МАФИИ МИРА. ИСТОРИЯ ЯКУДЗА
Декабрь 2006
Вернуться к номеру >>

Автор: Михаил Кузнецов
Раздел: Лабиринт
Теги: криминал, история, Япония



У истоков знаменитой японской мафии (якудза) стояли три удивительных союза – городские стражи Мати-екко, коробейники Текийя и игроки Бакуто…

 

Япония. 1612 год

 

Прошло чуть больше 10 лет после великой войны. 100 дайме во главе с могущественным найдайдзином Токугава Иэясу сокрушили возле деревни Сэкигахара восточную армию Исиды Мицунари. Сам Исида был закопан по шею в землю и казнен тупым мечем.

После этого большая армия за ненадобностью была распущена.

Толпы ронинов (самураев, оставшихся без хозяев) стали собираться в банды и грабить крестьян и горожан. Они называли себя хатамото-якко – слуги сегуна. Намек был прозрачен – Токугава должен помнить, что именно благодаря им он получил власть.

Одной из самых известных банд стали «Белые эфесы» – они носили белые пояса оби и ножны такого же цвета. Если у «белого эфеса» не было денег, он не платил вообще. Но если деньги были, то всегда расплачивался только крупной монетой. Честные торговцы, получив в уплату слишком много, пытались дать сдачу и… тут же лишались своей головы – «белые эфесы» сдачу никогда не брали, считая это для себя оскорбительным.

Нападать на своих жертв члены банды предпочитали сзади, а если на них нападали со спины, боец «белых эфесов» протыкал собственным мечом себя так, чтобы клинок, пройдя насквозь через него самого поражал и противника, обхватившего его сзади.

Ни наместники сегуна, ни стражи порядка – ерики, ничего не могли сделать с бандитами. И вот тогда появились мати-екко.

 

Первоначально мати-екко (городские стражи) создавались как защита от самурайских банд. Стражами становились добровольцы, в основном из крестьян и горожан.

Очень быстро мати-екко стали народными героями. Самыми популярными постановками в театре были те, где главными героями были городские стражи, защищающие народ от самурайских бесчинств.

Впрочем, настоящим мати-екко было далеко до приукрашенных персонажей театра кабуки. Членами городской стражи становились вчерашние хулиганы, любители поножовщины и авантюристы. Иногда случалось, что в ограбленную ронинами деревню приходил отряд стражников и… вместо того, чтобы искать бандитов, довершал грабеж, обрекая несчастных жителей на голодную смерть.

Создание отрядов мати-екко было на руку и Токугаве – ему не надо было самому заниматься уничтожением самурайских банд. Сегун гораздо больше опасался своих бывших солдат, чем самодеятельных «городских стражников». А потому на разбои мати-екко правительство не только смотрело сквозь пальцы, но и помогало им.

В итоге из смертельной схватки с ронинами победителями вышли именно мати-екко. К удивлению Токугавы после победы «отряды самозащиты» и не думали самораспускаться. Вскоре они превратились в особую касту, положившую начало будущему японскому преступному миру…

 

Коробейники Текийя

 

Пока мати-екко боролись с самурайскими бандами, в городах появилась еще одна беда. В огромном числе расплодились торговцы, продававшие все что угодно – от липовых китайских шелков до «настоек долголетия». И все бы ничего, но, во-первых, никто из этих торговцев не платил налоги в казну, а во-вторых, очень часто их «товары» оказывались поддельными и ужасающе некачественными.

От жуликов страдали все – и власти, не получавшие налогов, и простые японцы, и добросовестные купцы.

Для борьбы с «контрафактом» (выражаясь современным языком) в городах были созданы так называемые «текийя» – летучие отряды «народного контроля» из бывших рыночных торговцев.

Они следили за качеством товара, взимали ренту за торговые места и ловили карманников. О том, какое значительное место играли эти люди в жизни Японии, говорит тот факт, что уже в XVIII веке сегун позволил им иметь фамилии и носить два меча – отличия самурайского достоинства.

Но, как водится, доброе начинание через некоторое время превратилось в свою противоположность. Напав на золотую жилу, текийя стали заниматься банальным рэкетом, вымогая из торговцев деньги. Нередкими стали «разборки» семей за передел сфер влияния.

