ТАДЖ-МАХАЛ. НОВЫЕ СЕМЬ ЧУДЕС СВЕТА
Сентябрь 2007
Вернуться к номеру >>

Автор: Полина Гебль
Раздел: Глобальный мир
Теги: страноведение, история



…О великом зодчем из Шираза ходили легенды. Молва говорила, что он может изваять в мраморе любого человека, ни разу на него не взглянув…

      Однажды слухи о его чудесном даре достигли правителя могучей империи Великих Моголов Шах-Джахана. Всесильный владыка повелел немедленно доставить удивительного зодчего во дворец. 

      Когда он явился, повелитель грозно и недоверчиво спросил его, правда ли то, что о нем говорят. «Государь, – ответил мастер Устад Иса. – Спрячь за пологом двадцать юных дев. Я не буду их видеть, лишь коснусь руки каждой. И ту, кого я выберу, я изваяю в мраморе. Если я справлюсь с задачей, ты позволишь мне жениться на той, кого я выбрал».

      Падишах согласился. Двадцать красивейших девушек, скрытых от мастера тяжелым занавесом, по очереди подавали руки кудеснику из Шираза. Но ни одну из них он не выбрал. Тогда правитель отправил ему еще пять красавиц. Одна из дочерей падишаха, шутки ради, тоже спряталась за пологом. «Я буду лепить вот эту», – сказал Устад, задержав в своей руке руку одной из девушек.

      Падишах онемел от гнева – художник указывал на его родную дочь. Но слово правителя – закон, и мастер немедля приступил к работе. 

      Двадцать дней не выходил он из своей мастерской. А когда закончил, посмотреть на работу сбежался весь дворец. Мастер сдернул легкое покрывало, и собравшиеся только ахнули. Молодая принцесса стояла перед ними как живая. Долго и придирчиво рассматривал падишах изображение своей дочери, тщетно пытаясь найти в нем хотя бы малейший изъян. Скульптура была идеальна. 

      Но падишах не мог смириться с мыслью, что любимую дочь придется отдать хоть и талантливому, но бедному и безродному человеку. Несколько лет правитель не давал мастеру ответа, пока не случилось горе. Его любимая жена Тадж-Махал покинула мир.  

      Тогда он призвал ширазского мастера и сказал ему: «Ты построишь мне гробницу, достойную красоты моей жены. И если тебе это удастся, в день, когда будет положен ее последний камень, ты получишь мою дочь…» 

      Так, согласно легенде, началось строительство величайшей жемчужины мирового зодчества, настоящего чуда, которое сегодня весь мир знает под именем

     ТАДЖ-МАХАЛ

     В начале июля этого года Индия ликовала. Национальная гордость и многовековое место паломничества – Тадж-Махал – был включен в список «Новых семи чудес света». Многочисленные фестивали и праздники, фейерверки и шествия не успевали сменять друг друга. Торжества прошли во всех крупных городах страны, и в первую очередь в Агре – древней столице могущественной империи Великих Моголов. 

      К Тадж-Махалу и поныне стремятся влюбленные со всего мира. Существует поверье, что прикосновение к камням гробницы дарует вечную любовь, неподвластную годам. Такую любовь, которую пережили создатель гробницы, правитель империи Великих Моголов и его прекрасная жена… 

      …Однажды на восточном базаре принц Кхуррам увидел совсем юную девушку неземной красоты. Она любовалась только что купленными деревянными бусами. Девушка так увлеклась, рассматривая украшение, что даже не заметила стоящего рядом незнакомца, не отрывавшего от нее взгляда. «Какая тонкая работа», – только и сумел промолвить принц. «Возьмите их, если они вам нравятся», – скромно потупила взор юная красавица. «Только вместе с вашим сердцем», – ответил юноша. И тяжелая нитка бус медленно опустилась в его ладонь… 

      Так, согласно древней легенде, познакомились будущий правитель империи Великих Моголов и Арджуман Вану Бегам – любовь всей его жизни.

