркони.

Нашли с кем связываться! Американские адвокаты затянули процесс до 1931 года и почти полностью выиграли дело. Их клиентам пришлось выплатить только пятую часть исковой суммы – 1 200 000 долларов – кстати, доллар 1931 года существенно «уменьшился в весе» по сравнению с 1916-м. Среди прочего судьи вынесли следующее нелестное для Маркони решение: «Гульермо Маркони иногда считается отцом беспроволочной связи, но он не был первым, кто открыл, что электрическую связь можно осуществлять без проводов».

 

Новые горизонты

Империя Гульермо Маркони росла и развивалась. Сеть его радиостанций включала в себя Алжир, Австралию, Бельгию, Бразилию, Бирму, Китай, Францию, Французскую Гвиану, Германию, Индию, Японию, Ямайку, Мексику и Занзибар. Четыре станции находились на островах Тихого океана. В родной Италии Маркони открыл 13 станций. В 1912 году он получил очередной патент на «усовершенствованную регулируемую во времени искровую систему для генерирования передаваемых волн».

Однако изобретение привычного для нас голосового радиовещания обошлось без участия предприимчивого итальянца. Этим достижением мы обязаны жителю Квебека Реджинальду Фессендену, который, открыв амплитудную модуляцию радиосигнала, еще в 1906 году впервые в мире передал по радио звуки человеческой речи.

В том же 1912 году Маркони выступает в печати с программой своих дальнейших исследований, которые сведущему человеку чрезвычайно напоминают основные пункты «Мировой системы» Никола Теслы, сформулированные им еще в 1900 году.

В этом же интервью в качестве своего прибора, обещающего «совершить подлинную революцию в технике беспроводной передачи», Гульермо описывает «усиливающий передатчик», разработанный Теслой еще в 90-х годах XIX века и неоднократно использовавшийся сербским ученым в своих опытах в Колорадо-Спрингс и на Лонг-Айленде.

К 1912 году финансирование работ Теслы было прекращено, а его лаборатория «Ворденклиф» стояла заброшенной. Но это же не повод выдавать чужие идеи за свои собственные!

Первая мировая война, а может, собственная некомпетентность помешала Гульермо Маркони осуществить его наполеоновские планы. С 1914 по 1918 год он занимается использованием беспроволочного телеграфа для нужд итальянской армии и... делает блестящую политическую карьеру. В 1919 Гульермо Маркони – официальный представитель Италии на Парижской мирной конференции. На мирных договорах, заключенных странами Антанты (в лагерь которых Италия переметнулась в самом начале войны) с Австрией и Болгарией стоит его подпись.

После войны Маркони также сочетал научную и политическую деятельность. Исследования коротковолновой телеграфии в 1921–1934 годах не помешали ему присоединиться к партии Бенито Муссолини. Представьте, как был рад лидер итальянских фашистов видеть в своих рядах такого знаменитого человека! Ведь к этому времени Гульермо Маркони стал не только нобелевским лауреатом и крупной величиной в науке, но также маркизом и членом Сената. А с 1930 года – даже президентом Королевской итальянской академии! В фашистской Италии день рождения Гульермо Маркони отмечался как государственный праздник – отменили его только после окончания Второй мировой войны!

До своей смерти 20 июля 1937 года Маркони продолжал заниматься коротковолновой радиотелеграфией. Кроме того, он рассчитывал также использовать короткие волны в навигации и медицине. Лечение короткими радиоволнами изобретатель скромно назвал «марконитерапией», однако смерть не позволила ему осуществить задуманное.

В день смерти Гульермо Маркони удостоился таких же почестей, как и Александр Белл. Тысячи радиостанций на две минуты прекратили работу, отдавая последнюю дань человеку, трижды уличенному в интеллектуальном воровстве, но все же внесшему огромный вклад в распространение радиотелеграфии.

 

Как заключение

1897 год – беспроволочный телеграф Маркони является точной копией приборов С.А. Попова и отличается от оригинала лишь в незначительных деталях (молоточек, возбуждающий когерер, питается от отдельной батареи).

1901 год – «Итальянский морской когерер», использованный Маркони для первого сеанса трансатлантической связи, ничем не отличается от ртутного когерера Боза, изобретенного в 1899 году.

1912 год – В интервью Гульермо Маркони выдает за собственную разработку «усиливающий передатчик», разработанный в 1890-х годах.

 

 

 

История развития радиотелеграфа к тому времени насчитывала не один десяток лет. Вот только основные ее вехи:

1866 год – американский дантист Махлон Лумис заявил об открытии способа беспроводной связи. Из описания его изобретения понятно, что зубной врач дошел до идеи передающей и принимающей антенны. Позже он заявил о передаче сигнала на 22 км и обратился в конгресс с просьбой о финансировании. Финансирование предоставлено не было.

1879 год – Дэвид Хьюз обнаружил эффект электромагнитных волн.

1888 год – немецкий физик Генрих Герц доказал существование электромагнитных волн и осуществил опыты по приему и передаче радиосигналов.

1890 год – во Франции Эдуард Бранли изобрел прибор для регистрации электромагнитных волн – радиокондуктор (впоследствии – когерер).

1891 год – Никола Тесла в своих лекциях описал принципы передачи радиосигнала на большие расстояния, а через два года запатентовал мачтовую антенну и радиопередатчик.

1894 год – бразильский священник и ученый Роберто Ланделл де Мора провел эксперименты по передаче радиосигналов. Правда, этот пункт спорен – до 1900 года он якобы не оглашал результаты своих экспериментов.

