КАПКАН ДЛЯ ГЕНЕРАЛА РЕДЖЕПОВА
Май 2007
Вернуться к номеру >>

Раздел: Политика
Теги: политика, персоналии, Туркмения



После избрания президентом Туркменистана Гурбангулы Бердымухаммедова многие аналитики поспешили заявить, что новый лидер лишь ширма, скрывающая реальных хозяев страны из силовых ведомств.

      Настоящим «властителем» Туркмении называли начальника президентской службы безопасности Акмурада Реджепова. Многие даже недоумевали, почему Реджепов, «серый кардинал Ниязова», сам не занял вакантный пост.

      По всей видимости, предполагали тогда, возвышение Бердымухаммедова стало результатом некоего хрупкого согласия между силовиками, каждый из которых опасался чрезмерного возвышения соперника.

      Силовики, обеспечившие бывшему министру здравоохранения путь к высшей власти в Туркмении, чувствовали себя вполне уверенно. Все они сохранили свои посты, а Реджепов даже взял под свой контроль Совет Безопасности, согласно новой редакции конституции наделенный особыми полномочиями. 

      При этом мало кто обратил внимание на одно внешне неприметное событие – учреждение президентом специальной комиссии по рассмотрению жалоб на действия правоохранительных органов. Многие сочли это формальной, популистской мерой, заранее обреченной на провал.

      И вот 17 мая Акмурад Реджепов был освобожден от должности шефа президентской охраны «в связи с переходом на другую работу». На «глубоком» туркменском языке это означало отнюдь не обыкновенное разжалование или почетную отставку. Вскоре из Туркменистана стали просачиваться новости об аресте генерала…

     Туркменский 1953-й

      Сразу после смерти Туркменбаши заговорили о возможном повторении в Ашхабаде сценария, последовавшего в СССР после смерти Сталина.

      Туркменбаши так же, как и Сталин, не успел обозначить наследника. Смерть Ниязова, как и последние дни вождя народов, окутана тайной. И в Туркмении, как в свое время в Союзе, после смерти авторитарного лидера наиболее влиятельными оказались представители силовых структур. 

      Поэтому определенные аналогии между Берией и Реджеповым, по-видимому, были уместны. Оба были силовиками №1. 

      Неприятной помехой для Реджепова оставался министр внутренних дел Акмамед Рахманов, человек с чисто «милицейской биографией» (в отличие, например, от главы Министерства национальной безопасности (МНБ) Аширмухаммедова, несколько лет прослужившего в президентской охране под чутким руководством Реджепова). 

      И если сразу после выборов МВД несколько укрепило свои позиции (вернув ряд служб, ранее подчиненных службе безопасности), то в апреле Реджепов мог праздновать победу.

      На заседании коллегии МВД Рахманов был освобожден от занимаемой должности с формулировкой «за неудовлетворительную работу». В частности, речь шла о неспособности справиться с наркотраффиком, и… спекуляцией авиабилетами в Россию (в Туркмении для их приобретения приходится записываться в длиннющую очередь или приобретать у перекупщиков по безбожно завышенным ценам).

      Наблюдатели сочли это событие очевидной победой главы президентской охраны.

      Новый министр, Ходжамырат Аннагурбанов, по всей видимости, опасений у Реджепова не вызвал, так как лишь месяц назад «прыгнул» с должности начальника РОВД прямо в кресло заместителя министра. 

      Однако, судя по последним событиям, его опыта вполне хватило для того, чтобы вместе с министром обороны Мамедгельдыевым (когда-то работавшим с нынешним президентом в Туркменском государственном медицинском институте) нейтрализовать МНБ и службу безопасности и поставить точку в карьере силовика №1. 

      Реджепов и Аширмухаммедов получили отставку и были помещены под арест. Вероятнее всего, при этом президент опирался на МВД и верную ему армейскую верхушку. Косвенно об этом свидетельствует тот факт, что, выступая на заседании Совбеза в конце мая, Бердымухаммедов высоко оценил боеготовность туркменской армии (ранее считавшуюся, скажем так, весьма посредственной) и пообещал вплотную заняться проблемами укрепления национальных вооруженных сил (в том числе и социальными проблемами военнослужащих). 

      Кстати, там же он заявил о намерении по примеру соседних государств создать службу по борьбе с чрезвычайными ситуациями (куда, видимо, перейдут некоторые подразделения МВД и Минобороны).

      Вслед за этим началась серьезная чистка рядов МНБ и службы безопасности. Десятки высокопоставленных офицеров лишились своих постов, против некоторых были возбуждены уголовные дела.