      Избранница принца славилась богатством и древностью рода. Казалось бы, для их брака не существовало ни единой преграды. Если бы не одно печальное обстоятельство – принц был обручен и готовился к свадьбе с персидской принцессой. В те времена никого не удивляло, что жених в глаза не видел своей будущей жены и лишь покорялся родительской воле. 

      Впрочем, у влюбленных вскоре нашлись союзники. Отец Арджуман Вану Бегам, первый визирь, и ее тетка, любимая жена падишаха, шли на невероятные ухищрения, лишь бы правитель согласился сделать девушку второй женой принца. 

      Но владыка Империи Моголов долго был непреклонен. Гарем юного принца одна за другой пополняли «нужные» жены, «отвечавшие государственным интересам». 

      В конце концов падишах Джангир смилостивился и скрепя сердце разрешил сыну жениться на любимой. Правда, поставил единственное условие – свадьба должна состояться при определенном расположении звезд. 

      Вновь потянулись тягостные годы – долгие пять лет влюбленные ожидали благоприятного положения светил. И все же, как ни противился падишах, но свадьба состоялась. 

      Став женой наследника престола, девушка получила новое имя Мумтаз-Махал, что в переводе с хинди означает «избранница дворца». Муж называл ее «проще» – Тадж-Махал, корона дворца. 

      Тадж-Махал стала старшей женой принца. Только с ней будущий Шах-Джахан советовался о государственных делах, обсуждал свои замыслы и даже приглашал к участию в военных советах. Они не разлучались ни на минуту. Тадж-Махал всегда была рядом с мужем. В отличие от других жен, она всегда сопровождала его даже в военных походах. За 17 лет у них родились 8 мальчиков и 6 девочек. 

      О любви этой пары слагали легенды. Обитательницы гарема Шах-Джахана чахли в одиночестве – правитель забыл туда дорогу. Как писал в своих воспоминаниях французский врач, философ и путешественник Франсуа Бернье, император не обращал внимания на других женщин, пока была жива его любимая супруга. 

      В 1628 году принц Кхуррам взошел на престол. Но ему не суждено было насладиться миром и покоем. В 1629-м наместник южной провинции Декан провозгласил себя ее правителем и отказался подчиняться воле Великого Могола. Шах-Джахан с многочисленным войском двинулся на юг, чтобы покарать мятежника. Мумтаз-Махал, беременная их четырнадцатым ребенком, тоже не осталась во дворце.

      Военный поход шаха оказался успешным – бунтовщики были разбиты, а в Империи вновь воцарился покой и порядок. Но для любимой жены падишаха поход стал последним. Четырнадцатые роды она уже не смогла перенести – и первый крик их дочери слился с последним, предсмертным криком Мумтаз-Махал. 

      Горе Шах-Джахана было поистине безграничным. Неделю он не ел и не пил. Подданные боялись даже заглянуть в его покои, а родные считали, что падишах сошел с ума. Но на восьмой день правитель призвал к себе советников и велел объявить во всех своих владениях строжайший траур. Почти на год страна забыла музыку, танцы, яркие одежды и даже благовония. 

      А Великий Могол в это время решал, как поступить с телом горячо любимой жены. Сначала ее похоронили в Бурханпуре, там, где она умерла. Но спустя шесть месяцев Шах-Джахан повелел перевезти гроб в Агру и начать строительство усыпальницы, которой еще не видел свет. Правитель сам выбрал место для мавзолея – на берегу реки Джамны, в 2 км от столицы Империи Моголов.

      Император не жалел ни сил, ни времени, ни денег. Ежедневно на протяжении двадцати двух лет он лично наблюдал за тем, как идет строительство мавзолея. По его повелению сюда из далекой раджпутанской каменоломни доставляли лучший мрамор страны. А драгоценные камни для отделки закупались за границей по баснословным ценам. Караванами шли к усыпальнице жемчуга, бирюза, кораллы, сердолик и чеканное золото. 