В этом же году Оливер Лодж и Александр Мирхем в Оксфорде продемонстрировали передачу радиосигнала на расстояние 40 м. Они впервые решили вопрос «возбуждения» когерера. Дело в том, что при прохождении радиосигнала прибор утрачивал свою чувствительность и, чтобы поймать следующий сигнал, когерер необходимо было встряхивать. Для этого английские изобретатели использовали часовой механизм, который и «тормошил» когерер.

7 мая 1895 года Попов в Санкт-Петербурге демонстрирует передачу радиотелеграммы из 13 сигналов азбуки Морзе. Для «возбуждения» когерера он использует не часовой механизм, а молоточек, приводимый в движение по радиосигналу.

 

Исторический факт

В то же самое время А.С. Попов на свои опыты в области радиосвязи выбил из российской казны всего 300 рублей (чуть более 3000 современных долларов). Кроме этой суммы он мог рассчитывать лишь на собственное жалование – около 100 рублей в месяц. Нужда Попова была настолько отчаянной, что во время каникул с 1889 по 1899 год он заведовал электростанцией на Нижегородской ярмарке, получая за это 2500 рублей за сезон.

 

Исторический факт

До 1899 года радиопередача фиксировалась на простую телеграфную ленту, а радиостанции не имели привычной нам катушки настройки. Усовершенствования, сделанные Поповым и Маркони, придали радиоаппаратуре, так сказать, ее современный вид.

 

Между прочим, индусы до сих пор считают Джагдиша Чандру Боза изобретателем беспроводного телеграфа, поскольку свой первый сеанс радиосвязи он продемонстрировал в Калькутте Британскому Правительственному Наместнику еще в 1896 году. Гульермо Маркони же им представляется тривиальным плагиатором, абсолютно незаслуженно получившим Нобелевскую премию.

 

В начале ХХ века, когда печать была основным средством распространения информации, газетные «утки» были распространены не менее, чем в современной «желтой» прессе. Так, например, с легкой руки Луиджи Солари по западным монографиям, посвященным истории радио, гуляет такая история.

В 1902 году в связи с коронацией итальянского монарха Виктора Эммануила III, этот самый Виктор на крейсере «Карло Альберто» с дружественным визитом наведался в Кронштадт. Среди прочих новоявленного короля сопровождали Гульермо Маркони и Луиджи Солари. Последний живописал, как за день до официального визита на корабль императора Николая II крейсер среди прочих посетил С.А. Попов, который рассыпался в комплиментах перед Маркони, жал ему руку и называл «отцом радио».

На самом деле 15 (2) июля 1902 года крейсер посетил командир Кронштадского порта, контр-адмирал С.О. Макаров – причем никакого Попова с ним не было. Степан Осипович осмотрел установленную на корабле аппаратуру производства «Компании беспроволочной телеграфии Маркони», после чего с военной прямотой просветил Гильермо, кто же на самом деле является изобретателем радио.

Между прочим, покинув «Карло Альберто» Макаров немедленно составил докладную записку на имя Морского министра, где указал на вклад Попова в развитии радиотелеграфии, важность развития российской радиоиндустрии и необходимость «поощрить отечественного изобретателя». Сыграла эта записка свою роль или нет, но С.А Попов получил денежную премию в размере 33 тыс. рублей (почти 344 тыс. современных долларов США) и годовой оклад в 2200 рублей.

 

Первые случаи использования радиопередачи в спасательных операциях относятся к 1899–1900 годам. 3 марта в Ла-Манше с помощью радиотелеграфа были спасены экипаж и пассажиры парохода «Масенс», зимой 1900 года – севший на камни броненосец береговой обороны «Генерал-адмирал Апраксин». А 6 февраля того же года радиосвязь позволила обнаружить 27 рыбаков, унесенных на льдине в открытое море.

 

Интересный факт

В Америке радиосвязь появилась благодаря доктору Горингу. В 1899 году он посетил Петербург, где получил от С.А. Попова описание и схемы его аппаратов. На основании этих данных Горинг создал в САСШ (Североамериканских Соединенных Штатах) свой вариант радиопередатчика, показавшего дальность в 260 миль. В благодарственном письме Попову он писал: «Мой дорогой профессор! Я передал свою статью о Вашем изобретении в печать. Она в скором времени будет опубликована в газете «The North American». Мы будем немедленно добиваться, чтобы Ваши приоритетные требования как истинного изобретателя первого действующего беспроволочного телеграфа были установлены во всем мире, а претензии Маркони будем показывать миру как подражание творческому ходу мыслей изобретательской гениальности профессора А.С. Попова».

Американцы были верны этому обещанию до 1947 года. Именно в этом году одна из радиостанций США выдала в эфир материал о сомнительной роли Маркони в развитии радио. Только после начала «холодной войны» научные круги Америки в пику СССР начали поддерживать первенство Маркони.

 

Высказывания Маркони, 1912 год

Не далее, чем через два поколения у нас будет не только беспроволочный телеграф и телефон, но и беспроводная передача энергии индивидуальным и корпоративным пользователям, беспроводное отопление и освещение, а также беспроводное орошение полей.

 

Высказывания Теслы, 1900 год

Установление связи между телеграфными станциями или центрами всего мира.

Установление связи между телефонными станциями Земли.

Единое распространение газетных известий при помощи телеграфа и телефона.

Создание службы для передачи сведений и информации с частной целью.





Спешите подписаться на журнал “Планета”!