Иными словами, коробейники текийя превратились в криминальную крышу торговых рынков (явление хорошо знакомое всем жителям постсоветского пространства).

Текийя имели строгую иерархию, которая сохранилась и в Якудза наших дней. Во главе семьи стоит оябун – отец. Все остальные члены банды, принесшие клятву верности оябуну, становились его детьми – кобунами. Отец имел заместителя – вакагасира. Были в банде и «кандидаты в члены» – ученики. Они не привлекались к серьезным делам, пока не докажут оябуну свою отвагу и преданность.

 

Игроки Бакуто

 

Вскоре после великой войны в столице сегуна Эдо появился новый игорный дом. Им владел некий Бандзуйин Тебэй. Парень был сметлив, ловок, и вскоре его заметили городские власти. Эдосский замок обветшал, к тому же городу нужны были дороги. Но в казне на ремонт катастрофически не хватало денег, и тогда строительство поручили владельцу игорного дома.

Тут-то Тебэй и развернулся. Он нашел замечательный способ заставить работать на стройке бесплатно. Нет, Тебэй никого не гнал палкой, не бил и не бросал в тюрьму. Он поступал элегантнее – всех рабочих, задействованных на стройке, он приглашал в свой игорный дом, соблазняя возможностью фантастических выигрышей. И доверчивые работяги проигрывали большую часть жалования в популярную игру ойте-кабу – аналог нашего «очка» или американского «блэк джека». А на следующий день им выплачивали жалование… проигранными вчера деньгами!

Новых рабочих Тебэй также привлекал без особого труда. Его люди подмечали очередного бездельника, праздно шатающегося по городу, и зазывали в игорный дом. Там у него сначала вытягивали все деньги, потом разрешали играть в долг и… снова обыгрывали. Естественно, лоботрясу долг отдавать было нечем, и предприимчивый шулер тут же предлагал отработать. Как? Очень просто – на стройке. Тех же, кто отказывался расплачиваться, отводили в сторонку пара рослых ребят с острова Окинава (славившегося своей школой карате), и после непродолжительной беседы должник был готов сделать все что угодно.

Очень быстро Тебэй создал целую организацию – Бакуто, контролирующую весь игорный бизнес в Эдо. Как и в Текийя, среди игроков была установлена железная дисциплина. Именно среди бакуто появился сохранившийся до наших дней обряд юбицумэ – отрезание фаланги пальца за провинность.

Бакуто, не выполнивший обещание или приказ, при всех отрезал себе фалангу и протягивал ее своему командиру. Тот мог принять «подарок», и тогда член банды считался прощенным, либо отклонить, и тогда провинившегося ждала смерть. Среди бакуто часто можно было встретить людей с укороченными мизинцами на обеих руках.

 

Именно игроки Бакуто стали отцами-основателями японской якудзы. Постепенно в их состав влились хиреющие отряды мати-екко, а Текийя, в конце концов, приняли решение объединиться с Бакуто. Так появляется организация, которая в XX веке станет называться Якудза.

Кстати, само название пошло от горячо любимой Бандзуйином Тебеем карточной игры ойтё-кабу. Смысл игры заключался в том, что всем участникам сдавалось по три карты, каждая из которых имела цифровое значение. Выигрывал тот, у кого последняя цифра суммы трех карт была больше.

Так вот, на старояпонском: я – «восемь», ку – «девять» и са – «три». Иными словами, якудза – это обозначение самой несчастливой комбинации (8+9+3 = 20, последняя цифра ноль).

 

Самураи XX века

 

Фактически, Якудза просуществовала без изменений до Второй мировой войны. К этому времени бандиты вовсю сотрудничали с представителями власти. Их помощь была незаменима при проведении избирательных кампаний – они занимались сбором компромата, шантажом и запугиванием. Как правило, бандиты выступали на стороне политиков-милитаристов и ультранационалистов.

Но война все поставила с ног на голову. Во-первых, большая часть якудза оказались в армии, а во-вторых, военные запросы граждан всерьез отличались от мирных, и то, что раньше приносило доход, сейчас стало невыгодным.