       Шах-Джахан забыл о военных походах и бунтах, не обращал ни малейшего внимания на дворцовые интриги. Увлеченный строительством, правитель не замечал, как, подобно песку сквозь пальцы, ускользала из его рук и сама власть. 

       В 1653 году, лишь только завершилось строительство усыпальницы жены, Шах-Джахан загорелся новой идеей. Построить на другом берегу реки собственный будущий мавзолей и соединить оба сооружения ажурным мостом… «Он не правит страной, он только строит гробницы», – возмущенно роптала знать. 

      Четвертый сын падишаха Аурангзеб воспользовался ситуацией и сверг отца с трона. Религиозный исламский фанатик, жестокий и беспощадный, он не знал жалости и сострадания. Ничто не могло остановить его на пути к трону. Аурангзеб казнил двух старших братьев и их сыновей, а собственного отца до конца жизни запер в темнице. Зодчие, работавшие над строительством гробницы матери, были изгнаны из страны, а самым искусным каменотесам он повелел отрубить руки. 

      …Жарким летом 1659 года сгорбленный немощный старик не отрываясь глядел из тюремного окна Агрской крепости на белый, словно парящий в воздухе мавзолей. У узника, чье имя когда-то повергало в трепет, не осталось иных земных радостей. Вместо роскошных трапез ему приносили чечевичную похлебку, а единственными слугами стали привыкшие к чудаковатому постояльцу тюремные мыши. Но Шах-Джахана мало волновала ушедшая земная слава. Он знал – еще немного, и он навеки соединится со своей любимой…

      Аурангзеб выполнил последнюю волю отца. Шах-Джахана похоронили в одном склепе с Мумтаз-Махал. А белоснежный мавзолей, построенный как память об их любви, с тех пор стали называть святыней...

     Красота, парящая в воздухе

      Строительство мавзолея длилось долгие 22 года. Более тысячи слонов доставляли для него мрамор из каменоломни, расположенной в 300 км от Агры. Из дальних краев везли ценные камни: малахит доставляли прямо из России, бирюзу – из Персии и даже Тибета, а сердолик – из Багдада. Для работы с такими редкими материалами выписывали специальных мастеров. 

      Ежегодно иностранные умельцы пополняли армию из 20 тыс. местных рабочих, неустанно, день за днем, занимавшихся строительством усыпальницы. Каждый мраморный блок тесали вручную, прямо у подножия здания, а потом на веревочных тросах поднимали вверх. Когда пришел черед ставить купол, от почти готового здания была построена 3-километровая земляная насыпь. Гигантскую крышу-жемчужину тянули по ней почти 1000 человек. 

      Благодаря этому удивительному куполу, Тадж-Махал на протяжении веков считался самым величественным индийским сооружением. Его высота достигала 74 м. Диковинный круглый свод, символизирующий Небо, обрамляли четыре меньших по размерам купола. Сам же мавзолей лежал на квадратной платформе площадью почти в 10 тыс. кв. м. По углам этой огромной плиты, символизировавшей Землю, архитектор воздвиг четыре изящных минарета. Они не только «облегчили» огромное каменное сооружение, но и стали символом пути, который проходит душа, стремясь к Богу.

      Чтобы стены мавзолея сияли и играли на солнце, их обложили белым полированным мрамором с вкраплением драгоценных и полудрагоценных камней. И каждый закат или восход окрашивает величественное здание в фиолетовый, розовый или золотистый цвет. А стрельчатые арки и многочисленные ниши фасада создают ощущение, что Тадж-Махал соткан из кружев.

      Переходы, соединяющие элементы мавзолея-дворца, украшены написанными арабской вязью 14 сурами из Корана. С не меньшей тщательностью продуман и интерьер – роскошный и изящный. 

      Вообще Тадж-Махал можно считать воплощенным в камне гимном симметрии. Число всех элементов здания и его отделки кратно четырем. А ворота, открывающие вход в усыпальницу, украшены 22 куполами – по одному на каждый год строительства Тадж-Махала. 