      Впрочем, если кто-то ожидал, что за этим последует громкое разоблачение «культа личности Туркменбаши», – он ошибался. XX сессия Халк Маслахаты (Народного Совета) не стала туркменским вариантом XX съезда КПСС. 

      На нем в рабочем порядке и на безальтернативной основе Председателем был избран Гурбангулы Бердымухаммедов, совместивший таким образом две высшие должности своего предшественника. Интрига с возможным разделением этих постов, что могло бы создать в Туркмении два центра силы, провалилась, так толком и не начавшись.

      Здесь также при желании можно усмотреть аналогию с советской историей, так как пресловутое «развенчание культа личности» состоялось только через несколько лет после смерти Сталина. А вот низвержение Берии произошло через три с небольшим месяца (в Туркмении Реджепов после смерти Туркменбаши продержался немногим дольше). 

      Правда, в отличие от Берии, Реджепов, скорее, считался консерватором. Если Лаврентий Павлович громко требовал разоблачения «преступлений сталинизма» и чуть ли не роспуска соцлагеря, то Реджепов олицетворял собой верность идеалам «золотого века Туркменбаши». И потому в новое время он не вписался. 

      Еще в конце мая стало известно о демонтаже первого памятника Туркменбаши на окраине города Туркменабат (бывший Чарджоу) возле каракулевого завода. Уменьшилось и количество портретов покойного президента на улицах городов и в госучреждениях. 

      Из текста национальной клятвы исчезло упоминание о Туркменбаши. Его заменили обычным словом «президент». «Клятва верности» отныне будет произноситься только в случае официальных торжеств. Школы, вузы и детские сады (!) от этой забавной ежедневной обязанности освободили. Старикам начали платить пенсию (при Ниязове число пенсионеров было резко ограничено), а молодым мамам оплачивать декретные отпуска. 

      Более того, туркменам обещан свободный доступ в Интернет, а по стране ходят упорные слухи, что вскоре из школьных учебников начнут изымать велиречивые цитаты мудрого Сердара. 

      В общем, пророческие слова, приписываемые Ниязову, о том, что «после моей смерти памятники мне разрушат», судя по всему, постепенно начинают сбываться. 

     

     «Золото партии»

      В туркменском обществе власть, собственность и контроль над финансовыми потоками идут рука об руку. 

      Реджепов, бывший по общему убеждению «тенью Туркменбаши», как считается, был также в курсе очень многих финансовых дел своего покойного патрона. Он, якобы, курировал бизнес Мурада Ниязова (сына Туркменбаши, по большей части находившегося в Европе), а через своего собственного сына Нурмурата вел операции с шейхами Ближнего Востока. Для этого Нурмурат Реджепов (кстати, сам полковник нацбезопасности) получил должность советника посольства Туркмении в ОАЭ. Оттуда его и вызвали накануне отставки отца, чтобы арестовать вскоре после возвращения в Ашхабад.

      Окружение нового туркменского лидера, вероятно, боится, что лишающийся своего влияния блок силовиков попытается вывезти из страны значительное личное состояние семьи Ниязовых и накопленные уже их собственными семьями богатства. Именно этим объясняется ужесточение пограничного контроля и распространение на всех пограничных заставах списков должностных лиц и офицеров, связанных с некогда всесильным Реджеповым. Кстати, аналогичные меры предпринимались после провалившегося покушения на Ниязова и отставки генпрокурора Курбанбиби Атаджановой. 

      Сразу после отставки Реджепова «полетели головы» его соратников. Следом отправились министр железнодорожного транспорта, мэр Ашхабада и председатель госкомитета по спорту и туризму – все как один выдвиженцы Реджепова. Президент также выразил недовольство качеством работы Центробанка и налоговой службы.

      Некоторые эксперты утверждают, что все эти чиновники были вовлечены в процесс «увода капиталов». Ходили даже слухи, что на железной дороге были задержаны три вагона (!) с золотом и драгоценностями, а через структуры комитета по спорту и туризму отмывались огромные суммы – результат коммерческой деятельность генерала.

      31 мая стало известно об отставке начальника транспортной полиции Туркмении…

      По сведениям, опубликованным газетой «Время новостей», вскоре после ареста Нурмурат Реджепов под конвоем верных президенту сотрудников туркменской нацбезопасности был доставлен обратно в ОАЭ «для получения доступа к финансовым счетам в банках Эмиратов, на которых аккумулировались средства, полученные находившейся под контролем генерала Реджепова группировкой в результате обширных и многолетних бизнес-операций». 

      В пользу «финансовой версии» говорит и еще одно событие. Незадолго до задержания Реджепова был арестован бизнесмен Мурад Агаев – владелец фирмы «Ориентал», которую в свое время контролировал Мурад Ниязов. 