Появились банды гурэнтай – хулиганы, взявшие под контроль весь черный рынок Японии. Гурэнтай, слившись с остатками классических якудза, и сформировали ту самую организацию, которую мы сегодня знаем.

В 1950 году оккупационная американская администрация заявила, что… не может справиться с якудза! А еще через 13 лет численность банд превысила численность японских Сил Самообороны – в Якудза входили 184 тыс. человек из 5200 «семей»!

Якудза, как и всякие бандиты, имеют правила поведения. Только, в отличие от банд с воровскими «понятиями», у них действует нечто подобное… кодексу самурайской чести. Якудза изучают фехтование и литературу, а насильственную смерть воспринимают в лучших самурайских традициях, как неизбежный и благодатный конец.

Якудза не может заниматься никаким другим бизнесом, кроме дела «семьи», не может выдавать своих «братьев» полиции и обязан пользоваться в разговорах только специальным жаргоном (японская «феня»). Якудза, за редким исключением, никогда не оправдываются и не признают ошибок, считая, что таким образом могут уронить свою честь и честь клана.

Якудза не может претендовать на женщину другого якудза. Кстати, женщины в якудза не входят – им попросту не верят. Единственными уважаемыми женщинами в семье являются жены оябунов. Их называют «старшими сестрами» – анэ-сан и прибегают к их совету, если оябун арестован.

Структуру якудза сохранили еще со времен Текийя. Во главе семьи стоит оябун или кумите – старший начальник. Ближе всех к «отцу» стоит вакагасира – второй человек. Примерно на одном с ним уровне находятся сайко комон – старший советник и со-хомбуте – что-то вроде начальника штаба. На том же уровне находится стофуку-хомбуте — помощник шефа. Так же возле оябуна обретается целая группа советников и бухгалтеров – что-то вроде личного штаба.

В настоящее время эти должности в основном номинальны. Влияние каждого иерарха зависит лишь от числа подконтрольных ему банд.

Банда – это основная боевая единица якудза. Руководит бандой «младший брат» – сятэй, у него в подчинении находятся бригадиры вакасю – юнцы. А те уже командуют простыми якудза. В банде может быть от 20 до 200 человек.

При приеме в «семью» новопосвященный проходит специальный ритуал – сакадзуки. Он пьет саке из одной чашечки с оябуном. Так они становятся родственниками.

Для отличия друг друга в толпе, якудза часто носят специальный знак – даймон с гербом своего клана. Права носить золотые даймоны принадлежит только руководителям якудза.

Весь мир якудза делят на собственно якудза и катаги. Катаги – это те, кто не входят в якудза, а потому с ними можно делать все, что угодно. Правда, есть один запрет, серьезно отличающий якудза от всех остальным бандитов, – катаги запрещено убивать, кроме тех случаев, когда они угрожают деятельности «семьи».

Еще одним серьезным отличием является использование якудза в бандитских разборках смертников – тэпподама. В других странах подобная самоотверженность среди бандитов не распространена.

 

Ямагучи гумми

 

Сегодня одной из мощнейших группировок якудза считается «Ямагучи гумми». Ее иерархическая лестница заканчивается не на «младших братьях» и «юнцах», а на «внуках» и «правнуках». Иными словами, членов в банде столько, что пришлось создать еще две дополнительные ступени.

Долгое время во главе группировки стоял Кадзуо Таока – личный друг двух премьер-министров Японии. В 60-х Таока увлекся искусством. И тут же в кинопрокате появилось несколько картин, где якудза представлялись эдакими благородными разбойниками а-ля Робин Гуд.

Умер Таока, как и полагается якудза, от полученных ран. Охранник одного из убитых по приказу Таока якудза поклялся отомстить всесильному оябуну. В качестве доказательства серьезности своих намерений он… съел пепел от сожженного трупа шефа!

Несмотря на мощнейшую охрану и искусную конспирацию, мстителю удалось выследить Таоку и расстрелять его. Одна из пуль попала Таоке в шею. Но… оябун остался жив.

Правда, ненадолго. На протяжении года врачи боролись за жизнь Таоки, но тщетно. Похороны бандита по пышности уступали разве что императорским.

