ГАНГСТЕРЫ В ЮБКЕ
Ноябрь 2008
Вернуться к номеру >>

Автор: Глеб Суворов
Раздел: В конце номера
Теги: криминал, пираты, история, персоналии



Традиционно считается, что преступление – дело мужское. Мужское? Извините! История показывает, что, женщины не отстают, а иной раз даже превосходят сильный пол по этой части. Во все времена мужчин устрашали или обводили вокруг пальца ловкие и отчаянные гангстеры в юбке.

     

     МАДАМ ВОНГ. Королева пиратов


     


      На протяжении многих лет завсегдатаем крупных ночных заведений Гонконга была хрупкая старушка. Еженощно она с азартом делала ставки в казино и кутила до рассвета. Некоторые едва уловимые детали выдавали женщину с бурным прошлым. Но никому и в голову не приходило, что это и есть знаменитая «королева пиратов», мадам Вонг, которая так и осталась не пойманной. В архивах полиции не было ни отпечатков ее некогда изящных пальчиков, ни фотографий этой эффектной красавицы – словом, ничего, что помогло бы уличить старушку в грехах молодости. Потому-то бабулька, никого не боясь, развлекалась напропалую.

      Начало этой истории восходит к 40-м годам прошлого века. Некий чиновник чанкайшистского правительства по имени Вонг Кунгкит обнаружил, что служение отечеству не приносит достойного дохода. Еще работая на государство, он занимался далеко не праведными делами, а сколотив приличный капитал – и вовсе решил зарабатывать на жизнь разбоем. Начав промышлять пиратством, Вонг постепенно охватил все пространство от Сингапура до Гонконга. И, говорят, нажил приличное состояние – десять миллионов фунтов стерлингов.

      Как-то в ночном клубе разбойник увидел страстную танцовщицу – юную красавицу по имени Шан – и сделал ей предложение. А женившись, приобщил любимую женушку к делу. Карьера пиратки, видимо, показалась Шан куда привлекательнее танцев, и она охотно разделила «профессию» супруга. А попутно заправляла делами в парочке публичных домов – видимо, рассматривая их, как резервное вложение капитала. 

      О молодой пиратке ходили легенды. Говорят, она обладала не только эффектной внешностью, но и острым умом, потрясающей смелостью, хитростью и жестокостью. Да и учить разбойницу обращаться с оружием не пришлось – при ней всегда имелась пара пистолетов. 

      Долго орудовала эта парочка, но, как говорится, сколько веревочке ни виться… Очередное ограбление привело шайку Вонга Кунгкита в засаду. Правда, сам он успел скрыться, а вот соратники попались – и, разумеется, они тут же сдали своего босса. Конец истории был закономерным – через некоторое время бравый пират погиб.

      Очаровательная китаянка осталась одна. Никто не ожидал, что она продолжит дело мужа. Но хрупкая танцовщица приняла именно такое решение. Первым делом она пресекла попытки передела власти в банде, безжалостно убрав двоих конкурентов – ближайших помощников мужа. Каждый намекнул ей, что такой красивой и хрупкой женщине будет тяжело в этом мужском бизнесе. Шан ласково проворковала в ответ, что не знает, кого из них выбрать в качестве вожака. А в конце своей нежной речи хладнокровно… застрелила обоих. 

      Дебютом самостоятельной карьеры очаровательной пиратки стало ограбление голландского судна «Ван Хойц» в 1947 году. Прибыль от предприятия составила около 400 тыс. фунтов стерлингов. Но это было только начало.

      Она промышляла разбоем ни много ни мало двадцать лет. При этом умудрялась ловко избегать ловушек и слежки, не оставлять ни следов, ни улик. 

      Масштабы деятельности Мадам Вонг поражали. Разбой, вымогательство, шантаж, рэкет – очаровательная китаянка «преуспела» во всем. Но так и не попала в руки правосудия.

      Свою группировку Шан грамотно организовала на основе опыта и традиций средневековых китайских и более поздних гонгконгских преступных организаций, таких, как знаменитые «Триады». В банде красавица установила суровую дисциплину. 