     Газовый след

      Более оригинальная версия связывает громкую отставку и арест генерала с изменениями во внешней политике Ашхабада.

      Отношения Туркменбаши и Кремля не были особенно душевными. Похоже, что эту традицию намеревался продолжать и Реджепов. По многим данным, он был одним из главных сторонников прокладывания «газового пути» в Китай и в связи с этим противился любым стратегическим договоренностям с Москвой.

      Примечателен тот факт, что Реджепов лишился своего поста вскоре после встречи Бердымухаммедова и Назарбаева с Путиным (в ходе которой президенты предварительно договорились о реализации проекта прикаспийского газопровода, выгодного России).

      Поэтому в отставке генерала при желании можно увидеть «руку Москвы». Тень Реджепова явно раздражала Кремль и не исключено, что Бердымухаммедов мог заручиться поддержкой Москвы в своих решительных действиях. 

      Вот мнение главы турецкого представительства Центра исследования конфликтов Института проблем глобализации политолога Руслана Саидова: «Существует явная связь между достигнутыми на днях договоренностями президентов России, Казахстана и Туркмении о сооружении Прикаспийского газопровода и увольнением Реджепова. При покойном президенте Ниязове Реджепов лоббировал другой маршрут транспортировки туркменского газа – через Узбекистан и Казахстан в контролируемый Китаем Восточный Туркестан – Синьцзян. Правда, у некоторых экспертов на сей счет существует иное мнение, но в данном случае эксперты ошибаются. Следует отметить и то, что увольнение Реджепова произошло под явным нажимом из Кремля».

      Теоретически такой сценарий мог иметь место. Для России туркменский газ – важнейшая внешнеполитическая задача. Пойдет он по трубам «Газпрома» – не будет проблем (по крайней мере, в ближайшие пару лет) с выполнением обязательств перед западными покупателями. Свернет через Азербайджан и Турцию в Европу – придется либо отказываться от супервыгодных европейских контрактов, либо перекрывать кран собственному населению. 

      Часть комментаторов однозначно расценила смещение Реджепова (совмещенное с договоренностями о прокладке прикаспийского трубопровода) как безусловную победу Москвы. Мол, Россия, наконец, переиграла коварный Запад в его собственной игре, и теперь уж все сырьевые богатства Средней Азии окажутся под неусыпным контролем «Газпрома».

      Однако не стоит спешить с выводами. 

      Если предположить, что вмешательство Кремля, действительно, имело решающее значение для судьбы генерала Реджепова, то в выигрыше оказался лишь новый президент Туркмении, избавившийся от влиятельного опекуна и поставивший под свой контроль силовые службы страны.

      Что же до уступок Москве, то здесь не все так просто. Президенты трех стран договорились, что в срок до 2009 года будет построен Прикаспийский газопровод пропускной способностью 10 млрд. куб м в год. После 2010 года потенциально его расширят до 30 млрд. куб. м. Трубу проведут из Туркмении в Россию через территорию Казахстана, а газ для нее должен обеспечить принадлежащий Ашхабаду каспийский шельф (плановый срок начала разработки – 2008 год).

      Второй пункт – расширение существующего газопровода «Средняя Азия – Центр» на этот раз еще и с участием Узбекистана. Это даст возможность России выкачивать из Туркмении не 40 млрд. кубометров в год, а 80 или даже 90 (по крайней мере, о такой цифре говорил Виктор Христенко).

      Ради этого соглашения Россия уже согласилась на ряд уступок, о которых раньше в Кремле даже не помышляли. 

      Во-первых, были обещаны крупные инвестиции в газовую отрасль Туркмении (при том что российские газовые месторождения нуждаются в колоссальных вложениях).

      Во-вторых, Казахстан получил право продавать часть своего газа напрямую европейцам через специально созданное СП «КазРосГаз» (с Туркменией ведутся аналогичные переговоры).

      В-третьих, Путин согласился на давно лоббируемое Астаной расширение Каспийского трубопроводного консорциума (КТК).

      Наконец, есть подозрение, что львиную долю инвестиций в строительство и расширение газопроводов (по оценкам специалистов 25–30 млрд. долларов) придется взять на себя именно Москве.

      Тем не менее, на первый взгляд, игра все же стоит свеч. Ведь взамен Россия получает гарантию, что весь среднеазиатский газ в Европу по-прежнему будет поступать только через посредничество России (т.е. «Газпром» сохранит свое главное преимущество – монополизм).

      Но! Президент Бердымухаммедов буквально сразу после подписания соглашения заявил, что вопрос о строительстве Транскаспийского газопровода (т.е. обходного газового пути в Европу) отнюдь не снят с повестки дня. Аналогичным образом высказался и Нурсултан Назарбаев. Уже после встречи с Путиным Туркмению посетил министр иностранных дел Азербайджана, который имел с президентом Туркмении «очень плодотворный разговор».