В своем завещании Таока назначил 1823 пенсии для профессоров, больных, инвалидов, музыкально одаренных детей и престарелых вдов солдат, погибших во Второй мировой.

 

Якудза до сих пор не желают уходить в прошлое. В японском обществе (которое до сих пор является клановым) влияние мафии, уходящей корнями в глубь столетий, весьма сильно.

В связях с якудза серьезно подозревали Иосиро Мори, недавнего премьер-министра Японии. Фотографии премьера, на которых он был изображен вместе с влиятельными членами клана, обошли все японские СМИ.

Пришедший ему на смену Коидзуми, попытался извлечь политическую выгоду из криминальных связей своего предшественника. Он объявляет Якудза войну. Результат не замедлил сказаться – через год его рейтинг упал с 70 до… 35%!

Сложно сказать, в каких сферах бизнеса у якудза нет своих интересов. Разумеется, «семьи» контролируют торговлю наркотиками, оружием и игорный бизнес. Но не только…

С некоторых пор якудза стали проблемой для Курил и российского Дальнего Востока. Дело в том, что значительная часть незаконного рыболовецкого промысла контролируется именно якудза. Один из влиятельных членов этой организации Тай Таро даже создал во Владивостоке «партийную ячейку» – под «крышей» фирмы «Восток-Запад» организовал этакий российский филиал японской этнической мафии. Бандиты торговали наркотиками, крадеными машинами и людьми, контролировали проституцию и активно занимались рэкетом до тех пор, пока их главаря не арестовали и не передали Японии (по одной из версий, причиной этого стало вовсе не рвение российских правоохранителей, а старания местных «братков», решивших вышибить из Приморья чересчур активных конкурентов).

На родине размах бизнеса якудза и вовсе феноменален. По данным ряда экспертов с ними согласовывается… 87% кредитов, выдаваемых в стране! Многие банки, ломбарды, ссудные кассы, магазины, торгующие в кредит, – их вотчина. Бюджет группировок якудза в 7 раз превосходит бюджет корпорации «Тойота»!

Интересно, что полиция одной из самых высокоразвитых стран мира практически бессильна. По экспертным данным из 3 тонн наркотиков, ввозимых в страну, конфисковать удается только 150 кг…

Судя по всему, современные якудза отлично усвоили завет своего отца-основателя Бандзуйина Тебэя – с властями надо дружить…

 

«Ирэдзуми» – татуировка якудза

 

Так же, как и среди наших доморощенных «братков», среди якудза распространена мода на нанесение специальных татуировок. Правда, в отличие от отечественных бандитов, японские переняли эту традицию из литературы.

В XVIII веке на японский был переведен популярный китайский роман «Суйкодэн», в котором рассказывалось о шайке благородных разбойников. Иллюстрации к роману были выполнены знаменитыми в то время мастерами Хокусая и Куниеси – и разбойники на них были изображены с ног до головы покрытыми татуировками.

Неудивительно, что японские бандиты, поначалу мнившие себя защитниками простого народа от самурайского произвола, тут же переняли эту моду. До этого момента в уголовной среде была распространена традиция нанесения лишь одного вида «масти» – за каждое нарушение закона на запястье татуировали черный круг.

Теперь же каждый мог передать рисунком на своем теле все, что желал. Сложная японская татуировка получила название ирэдзуми.

Узор из хризантем означал стойкость и решительность, из пионов – богатство и удачливость, из цветков вишни – быстротечность жизни. Дракон говорил о силе и прозорливости человека. Не менее четкий смысл несли фигуры других животных и растений и образы буддийского пантеона. Опытный человек мог читать ирэдзуми как книгу, в которой описывалось прошлое человека, был указан его статус в банде и даже мечты и надежды.

Ходили легенды, что настоящий мастер может создавать невидимую татуировку. В обычных условиях рисунок не заметен, а проступает лишь… после принятия горячей ванны, когда температура кожи выше обычного состояния.

Процесс нанесения ирэдзуми был серьезным испытанием для якудза. Дело в том что полный сеанс нанесения татуировки мог занимать до… 100 часов! Такое мог выдержать только человек с громадной силой воли.





Спешите подписаться на журнал “Планета”!