      За всю историю существования группировки ни один из членов банды не смог бы выдать ее полиции – конспирацией здесь не пренебрегали. Кроме того, пираты боялись возмездия. Дело в том, что каждый, входящий в шайку, следил за коллегами, а за новичками устанавливалось особое наблюдение. И даже попасть в эту организацию было непросто – требовалось пройти некий загадочный магический ритуал, который сам по себе составлял тайну за семью печатями. Попытки полиции узнать хоть что-нибудь о юношеских подвигах красавицы, о работе в ночном клубе, о дне и месте рождения, о манерах и привычках оказывались безрезультатными. Даже бывшие коллеги не могли достоверно ее описать. Шан мастерски использовала грим, да и близкой дружбы с подчиненными не заводила. Что до клиентов ее заведений, то они обычно любовались «королевой пиратов» издали – настолько роковой и неприступной была ее красота. Словом, никто ничего о преступнице не знал. Даже настоящее имя пиратки – Шан Юйцзи – оставалось под вопросом. 

      Тех, кто, прельстившись наградой, объявленной властями, пытался тайно сфотографировать Шан, зверски убивали. Вдовушка Вонг не постеснялась даже припугнуть полицию. Дело было так. Стражи порядка объявили награду в 10 тыс. фунтов стерлингов за более-менее разборчивый фотоснимок разбойницы. В ответ Шан прислала в полицию увесистую пачку фотографий. Однако на снимках оказалась не сама красавица, а… тщательно отснятые расчлененные трупы несчастных соискателей приза с сопроводительной запиской – мол, вот люди, что пытались заработать кругленькую сумму. Это был тонкий намек – лучше и не пытайтесь заполучить портрет на память.

      Кровожадная преступница прославилась на весь мир. Крупнейшие судовладельцы пострадали от набегов ее шайки. Мадам-гангстер обложила их внушительной данью, шантажировала пароходные компании, а особо упрямых лихо обстреливала и взрывала. Самый крупный куш, сорванный бандой под ее предводительством, – 90 млн. долларов – принесло ограбление только одного английского корабля. А сколько их было всего... 

      На совещаниях полицейских служб следователи невнятно лепетали начальству, что не могут поймать преступницу, поскольку не располагают необходимой информацией. Единственное, что наверняка знали копы – в подчинении Шан Вонг больше трех тысяч безжалостных и отлично вымуштрованных пиратов...

      Правда, поговаривали, будто успехи кровожадной китаянки объяснялись не только решительностью и везением. Есть версия, что у Шан была надежная «крыша» в полиции и политических кругах – именно через своих людей Вонг отмывала награбленные денежки и легко устраняла любых конкурентов, замаячивших на горизонте. 

      Но это лишь предположения. Как бы там ни было, криминальный талант безжалостной красавицы поражал воображение. 

     Сонька Золотая Ручка

      В Москве на Ваганьковском кладбище есть очень необычный памятник работы итальянского мастера – три черные пальмы и женская фигурка из дорогого белого мрамора. Средства на эту скульптуру собирали всем миром, точнее – всем воровским миром. Свою лепту внесли английские, неаполитанские, питерские и одесские уголовные авторитеты. Ноги женщины утопают в цветах, мрамор исписан специфическими признаниями в любви: «Солнцевская братва тебя не забудет», «Мать, дай счастья жигану», «Соня, научи жить!»… Это могила Софьи Ивановны Соломониак-Блювштейн – легендарной Соньки Золотой Ручки. Хотя даже сам факт, что там похоронена именно она – сомнителен.

      Авторы множества детективов черпали вдохновение в подвигах ловкой авантюристки, о ней снимали фильмы и слагали легенды. Сам Чехов запечатлел ее образ в книге об острове Сахалин, хотя, говорят, увидев ее на каторге, Антон Павлович сильно засомневался, настоящая ли это Софья Ивановна…

      Она не пиратствовала, не разбойничала, не занималась рэкетом. Сонька Золотая Ручка промышляла аферами и ловким воровством. Но в криминальном мире она стала настоящим авторитетом.

      

      Биография авантюристки пестрит историями обманутых мужчин. Не будучи красавицей, Сонька обладала редкостным, почти гипнотическим обаянием – и поклонники вились вокруг, как пчелы возле меда. От этого и страдали... В сонькины сети попадали все до единого – от тюремных охранников до богачей из высшего света.

      Знаменитая мошенница была весьма любвеобильна. В 17 лет она встретила богатого молодого грека. Однако семья юноши не оценила выбор сына. Новоявленные Ромео и Джульетта бежали, прихватив родительские сбережения. Но страсть оказалась недолгой: деньги закончились, «Ромео» вернулся к мамочке, а Соня отправилась на поиски своего счастья.