      Следующим в кабинет туркменского президента постучал… представитель госдепа США Стивен Манн (бывший посол в Ашхабаде). О чем они говорили, прессе не сообщалось. Но после разговора господин Манн удовлетворенно заявил журналистам, что проект Транскаспийского газопровода отнюдь не заброшен, и Туркмении хватит газа на обе трубы.

      В общем, создается впечатление, что новый туркменский лидер вполне удачно разыграл политическую партию, добившись от Москвы и политической поддержки в укреплении собственной власти внутри страны, и крупных финансовых вливаний, в которых отчаянно нуждается туркменская экономика.

      При этом он отнюдь не закрыл дверь перед возможными западными переговорщиками, в ожидании, что за согласие на строительство «Nabucco» они выложат не меньше, чем Россия.

      

      В целом же, если Москва как-то и поучаствовала в свержении некогда всесильного генерала Реджепова, то, вероятнее всего, ее роль вовсе не была определяющей. Президент Бердымухаммедов оказался вполне самодостаточной фигурой, не нуждающейся ни в каких «теневых контролерах».

      Скорость и легкость падения Реджепова, судя по всему, объясняется следующим. 

      Доверие Туркменбаши к Реджепову было обусловлено, прежде всего, отсутствием у «генерала-телохранителя» сильных клановых связей. Т.е. формально Реджепов входил в клан эрсаров, но реально очень мало опирался на соплеменников. Это происходило, возможно, потому, что сам он принадлежал к нечистокровной прослойке, так называемым «татам» (детям от смешанных, не туркменских браков). Туркменбаши прекрасно знал об этом и по своему ценил «внеклановость» Реджепова.

      Нередко, следуя желанию президента, ему приходилось действовать в разрез с клановыми интересами. В таких случаях он не колебался. Для Ниязова такой человек был бесценной находкой. 

      Однако то, что было силой Реджепова при Ниязове, стало очевидной слабостью при его преемнике – в решительный момент у Реджепова не оказалось по-настоящему широкой опоры (а узкий слой его выдвиженцев в силовых структурах, судя по всему, был легко ликвидирован в ходе спецоперации). 

      Ситуация с Реджеповым еще раз подтвердила – в лице президента Бердымухаммедова Туркмения получила энергичного лидера, который, по всей видимости, намерен проводить свой курс, значительно отличающийся от прежней политики…

     Одновременно с сенсационным падением туркменского генерала Реджепова в Казахстане также развертывается головокружительная интрига.

      Некогда всесильный Рахат Алиев, муж старшей дочери президента Назарбаева, Дариги (которую многие прочили в преемницы отца), отлучен от власти и обвинен в совершении уголовных преступлений. 

      О нешуточной борьбе кланов, развернувшейся в Казахстане, мы расскажем в ближайших номерах журнала «Планета»…

     

     Интересное мнение по поводу процессов, набирающих силу в Средней Азии, высказывает известный российский журналист и аналитик В. Дубнов: 

      «…Бердымухаммедов внешнеполитическую активность, позволившую ему быстро наладить контакты со всеми антагонистами – и с Москвой, и с Брюсселем, и с Вашингтоном, и с Баку, комбинирует с методичным самоутверждением внутри страны, что говорит если не о ребрендинге привычного образа Туркмении в мире, то о начале ее перепозиционирования.

      Об открытии страны пока ничего не слышно, но его, кажется, никто и не требует. Ашхабад, судя по всему, отчетливо осознает нынешние возможные рамки своего прорыва, и на первые роли пока не претендует.

      И совсем другая ситуация у Казахстана – он, ожидающий 2009-го года – года своего председательства в ОБСЕ, уже, кажется, окончательно осознал свой вес, настолько соизмеримый с российским, что Астане больше не нужно тягаться за лидерство в СНГ. Он может стать параллельным центром притяжения, и чистка в среде вчерашних соискателей преемничества, первой жертвой которой стал его зять Рахат Алиев (некогда почти достойный сравнения с Реджеповым), вместе с конституционными изменениями институционализируют новое самоощущение Астаны, в том числе и в мире. 

      Казахстан готов попробовать себя в роли Москвы, причем не на тех огромных просторах, где он безо всякой интеграции скупает банк за банком, а там, где он и в самом деле может считаться региональным лидером. И образ этого нового объединения, разумеется, не может быть иным, кроме как энергетическим, что делает новость еще более неприятной для Москвы».

     

     





Спешите подписаться на журнал “Планета”!