      К сердцу мавзолея ведет мраморная лестница, у подножия которой принято оставлять обувь. За резной мраморной оградой расположены два кенотафа – пустые гробницы самого Шах-Джахана и его любимой жены. Яркое солнце заливает блестящую плиту над символической могилой Мумтаз-Махал, а гробница самого падишаха скрыта в густой тени. От частых прикосновений даже истерлась ограда, обрамляющая кенотафы. Подобная участь досталась и каменным цветам, устилающим пол крипты, где захоронен прах вечно влюбленных. 

      Погребальный зал обладает удивительным акустическим эффектом. Каким бы тихим шепотом не произносились здесь слова, их звук усиливается в десятки раз и отдается эхом еще в течение 16 секунд. Здесь никогда не бывает мертвой тишины, звуки и голоса постоянно витают под сводами зала, наполняя его жизнью…

      Считается, что строительство Тадж-Махала закончилось в 1643 году. Однако существует мнение, что работа над мавзолеем шла еще как минимум 10 лет. В прилегающих к главной камере помещениях велось строительство усыпальниц для других членов правящей семьи. В это время вокруг мавзолея вырос большой сад, разделенный надвое узким бассейном, мечети и красный приемный зал, обрамляющие основное здание. Парковый ансамбль стал великолепной оправой для удивительного по красоте сооружения.

      Авторство этого проекта оспаривается до сих пор. Ширазский мастер Устад Иса, безусловно, был главным архитектором, но и он не мог обойтись без помощников. Проекты гробницы вместе с ним готовили лучшие архитекторы империи. Они попытались свести воедино весь накопленный к тому времени строительный опыт и три абсолютно разных стиля – индийский, персидский и арабский. Позже эта смесь получила название – мугал. Новый стиль стал очень популярен, его копировали на протяжении столетий, но ни одно из получившихся строений даже близко не могло сравниться с величественным Тадж-Махалом.

      Мастерам удалось угодить всесильному правителю. Пораженный красотой творения, Шах-Джахан собственноручно начертал слова, которые позже выгравировали на его гробнице:

      «Строитель не был простым смертным,

      Ибо план сооружения был дан ему небесами».

      

     Обыкновенное чудо…


      Мавзолей давно стал местом паломничества. На протяжении веков сюда стекались путешественники и просто любопытные со всех уголков мира. И постоянно в Тадж-Махал шли влюбленные. Счастливые – чтобы прикоснуться к символу вечной любви, несчастные – чтобы свести счеты с жизнью. Множество отчаявшихся юношей и девушек бросились с минаретов вниз, на каменные плиты. Прервать эту печальную традицию смогли только в середине XX века, попросту закрыв доступ в башни. По сей день мавзолей окружен цепью полицейских. И если раньше они охраняли жизнь и здоровье посетителей, то теперь их главная забота – сберечь сам мавзолей. 

      Для грабителей Тадж-Махал всегда был лакомым кусочком. Сначала были украдены серебряные ворота и золотой парапет. Потом пропало жемчужное покрывало с кенотафа шахини, а уж сколько драгоценных камней исчезло со стен усыпальницы за 300 лет, сложно и подсчитать. Уже не раз серьезно ставился вопрос о том, чтобы установить при входе в Тадж-Махал рамки металлоискателей. Пока же мавзолей оснащен камерами видеонаблюдения, позволяющими предупреждать не только кражи, но и… несанкционированные видеосъемки. 

      Еще в конце 90-х местные власти приняли закон, запрещающий видео-, кино- и фотосъемку вблизи Тадж-Махала. Желающие запечатлеть себя на фоне чуда света могут сделать это только с одной точки, от входа. Официально власти объясняют такую позицию тем, что вспышки камер плохо воздействуют на само здание. Но настоящая причина, видимо, гораздо прозаичнее – Тадж-Махал постепенно ветшает и с других сторон мавзолей уже производит не самое лучшее впечатление. 