      За долгую жизнь авантюристка сменила нескольких мужей. Последним ее официальным спутником жизни стал одесский карточный шулер Михаил Блювштейн. Кстати, его семья приняла ее очень тепло. Правда, это не помешало браку распасться. Слишком уж вникала Соня в мужнины дела – даже пыталась давать советы, которые он игнорировал. В результате недальновидный шулер оказался за решеткой, оставив супругу с двумя дочерьми без поддержки. Однако Сонька не растерялась, а решила продолжить семейное дело. И, как оказалось, нашла себя! Отсутствие всяческого образования не помешало ей стать знаменитейшей авантюристкой. За время европейских «гастролей» она в совершенстве овладела польским, немецким и французским языками. А уж что касается перевоплощения, то тут Сонька оказалась прирожденной актрисой! Она устраивала из своих афер настоящие театрализованные шоу. Представляясь аристократкой, по чужим паспортам объехала всю Германию, Францию, Россию, Польшу, Австро-Венгрию. Ее принимали в лучших домах! Мужская хватка, ум, трезвый расчет, своеобразная красота, магическое обаяние и настоящий криминальный талант, животная интуиция – этот коктейль назывался «Сонька Золотая Ручка».

      Селиться аферистка предпочитала в дорогих отелях, считая, что «ловить рыбку надо там, где она водится», и мастерски обкрадывала соседей по номерам. Для этого она вместе с очередным спутником, известным вором Левитом Сандановичем, изобрела простой и оригинальный метод с емким названием «Гутен морген». К примеру, заходит ночью в войлочных тапочках в номер отеля молодая очаровательная дама. Если хозяин номера спит – собирает ценности и ходу. Но стоит ему проснуться – она, как ни в чем не бывало, начинает… раздеваться – как будто в собственной спальне! И вдруг «неожиданно замечает», что в номере кто-то есть! Дальше разыгрывалось настоящее представление. Ах, а разве это не мой номер? Смущение, охи-ахи, извинения, галантные расшаркивания – со всеми вытекающими последствиями. Метод работал на все 100% и никогда не давал сбоев. Хорошенько потренировавшись в Петербурге, мадам решила расширить свой размах и укатила в Европу. Там-то она и завоевала всемирную известность и почтение в определенных кругах.

      Не обходила вниманием Сонька и поезда. Как-то на Нижегородской железной дороге у генерала Фролова пропало 213 000 рублей. Он даже не заподозрил в краже шикарную состоятельную особу, случайно оказавшуюся в купе. И таких дел на Сонькином счету – тысячи. 

      Любопытно, что при всей своей аморальности она была не лишена простого человеческого сострадания. Однажды, например, обворовала она одну даму. «Улов» получился основательный – 5000 рублей, немалые деньги по тем временам. Но недолго радовалась воровка. Как-то в утренней газете ей попалась на глаза заметка: украли, дескать, у несчастной вдовы денежное пособие, выданное по случаю смерти супруга. И две ее дочери-сиротки остались без средств к существованию. Сердце аферистки дрогнуло: ведь и сама она была матерью. Через какое-то время вдова… получила деньги обратно!

      Настоящей страстью Золотой Ручки были драгоценности. И к их добыче она подходила творчески. Однажды весенним утром 1883 года в дверях известного ювелирного магазина фон Меля появилась обаятельная барышня – Сонька Золотая Ручка. Каждая деталь ее гардероба, изысканный макияж, манеры, речь, походка, отточенные жесты – все выдавало в ней солидный достаток. Представившись супругой одного очень знаменитого психиатра, мистера Л., аферистка попросила показать ей самые лучшие изделия французских ювелиров. И тут же сделала выбор – аж на тридцать тысяч рублей! Правда, забирать драгоценности сама отказалась: все же хрупкая женщина, боится… Сонька попросила доставить покупки прямо к ней домой. Разумеется, Фон Мель не отказал, стараясь угодить выгодной клиентке. В своих хоромах «супруга» психиатра угостила ювелира чаем и удалилась в будуар – примерить приобретение с вечерним нарядом. Время шло, чай давно был выпит – а она все не возвращалась. Ювелир заволновался, потребовал денег. Но вместо этого фон Мелю предоставили эскорт – бригаду санитаров. Оказалось, Сонька сразу же, даже не примерив украшения, вызвала неотложку. Представившись уже супругой ювелира, она сдала его в психушку! Докторам рассказала слезную историю: муж помешался на драгоценностях и даже любимую супругу не узнает. С надеждой спросила, есть ли шанс на выздоровление, щедро оплатила его лечение – и мгновенно исчезла из города, не дожидаясь исцеления «супруга».

      К своим аферам Золотая Ручка частенько привлекала «актеров» со стороны. Так, однажды она появилась в ювелирной лавке с младенцем и немощным стариком. Представившись некой баронессой, авантюристка долго выбирала себе украшения, капризничала и привередничала. Когда выбор, наконец, был сделан, самозванка начала лихорадочно рыться в сумочке – пока не «вспомнила», что как-то не прихватила с собой деньги. Оставив «в залог» новорожденную дочку и отца, она удалилась из лавки, предусмотрительно прихватив-таки коллекцию украшений стоимостью 22 300 рублей. Естественно, о своих «родственниках», оставшихся в магазине, она тут же забыла. Когда полиция стала разбираться, оказалось, что дочь и отец баронессы – ненастоящие. Ни баронессу, ни ювелирную коллекцию, разумеется, так и не нашли!

      Многие ее проекты были не только театральными, но и техническими шоу, напичканными фирменными «фишками»: ювелирные украшения и бриллианты моментально исчезали под накладными ногтями и клейкими каблучками. Наряд для посещения ювелирных лавок представлял собой элегантное платье-мешок, в котором оказывалась большая часть добычи – туда мог бы поместиться целый рулон дорогой ткани! Частенько за украшениями она приходила с обезьянкой-подельницей. Пока Соня рассматривала и примеряла товар, обезьянка незаметно глотала украшения, а затем, уже дома, хозяйка извлекала из своего питомца несметные богатства с помощью кружки Эсмарха.

      Считается, что криминальная «карьера» Соньки Золотой Ручки завершилась каторгой на Сахалине. Однако одесситы рвут на груди рубахи и с пеной у рта доказывают, что свою старость королева воровского мира тихонько провела в их городе у моря, в скромном доме на улице Прохоровской. Находились даже люди, своими глазами видевшие ее в 1921 году. После того, как ЧК казнило ее любовника, королева мошенников каталась на машине по Одессе и на Дерибасовской разбрасывала из окон автомобиля деньги, громко сообщая всем, что они предназначаются «на поминки ее мужа». 

      И поверить этому можно: не раз Сонька мастерски ускользала от правосудия. Да и попавшись, не задерживалась за решеткой надолго. Говорят, она научилась так складывать свои хрупкие ладошки, что могла выбраться из любых кандалов. И уж конечно, могла очаровать любого надзирателя. А однажды ухитрилась даже обокрасть своего адвоката, который отказался защищать ее интересы. В 1880 году ее отправили-таки в ссылку в Сибирь, но оттуда она очень скоро сбежала.

      Правда, однажды авантюристка сама сдалась властям вместо своего юного любовника. Этот альфонс испытывал страсть не только к Соньке, но и к игре. И часто проигрывался в дым. Соньке приходилось много работать. И однажды она утратила осторожность. В 1885 году мошенница с мировым именем загремела на каторгу. Любовник же отделался пустячным наказанием. В день отплытия корабля, увозившего авантюристку в места отдаленные, на набережную Карантинного мола стеклись толпы народу – даже авторитетные воры пришли ее проводить. Казалось, на набережной собралась вся Одесса… 

      На третьей попытке к бегству с каторги Золотая Ручка умерла. Так говорят… Но даже управляющий тюрьмы не был до конца уверен, что у него сидит настоящая Сонька Золотая Ручка. 

      В начале ХХ века, когда Европу снова затрясло от преступлений в Сонькином стиле, она воскресла в качестве самозваной жены эрцгерцога. Однако прояснить ситуацию не успели, из полиции она сбежала, очаровав, как водится, одного из охранников… Было ли это продолжением одиссеи бабушки российского криминала, королевы воровского мира, или имел место обычный плагиат, до сих пор остается загадкой…

 



     В биографии знаменитой аферистки множество темных мест. Даже дата и место рождения точно не известны. В судебных бумагах указано, что родилась будущая воровка в Варшавской губернии в 1846 году в семье известного контрабандиста и звали ее Шейндля Сура Лейбовна Соломониак. В других источниках сказано, что Сонька – дочь парикмахера из Украины, а при собственном крещении она уверяла, что родилась в Варшаве в 1851-м. Еще один источник утверждает, что аферистка появилась на свет в 1859 году в семье скромного еврейского цирюльника Штенделя в Бердичеве, а в 4 года, после смерти родителей, оказалась в Одессе. Есть версия, что в 12 лет Соня стала служанкой у известной артистки Юлии Пастране. Роскошь, окружавшая девочку, произвела на нее неизгладимое впечатление, которое впоследствии стало причиной ее стремления к красивой жизни.