      Как и большинству чудес света, Тадж-Махалу угрожает гибель… от безденежья. И хотя ежегодно усыпальницу посещают более 2 млн. туристов, на реставрацию в бюджете по-прежнему денег нет. А тем временем Тадж-Махал разрушается. Четыре минарета, построенные по его углам под небольшим наклоном, уже давно напоминают пизанские башни. И, как говорят специалисты, если в ближайшие годы их не укрепить, башни попросту рухнут. Индийские власти, правда, на подобные заявления отреагировали весьма своеобразно. Чиновники предложили… превратить Тадж-Махал в отель. Энтузиастам, готовым взяться за такое непростое дело, государство даже готово немного помочь и выделить на переоборудование субсидию. 

      Пока же главная достопримечательность Индии неумолимо желтеет. И хотя еще в конце 90-х в непосредственной близости от Тадж-Махала были закрыты все «дымящие» промышленные предприятия, сохранить ослепительную белизну мрамора не удалось. Грязь, копоть и мельчайшие частицы, переносимые ветром, все равно оседают на стенах мавзолея. 

      Индийский парламентский комитет по транспорту и туризму даже разработал специальную систему мер, призванную спасти национальное достояние. Вокруг Тадж-Махала создана специальная парковая зона, в которой запрещено движение автотранспорта. Теперь туристы могут доехать до мавзолея на загадочной конструкции под названием «электромобиль» или, по старинке, взять велорикшу.

      Подобные меры, возможно, спасают мавзолей от грязи, но уж никак не защищают его от вибрации. Топот миллионов ног медленно, но верно разрушает стены здания. В связи с этим даже празднование 350-летия Тадж-Махала, которое широко отмечалось в стране в 2004 году, было перенесено в другое место, крепость «Красный форт». А Верховный Суд Индии даже издал специальное постановление, навсегда запрещающее проведение любых крупномасштабных мероприятий в непосредственной близости от Тадж-Махала. 

      И все же никакие административные меры не могут сдержать посетителей. И, судя по всему, еще долгие годы не иссякнет миллионный поток людей, стремящихся прикоснуться к великому символу Вечной Любви. 

      Между тем, зодчий из Шираза так и не увидел своей принцессы. Пока шло строительство, девушка умерла. И, украшая драгоценными камнями фасад Тадж-Махала, постаревший мастер плакал и над своим лучшим творением, и над собственной судьбой…

     

     Семь новых чудес света отправят в космос


     


      История с выбором новых семи чудес света еще не закончена. Основатель конкурса, Бернар Вебер, замахнулся… на космос. Беспокойный швейцарец сейчас работает над проектом по запуску новоизбранных чудес на земную орбиту. Диск с записью 3D-фотографий Тадж-Махала, Великой Китайской стены, Колизея, Петры, Мачу-Пикчу, пирамид Гизы и Чичен-Ицы должен стартовать с Земли в следующем году на специальной ракете-носителе. Свой замысел Вебер объяснил журналистам так: «Чудеса света должны остаться в памяти человечества на века: даже в случае глобальных катастроф изображения останутся на золотом диске, который будет вращаться вокруг земной орбиты».

     Не видать Гейтсу Тадж-Махала!

       В июле этого года на корпорацию Microsoft в очередной раз подали в суд. Истец – адвокат Виджай Панджвани – обвинил международную корпорацию в грубом нарушении индийских законов. Дело в том, что в рекламе нового программного продукта Microsoft используется изображение Тадж-Махала. А с 1998 года местным законом строжайше запрещено приближаться с камерой к национальной святыне ближе, чем на 500 м. Верховный Суд США посчитал претензии адвоката справедливыми и направил официальные запросы руководству Microsoft и в Археологическое управление Индии. Теперь детище Билла Гейтса с большим трудом выкручивается из неприятной ситуации…

     

     

     





Спешите подписаться на журнал “Планета”!