     

     Рассказывают, что в тюрьме Сонька сговорилась с местным фотографом и организовала мелкий, но прибыльный бизнес. Она фотографировалась в тюремном дворе и позировала возле наковальни, демонстрируя свои хрупкие ручки в тяжелых громоздких кандалах. Эти снимки потом продавали туристам и заезжим матросам.



     Кровавая Мэри

      Ее судьба сложилась не по-женски – может быть потому, что мать когда-то переодела ее в мальчишеский наряд. 

      Ценители алкогольных напитков хорошо знают коктейль «кровавая Мэри». Но далеко не всем известно, что своим названием он обязан одной из самых необычных и жестоких женщин в истории пиратства – Мэри Рид. Говорят, она любила хлебнуть крепкого самогона, но не в чистом виде, а в смеси с томатным соком. То ли вкус у напитка получался мягче, то ли цвет коктейля вызывал у Мэри приятные ассоциации.

      Моряк Рид ушел в море и не вернулся – обычная история. На берегу осталась молодая жена с мальчонкой на руках. Правда, вдовушка скучала недолго, и через год обнаружила, что снова ждет ребенка. Испугавшись людской молвы, она уехала из дома. В положенный срок родилась девочка, названная Мэри. Время шло, малышка подрастала. Когда девочке не было еще и трех лет, случилось несчастье – ее старший брат умер. 

      Одинокой вдове с ребенком жилось нелегко. И решила она обратиться за помощью к свекрови. Но ведь Рид оставил после себя лишь сына! Чтобы выйти из пикантного положения, вдова выдала Мэри за мальчика. Со временем свекровь, конечно, разоблачила обманщицу, но на людях продолжала хранить семейную тайну. С той поры, чтобы не выдать себя, девочке пришлось разыгрывать роль мальчугана. Когда «отроку» исполнилось 13 лет, одна знатная француженка взяла миловидного «мальчонку» к себе в услужение грумом. Так Мэри начала свою трудовую жизнь. 

      Прошло несколько лет, Мэри подросла, но мальчишеский наряд было для нее привычнее юбок. При всей миловидности она не походила на девочку. От приятелей-сорванцов Мери переняла резкие манеры и отчаянную драчливость. Такого сорвиголову охотно взяли в армию, думая, что на службу поступает шестнадцатилетний юноша Марк Рид (именно так назвалась Мэри полковому командованию). Вскоре Мэри-Марк отправилась в составе кавалерийского полка на войну во Фландрию. Удалой «юноша» проявлял чудеса героизма – и начальство приметило его. Молодому бойцу многое сходило с рук. А то, что он избегал общего мытья в мужской бане, воспринимали как простительную юношескую странность. Как-то правду заподозрил молодой фламандец, однополчанин Мэри. Поселившись в одной палатке с Мэри-Марком, он нехитрым способом выяснил все до конца. Сослуживец по-настоящему влюбился в девушку и сделал ей предложение. Мэри приняла его – и весь полк, узнав подлинную историю «товарища по оружию», весело отпраздновал их свадьбу. 

      Вскоре молодожены оставили службу и открыли свое дело – трактир возле крепости Бледа. Народ валом валил туда – история девушки в мундире оказалась очень прибыльной. Все хотели поглядеть на хозяйку-воительницу. Казалось бы, жизнь Мэри наладилась, можно и нужно заняться обычными женскими заботами. Но не тут–то было. Видимо, не судьба была ей носить женское платье. Муж ее вскоре погиб, гарнизон крепости расформировали. Доходы от трактира упали, и его пришлось закрыть. Молодая вдова осталась без средств. В поисках лучшей доли Мэри, как многие в то время – в начале XVIII века – отправилась в Америку, по старой привычке переодевшись в мужское платье. 

      Тут-то и произошло событие, ставшее еще одним поворотным пунктом в ее жизни. В то время в морях свирепствовал знаменитый пират Джон Рэкхэм. И судьба свела его с Мэри Рид. Пиратский капитан был человек «гуманный» и милостиво «предложил» пассажирам корабля добровольно присоединиться к команде морских разбойников. Многие ли согласились – неизвестно. Что до Мэри, то она с удовольствием приняла предложение. Ее душа просила приключений, бурных страстей, опасности. Капитан охотно взял «юношу» на корабль. 

      Надо сказать, что Джон Рэкхэм путешествовал не один – его сопровождала верная подруга Энн Бонни. И неожиданно для всех она стала оказывать новичку выразительные знаки внимания, настолько пылкие, что они вскоре вызвали ревность капитана. Он уже был готов отправить за борт обоих (точнее, обеих) – и Мэри пришлось открыться. Выяснив отношения, троица благополучно продолжила пиратствовать. Правду о новом матросе знали только Энн с капитаном. 

      Мэри великолепно стреляла, дралась на саблях. Но ее горячий нрав проявлялся не только в сражении. Мужское платье скрывало красивую и страстную женщину. 

      Как-то Мэри в очередной раз влюбилась. Объект ее пылких чувств оказался отменным скандалистом. Он постоянно вступал в пылкие споры. Но рядом всегда оказывался «верный друг» – Мэри, хитрость и сообразительность которой до поры до времени помогали спасать возлюбленного от крупных неприятностей. Но… однажды ее любимчик поссорился с «коллегой». Драки на борту были категорически запрещены и спорщики решили сойти на берег, чтобы выяснить отношения на твердой земле. Мэри позвали в секунданты. Но, как выяснилось, сам скандалист изрядно боялся поединка. И попросил Мэри помочь ему – например, откупиться. А если не получится – разобраться с обидчиками вместо него. Неудивительно, что женщина была взбешена. Она выхватила шпагу и заколола труса. 

      Естественно, такое нарушение пиратских законов не осталось без внимания – Мэри пришлось оправдываться перед капитаном и командой. Она горячо доказывала, что убитый был трусом и подлецом, способным предать и в сражении, и в любви! Такой прочувствованной типично женской тирадой она, сама того не желая, привлекла внимание всей пиратской братии. Кое-кто заподозрил даже, что молодой пират – не тот, за кого себя выдает. 

       Говорят, что со временем Мэри начала тайно крутить романы, последний из которых стал очень серьезным. Однажды она даже вызвала на дуэль здоровенного свирепого матроса, крупно повздорившего с ее возлюбленным – корабельным плотником. И одолела обидчика. Перед самой смертью громила узнал, что его победитель… женщина! Если бы раны и не были смертельны, он, наверное, умер бы от досады и стыда. После этого влюбленные решили, что теперь они – муж и жена. Поскольку священника на корабле не имелось, все посчитали достаточной клятву, данную ими друг другу. А вскоре Мэри узнала, что ждет ребенка. Но злодейка-судьба так и не дала грозной воительнице подлинного женского счастья.

      Закончилась жизнь Мэри Рид бесславно. Флотилия губернатора Ямайки долго охотилась за Рэкхэмом и наконец -таки захватила его вместе с командой. Мэри сражалась до последнего. В то время как бравые морские волки покорно сдавались властям, она забралась на верхнюю палубу и отбивалась, пока были силы. Только ценой нескольких жизней ее удалось схватить.

      Пиратов ожидал суд и скорая казнь. Правда, поначалу Мэри удалось расположить к себе судей – они даже прониклись сочувствием к милой, обаятельной женщине. Да и ее пикантное положение приняли во внимание. Однако бывшие товарищи не желали погибать в одиночестве. Они усердно вешали на нее всех собак, наперебой жалуясь на жестокость Мэри – и пленников, мол, призывала казнить, и товарища заколола, не раздумывая, и на абордаж она шла решительнее всех. И эти показания сыграли свою роковую роль. Приговор оказался суровым – казнить. Правда, гуманные судьи милостиво отсрочили его до рождения ребенка. 

      Но, по слухам, казнь так и не состоялась. Мэри умерла в тюрьме якобы от послеродовой горячки. Есть, к слову, версия, что женщина была убита. 

      До конца жизни Мэри Рид оставалась верна своим своеобразным убеждениям. Предание гласит, что в тюрьме она сказала, повторив слова своего капитана: «Я не боюсь виселицы. Если бы пиратам не грозила петля, трусы, которые на берегу грабят вдов и сирот, примкнули бы к пиратам – и наш честный промысел перестал бы существовать!»

      Сведения о жизни Мэри Рид очень противоречивы. Некоторые скептики всерьез утверждают, что «правдивая» история этой женщины – всего лишь плод бурного творческого воображения Даниэля Дефо, известного своими литературными фантазиями. Возможно, в ее истории действительно тесно переплелись истина и вымысел. Только вот, чего больше, неизвестно до сих пор.





Спешите подписаться на журнал “Планета”!